— …Быстрее, за мной.
— …Погоди. Замок… легко поддастся…
Шорох.
Едва уловимое чужое присутствие. И глухой шепот мужских голосов.
День выдался изнурительным. Из-за последствий праздничной суматохи сознание Айрис, погруженное в куда более глубокий сон, чем обычно, стремительно вернулось в реальность.
«…»
Заметив странность, она не стала опрометчиво распахивать глаза. Сохраняя размеренное дыхание, будто все еще пребывая в объятиях дремоты, девушка сосредоточила весь свой слух на происходящем за дверью.
«…Трое».
Шаги, эхом отдающиеся в коридоре, были предельно тихими, но они не могли обмануть ее чувства, обострившиеся до предела. И превыше всего ее разбудила липкая жажда крови, сочившаяся из-за дверного полотна.
Люди, источающие неприкрытую враждебность, прямо сейчас стояли перед ее комнатой.
С момента поступления в Академию она вроде бы не совершала ничего такого, за что стоило бы навлечь на себя подобную ненависть. Задавшись мимолетным вопросом, кто они такие и почему избрали ее своей мишенью, она быстро пришла к единственному логичному выводу. Ведь она почти успела забыть о недавней стычке.
«Как и ожидалось, они и не думали спускать это на тормозах».
Те самые так называемые старшекурсники, решившие прицепиться к ней под предлогом «воспитания дисциплины». Вспоминая ядовитую злобу в их взглядах, когда они с позором ретировались, не сумев противопоставить ничего путного ее кулакам… Она догадывалась, что рано или поздно они попытаются отомстить. Но никак не ожидала, что все примет подобный оборот.
«…Жалкое зрелище».
Внутренне насмехаясь над ними, Айрис тем не менее нашла странным то, что нападавших оказалось меньше, чем можно было подумать. Судя по их тогдашнему запалу, она ждала целую толпу, но явилось всего трое. Они настолько недооценивали ее? Или были столь уверены в собственном превосходстве? Трудно сказать.
Щелк.
Скрип.
Пока она размышляла, запертая дверная ручка бесшумно повернулась. Судя по тому, насколько ловко они провернули этот трюк, взлом замков не был для них в новинку.
— Открыто.
— Заходи первым, я прикрою тыл.
Услышав приглушенный шепот, Айрис не стала медлить ни секунды. Бесшумно откинув одеяло, она свернула из подушки подобие человеческого силуэта, а сама гибко, словно змея, скользнула под кровать.
Топ. Топ.
Дверь распахнулась, и в комнату шагнули трое мужчин в масках. Оказавшись в кромешной тьме, они переглянулись и без малейших колебаний занесли оружие над кроватью.
— Начали.
Вместе с тихим приказом…
Хрясь! Бабах!
Не дожидаясь друг друга, они принялись с беспощадной яростью крушить постель дубинками и тяжелыми клинками. Свирепые удары, едва заметно напитанные аурой, заставили перья и пух взметнуться в воздух, а деревянный каркас кровати жалобно затрещал. Это было смертоносное нападение: окажись там обычный человек, он получил бы тяжелейшие увечья или вовсе расстался с жизнью.
— …А?
Однако не последовало ни криков агонии, ни долгожданного хруста ломающихся костей. Все, что ощутили кончики их оружия — нелепая, податливая мягкость хлопчатобумажной ткани.
Вжих!
— Ее здесь нет!
— …Да быть того не может?!
Их голоса, полные растерянности, растворились во тьме. И в то самое мгновение, когда они сорвали остатки одеяла и ошеломленно уставились на растерзанную подушку…
Шорох.
Айрис бесшумно выскользнула из-под кровати. Замерев за их спинами, подобно бесплотной тени, она холодно произнесла:
— И кого же вы надеялись найти здесь в столь поздний час?
— …Гха-а!
От внезапно раздавшегося за спиной женского голоса троица испуганно вздрогнула и поспешно развернулась, но было уже слишком поздно.
Ба-ам!
Их взглядам предстала девушка в кружевной ночной сорочке — ровно в то мгновение, когда сокрушительный удар ее ноги врезался прямиком в челюсть ближайшего нападавшего.
— Кх-а-а!..
Хрусь.
Один-единственный удар. От этого чистого, выверенного выпада мужчина даже вскрикнуть не успел: его глаза закатились, и он рухнул на пол, пуская пену изо рта.
— Ах ты, дрянь!..
Поняв, что внезапная атака с треском провалилась, оставшиеся двое в панике взмахнули оружием. Однако для окончательно проснувшейся Айрис их движения казались невыносимо медленными, словно в замедленной съемке.
«Сплошные бреши».
