Санаторий Икимизу славится не только в Аонии, но и во всём мире.
Вот почему моя мама отправилась в Аонию на лечение, доверившись его репутации и мастерству.
Место, которое я нашёл, спросив дорогу у Императрицы Меча, оказалось больше, чем я ожидал, и здесь было много людей.
— Здесь людно.
— Да.
Ариэль рядом со мной.
Вчера, встретившись с Ёру и решив навестить мать, я сразу спросил Ариэль, хочет ли она поехать со мной.
«Наша мама в Аонии. Хочешь поехать, увидеть её?»
Когда я спросил об этом, Ариэль сделала выражение лица, которое трудно описать.
Это было не потому, что она была безэмоциональной или бесчувственной.
Она просто искренне не знала, как ответить на этот вопрос.
— ......
Ариэль колебалась, непривычно слегка отведя взгляд.
Это была нехарактерная реакция для моей младшей сестрёнки, которая обычно следовала всему, что я говорил.
Верно. Я отчасти предвидел это.
«Ариэль с самого рождения не знала материнской любви».
Наша мама, Эш Леонхарт, ослабла, вынашивая Ариэль.
Беременность Скрытым Миром напрямую сказалась на её теле.
Из-за этого сразу после рождения Ариэль она отправилась в Аонию на восстановление.
И с тех пор не возвращалась.
Вот почему Ариэль ничего не знает.
Кто её мама. Что она за человек. Как она выглядит. Как звучит её голос.
Она ничего не знает, поэтому не чувствует привязанности.
Конечно, если бы Ариэль была обычной девочкой её возраста, она могла бы тосковать по матери, которую никогда не видела.
Но моя младшая сестрёнка не понимает таких обычных эмоций.
Поэтому Ариэль могла лишь спросить:
— Можно мне пойти?
Я не знаю, какой смысл скрывался за этим вопросом.
Как сильно она переживала из-за этого. Как много она боролась с этим.
Я не мог быть ни в чём уверен, но мог лишь дать ей твёрдый ответ.
— Да. Конечно.
Поэтому я пришёл в Икимизу, держа Ариэль за руку.
— ......
Ариэль смотрела на вход в санаторий пустыми глазами.
Даже сейчас я не знаю, что чувствует моя младшая сестрёнка.
Но я верю, что встреча матери и дочери обязательно будет значимой.
И что это окажет положительное влияние на Ариэль.
Я вхожу, держа Ариэль за руку.
Когда мы подходим к стойке регистрации, дежурный встаёт.
— Добро пожаловать. Вы пришли навестить кого-то?
— Да. Я сын Эш Леонхарт.
— Ах. Эм. Пациентка Эш Леонхарт? Да. Пожалуйста, подождите минутку.
Что это?
Реакция кажется странной.
Дежурный выглядел взволнованным, прежде чем исчезнуть.
«С мамой что-то случилось?»
Все новости, которые я слышал до сих пор, говорили, что её лечение проходит успешно.
Пока я ждал с растущим напряжением, к нам быстрым шагом направился мужчина.
— Вы сын и дочь пациентки Эш Леонхарт?
— Да, всё верно.
— Следуйте за мной.
Терапевт... возможно, лечащий врач моей матери.
Он двинулся вперёд, не оглядываясь.
Я быстро последовал за ним, держа Ариэль за руку.
Нам ещё предстояло пройти некоторое расстояние до комнаты моей матери.
Я решил спросить о том, что меня беспокоило.
— С моей матерью что-то случилось? Реакция на регистрации не внушала оптимизма.
— ......
Врач не ответил сразу.
Он слегка нахмурился, словно колеблясь, стоит ли говорить.
— Пожалуйста, не пугайтесь. В настоящее время состояние пациентки Эш Леонхарт значительно ухудшилось, — сказал он, и от этих слов у меня голова пошла кругом.
— Что? Что вы сказали?
— Сдерживать её болезнь становится всё труднее. Мы проводим максимальное лечение без промедления, но как долго тело пациентки сможет продержаться...
— Подождите. Просто подождите.
Я чуть не повысил голос, не осознавая этого, но сдержался.
Сохраняй спокойствие. Ситуация не изменится от того, что я буду суетиться.
