***
Корвус и Сёстры-жертвы быстро нашли общий язык с эльфами.
Отчасти это объяснялось тем, что последние несколько дней они усердно бродили по чаще, занимаясь замерами в Лесу смерти, но главной причиной, конечно же, был неподдельный интерес самих эльфов.
— Вы ведь те самые люди и зверолюди, что пришли с принцессой, верно?
— Вы люди, но почему у вас такой цвет волос?
— В каких вы отношениях с новым маркграфом?
Если Корвус еще кое-как держалась, то Нети и Сири были откровенно сбиты с толку таким вниманием и гостеприимством. Подумать только — эльфы, которые обычно терпеть не могут людей!
Однако Корвус, плотно сжав клюв, отреагировала так, будто всё шло строго по плану.
Как бы сильно эльфы ни ненавидели людей, они не могли питать неприязнь к тем, кто сражался с ними плечом к плечу и спас множество эльфийских рабов из тыла врага.
И, словно подтверждая слова Корвус, отношение эльфов с каждым днём становилось всё лучше. Особенно это касалось семей тех сородичей, которых спасли девушки — их реакция превзошла все ожидания.
Эльфы одаривали их столькими эликсирами, которые на Земле было днем с огнем не сыскать, что Рашик даже начала завидовать — и тут излишне что-либо добавлять.
Хотя они делали это не ради благодарности, сестры не стали отказываться от доброго расположения.
Особенно старалась Нети: она самовольно провозгласила себя «представителем хороших людей» и активно общалась с местными. Это помогало хоть немного сгладить пустоту, образовавшуюся после ухода Ёмёна в медитацию.
К тому же, это отлично отвлекало внимание от Диллы, страдавшей от острого дефицита сэндвичей, и вечно рыскавшей по лесу в поисках эликсиров Рашик, чьё поведение изрядно портило репутацию всей группы.
…Ну, в общем.
Закончив порученные Ёмёном замеры Леса смерти, Нети и Сири помогали Корвус с послевоенным обустройством.
Они перетаскивали медицинские инструменты и грузы с помощью телекинеза, очищали поле боя от неразорвавшихся снарядов и мин, а также врачевали пострадавшие деревья — время за работой летело незаметно.
Когда с закатом пришло время заканчивать работу, эльфийки, трудившиеся вместе с ними, подошли к группе.
— Девочки? На сегодня хватит. Нети, заканчивай и иди перекуси.
— Есть! Сейчас только дома доделаю и подойду!
, ответила Нети, оттаскивая брошенный на дороге танк. Это была вполне исправная американская боевая машина, которую можно было вернуть в строй обычной заменой слетевшей гусеницы.
«Надо обязательно прихватить его с собой перед уходом из леса», — мелькнуло в голове у Нети, после чего она живо закончила работу и подбежала к эльфам.
Эльфийки устроились вокруг угощений из редких фруктов и орехов, которые росли исключительно в Эльфийском лесу, и наперебой засыпали Корвус с Сири каверзными вопросами.
— Каковы политические взгляды нового генерального секретаря? Раз он вырос на Дальнем Востоке Земли, он маоист? Или всё-таки убеждённый сталинист?
— А включите ли вы в акт о капитуляции Франции пункт о том, что Эйфелева башня — просто большая груда металлолома?
— В каких вы отношениях с Героем?
— А какой Имперская принцесса была на Земле?
— Генеральный секретарь, маркграф, Герой… Не верится, что это реальные люди.
В отличие от Сири, которая ловко отшучивалась и переводила всё в смех, Корвус выглядела смертельно смущенной.
Особенно после вопроса «какой по счёту женой вы доводитесь» — она так разволновалась, что от испуга даже взъерошила перья.
К счастью, вовремя подоспевшая Нети спасла наставницу от окончательной потери авторитета.
Впрочем, это вовсе не значило, что сама Нети сумела уйти от каверзных расспросов.
Её тоже донимали вопросами вроде: «читала ли ты Манифест Коммунистическая партия Аша» и «в чём, по твоему мнению, кроется сходство между первобытно-общинным строем и эльфийской идиллией.»
