***
Помимо происков коммунистов, возвращение Утренней Совы вызвало куда больший резонанс, чем ожидалось.
Настолько большой, что даже Ёмён, спланировавший всё до мелочей, был ошеломлён.
[Сегодня в обед на Пути удобрений близ Аполло-Сити произошёл мощный взрыв. Многие ашанцы были напуганы внезапной ситуацией, но истинная причина оказалась куда более шокирующей. Этот взрыв — дело рук американского героя Утренней Совы…]
То, что сегодняшнее происшествие попало в экстренные новости, было ожидаемо. Но…
[Посмотрите! Карать зло и спасать детей — вот истинный дух Америки! Герои — это те, кто олицетворяет американский дух!]
…того, что какой-то неизвестный священник будет распинаться об этом по телевизору, я не предвидел.
[Где сейчас те, кто твердит о бесполезности сверхчеловек? Попробуйте сказать, что это пустая трата денег, как тогда! Попробуйте сказать этим детям, что растить героев в Америке — ошибка, и что бюджет следовало потратить на что-то другое, позволив им погибнуть!]
«Член Палаты представителей от Республиканской партии Джош Сирс: „Горжусь как выпускник одного университета…“— парад похвал от выпускников Гарварда.»
…того, что высокопоставленный американский конгрессмен уже через несколько часов будет пиариться на имени Утренней Совы в соцсетях, я тоже не ожидал.
[Прямо под носом у Чикаго, оплота Демократической партии, процветала торговля людьми! Разве это совпадение? Кто даст гарантию, что в городе, через который проходят тонны контрабанды, не продавали детей?]
…того, что кандидат от республиканцев Кеннеди использует это как повод для атаки на демократов, я тоже не предвидел.
[«Ходят слухи», что детей везли в Висконсин, избирательный округ кандидата от республиканцев Кеннеди.]
[Полиция Аполло-Сити отказалась от интервью, заявив, что даже думать не хочет, почему детей везли в округ кандидата, призывавшего к депортации американцев ашанского происхождения — «ходят слухи.»]
…а того, что демократы ответят на это «слухами» в стиле тайцзи, я не ожидал и подавно.
Единственное, что я предвидел — это гневное сообщение от губернатора Олтона.
[Ты, мелкий засранец, решил меня подставить?]
Что-то про влияние на рейтинги съезда партии, про то, что он размозжит мне голову и сделает из неё омлет — и так далее. Сообщения от губернатора сыпались без остановки, но Ёмён не стал извиняться.
Всё из-за последнего, предельно откровенного сообщения губернатора.
[Если Утренний Сова объявит о поддержке нашего кандидата, я всё прощу.]
И ради чего все эти выборы? Ёмён, чья голова была забита мыслями о «красных», вздохнул и проигнорировал сообщение губернатора. Он хотел проигнорировать, но в следующую секунду телефонный звонок прервал его раздумья.
— Это Утренний Сова. Звоню по срочному делу. Можешь сейчас говорить?
— …Да, могу. Что случилось? Ведь и полдня не прошло, как вы заселились в отель.
— На связь вышло ЦРУ.
Уже? Ёмён был настолько удивлён, что мысли о «красных» на мгновение вылетели из головы, но он быстро взял себя в руки. В конце концов, политики уже начали действовать, так что активность ЦРУ не была чем-то из ряда вон выходящим.
— И что они говорят?
— Заявили, что раз в городе находятся неблагонадёжные элементы, они сами возьмут на себя охрану детей.
— …
— Я пока отказал, но долго продержаться не смогу.
— Разве герой не подчинён федеральной полиции? Не думаю, что другие организации могут просто так забрать право на расследование или заложников.
— Если бы организация была одна, то да. Но сейчас тут армия, политики, ЦРУ… При таком давлении не будет ничего странного, если федеральная полиция уже завтра прикажет передать детей ЦРУ.
— …
Что за бред они творят с этими детьми… Подавив раздражение, Ёмён придумал другой способ.
— Есть один способ.
— Способ? Какой?
— Мы можем втянуть в это другую сторону.
