Байрон не стал жеманиться, направился прямо к лабораторному столу и принялся очищать зелье, следуя прежним шагам Изольды.
Разумеется, на этот раз он не стал прибегать к помощи Всевидящего ока, полагаясь исключительно на собственное понимание и память.
В конце концов, показуха тоже требует подходящих места и времени.
Если бы он успешно сварил зелье с первой же попытки, его, пожалуй, ждало бы не одобрение и расположение Изольды, а почетное место на лабораторном столе — в роли подопытного.
Отмерив точное количество порошка Травы сумерек, Байрон осторожно засыпал его в Чистый водный растворитель и принялся равномерно помешивать стеклянной палочкой.
В этот момент Изольда стояла рядом, наблюдая за действиями Байрона, и хранила молчание.
Когда порошок Травы сумерек полностью растворился, Байрон понемногу добавил зелёный Сияющий кристаллический песок, одновременно вкладывая в процесс силу духа для запуска реакции.
Время шло, и жидкость в стакане начала медленно разделяться на слои, постепенно высвобождая чистую эссенцию Травы сумерек.
Заметив это, Байрон не почувствовал никакой радости — напротив, он стал еще осторожнее.
Но тому, чему суждено случиться, не удавалось избежать, как бы осторожен он ни был.
В тот самый миг, когда эссенция уже почти полностью отделилась, где-то произошла ошибка.
Раствор в стакане внезапно закипел, едва наметившиеся слои снова смешались, приобретя багровый оттенок, и по комнате распространился зловонный запах.
Увидев это, Байрон остановился и слегка нахмурился, глядя на жидкость в сосуде.
«Где именно я оступился в этот раз?»
— Ну всё, прекращай, это полный провал.
В этот момент раздался холодный голос Изольды, прервавший ход мыслей Байрона.
Услышав ее, Байрон поднял голову, посмотрел на наставницу и извинился: — Простите, наставница, я...
Изольда: — Ничего страшного. Для человека, который только прикоснулся к этому, дойти до такого этапа — уже неплохо. Похоже, у тебя действительно есть способности к зельеварению.
В глазах Байрона мелькнуло удивление: он никак не ожидал от Изольды такой невозмутимости, ведь он готовился к нагоняю.
— Причиной твоей сегодняшней неудачи стало то, что в самый последний момент твоя сила духа слегка дрогнула.
Указав на ошибку Байрона, Изольда сменила тему.
— В дальнейшем, когда лаборатория будет свободна от моих занятий, можешь приходить сюда для тренировок, но после тебя здесь должно быть чисто, а за использование придется платить один магический камень.
Помолчав, она добавила: — И все же я советую тебе обзавестись собственным набором оборудования для экспериментов, больше практиковаться и накапливать опыт — только так можно добиться прогресса.
С этими словами Изольда махнула Байрону рукой, давая понять, что он может идти.
Поклонившись в знак уважения, Байрон развернулся и вышел.
.........
Выйдя из лаборатории, он обнаружил, что Корена и след простыл. Байрон не придал этому значения и направился прямо к выходу.
По дороге обратно Байрон всё думал о том, что же имели в виду слова наставницы.
Было ли это признаком ее веры в его талант к зельеварению и желанием сделать вложения на будущее, или же просто мимолетной прихотью, сказанной к слову?
Так или иначе, совет Изольды он услышал и решил приобрести собственный комплект оборудования, чтобы ставить эксперименты в общежитии.
Что же до пользования лабораторией наставницы, злоупотреблять этим он не собирался: с таким количеством секретов и ежедневными мельканиями перед глазами Изольды он еще не сошел с ума.
Он будет заглядывать туда лишь изредка для отвода глаз, а настоящие тренировки станет проводить в собственной комнате.
Возвращаться в общежитие Байрон не стал, а вместо этого снова заглянул на рынок, купил базовый набор для экспериментов и лишь после этого отправился назад.
С тех пор жизнь Байрона вошла в привычное русло.
Он по-прежнему курсировал между теми же несколькими знакомыми точками.
За это время он один раз встретился с Элизой и Греем. Узнав, что Байрон тоже стал учеником первого ранга, те осыпали его похвалами и не скрывали своей зависти.
