«Я хочу любить справедливость и одновременно любить свою родину.
Если она порождена кровью и ложью, я не хочу никакого величия для своей родины.
Я лишь хочу, чтобы родина процветала благодаря справедливости».
«Альбер Камю. Отрывок из „Писем к немецкому другу“.»
***
Прямо перед оскверненным телом Мирового древа.
Король демонов, чьё лицо рассек подобный вспышке меч Ёмёна, взревел.
А-а-а-а-а-а!!!
Несмотря на крик боли, разрубленное мечом лицо твари мгновенно регенерировало. Черная липкая слизь, вновь стягивающаяся воедино, была точь-в-точь как Гитлер, которого он видел внутри Саломеи.
[Как... смеешь!]
Однако сила, таившаяся в широко разинутой пасти, превосходила ту, что была у Гитлера. Бушующая искаженная мана сплеталась в непостижимые для Ёмёна формулы, мгновенно обращаясь в чистый луч.
!!!
Красный, синий и белый лучи, вырывающиеся из трех голов.
Заметив трехцветный луч, до боли напоминавший французский флаг, Ёмён инстинктивно рванулся в сторону, уклоняясь от атаки.
Ква-а-а-а-а!!!
Луч прошел в волоске от тела Ёмёна.
Чудовищно мощная мана породила ударную волну и жуткий жар, что опалили воздух и едва не разорвали барабанные перепонки.
Следом за оглушающим ударом, искаженное атмосферное давление с силой обрушилось на летящего Ёмёна.
Мощь, сопоставимая с попаданием противокорабельной ракеты.
Однако пейзаж Эльфийского леса, пораженный лучом, пострадал куда сильнее, чем от ракеты.
Лес пересекал глубокий шрам, словно здесь провели масштабные земляные работы.
Спрятанные в лесу окопы исчезли без следа, а вековые деревья, стоявшие здесь тысячелетиями, валялись в ужасном беспорядке, словно выпотрошенные внутренности зверя.
От такой мощи пришли в ужас не только эльфы, чью мать-древо осквернили, но и сам виновник, выпустивший этот луч.
В этот момент лишь Ёмён сохранял спокойствие, анализируя силу Короля демонов.
«Искаженная мана настолько плотная, что ядра вообще не разглядеть... Неужели он полностью заместил чистую ману Мирового древа искаженной?»
К тому же, божественная сила, которую он почувствовал мгновение назад между порталами.
Если вдобавок к этому он обладал уникальной способностью Короля демонов, то опаснее противника было не сыскать. Пока взгляд Ёмёна леденел, Король демонов, в полной мере осознавший собственную мощь, разразился хохотом.
[Ха-ха-ха!]
Тварь, смеявшаяся всеми тремя головами одновременно, внезапно замолчала и уставилась на Ёмёна.
Вскоре человеческая голова заговорила:
[Ёмён. Я благодарен тебе.]
Голова монстра подхватила нить разговора:
[Я думал, что перешел черту, но лишь умерев от твоей руки, понял, что ошибался.]
Наконец, собачья голова завершила мысль:
[Тот нелепый провал и унижение, что ты нам принес... Именно благодаря им я смог осознать.]
С выражением лица старого священника тварь повернула голову и посмотрела на портал.
[Мало было отбросить прежнее имя и стать „Красной рукой“. На восточный манер — „самопожертвование ради общего блага“... Да, требовалось отринуть имя, жизнь и даже собственное „я“.]
«...»
[Только так можно преодолеть установленные пределы и границы... и по-настоящему стать патриотом, преданным родине.]
Выпалив это, Король демонов сжал кулаки и ударил себя в грудь, похожую на древесную кору.
[Ты завершил меня. С сегодняшнего дня Франция снова станет великой.]
Поступок, демонстрирующий его человечность и патриотизм. Это было безумие, прямо противоположное Его Превосходительству, который говорил о патриотизме ради личных амбиций.
Да, безумие.
У Ёмёна, столкнувшегося с этим, нашлось лишь одно слово в ответ.
«Бред собачий.»
[Неспособность понять это переполняющее чувство... Как жаль.]
