У главного входа Байрон с некоторым недоумением посмотрел на Элизу и Грея и спросил: «Вы знакомы с этим типом?»
Элиза и Грей переглянулись и одновременно покачали головами.
Элиза, словно что-то вспомнив, пояснила:
«Этот тип, должно быть, специализируется на исследовательской работе прямо здесь, в лагере. Такие люди всегда свысока смотрят на нас, адептов, которые борются за ресурсы там, снаружи, вот он и ведет себя подобным образом».
Услышав объяснение Элизы, Байрон невольно усмехнулся.
Он никак не ожидал, что среди адептов встречаются и такие кадры.
Однако в следующий миг на лице Байрона появилось странное выражение, когда он посмотрел на направляющегося к платформе заданий Кнута.
«И надо же было такому случиться, да еще чтобы я сам на это нарвался. Хорошо, что я встретил вас на полпути, а то бы точно опоздал».
А Грей и вовсе злорадно произнес: «Я так хочу посмотреть на выражение его лица, когда он обо всем узнает. Это будет умора, ха-ха-ха...»
Под конец Грей даже не смог сдержать смеха, да и у Элизы глаза сузились от улыбки.
Байрон отвел взгляд, посмотрел на стоявших рядом Грея и Элизу и с улыбкой сказал:
«Ладно, не будем о нем, пойдёмте. Сначала нужно вылечить мою полуразрушенную руку, а не то я никак не смогу отплатить вам за помощь».
Элиза прищурилась с улыбкой: «И как же ты собираешься нам отплатить?»
Байрон улыбнулся: «Я угощаю, а вы показываете дорогу. Как следует распробуем местную кухню этого мира».
К тому же Байрон уже несколько дней нормально не ел, так что он воспользуется случаем плотно подкрепиться, а затем как следует отдохнуть и избавиться от накопившейся за эти дни усталости.
В то же время внутри зала заданий.
В окружении свиты Кнут наконец добрался до стойки приема заданий.
Наслаждаясь полными ожиданий взглядами окружающих, Кнут с сияющим лицом подошел к улыбающейся сотруднице и с улыбкой заговорил.
По иронии судьбы, этой сотрудницей оказалась та самая девушка, которая только что помогла Байрону обменять знания на очки.
«Здравствуйте, я хочу сдать исследовательские материалы, касающиеся гашения вибраций с помощью кристаллов пещерных червей».
Услышав это, улыбка на лице сотрудницы мгновенно исчезла, и она странно посмотрела на Кнута.
Заметив это, Кнут решил, что она просто поражена, и в его душе вспыхнуло еще большее самодовольство.
Он даже самодовольно откинул длинные пряди волос перед сотрудницей с каштановыми волосами.
Та вздрогнула от такого зрелища и поспешно опустила голову: «Запишите соответствующие сведения прямо в кристалл знаний».
Кнут не увидел в этом ничего странного и быстро занес всю информацию внутрь.
Протягивая кристалл сотруднице с каштановыми волосами, он самодовольно заявил: «Правда ведь, потрясающий результат исследования!»
Сотрудница с каштановыми волосами ответила: «Простите, но этот результат исследования уже был сдан, так что теперь он не имеет ценности для сдачи. Хотите ли вы продолжить оформление?»
Кнут на мгновение растерялся: «Что?»
Сотрудница терпеливо повторила свои слова еще раз и даже дала добрый совет:
«Этот результат исследования только что сдали те трое, которые вышли отсюда, когда вы только вошли».
Услышав это, Кнут словно очнулся ото сна. Он с недоверием уставился на сотрудницу, собираясь о чем-то переспросить.
Но, взглянув на ее совершенно обычную улыбку, он почувствовал, что она над ним смеется, и это казалось невыносимо унизительным.
Более того, ему вдруг показалось, что все в зале заданий смотрят на него как на клоуна и мысленно издеваются над ним!
Вспомнив даже то, каким взглядом он одарил Байрона у главного входа и какое лицо было у самого Байрона, он почувствовал, как его лицо залилось жгучим румянцем, а сердце наполнилось яростью.
Слова, уже вертевшиеся на кончике языка, он в итоге проглотил обратно.
Больше ничего не сказав, он молча бросился прочь, не обращая внимания на призывы сопровождавших его людей.
Он выбежал из зала, словно побитая собака.
Но в тот самый момент, когда Кнут покидал зал заданий, в помещении внезапно раздались возгласы изумления и громкий гул обсуждений.
Выбежав наружу и сориентировавшись на местности, Кнут со всех ног побежал в сторону городского цеха.
Он помнил слова сотрудницы о том, что Байрон опередил его с подачей, а также помнил состояние руки Байрона.