В такие моменты мне нужно сохранять самообладание.
Прежде всего.
— ......
Сжать—
Моя младшая сестрёнка рядом со мной.
Я мягко сжал её руку и продолжил говорить, чтобы она не испугалась.
— Почему? Разве её не лечили должным образом?
— Я тоже так думал. На самом деле наблюдалось улучшение. Однако в последние дни её состояние начало стремительно ухудшаться.
— В чём причина?
— ...Мне неловко это говорить, но мы не знаем. Скрытый Мир невозможно полностью понять с помощью нынешних человеческих знаний. Это значит, что мы не знаем точно, почему её состояние ухудшается.
— Ха.
Чёрт, это совсем не помогает.
Я провожу рукой по волосам и вздыхаю.
Ха-а.
Верно, сейчас важно не обвинять врача.
Должен быть более... конструктивный ответ.
— Сколько она сможет продержаться?
— Не могу сказать точно. Но не думаю, что долго. Скрытый Мир продолжает отравлять её тело.
— Но не немедленно, верно?
— Да. Это точно.
Этого достаточно.
Если я ещё могу что-то сделать, я могу использовать это, чтобы переломить ситуацию.
— Мы пришли. Давайте войдём.
Врач отходит в сторону у двери моей матери.
Я сглатываю и хватаюсь за дверную ручку.
Прошло много времени с тех пор, как я видел маму.
Герцогиня с красивыми пепельно-серыми волосами и глазами того же цвета, которые смотрели на всех с материнской любовью.
И — пациентка, которая уехала на лечение после того, как я видел её всего пять лет.
«Насколько она больна?»
Она уже не может меня узнать?
Если так, то не узнает ли она и Ариэль?
Отбросив различные вопросы и опасения, я твёрдо повернул дверную ручку.
Комната была просторной и удобной, даже для отдельной палаты.
Солнечный свет, проникающий через окно, придавал ей тепло, и вместо типичного больничного запаха лекарств в воздухе чувствовался свежий аромат.
Если бы это было всё, я мог бы успокоиться.
Но, увидев цвет лица матери, лежащей в постели, я не мог отреагировать так просто.
— Мама.
Спокойно, хладнокровно, стараясь не говорить слишком громко.
Даже повторяя это про себя, было нелегко.
Я крепко держал Ариэль за руку и подошёл к стулу у кровати.
— ...Ах.
Мама, похоже, отдыхала с закрытыми глазами.
Услышав мой голос, она медленно открыла глаза, а затем расширила их.
— ...Крейн?
— Да, мама. Это я.
Я сажусь рядом с ней и беру её за руку.
На губах матери появляется улыбка.
— Ты пришёл, мой сын. И... моя дочь.
Ариэль слегка вздрагивает.
Её взгляд направлен в сторону матери, но не прямо.
Она смотрит немного вкось, на стену.
Её выражение лица пустое. Похоже, она не знает, как себя вести.
Поэтому я решил взять инициативу в разговоре на себя.
— Ты хорошо себя чувствуешь?
— Да. Здесь на удивление терпимо. Немного отличается от Империи, но всё в порядке.
— Это хорошо.
Хотя это были лишь воспоминания пятилетней давности, я помню всё отчётливо.
Какой доброй была мать. Какой заботливой.
Она была благородной леди с таким праведным характером, что даже другие дворяне хвалили её.
Но — мама, которую я увидел спустя десять лет, значительно ослабла.
Её красивые пепельно-серые волосы потускнели, а некогда яркие пепельно-серые глаза утратили силу.
Сердце сжалось от боли.
— Крейн, ты был в порядке? Ничего плохого не случилось?
— Я в порядке. У твоего сына есть талант, знаешь ли. У меня не было никаких трудностей.
— Хе-хе. Это хорошо. Я волновалась. Слышала, в Императорском дворце был инцидент, и мой сын был в него вовлечён.
— Ах, это? Послушай, мама. Что там произошло...
Я оживляю воспоминания двухлетней давности и приятно беседую.
Я изо всех сил старался не упоминать о состоянии матери.
Нет нужды говорить о таких депрессивных вещах.
Это можно сделать позже. Я сосредоточился только на том, чтобы наверстать упущенные разговоры.
