Всего за несколько секунд до того, как Дилан очнулся от притворного сна, Всевидящее око, неотрывно следившее за Блейком, также зафиксировало аномальные колебания.
Эти две аномалии исходили из двух разных мест.
Первая — от Блейка, стоявшего рядом с Байроном, а вторая — с близлежащей песчаной дюны: судя по всему, именно это существо пыталось их выведать.
Увидев исходившие от Блейка необычные колебания души, Байрон сразу всё понял: Блейк, судя по всему, был магом душ.
Маги этого типа считают, что именно душа является истинной сутью волшебника, в то время как плоть — лишь временный сосуд, и целенаправленно изучают природу души, силу духа, волю, сознание...
Это также прекрасно объясняло, почему Дилан велел ему держаться поближе.
По всей видимости, Дилан рассчитывал использовать исследования Блейка в области душ, чтобы выследить существо, которое вело за ними слежку.
Что же касается того, почему аномалию Блейка не удалось заметить раньше...
Причиной тому было лишь то, что Байрон не думал в этом направлении, да и прежние колебания души Блейка не выходили за рамки нормы, не отличаясь той силой, с которой применяются чары душ.
В конце концов, среди волшебников, изучающих развитие души, кто станет обращать особое внимание на нормальный уровень душевных колебаний отдельного мага?
Байрон крепко усвоил этот урок и велел Всевидящему оку занести его в архив, чтобы в будущем при встрече с магами душ больше не совершать подобных ошибок.
Существо на песчаной дюне тоже принадлежало к пещерным червям, однако оно отличалось как от солдат улья, так и от стража кристального истока, явно представляя собой новую разновидность.
Этот пещерный червь был ростом в полтора метра, с тонким телом, состоящим из шестигранных кристаллов; каждый сегмент его туловища был снабжен тремя парами кристаллических тонких лапок. У него не было ни глаз, ни рта, а всё тело отливало бледно-голубым полупрозрачным светом.
Если бы не тщательные сопоставления, подтвердившие его родство с пещерными червями, Байрон, увидев эту тварь, наверняка решил бы, что перед ним совершенно новый вид из мира Кристального Гнезда.
К тому же во время бегства Байрон собственными глазами видел, как его тело из полупрозрачного превратилось в абсолютно невидимое.
Логично было предположить, что эта метаморфоза являлась одной из способностей к невидимости, присущих данному мутировавшему червю.
Кроме того, почему Байрон был так уверен, что именно это создание шпионило за ними ранее?
Причиной тому стало то, что в самый момент перед его смертью Байрон сквозь трёхмерную карту, созданную Всевидящим оком, заметил перемещение пещерных червей в радиусе пятисот метров вокруг него.
Очевидно, эта тварь пыталась призвать остальных сородичей на помощь.
Пусть этот процесс и оказался недолгим, столь специфическое изменение выглядело весьма отчетливо, и Байрон сумел его распознать.
Именно в этот момент взгляд Байрона внезапно дрогнул, и боковым зрением он скользнул в темноту позади Блейка.
Бросив лишь один мимолетный взгляд, он тут же отвел глаза и продолжил держаться как прежде, не выказав и тени волнения.
Спустя несколько секунд Блейк тоже словно что-то заметил: на его лице мелькнула радость, и он поспешно обернулся.
Заметив движение Блейка, остальные сперва опешили, но быстро сообразили в чем дело, и на их лицах отразилось такое же воодушевление; Байрон не был исключением.
«Бум!»
В тот же миг из темноты вылетела черная тень и с глухим стуком рухнула перед отрядом.
Этим существом оказалось не что иной, как тот самый призрачный кристаллический червь, которого Байрон ранее заметил с помощью Всевидящего ока.
Увидев упавшего совсем недалеко от них мутировавшего червя, Байрон и остальные трое тут же окружили его и принялись внимательно рассматривать.
В конце концов, они видели подобного пещерного червя впервые, поэтому их естественное любопытство требовало препарировать тварь, чтобы выяснить, чем она отличается от обычных собратьев.
В этот момент неожиданно раздался голос, переполненный ликованием:
«Это создание зовется призрачным кристаллическим червем и тоже относится к пещерным червям. Его уровень силы эквивалентен ученику второго или третьего ранга».
«Хоть оно и не отличается огромной мощью, его способности гораздо необычнее, чем у стража кристального истока: оно не только умеет становиться невидимым, но вдобавок способно за счет собственной силы отдавать приказы рядовым пещерным червям вокруг».
