Наблюдая за усердно трудящимися в полях крестьянами, безмятежным замком и едва слышными славословиями, Байрон мысленно немного расслабился.
Судя по всему, ситуация не скатывалась к самому худшему финалу.
В таком случае безопасность его дальнейших действий, возможно...
Прямо во время раздумий Байрона ворота замка внезапно распахнулись, и отряд одетых в кожаные доспехи крепких всадников вихрем вылетел из замка, погоняя лошадей плетями.
Если бы дело ограничилось только этим, ход мысли Байрона не нарушился бы.
Но, к сожалению, этот отряд солдат двигался как раз в сторону той самой деревни, где недавно находился Байрон.
Увидев это, Байрон скривил губы в усмешке: он не знал, то ли его язык оказался слишком пророческим, то ли обитающий в замке бог решил воспользоваться моментом и подставить его.
Иначе как объяснить такое совпадение?
Бросив долгий взгляд на замок, Байрон поднялся на ноги и растворился на вершине холма.
Ему требовались более подробные сведения о положении дел в замке.
.........
«Хрусь!»
В тишине заросшего леса Байрон одной рукой схватил солдата за горло и, пока тот отчаянно бился в судорогах, сломал ему шею, словно цыпленку.
Вокруг Байрона всё почернело от гари, высокие деревья одно за другим рухнули на землю, объятые пылающим пламенем.
На обугленной земле беспорядочно валялись с десяток трупов со страшными следами смерти — среди них были как люди, так и кони.
Стоявший посреди такой картины Байрон выглядел пугающе, точно демон, вернувшийся из бездны.
Хотя физическое развитие Байрона и нельзя было назвать выдающимся, это касалось лишь тех волшебников, которые специализировались на телесной мощи или целиком полагались на неё.
Но для обычных людей его телосложение оставалось чем-то недостижимым.
В конце концов, у любого волшебника физические показатели растут по мере скачка силы духа.
Расправившись с последним отчаянно сопротивлявшимся солдатом, Байрон с ухмылкой повернулся к трем солдатам, которые жались под деревом, дрожа от страха.
Увидев эту сцену, трое солдат испустили пронзительные крики.
Но в самый последний момент, опасаясь, что их вопли разозлят стоявшего перед ними человека, они собственными руками судорожно зажали себе рты.
Заметив, насколько смышлеными оказались эти трое, Байрон довольно кивнул.
Если эти трое и уцелели, то лишь по нескольким причинам.
С одной стороны, в самый момент начала атаки Байрона они немедленно вышли из боя, а позже, когда остальные солдаты пошли в атаку, просто спрятались в стороне и не участвовали в стычке, благодаря чему и спаслись.
С другой стороны, всё было предельно просто.
Байрон понял, что статус этих троих явно выше обычного, и они помогут ему разобраться в обстановке внутри замка.
В конце концов, одежда на них выглядела гораздо качественнее, чем у остальных солдат.
«Ладно, теперь нам никто не мешает. Отвечайте на любые мои вопросы, а не то — хе-хе...»
Остальную часть фразы Байрон договаривать не стал, но её смысл троица поняла прекрасно.
Услышав это, все трое закивали с безумным усердием, боясь, что малейшее промедление вызовет недовольство Байрона и им свернут шеи, как тем воинам.
Не тратя времени даром, Байрон сразу же задал вопрос:
«Почему вы покинули замок с отрядом, и какова ваша цель?»
Услышав это, все трое явно замерли, а на их лицах отразилось колебание.
Видя это, Байрон церемониться не стал: перевернув ладонь, он вызвал сгусток пламени, который лениво поплыл в сторону троицы.
Наконец огонь завис прямо перед ними, непрерывно обдавая их невыносимым жаром.
Трое бедолаг, никогда прежде не сталкивавшихся ни с чем подобным, тут же испустили животные вопли.
«Говорю, я всё скажу!»
«Да, мы всё расскажем!»
«Мы вышли по приказу владыки, чтобы расследовать одно дело! Воины под началом владыки были убиты кем-то снаружи, и владыка очень разгневан! Он приказал нам уничтожить дерзнувшего оскорбить Его и принести тела обратно!»
Услышав ответ последнего из них, Байрон довольно кивнул, и парящий перед ними огонь рассеялся.
Байрон произнес: «Вы двое берите с него пример. Разве я не говорил, что не желаю слушать пустые слова? Просто давайте мне нужные ответы».
Услышав это, все трое дружно закивали, показывая, что всё поняли.
Хотя в глубине души они были абсолютно уверены, что этот человек ничего подобного не произносил, возражать они не смели, страшась навлечь на себя гнев и накликать беду.
Байрон снова задал вопрос: «Что за история с владыкой, о котором вы говорите?»
«Владыка... Тот человек сам заставил нас называть Его так, мы и сами не понимаем, что происходит».
«Этот владыка — божество, верить в которое нам приказал барон Вирла. Он называет себя богом войны, а зовут его Абдан».
«........»
Слушая эти сбивчивые, наперебой сыпавшиеся ответы, Байрон не стал их прерывать.
Хотя из-за того, что все трое говорили одновременно, звук получался шумным, а обрабатывать информацию было чуть сложнее, времени уходило значительно меньше, чем при допросе поодиночке.
К тому же, при таком подходе не приходилось опасаться, что они сговорятся — в подобных обстоятельствах Байрон бы им это даже простил.
Да и подобная обработка информации для Байрона ничего не стоила, ему даже не потребовалось подключать вспомогательные функции Всевидящего ока.
Выслушав их ответы, Байрон не стал выражать сомнений и продолжил допрос:
«Каково происхождение этого бога войны Абдана?»
«Это я знаю! Я лично видел, откуда Он взялся: Он упал с небес, и мы с бароном Вирлой подобрали Его вместе».
«А подобрали мы Его потому, что Он пообещал: если барон Вирла поможет Ему, Он поможет барону взойти на королевский трон».
«Я тогда говорил, что эта штука ни к чему хорошему не приведет, но жадность затуманила барону Вирле глаза, и он ничего не замечал».
«И он же поплатился за свою жадность — незадолго до нашего выхода из замка барон Вирла погиб от рук Абдана».
При этих словах остальные двое ошеломленно уставились на говорившего.
«Как такое возможно? Барон Вирла мертв? Его убил Абдан?!»
«С чего бы барону Вирле умирать? А как же воины под его началом? Как он мог просто так погибнуть?!»
Тот, кто заговорил первым, закатил глаза на их расспросы и раздраженно бросил:
«Зачем мне вас обманывать? Барона Вирлу убили его собственные солдаты, а тело закопали. Если бы не это, разве стал бы я выходить из замка вместе с этими солдатами и разве встретил бы...»
На полуслове говоривший, судя по всему, опомнился, втянул голову в плечи и умолк, не смея продолжать.
А двое других по-прежнему сидели с ошеломленными лицами, тупо глядя перед собой пустыми глазами.
Что же касается Байрона, услышав это, он поднял руку и принялся тереть подбородок.
Эти сведения были чрезвычайно полезны для Байрона. Более того, он понял, что это редчайшая возможность, которая значительно уменьшит давление при его столкновении с этим Абданом.