— Ну?
— И что дальше?
Их пристальные, требовательные взгляды буквально прожигали меня насквозь. Девушки, окружившие мою кровать, явно не собирались отпускать меня с миром, пока я отчаянно пытался отвести глаза в сторону.
— О боже, Эван! Ну так что там произошло? — щебетала Элисия.
С той самой памятной ночи она, похоже, твердо решила называть меня просто по имени.
— …Эван? И с каких это пор ты зовешь его по имени?.. — глухо процедила Селин, и выражение ее лица мгновенно окаменело.
Скрип.
Элисия подалась вперед, уперевшись коленями в матрас моей кровати, и уставилась на меня сияющими глазами:
— М-м? Ну расскажи же!
Из-за того, что она так беспечно наклонила корпус, белоснежная ложбинка ее глубокого декольте оказалась прямо перед моим носом. Эта сокрушительная женственность, пробуждавшая первобытные мужские инстинкты, заставила меня судорожно сглотнуть и поспешно увести взгляд. Черт побери, мне просто некуда было смотреть!
Мое хладнокровие, которое не дрогнуло ни во время схватки с Имир, ни под шквалом смертоносной магии профессора Арии, сейчас трещало по швам от одного этого невинного, но сокрушительного жеста.
— Да ничего особенного… — пробормотал я, оглядывая комнату.
Наше общежитие всегда казалось мне просторным, но сегодня здесь было не протолкнуться. Точнее, здесь действительно собралась целая толпа: Элисия, Селин, пришедшая вместе с ней, и даже Айрис, которая каким-то чудом увязалась за ними и теперь стояла у стены, скрестив руки на груди.
«Стоп, а она-то когда успела сюда просочиться?»
Я ее точно не звал. Впрочем, двух других барышень я тоже не приглашал.
— На самом деле ничего страшного не случилось. Профессор просто похвалил меня за усердие на занятиях, — невозмутимо соврал я под перекрестным огнем трех пар глаз.
Не мог же я выложить им чистую правду? Сказать: «Знаете, девочки, я только что вскрыл череп вашему любимому профессору, переписал ему мозги и заново срастил переломанные кости»? Меня бы тут же упекли в лечебницу для душевнобольных.
— Но, молодой господин, вы ведь пропустили следующее занятие, — холодно вставила Айрис.
— Вот именно, брат. Ты не пришел на урок, — тут же поддержала ее Селин.
«Черт бы вас побрал».
Одно меткое слово Айрис — и подозрительные взгляды девушек вспыхнули с новой силой.
— Ах, это… У профессора Арии оказалось слишком много тем для разговора. Он начал с подробной истории основания Академии, потом принялся расхваливать собственные научные достижения…
Внутри я обливался холодным потом, но внешне старался сохранять каменное спокойствие. Учитывая болтливый нрав Арии, такая ложь звучала вполне правдоподобно.
— Какое счастье, что ничего дурного не произошло! — с облегчением выдохнула Элисия. — Я так переживала за тебя, Эван. Думала, тебя вызвали, чтобы отчитать.
Забота была приятна, но возникла другая проблема: Элисия придвинулась ко мне настолько вплотную, что ее пышная грудь буквально расплющилась о мое предплечье. Кажется, она уже не просто едва касалась меня, а откровенно прижималась.
— Эм… Элисия? Мне кажется, ты сидишь слишком близко.
— А? Эван, о чем ты? — захлопала она ресницами с видом абсолютной невинности.
От этого движения ее роскошные формы вновь колыхнулись, передавая сквозь тонкую ткань рубашки умопомрачительно мягкое тепло.
— …Нет. Забудь.
Я уже начал сомневаться, не делает ли она это нарочно. Вдруг она втайне забавляется моей реакцией?
«Хотя нет, зная Элисию, она наверняка даже не понимает, что творит. Она слишком чиста душой».
К тому же, положа руку на сердце, какой нормальный мужчина стал бы искренне жаловаться на объятия такой красавицы? Если бы не обстоятельства, я был бы на седьмом небе от счастья. Да, если бы не чертовы обстоятельства…
Селин и Айрис смотрели на происходящее с одинаково застывшими лицами. Их взгляды, устремленные на Элисию, были холоднее вечной мерзлоты.
— Элли? Мне кажется, тебе не стоит так виснуть на нем, — процедила Селин. В ее голосе не осталось и следа привычной мягкости.
— Молодой господин выглядит смущенным, мисс Элисия, — с нажимом добавила Айрис.
— Ой… Простите, пожалуйста, — стушевалась полуэльфийка и нехотя отодвинулась, хотя на ее лице читалось явное сожаление.
В воздухе повисла звенящая, удушливая тишина. Никто не решался заговорить первым. Я благоразумно держал рот на замке, проклиная себя за то, что вообще впустил их в комнату. И как раз в тот момент, когда я уже собирался сказать какую-нибудь глупость, лишь бы разрядить обстановку…
Стук.