Прежде чем Утренний Сова успел переспросить, Ёмён отправил ему контактные данные кандидата в президенты от Демократической партии, передвигавшегося верхом на Единороге, и добавил:
— У вас есть какая-то политическая принадлежность?
Вопрос был прямолинейным, но ответ прозвучал в духе настоящего героя.
— Нет, как герой я сохраняю политический нейтралитет.
— Политический нейтралитет? Неужели законом запрещено героям участвовать в политике?
— Нет, не то чтобы…
— Тогда самое время стать сторонником Демократической партии.
— …Что?
— Номер, который я только что отправил — это личный номер кандидата в президенты от демократов.
В трубке вместо ответа повисла странная тишина. Когда сквозь тяжёлое дыхание стали слышны приглушённый смех детей и карканье ворон,
Утренний Сова дрожащим голосом спросил:
— Кто… кто вы такой на самом деле?
Ёмён посмотрел вдаль, в сторону склада удобрений Коммунистическая партия Аша, и ответил:
— Я не коммунист.
***
Прошло ровно 12 часов с тех пор, как дети обосновались в отеле, а Ёмён изъял «Шишку Сталина.»
Несмотря на то, что под чёрным рассветом, накрывшим небо, уставшие рабочие должны были спать в своих дешёвых постелях, Аполло-Сити не спал.
Как и сердце, которое не останавливается даже ночью, поток грузовиков и поездов, вливающийся в город, не иссякал.
Пока уличные фонари и фары грузовиков заменяли солнце, освещая город, другие люди, не знавшие сна, тоже начали действовать.
— Дилла Катакпоер, Сири, используйте плащ-невидимку и ждите с южной и северной сторон базы ЦРУ. Если они хоть как-то шевельнутся, сразу сообщайте.
— Рашик, Сэмири и подполковник Дьюк идут со мной на склад удобрений Коммунистическая партия Аша. Возможен бой, поэтому прошу прикрывать меня с максимально незаметных позиций.
Сразу после того, как голос Ёмёна прозвучал по рации,
группа начала рассредоточиваться согласно плану. Ёмён проводил взглядом своих спутников, растворяющихся в городской тьме, и направился к заводу удобрений.
Вскоре, когда показался обесточенный завод, Рашик спросила по рации:
— Но ты же говорил, что пойдёшь завтра?
— Уже за полночь.
— …Хватит шутить.
— ЦРУ действует гораздо быстрее, чем ожидалось, да и орки кое о чём попросили.
— Орки?
— Да, они просили спасти Перору, которого взяли в заложники.
— А ведь называли его предателем.
— Даже если они так говорят, нелегко так просто бросить родню. Кровные узы сильны.
— Кровные узы сильны… Я сирота, мне этого не понять.
— То, что ты сирота, не значит, что ты будешь одна до конца своих дней. Когда Рашик родит ребёнка и станет матерью, она сама всё поймёт.
— …
Сэмири, находившаяся на том же канале связи, пробормотала: «Я не против, если только соблюдётся очерёдность», но Ёмён, не поняв, о чём она говорит, лишь недоумённо склонил голову набок.
В любом случае, добравшись до входа на склад, он медленно распространил ману, чтобы обозначить своё присутствие.
Спустя мгновение — скрип! Дверь склада открылась с резким звуком. Ёмёна, убравшего рацию, встретил славянин в потрёпанной рабочей одежде.
Землянин. Да ещё и славянин, представитель титульной нации Нового Советского Союза… Ёмён прищурился, а мужчина произнёс:
— Пришёл раньше, чем ожидалось. Красная звезда.
— Ну так что, собираешься выставить гостя за дверь?
— …Нет, товарищ Либов Леонтьевич Бронштейн ожидал, что ты так поступишь. Иди за мной. Товарищ ждёт тебя.
Ожидал… Это означало, что здесь ловушка. Напрягая ману, Ёмён последовал за мужчиной внутрь склада.
Внутри всё было немного иначе, чем в прошлый раз. Точнее, количество удобрений значительно увеличилось. Как будто внутри них что-то спрятали.
«Они спрятали под удобрениями оружие, привезённое с авиабазы?»