Когда солнечный свет ослаб, а окно окрасилось в красноватый оттенок.
Выслушав все мои истории, мама нежно улыбнулась.
— Понимаю. Значит, ты обручился с Третьей имперской принцессой.
— Да. Честно говоря, это ещё не кажется реальным. Но я принял это.
— Понимаю. Тогда я должна увидеть, как мой сын женится.
— ......
Тишина.
На мгновение я заколебался, но решил не избегать этого в этот раз.
— Мама.
— Да.
— Это правда... что твоё состояние критическое?
— ...Да. Значит, ты слышал.
Мама закрывает глаза.
Словно напевая колыбельную, она мягко объясняет своё состояние.
— Это правда. Врач сказал, что Скрытый Мир стал более агрессивным. Так что моё тело не сможет продержаться намного дольше.
— ...Нет никакого способа?
— Поскольку моя душа отравлена Скрытым Миром. Если бы был способ исцелить саму душу, возможно. Но такое драгоценное лекарство было бы трудно найти...
Мама казалась смирившейся.
Она тоже это знает. Что нет способа выжить.
Отравление Скрытым Миром — неизлечимая болезнь.
Лечение занимает много времени, и процент излечения невысок. Существует даже вероятность смерти.
Более того, состояние матери в настоящее время ухудшается.
Как она и сказала, если только мы не найдём лекарство, которое может «исцелить саму душу»...
«Подожди?»
«И награда огромна. Есть Вода Лазурного Дракона, которая может напрямую исцелить человеческую душу...»
Разве мой мастер не упоминала об этом?
Что Вода Лазурного Дракона входит в число наград на Фестивале Лазурного Дракона. Что она может напрямую исцелить человеческую душу.
Со вспышкой озарения я вскакиваю со своего места.
Бах!
Мама, испуганная отодвинутым стулом, спрашивает:
— Крейн. Что случилось?
— Я нашёл его. Способ спасти тебя, мама.
— Это правда? ...Нет. Сын. Тебе не нужно перенапрягаться. Просто будь спокоен. Не беспокойся обо мне.
— Нет. Способ действительно есть. Пожалуйста, подожди немного.
С тревожным сердцем я собирался покинуть комнату.
Внезапно я заметил, что Ариэль всё это время сидела молча.
— ......
Наши глаза встречаются, её белые зрачки смотрят в мои.
Я не уверен, понимает ли она ситуацию до сих пор, или понимает, но не знает, что делать.
Я глажу по голове Ариэль, которая выглядит как потерянный ребёнок.
— Ариэль.
— Да.
— Я пойду вперёд. Мне нужно привести мысли в порядок.
— А как же я?
— Думаю, было бы хорошо, если бы ты немного поговорила с мамой. Что думаешь?
— ......
— Тебе не обязательно, если это трудно. Позже будет много возможностей. Нет, я позабочусь о том, чтобы они были. Так что не беспокойся слишком сильно и делай как хочешь.
— ...Я...
Ариэль слегка поворачивает голову.
Там была мама, переводящая взгляд с сына на дочь.
На мгновение их глаза встречаются.
— ......
Ариэль слегка приоткрыла губы, затем закрыла их.
— ...Хорошо. Я побуду немного.
Она ответила.
— Хорошо. Тогда я пойду не спеша, так что приходи позже. Говорите сколько хотите.
— Да. ...Брат. Будь осторожен. Ты ведь тоже болен.
— Не волнуйся. Меня не одолеют дикие звери.
Я машу рукой Ариэль.
Наконец, я кланяюсь маме и закрываю дверь.
— Фух.
Я перевожу дыхание в коридоре.
Цель поставлена.
Это произошло внезапно, но выбора нет.
Я сделаю всё, что угодно, если это сможет спасти маму.
«Фестиваль Лазурного Дракона, значит».
Сначала я не был заинтересован.
Ни в разговорах об участии мастеров боевых искусств со всего мира.
Ни в том, что Хиираги пытаются проверить меня.
Ни в том, что Императрица Меча соблазняет меня доказать свои достижения.
Ни в том, что Ёру просит встретиться в финале.
Я не был особо заинтересован, но теперь всё изменилось.
«Давайте победим».
Давайте попробуем.