Три головы твари одновременно раскрыли пасти. В них замерцала небывалая сила.
Однако целились они не в Ёмёна. Сверкающие лучи были направлены прямо позади него, точно в окопы и позиции, где собрались эльфы.
[Le jour de gloire est arrivé!]
Смешивая французский язык, который Ёмён не понимал, с ревом, тварь выпустила три луча.
Свет, разливающийся так откровенно, словно бросая вызов: „Попробуй, отрази это“.
Не было ничего, что не могли бы разрушить лучи, в которых смешались сила Короля демонов и три цвета Франции.
И, будто в подтверждение величия Франции, Ёмён ответил истинной силой Франции — Жуайёз.
Вспыхнув! Сияющий свет, исходящий от меча Ёмёна, осветил лучи, и в то же время пламя начало их пожирать.
!!!!
Лучи, охваченные пламенем, засветились, и свет залил небо. Свет был настолько ярким, что все, кто наблюдал за битвой, были вынуждены зажмуриться.
В этом сиянии дыхание Короля демонов и Жуайёз продолжали свое противостояние.
Битва между силой отталкивающего луча и огнем, сжигающим всё на своем пути.
Именно Король демонов положил конец этому противостоянию, которое казалось бесконечным.
Он повернул головы и соединил три луча в один.
Один луч не смог пробить Жуайёз. Два луча сравнялись по силе. Но когда три луча слились воедино, они подавили Жуайёз Ёмёна.
Чудовищное количество маны, сметающее пламя целиком.
Подобно тому, как никакой огонь не может испарить весь океан, тело Ёмёна, парящее в воздухе, начало отступать.
Ква-а-а-а-а!!!
Вскоре, когда пламя Ёмёна, оттесненное лучом, начало угасать...
Король демонов взмахнул рукой, сплетая заклинание. Пресьёз. Под стать его исполинским размерам, сотворенный им огненный меч не уступал в длину целому поезду.
[Признаю, ты не главный герой. Тот, кто унаследовал силу, которую не должен был наследовать.]
Закончив мысль, произнесенную не ртом, стреляющим лучами, а разумом, он взмахнул Пресьёз, рассекая воздух.
Перед лицом пламени, покрывающего небо, Ёмён казался крошечной точкой. Уклонение было невозможно.
[А теперь, прощай.]
В его словах не было милосердия, но не было и насмешки.
Как и в случае с благодарностью, которую он выразил ранее, он был искренен. Именно Ёмён подтолкнул его в спину, позволив стать Королем демонов.
Почему он так противился становлению Королем демонов? Ведь это такая полезная сила.
С этой мыслью, которую он ошибочно принял за озарение, небо, где находился Ёмён, взорвалось.
!!!!!!!!!
Вырвавшаяся ударная волна повалила окрестные деревья и разогнала облака в небе.
Глядя на пробитое небо, Ламенруж наслаждался победой.
Ему было плевать на соратников Ёмёна или эльфов. Единственным, кто мог доставить хлопот, была зверолюд-ворона, с которой было бы нелегко справиться, будь он еще человеком.
Но она уже давно истощила силы в борьбе с чилийской армией.
Тратить силы, пытаясь остановить какие-то танки. Просто позволила бы умереть паре эльфов.
Неужели ашанцы позабыли волю Первого героя, готового на любые жертвы ради высшей цели?
Первый герой, пожертвовавший всем, был тем, кто соответствовал судьбе...
Вздрогнул.
«Что это я такое подумал?»
Почувствовав неладное, Ламенруж яростно тряхнул головой. Стряхнув воспоминания, словно воду, он снова вернулся к себе.
Итак, он увидел будущее родины через Око святого.
«...?»
Ничего не изменилось.
Почему? Он сожрал тело Мирового древа, обратился Королем демонов, прикончил преемника Жуайёз, утверждавшего, что тот не главный герой, и устранил Генерального секретаря.
[Судьба, проклятое предвидение. Неужели этого недостаточно!]
Король демонов сетовал, пока до его ушей не донесся голос того, кто должен был умереть.
«Разве не удивительно?»
[Что?]