Именно поэтому Кнут был уверен, что Байрон направится в цех, и решил перехватить его там.
Он хотел узнать почему, с какой стати!
С какой стати Байрон смог опередить его в сдаче результатов эксперимента? Это же результат его долгих трудов! Какой-то адепт, промышлявший поисками ресурсов, какими способностями обладал для исследований и откуда у него вообще взялось время?!
Он не смирился!
.........
Лагерь волшебников, цех.
«Большинство здешних лавок открыты самими адептами, лавки академии занимают лишь ничтожную долю. К тому же, в отличие от ученических магазинов, где можно расплатиться магическими камнями, в академических принимают только очки».
Троица прогуливалась по цеху, а Элиза с улыбкой рассказывала об этом Байрону.
Оглядывая цех с рядами лавок по обеим сторонам, который внешне почти ничем не отличался от самой академии, Байрон мысленно покачал головой.
Стоило ему опоздать всего на несколько дней, как прибывшие на задание адепты умудрились развернуть здесь целые магазины.
Добавьте к этому другие постройки вроде зала заданий — и перед ними представала точная копия уменьшенной Академии Тёмной Эрозии.
«Байрон, ты даже не представляешь, я слышал, что большинство этих лавок принадлежат членам семей волшебников».
Грей понизил голос: «Мне кажется, эти потомки влиятельных семей прибыли сюда вовсе не для выполнения заданий, а ради торговли».
Байрон улыбнулся: «Вполне возможно, что для них это и есть способ выполнения задания».
«Полагаю, академию волнует лишь то, выполнено ли задание, а каким именно способом — им совершенно всё равно».
Грей задумчиво кивнул в ответ.
В этот момент троица подошла к крупному зданию лавки, занимавшему площадь в два-три раза больше остальных торговых точек.
Элиза легко улыбнулась: «Ну вот мы и пришли, заходим».
Байрон обернулся и слегка удивился.
Он не ожидал, что возле других лавок толпилось мало народу, а вот в этой покупателей оказалось немало.
«Удивлен? На самом деле сейчас здесь еще относительно малолюдно».
Элиза лукаво подмигнула Байрону: «Ты же не знаешь: хотя в лагере можно не опасаться влияния кристальной эрозии, избавляться от нее все равно приходится с помощью здешних зелий».
«До сих пор не слышно, чтобы хоть кому-то из адептов удалось создать зелье, способное противостоять кристальной эрозии или полностью удалять ее, поэтому за средством против нее приходится идти сюда».
«А такие люди, как мы с Греем, ради выполнения заданий не засиживаемся подолгу в лагере, поэтому всякий раз по возвращении или перед отправкой в путь нам нужно заглядывать сюда за зельями от кристальной эрозии».
Выслушав ее, Байрон мысленно всё понял: монопольный бизнес, неудивительно, что торговля идет так бойко.
Внутри троица приобрела за очки зелья, избавилась от следов кристальной эрозии и сразу же покинула лавку, не задерживаясь надолго.
Едва они вышли наружу, как Грей, не выдержав одолевавшего его любопытства, задал вопрос:
«Байрон, зачем ты накупил столько зелий против кристальной эрозии? Со временем их свойства ослабевают, не проще ли было купить новое, когда оно тебе действительно понадобится?»
«Брать сразу три флакона — чистая трата! А вдруг пропадут зря? Один флакон стоит целых пять очков!»
«Мы с Элизой после вылазки за ресурсами едва сводим концы с концами, после покупки зелий почти ничего не остается».
«Расточительство, просто невероятное расточительство».
Пережив историю с одалживанием зелий, прежде щедрый и равнодушный к деньгам Грей тоже научился экономить каждый грош.
Услышав вопрос Грея, Байрон не стал ничего скрывать и с улыбкой ответил:
«На самом деле я взял эти зелья, чтобы изучить их и попытаться вывести формулу».
Грей воодушевленно воскликнул: «Байрон, не ожидал, что у тебя, оказывается, те же мысли, что и у Элизы!»
«Если ты и вправду сможешь создать его, то озолотишься и больше не будешь мотаться наружу день за днем, как я!»
Элиза с удивлением посмотрела на Байрона — она никак не ожидала, что он преследует ту же цель, что и она сама.
Впрочем, это было вполне естественно: какой зельевар сможет устоять перед подобным искушением?
Байрон скромно ответил: «Это пока лишь мысли вслух, удастся ли воплотить их в жизнь, я еще не знаю».
«Ха-х, ну хоть капля самокритики у тебя осталась! Словно рецепт такого зелья можно вот так взять и разработать!»
В этот момент позади троих раздался насмешливый голос.