Мысль была здравой, но что-то не давало покоя. Было чувство, что я упускаю что-то важное.
К сожалению, времени на раздумья не было. Когда Ёмён вошёл в скрытое помещение в глубине склада, Либов Леонтьевич Бронштейн ждал его за тем самым столом.
В нём что-то изменилось. Если в прошлый раз он казался учёным, то сейчас… ощущение было похоже на то, когда я впервые встретил Бикова.
Однако Ёмён не мог найти точную причину. Из-за Перору, лежавшего у его ног в луже крови.
— Добро пожаловать. Красная звезда.
— …
Вместо ответа Ёмён проверил состояние Перору. Судя по тому, что грудь слегка вздымалась, он был жив. Но только лишь жив.
Рваные раны и переломанные кости говорили о том, что он останется инвалидом на всю жизнь. Пока Ёмён скрывал своё отвращение, Либов Леонтьевич Бронштейн предложил ему сесть напротив.
— Не стой, садись.
— …
— Может, тебе нужна подставка для ног? Если нужно, я предоставлю.
— …Отправь его ко мне.
Либов Леонтьевич Бронштейн просто пнул Перору. Кха! Орк, выплюнув полный рот крови, жалко упал к ногам Ёмёна.
Ёмён тут же достал зелье и полил его на тело орка. Этого было недостаточно для полного исцеления, но хватило бы, чтобы избежать смерти.
— Это ты отправил орка шпионить?
Немного посмотрев на орка, Либов Леонтьевич Бронштейн спросил. Ёмён, чувствуя, как дыхание орка выравнивается, ответил:
— Нет. Но разве что-то изменится, если бы это был я?
— Ничего не изменится. Просто я лично разочарован. Товарищ, я ведь правда думал, что мы сможем быть вместе.
— …
В отличие от дружелюбных слов, Либов Леонтьевич Бронштейн хрустнул кулаками. Он заговорил, излучая атмосферу, где-то между расслабленностью и величием.
— Благодаря тому, что этот глупый орк проболтался, ты, должно быть, догадался, чем мы занимаемся в этом городе. Ну как? Хочу услышать твои личные впечатления.
— Безумие.
Ответ был мгновенным. Либов Леонтьевич Бронштейн усмехнулся.
— Любая революция поначалу вызывает сомнения, а перед самым взрывом её называют безумием. Но революция остаётся революцией.
— Использовать детей как удобрение и при этом сметь произносить слово «революция»?
В следующую секунду в глазах Либова Леонтьевича Бронштейна блеснул огонёк.
— Удобрение? Откуда ты узнал? Тот орк… нет, не думаю, что у него хватило бы ума, значит, ты догадался сам.
— …
— Хм… весьма впечатляюще… но ответ неверный. Эликсир — это процесс, а не результат. Наша цель — нечто большее, чем эликсир. Есть догадки, что это?
— Ваши мысли, коммунисты, предсказуемы. В лучшем случае — возрождение Нового Советского Союза.
Ёмён прорычал, а Либов Леонтьевич Бронштейн рассмеялся снова.
— Возрождение Нового Советского Союза? А разве Новый Советский Союз когда-то умирал?
— …
— Коммунизм никогда не проигрывал. Американский капитализм никогда нас не побеждал. Новый Советский Союз погубило не ядерное оружие и не превосходство капитализма, а само исчезновение Сталина. Москва лишь потеряла Сталина, но в ней всегда дремлет сила, способная вернуться к статусу великой державы.
— Не проигрывал? Империи в истории посмеялись бы над этим. Новый Советский Союз — это страна, которая развалилась всего через поколение после исчезновения одного диктатора.
Либов Леонтьевич Бронштейн ответил с прежней улыбкой:
— А если вернуть этого диктатора? Что, если под красным знаменем снова поставить великого диктатора, который благодаря эликсиру сможет прожить более ста лет?
— …Сталин исчез.
— Да, но у нас осталась его кровь.
Кровь Сталина. Ёмён сам не заметил, как произнёс это имя.
— …Евгений?
— Да, Евгений Сталин. Генералиссимус Красной армии и внук великого Генерального секретаря. Он у нас остался.