Звук раздраженно брошенной на стол книги эхом разнесся по комнате. Все разом повернули головы. Кайен сидел за своим столом и сверлил нашу компанию откровенно свирепым взглядом.
— Кхм. Дамы, вы ведь помните, что это не моя личная комната? — мгновенно ухватился я за спасительную соломинку. — Я говорю это потому, что моему соседу, кажется, не по себе.
— Если вам так приспичило поболтать, не могли бы вы убраться в другое место? От вас голова раскалывается, — с трудом сдерживая ярость, процедил Кайен и потер виски.
Для его нелюдимого характера это было настоящим подвигом — протерпеть этот женский балаган так долго. Кайен органически не переваривал чужое присутствие.
— Прости, Кайен, — виновато развел я руками, мысленно вознося ему хвалу. Никогда еще его раздражение не было столь желанным.
— Ах, прошу прощения, лорд Кайен! Мы действительно слишком расшумелись, — спохватилась Элисия. — Что ж, тогда мы пойдем. Эван, отдыхай!
Только когда за троицей захлопнулась дверь, в комнату наконец вернулся долгожданный покой.
— Фух… Сил моих нет, — я без сил рухнул на кровать и закрыл лицо ладонями.
— …Должно быть, приятно пользоваться такой бешеной популярностью, — язвительно бросил Кайен со своего места.
— К черту такую популярность. Я чуть не сдох.
— …Ты ведь просто притворяешься уставшим, а сам втайне упиваешься вниманием?
— А ты бы на моем месте упивался?
Кайен на мгновение замолчал, после чего нехотя выдавил:
— …Нет. Меня бы стошнило.
— Вот и молчи.
В комнате снова воцарилась тишина. Я натянул одеяло до самого подбородка и прикрыл глаза. Впереди оставалось несколько дней до катастрофы, и мне нужно было как следует выспаться.
Спустя несколько дней Академия окончательно погрузилась в атмосферу праздника.
Повсюду развевались яркие флаги и гирлянды, а лица студентов, гулявших по аллеям, светились неподдельным восторгом.
«Значит, началось».
Подперев щеку рукой, я задумчиво смотрел в окно аудитории. Сегодня был первый день Фестиваля диких полей. До решающего момента оставалось трое суток — полномасштабная атака культа во главе с Арией начнется лишь в заключительную ночь.
— …Поэтому вам следует уделить особое внимание этому разделу. Проще говоря… — у доски мягко вещал профессор Ария.
Благодаря манипуляции памятью он вел себя совершенно естественно. Никаких признаков подозрения или враждебности. Напротив, его привычка подмигивать студентам и изображать всеобщего любимца теперь вызывала у меня лишь ироничную усмешку.
Хлоп.
— На этом закончим сегодняшнее занятие. Вижу, вам все равно сейчас не до учебы, — добродушно улыбнулся профессор, закрывая конспект. — С сегодняшнего дня начинается Фестиваль диких полей. Уверен, вы все ждали его с нетерпением.
— Ура-а-а! Первый фестиваль! Учитель, я покажу вам настоящий праздник! — восторженно взревел Баркан с первой парты, и аудитория мгновенно загудела, словно потревоженный улей.
Даже будучи элитой из класса S, они оставались обычными подростками. Возможность отдохнуть три дня подряд опьяняла их сильнее любого вина.
— Не задерживайтесь допоздна, — добавил Ария с отеческой заботой. — Во время праздника в кампус могут проникнуть посторонние, так что будьте осторожны.
«Уж чья бы корова мычала», — хмыкнул я про себя, складывая тетради в сумку.
Как только профессор скрылся за дверью, студенты ринулись на выход. Я тоже неторопливо поднялся, намереваясь вернуться в общежитие, задернуть шторы и проспать до вечера.
— Эм… Брат?..
— Эван?
Два робких голоса заставили меня застыть на месте. Селин и Элисия переглянулись и, набравшись храбрости, шагнули ко мне:
— Раз уж фестиваль начался…
— Да! Если у тебя есть время, может быть, мы вместе…
Топ! Топ! Топ!
— Однокашник! Раздели же радость праздника вместе со мной!
Оглушительный медвежий рев напрочь заглушил слова девушек. Тяжеленная, бугрящаяся литыми мышцами ручища Баркана опустилась мне на плечи. Я попытался увернуться, но варвар лишь раскатисто захохотал:
— Ха-ха-ха! Нечего стесняться! Настоящая доблесть воина — веселиться от всей души!
— Слушай, я не в настроении…
— Полно скромничать! Идем скорее, мой друг!
Ладонь Баркана, размером с крышку от чугунного котла, намертво вцепилась в мое плечо. Кажется, этот громила совершенно не умел соизмерять свою силу.
— Баркан, пусти. Я серьезно…
— О! Кажется, вон там жарят что-то потрясающее! Поспешим, соратник!
Не слушая никаких возражений, великан поволок меня к выходу из аудитории, словно мешок с зерном.