Время летело незаметно, и промелькнуло больше месяца.
Как только прозвенел звонок об окончании занятия, преподаватель вышел из аудитории буквально секунда в секунду.
Судя по его виду, оставаться там дольше он не желал ни единого мгновения.
Сидя за партой, Байрон не мог удержаться от мысленной усмешки, хотя посещал лекции уже довольно давно.
Всё это слишком сильно расходилось с его изначальными ожиданиями.
Изначально он надеялся с помощью Всевидящего ока продемонстрировать невероятную способность к обучению, завоевать расположение преподавателей и тем самым попробовать разжиться знаниями на халяву.
Но ему не оставляли ни единого шанса.
Каких бы успехов в учебе ты ни добился, не заплатишь магический камень — и с преподавателями не удастся перекинуться и словом.
Так что с этим путем Байрон окончательно распрощался.
Видя, что учитель ушел, Байрон собрал вещи: сегодня у него были дела поважнее.
Благодаря упорному труду за последнее время он вдоволь напитался бесплатными знаниями и базовыми курсами из библиотеки.
Он не только перевел в цифровую форму силу духа и ману, но даже полностью расшифровал тот самый рецепт зелья.
При одной мысли об этом Байрону не терпелось вернуться и попробовать сварить «Зелье глубинной медитации».
Он терпеливо ждал больше месяца, и вот наконец настал час сбора урожая.
— Байрон, у тебя тоже только что закончилась лекция?
Едва Байрон вышел из класса, как за спиной раздался знакомый голос.
Байрон обернулся и увидел, что прямо за ним стоят Грей и Элиза.
Вид Грея вызвал у Байрона легкое чувство горечи.
Тело Грея почти не изменилось — он оставался таким же мощным, но на лице читались страшная усталость и изможденность.
Глядя на его темно-синие круги под глазами, трудно было не заподозрить, что парень в любой момент может замертво рухнуть на пол.
Байрон: — Грей, сейчас ты вылитая длиннохвостая макака из Карансии. Тебе определенно нужно хорошенько выспаться.
Длиннохвостая макака — животное из Королевства Карансия, похожее на обезьяну, сплошь покрытое белой шерстью, причем темная шерсть есть только вокруг глаз, словно надеты темные очки.
Грей горько усмехнулся и покачал головой: — Я бы и рад отдохнуть, да времени нет.
— Целыми днями, почти всё свободное время я торчу в лаборатории и пашу. О каком отдыхе речь, на медитацию времени едва хватает, это просто...
Элиза нахмурилась и прервала Грея: «Грей, Байрон прав. Если ты продолжишь в том же духе, то не то что учеником волшебника не станешь, еще вопрос, удастся ли тебе вообще выжить».
Услышав это, Грей со вздохом покачал головой: — Эх, ничего не поделаешь. Перетерпим, станем учениками волшебника, тогда и станет легче.
С этими словами Грей постарался взбодриться: — Ладно, Байрон, судя по твоему виду, у тебя есть дела, не буду задерживать. Мне тоже пора в лабораторию к наставнику.
— И ты, Элиза, разве не собиралась к своему наставнику? Поторопись.
Элиза явно хотела что-то добавить, но, перехватив взгляд Байрона, словно что-то осознала и промолчала.
С улыбкой Байрон произнес: — Ладно, Грей, береги себя, через несколько дней увидимся.
Грей молча улыбнулся и махнул рукой.
Грей тихо вздохнул, глядя на удаляющиеся фигуры Байрона и его спутницы, и, ссутулившись, тоже побрел прочь.
В этот момент Грей выглядел так, будто постарел больше чем на десяток лет, и совсем не походил на подростка четырнадцати-пятнадцати лет.
.......
Тем временем Байрон вернулся в общежитие, оставил вещи и сразу направился в подвал.
Окон в подвале не было, но мрачным он не казался — благодаря бестеневым лампам здесь было даже светлее, чем на улице.
Подойдя к деревянному лабораторному столу, уставленному разнообразными ингредиентами и приборами, Байрон не стал сразу приступать к варке.
Вместо этого он закрыл глаза, восстанавливая в памяти информацию, переданную Всевидящим оком на занятии.