«В любом логове пещерных червей, помимо самой матки, способной повелевать сородичами в гнезде, такие приказы под силу отдавать лишь этой твари».
Услышав это, Байрон посмотрел на лежащего на земле призрачного кристаллического червя, и его взгляд загорелся жгучим интересом.
Если эта тварь способна отдавать приказы обычным пещерным червям точно так же, как матка, не значит ли это, что в ее теле кроется нечто схожее с маткой?
Иначе с чего бы ей обладать властью командовать сородичами?
К тому же до сих пор ни одно маточное гнездо не удавалось захватить и заполучить матку.
Теперь же перед ними появился этакий заменитель матки, и Байрон даже представить не мог, сколько ценных знаний удастся извлечь из тела этого создания.
Однако в конце концов Байрон подавил вспыхнувший порыв и не стал просить об обмене.
Помимо жажды знаний, волшебник должен обладать и самоконтролем.
В противном случае он перестает быть магом и превращается в простого раба знаний.
Элина внезапно подала голос: «Но зачем же тогда оно за нами шпионило?»
Услышав вопрос Элины, Дилан с улыбкой пояснил: «Если стража кристального истока можно назвать рыцарем, охраняющим матку, то призрачного кристаллического червя — настоящим разведчиком маточного гнезда».
«В отличие от стражей кристального истока, которые большую часть времени проводят в маточном гнезде, эта тварь вечно рыщет снаружи, зачищая любые угрозы для гнезда».
«Например, таких вот волшебников, как мы, пожелавших покорить маточное гнездо, либо же пещерных червей, отправленных другими, второстепенными гнездами в попытке занять его место».
Глаза Байрона при этих словах сузились, и он мысленно подумал:
Выходит, эти пещерные черви похожи на человеческие государства: хотя все они принадлежат к одной расе, разные страны точно так же воюют друг с другом за сферы влияния.
Похоже, власть над тремя маточными гнездами отнюдь не вечна и с древних времен неизменно менялась.
Однако междоусобные войны между государствами ведутся за земли, население и ресурсы...
Ради чего же тогда сражаются эти пещерные черви? Неужели тоже ради ресурсов?
Размышляя об этом, Байрон вспомнил полученный ранее энергетический кристалл и неизвестный биологический фермент, способный противостоять кристальной эрозии мира Кристального Гнезда.
С другой стороны вновь раздался голос Дилана:
«А раньше я не мог разобраться потому, что это место находилось слишком далеко от точки, где Байрон заметил стража кристального истока, — оно почти вплотную подступило к границе пустыни».
«Обычно призрачные кристаллические черви не забираются так далеко, ведь чем дальше они от маточного гнезда, тем сильнее возрастает сложность управления рядовыми сородичами».
«И эту загадку я до сих пор не могу разгадать: почему его занесло так далеко?»
«Случилось что-то с маточным гнездом? Или мы подняли слишком много шума? А может, это простое совпадение?»
Напоследок Дилан озвучил все мучившие его вопросы.
Он сделал это в надежде, что остальные помогут ему порассуждать над загадкой, и если удастся найти ответ, это станет поистине счастливой случайностью.
Но едва он закончил говорить, как все погрузились в задумчивость, и лишь Элина пренебрежительно махнула рукой.
«Чего тут ломать голову? Вот доберемся до пустынного маточного гнезда, посмотрим, что там к чему, и все вопросы отпадут сами собой».
После этих слов все четверо, включая Байрона, опешили и застыли, уставившись на Элину.
Дело было не в том, что слова Элины лишены смысла — напротив, они были настолько чертовски логичны,
что товарищи не сразу смогли к этому привыкнуть.
Байрон, знавший о периодических вспышках проницательности у Элины, пришел в себя быстрее остальных и воспринял ее слова проще.
Согласившись с ней, Байрон произнес: «Старшая ученица права: вместо того чтобы попусту тратить время на домыслы, лучше поскорее отыскать маточное гнездо».
Джимми тоже с сомнением кивнул: «Рассудительно, но...»
Услышав, что оба поддержали ее предложение, Элина самодовольно заявила: «Тогда давайте все пораньше ляжем спать, чтобы завтра же отыскать это маточное гнездо».
Увидев это, Дилан с улыбкой поддержал слова Элины.
И в последующие несколько дней все пятеро принялись курсировать между лагерем и Запретной пустыней, разыскивая маточное гнездо по следам, оставленным тем стражем кристального истока.