Слегка пригнувшись, она легко разминулась с лезвием меча и нырнула в открывшуюся защиту одного из противников.
Хлысть! Хруст!
Раздался звук, похожий на щелчок кнута.
— …А?
Один из мужчин, только что заносивший дубинку, теперь судорожно зажимал нос руками и шатался на месте. Густая темная кровь ручьями сочилась сквозь его пальцы.
— …Ч-что… что за чертовщина?! — тупо повторял он, глядя на алую жижу, капающую на доски пола.
Третий, лихорадочно размахивая мечом, чтобы удержать девушку на расстоянии, в панике заорал на сообщника:
— Очнись, идиот! Смотри вперед, она же!..
К несчастью, прежде чем раненый успел осознать предупреждение, Айрис с безупречной грацией взмахнула ладонью еще раз. На излете этого плавного движения сконцентрированная масса маны обрушилась прямиком на лицо мужчины.
Бах!
— …А-а-агх!
С глухим стуком, от которого, казалось, череп готов был треснуть, нападавший отлетел назад, словно от удара кузнечного молота.
Глухой удар.
Она пнула тело, врезавшееся в стену, и перевела ледяной взор на последнего оставшегося на ногах противника.
— Теперь остался только ты.
— …Монстр, а не девка!..
Не ожидая, что его товарищи полягут столь нелепо и быстро, последний бандит окончательно потерял всякую волю к сражению. Он начал медленно пятиться к дверному проему.
«Это безумие. Полное безумие!..»
— Вы непохожи на тех старшекурсников, которых я видела днем. Кто вас подослал? — неторопливо приближаясь, спросила Айрис.
Ее взгляд уже окончательно остыл, уподобившись глади ночного моря.
— Тц…
— Не собираешься говорить? Что ж, выбор за тобой.
Если он не хочет отвечать, ей, по большому счету, все равно. Кто бы его ни послал, какие бы цели они ни преследовали… Раз уж они посмели напасть на нее, достаточно просто переломать им кости.
Словно не собираясь давать ему времени на раздумья, она оттолкнулась от пола и бросилась вперед.
— П-постой!..
Ба-а-ам!
Его мольба захлебнулась под ударом кулака Айрис. Получив беспощадный удар в лицо, мужчина мгновенно лишился сознания.
Оправив растрепавшиеся волосы, Айрис окинула взглядом троих поверженных, валявшихся на полу.
— …Всю комнату разворотили.
Глядя на изуродованную кровать, она вдруг ощутила укол мимолетного сожаления. Если уж среди ночи к ней и должны были нагрянуть незваные гости, то лучше бы это был… совсем другой человек, нежели эти убогие головорезы.
— Ха-а-а.
Тяжело вздохнув, она неторопливо принялась связывать нападавших.
По правде говоря, раньше я об этом особо не задумывался. Но теперь, когда игра стала реальностью, меня не на шутку заинтересовала одна вещь.
Случайные события.
Та самая недружелюбная системная механика, что вечно сваливалась на голову без предупреждения и четкой даты. Прежде, пока это было всего лишь игрой на экране монитора, мне было плевать. Пытаться анализировать подобное в игровом коде казалось смешным — ни в описаниях, ни в сеттинге не содержалось ни крупицы внятных объяснений.
Но теперь всё изменилось. В отличие от прежних времен, это стало частью неоспоримой реальности.
Так откуда же, черт возьми, берутся эти события?
Шорк. Шорк.
Волочить двоих здоровенных бугаев из общежития в безлюдный дальний сад оказалось не так уж сложно. Туши у них, конечно, увесистые, но особой проблемы это не составило.
— …Я бы и сам дошел! Обязательно волочить меня по земле, как мешок с дерьмом?!
— Тебе следовало подниматься на ноги до того, как я взялся за воротник.
— Проклятье… Да что бы я ни сказал, тебе вообще плевать на мои слова!
Вот как?
— Просто закрой глаза на эту незначительную деталь.
— Песий ты выродок…
Пропустив мимо ушей его приглушенное ворчание, я остановился перед сидящим на земле парнем и медленно опустился на корточки.
Хвать!
Я без церемоний сорвал с него маску. Если уж нам предстоит задушевный разговор с глазу на глаз, куда приятнее видеть физиономию собеседника, не так ли?
Когда его лицо внезапно предстало в лунном свете, глаза парня расширились от неожиданности, но…
— …Тц.
Видимо, рассудив, что этого все равно было не избежать, яростного сопротивления он оказывать не стал. Не то чтобы это на что-то повлияло в любом случае.
— Ну что, может, выложишь все, что знаешь? Кто тебя послал?
— …Я же сказал. Рот я не раскрою. Можешь сразу убить.