«Я встречал пятерых Королей демонов, и у всех разные стили. У кого-то сильная способность, кто-то сохраняет человеческий разум, у кого-то невероятная прочность тела и так далее.»
[...Пятерых?]
«Нет, не так. Если не считать Гитлера, с которым я не сражался, и Короля монстров, который был почти трупом, то троих.»
[...Где ты!]
«Ну, если расставить их по ранжиру, ты... скажем так, полная противоположность Его Превосходительству, напичканному всевозможными способностями. Ты — Король демонов с абсолютной физической мощью, способный свободно применять магию человеческих дней. Просто, но сокрушительно. Словно американские боевые искусства.»
[Прямо сейчас! Покажись!!]
Король демонов, намереваясь выманить Ёмёна, снова широко раскрыл пасть в сторону леса.
От радости победы не осталось и следа.
То ли сказывался инстинкт Короля демонов, столкнувшегося с Героем, то ли что еще... С лицом столь же напряженным, как у французских солдат при прорыве немцами фронта у Седана, он вновь нацелил луч.
Чистая мана Мирового древа преображается в искаженную, переполняя его до краев. Целью вновь становится весь лес.
Если Ёмён не появится, он собирался использовать всех этих чертовых эльфов в качестве ингредиентов для эликсира.
Спустя чуть больше секунды готовый луч обрушился на лес.
Ква-а-а-а-а-а!!
В то же время с чистого неба послышался голос Ёмёна.
«Если бы противником был не я... никто в Аше не смог бы остановить тебя до встречи с отцом. Чуть было не повторилась катастрофа Лондона во всей Аше.»
Сразу после этого три луча устремились вверх, к небу, откуда доносился голос.
Король демонов не менял направление. Лучи... их что-то тянуло вверх.
[Что ты творишь?]
В следующее мгновение в чистом небе заструилась черная дымка.
Она была гуще ночной тьмы и казалась лишь крошечной точкой, но лучи не могли ей противостоять. То есть, их просто затянуло внутрь.
!!!!!
Вслед за всасывающими лучами тьма всё больше поглощала небо. Словно наступила ночь, над Эльфийским лесом опустилась завеса тьмы.
[Что это... такое?]
С дрожащим концом фразы один палец отвалился.
Отвалившийся без боли палец взмыл в небо и был поглощен тьмой. Словно дерево, превращающееся в опилки, он был растерзан в клочья.
[...]
Три головы, ошеломленно наблюдавшие за этим зрелищем, внезапно обнаружили Ёмёна, стоявшего в тьме.
Он смотрел на него сверху вниз, выглядя совершенно невредимым, словно взрыв мгновение назад его вовсе не коснулся.
Первое, что пришло на ум Королю демонов, было слово „Генеральный секретарь“.
Из-за высокомерной позы, напоминавшей Сталина, который отнял у Франции Суэцкий канал и колонии.
Однако, когда тьма, колыхавшаяся вокруг Ёмёна, собралась в одну точку, а чистое небо убрало тени с его лица, стало видно совершенно другое лицо.
[Святая...?]
Из-за сияющих золотистых глаз он упустил из виду одну деталь. Его глаза... они так сильно напоминали глаза Предыдущей Святой.
Словно они были одной крови.
«Нет, этого не может быть.»
Святая умерла девственницей. Маркграф — импотент. У них не могло родиться ребенка...
«...А если она не умерла девственницей? Если она на самом деле родила ребенка?»
Если подумать о возрасте Ёмёна, это был абсурдный бред, но он уже не мог отличить бред от нормальных мыслей.
Если и было что-то к счастью, так это то, что бред длился недолго.
Инстинкт Короля демонов осознал нечто более важное.
Эта тьма, покрывшая Ёмёна и поглотившая его тело... это было боевое искусство.
Неужели это и есть то самое Боевое искусство Истинной Воли?
Нет, этого не может быть.
Король демонов отчаянно противился этой мысли, ибо прекрасно понимал, какой высоты достигает Истинная Воля.
Это доказательство того, что человек достиг вершины, и одновременно доказательство того, какую жизнь он выбрал.
Истинная воля, которая жадно поглощает даже ману Короля демонов.
[Такого... просто не может быть в человеческой Истинной Воле!]