Байрон обнаружил, что на парадных дверях каждой башни вывешены таблички с именами наставников, которым они принадлежат, и ученикам строго запрещено входить туда без уважительной причины.
Так что теперь ему оставалось лишь обойти их по очереди.
Сказано — сделано, Байрон двинулся вдоль дороги, проверяя башни одну за другой.
За это время он также заметил нескольких знакомых на вид подростков, которые, судя по всему, тоже пришли явиться к своим наставникам.
Вот только перед каждым из них шел какой-нибудь диковинный зверь, служивший проводником.
Встретившись с их пытливыми взглядами, Байрон лишь неловко, но вежливо улыбнулся.
Прошло совсем немного времени, как Байрон нашел дверь с табличкой, принадлежавшей наставнице Изольде Росс.
Стоило Байрону собраться постучать, как дверь распахнулась, и из нее прямо ему навстречу вышел парень лет двадцати с растрепанными, похожими на птичье гнездо рыжими волосами, глубоко запавшими глазами и тяжелыми темными кругами под ними.
Увидев Байрона, юноша ничуть не удивился, и на его лице тут же расцвела сияющая улыбка.
«Привет, ты ведь Байрон Августус, верно?»
Байрон сперва слегка растерялся, но тут же поспешно кивнул: «Да, я Байрон Августус, а вы…»
Юноша улыбнулся: «Забыл представиться, меня зовут Корен Веллок, я тоже ученик наставника Изольды, можешь звать меня старшекурсником Кореном».
Байрон вежливо кивнул: «Приветствую, старшекурсник Корен».
«Ладно, пошли внутрь, не заставлять же наставника долго ждать».
С этими словами Корен повернулся и шагнул внутрь башни, а Байрон последовал за ним по пятам.
Переступив порог башни, Байрон увидел просторный двухэтажный холл с огромным панорамным окном.
По периметру холла выстроились доходившие до самого потолка книжные шкафы, до отказа забитые фолиантами.
В центре холла стоял полукруглый гарнитур диванов из неизвестного материала, а на стоявшем посреди них низком столике красовалась бутылка с красной жидкостью в прозрачном сосуде и несколько стеклянных бокалов.
Шедший впереди Корен с улыбкой поинтересовался: «Глядя на то, как ты одинок и у тебя даже нет проводника-слуги, полагаю, ты регистрировался у волшебника Филиппа?»
Заметив замешательство Байрона, Корен тут же пояснил: «Волшебник Филипп — это тот пухлый старик в очках и с совершенно седыми волосами».
Тут Байрон наконец сообразил, что Корен говорит о том самом сребролюбивом старике, и кивнул.
«Ха-ха-ха, я так и знал, что он! Другие волшебники никогда так не поступают, вот же мерзавец!»
Заметив недоумение Байрона, Корен принялся объяснять.
«Когда я поступал, регистрировал меня тоже он. Поскольку я не заплатил ему за консультацию по местности, он не стал выделять мне слугу в проводники».
«Тогда мне пришлось потратить уйму времени на поиски наставника, я даже чуть не попался какому-то некроманту, который едва не утащил меня на опыты — как вспомню, до сих пор жутко».
Услышав это, Байрон мысленно вздохнул: оказывается, не его одного обманул этот старый хрыч.
К самому Корену у Байрона тоже возникла доля симпатии, ведь они были товарищами по несчастью.
Впрочем, вслух он лишь выдавил из себя вежливую горькую улыбку и медленно покачал головой, не став поддакивать Корену.
Оскорблять волшебника в чужих глазах было бы крайне неразумно, а с Кореном они были едва знакомы, так что стоило соблюдать осторожность в словах.
Тем временем Байрон шагал вслед за Кореном по иссиня-черным ступеням, ведущим наверх.
Лестница вилась спиралью, а висевшие на стенах светильники излучали мягкий желтоватый свет, вызывая у Байрона ассоциации со старинными замками средневековой аристократии.
Поднявшись на второй этаж, шедший впереди Корен толкнул плотно закрытую дверь и жестом пригласил Байрона войти.
Вся лаборатория представляла собой огромное кольцевое помещение площадью более трехсот квадратных метров.
Массивный хрустальный купол пропускал преломленный тусклый дневной свет с улицы, освещая стоявший в самом центре десятиметровый металлический рабочий стол.