Зик отвернул голову в сторону, наотрез отказываясь отвечать. Если смерть неизбежна независимо от того, заговорит он или нет, безопаснее держать язык за зубами. По крайней мере, так он избежит клейма предателя…
…Или именно так он сейчас думал.
— Неужели? Выходит, ты настаиваешь на том, чтобы всё пошло по плохому сценарию?
Меня это вполне устраивало. Напротив, так даже лучше — появится повод опробовать кое-какие эксперименты на практике.
— Т-ты… ты что задумал?!
Зрачки Зика задрожали, когда он увидел темно-багровую энергию, струящуюся с моих пальцев, подобно зыбкому полуденному мареву. Кажется, его напускная бравада дала трещину. Неужели испугался?
— Да ничего особенного. Просто слегка помассажирую тебе мозги.
— …Что?!
Прежде чем я успел договорить, моя ладонь уже опустилась прямо на его макушку.
Гу-у-ул.
Едва мана из перстня хлынула через пальцы и начала просачиваться в сознание Зика, его глаза остекленели от первобытного ужаса, а все тело заколотило мелкой дрожью, словно осиновый лист на ветру.
— Ч-что это… Гх-х, бр-р-ргх!..
Он отчаянно попытался закричать, но изо рта вырвался лишь глухой, сдавленный хрип, словно ему в глотку забили кляп. Лишь придушенные стоны, напоминающие предсмертный вой загнанного зверя, клокотали глубоко в горле.
Встретившись с его обезумевшим от ужаса взглядом, я счел своим долгом вежливо пояснить:
— Я тебя парализовал, а то от твоих воплей было бы слишком много шума. Если надумаешь заговорить — просто моргай вверх-вниз. Усек?
Хрусть.
Когда мои пальцы продавили ткани скальпа и коснулись непосредственно вещества мозга, я невольно поморщился от мерзкого, податливого ощущения.
— Каждый раз, когда приходится это проделывать, испытываю непреодолимое омерзение.
— М-м-м-пф!! М-м-м-пф!!
Полагаю, он испытывал схожие чувства. В идеале мне хотелось бы извлекать нужные воспоминания без этой отвратительной хирургической процедуры, но, к великому сожалению, среди известной мне магии не нашлось столь удобного заклинания.
«Какая досада».
Заклинание изменения памяти есть, а нормального чтения воспоминаний нет? Какой идиот вообще составлял этот репертуар? Даже шевеля пальцами, я испытывал легкое раздражение, но сетовать на отсутствие нужного инструмента было бессмысленно. Выглядит это со стороны скверно, но приходится пользоваться старыми дедовскими методами.
— Ну что ж, продолжим.
— М-м-м-м-м-пф!!
Не прошло и пяти минут с начала процедуры, как заплаканные глаза Зика принялись неистово метаться вверх-вниз, умоляя о пощаде.
— Кто?
— Люциан… Я же сказал, господин Люциан! Кха, кха-а!
Давясь сопливыми всхлипами вперемешку с рваным дыханием, он выдавливал из себя слова так торопливо, словно боялся, что я снова начну ворошить его мозги.
— Хм.
Глядя на смертельно бледного Зика, я медленно кивнул. Раз уж он ответил, стоит отдать ему должное. Но возникла одна загвоздка.
«…И кто это вообще такой?»
Кто, черт побери, этот Люциан, о котором твердит Зик? Я понятия не имел. Это был не Леон, который изначально существовал в каноне и появлялся на первых же этапах сюжета. Даже напрягая память и перебирая всех мало-мальски значимых персонажей «The Glory», я не мог припомнить подобного имени.
— И кто он такой?
— Кха, кха… Что?
— Я спрашиваю: кто он такой?
— …?
— …?
Даже сквозь рвотные позывы парень уставился на меня с совершенно ошарашенным выражением лица. Во взгляде читалось немое недоумение: «Ты что, в самом деле не знаешь господина Люциана?!»
Ну, я действительно его не знаю, так чего он от меня ждет?
— Чего уставился? Говори давай.
— …Ты… ты правда не знаешь?! Второй сын маркиза Хелента, господин Люциан!
— А-а.
Маркиз Хелент, значит?..
«Кажется, слышал что-то такое».
Смутно припоминаю, что в королевстве вроде бы существовало такое семейство. Но был ли у этого рода второй сын по имени Люциан?
«…»
Нет, положа руку на сердце, я не был уверен. Я не настолько заучивал мелкие детали биографии третьесортных фоновых статистов.
— Понятия не имею.
От моего равнодушного ответа у Зика едва челюсть не отвисла.
— Т-ты, невежда деревенская!.. Господин Люциан — один из лидеров второго курса класса S и главный кандидат на пост президента студсовета!
«…И кто он, мать его, такой?»