«Весь второй этаж — это лаборатория наставника, внутри нужно соблюдать абсолютную тишину».
Предостерегающе произнес Корен, намеренно понизив голос.
Байрон кивнул: «Спасибо за предупреждение, старшекурсник».
Корен с улыбкой кивнул и указал Байрону направление: «Наставник там».
Пока Корен произносил эти слова, Байрон уже заметил наставницу Изольду Росс.
Увидев наставницу Изольду Росс, Байрон на мгновение остолбенел, не сразу совладав с собой.
В этот момент у центрального рабочего стола стояла женщина и покачивала прозрачный сосуд с бирюзовой жидкостью.
Ее кожа была до того белой, что казалась почти прозрачной, а длинные серебристо-серые волосы были небрежно собраны на затылке и ярко сияли в лучах дневного света.
Черты ее лица были точеными и холодными, а глаза — нежно-серо-голубого оттенка, словно редчайшие драгоценные камни.
Она была облачена в искусно скроенную темно-фиолетовую мантию волшебницы, которая подчеркивала ее стройную фигуру.
«Ты ведь Байрон Августус, верно? Суметь получить договор о стипендии четвертой категории — весьма неплохо».
«С поддержкой этого договора твой путь волшебника наверняка окажется куда более гладким».
В этот самый момент помещение заполнил ленивый и бархатный голос.
Изольда уже отставила пробирку в сторону и устремила на Байрона свой серо-голубой взгляд.
Стоило раздаться этому голосу, как Корен мгновенно вытянулся по струнке, а его лицо приняло предельно серьезное выражение.
Байрон же держался скромно, потупив взор: в тот самый момент, когда его взгляд столкнулся с этой женщиной, он тут же опустил глаза, прижал руку к груди и глубоко поклонился.
«Уважаемая наставница Изольда, новоприбывший ученик Байрон Августус приветствует вас».
Изольда слегка кивнула: «Что ж, Байрон Августус, желаешь ли ты стать моим учеником?»
При этих словах Байрон без малейших колебаний прижал руку к груди: «Это моя величайшая честь, я согласен, наставница Изольда».
Изольда кивнула: «Хорошо, теперь ты — мой ученик, ученик Изольды Росс».
«Пусть Корен покажет тебе здесь всё и введет в курс дела».
«Завтра после обеда, как только вы закончите свое первое занятие, приходи в лабораторию ко мне, тогда я дам тебе кое-какие поручения».
С этими словами Изольда перестала обращать на них внимание и повернулась обратно к своему эксперименту.
По знаку Корена, Байрон последовал за ним со второго этажа, и они молча вышли из башни.
Шагая по широкой дороге, Корен с лукавой улыбкой толкнул Байрона локтем и поддразнил: «Младший сокурсник, признайся, засмотрелся на наставницу?»
Видя, с каким предвкушением Корен ждет ответа, Байрон ни за что не стал бы подыгрывать ему.
«Просто я не ожидал... Когда я читал материалы перед поступлением, то почему-то решил, что наставник — мужчина, никак не думал, что всё обстоит иначе».
Слова Байрона, казалось, пробудили в Корене воспоминания, и он с ностальгией вздохнул: «И то верно, когда я сам изучал документы, тоже был уверен, что наставник — мужик».
«Из-за этого, когда мы впервые встретились, я чуть не опозорился на весь мир, мне буквально сквозь землю провалиться хотелось».
Заявление Корена пробудило в Байроне искреннее любопытство: «И что же тогда случилось?»
Корен: «Тогда...»
Только начав говорить, Корен внезапно опомнился и захлопнул рот.
С какой стати он выбалтывает посторонним свои позорные тайны? Он тут же сменил тему.
«Младший сокурсник, помимо учеников, которые уже завершили обучение, у нашей наставницы есть еще трое».
«Первая в иерархии — Элина Кэри, внешне ничего, но характер у нее такой, что словами не передашь, сама увидишь, когда познакомишься».
«Второй — Фейн Крейв, молчун, вечно пропадает либо в библиотеке, либо в лаборатории; третья — это я, а ты будешь четвертым».
«……»
Пока Корен говорил, Байрон молча слушал его, одновременно запуская «Всевидящее око», чтобы зафиксировать все данные и составить досье на поведение каждого из троих.
Раз уж он здесь новичок, было полезно досконально во всем разобраться, чтобы в будущем иметь наготове план действий.