Нети не растерялась и ответила прямо в лоб:
— Я сторонница социализма по заветам уборщика-навозника, а в тонкостях эльфийского общества совершенно не разбираюсь! А, кстати, сестра Сэмири — третья!
Её стратегия сработала безупречно. Вместо того чтобы выспрашивать, что за «уборщик-навозник» такой, эльфийки мгновенно переключились на сенсационное признание, что Сэмири — третья.
— Третья? Имперская Имперская принцесса? Почему?
— Первая — это первая любовь, а вторая — Святая? О…
— Ну, это лучше, чем во времена королевы фей. Та была пятой.
— Да какая разница, какая по счёту. Если маркграф займет пост генерального секретаря, Имперская принцесса всё равно окажется первой леди.
— Важна не власть, а кровь. Та, кто первой родит ребенка, и будет первой.
— Хм? А разве магия полукровок еще сохранилась? Разве она не была утрачена после Первого героя?
— Магию можно найти. Так, посмотрим… зверолюди и эльфы есть… остались драконы, дворфы и орки?
Как бы Корвус ни умоляла их угомониться, любопытство эльфиек не знало границ. Их болтовня была настолько утомительной, что даже случайно заглянувшая на огонёк Рашик поспешила ретироваться.
Однако Нети с энтузиазмом поддерживала беседу. Вовсе не преследуя каких-то скрытых целей, она просто тешила собственное любопытство.
— Сестра Сэмири, а сколько вам лет на самом деле?
— Это не так важно, просто в стране, где я родилась, строго соблюдают иерархию.
— А то мне каждый раз не по себе, когда Святая обращается к сестре Сэмири на «ты.»
Её искусно поставленная ловушка сработала на славу. Эльфийки тотчас принялись загибать пальцы, силясь вычислить точный возраст.
Но, к сожалению, ответа Нети так и не дождалась. В этот момент на залитом закатом горизонте появились Ёмён и Сэмири.
— О? Зять?
Первой их заметила жующая фрукт Сири. Проследив за её взглядом, остальные эльфийки тоже устремили ввысь головы.
— О боже.
Позабыв обо всех сплетнях, эльфийки завороженно замерли, глядя на парящую в небе пару.
И было на что посмотреть. Мужчина и женщина, идущие по небу на фоне багряного заката — зрелище было слишком романтичным, чтобы оставить кого-то равнодушным, вне зависимости от расы.
Впрочем, романтика продолжалась недолго. Ёмён внезапно извлек наружу пламенеющий меч.
Пока эльфийки хлопали глазами от удивления, члены отряда Героя мгновенно раскусили его замысел и улыбнулись.
Жуайёз, способный истреблять лишь те цели, на которые укажет владелец. Очевидно, он собрался выжечь проклятие Леса смерти.
Сири, догадавшись первой, с легкой ноткой сентиментальности протянула:
— Свет Ёмёна… очищает смерть.
В отличие от мечтательной сестры, Нети, так и не выведавшая секрет возраста принцессы, оценила ситуацию по-своему. Хрустнув орехом, она заявила:
— Пылающее приданое. В духе генерального секретаря, мне нравится.
***
Сэмири… нет, Сэмири поймала себя на мысли, что будет возвращаться к этому моменту снова и снова.
Долгие годы её преследовали воспоминания о водородной бомбе и человеческом вероломстве. Тело Мирового древа, разрушенный мавзолей и мрачный Лес смерти безостановочно напоминали об этом.
Словно пытаясь заглушить эту боль, эльфы яростно сражались с людьми. Сэмири поступала точно так же: отрицая собственное высокое происхождение, она прошла через горнило войны рядовым бойцом революционного отряда.
Но однажды, повзрослев настолько, что осознала: пределом для эльфов станет вовсе не триумф, а тотальное взаимное уничтожение…
Она прекратила борьбу.
В отличие от остальных старших, она не пожелала смириться с неизбежным вымиранием. Долго взвешивая всё, она пришла к выводу: будущее её народа кроется не в победе, а в мире.
Именно поэтому она решила дать шанс человечеству. Отбросив протесты и уговоры соплеменников, она шагнула сквозь пространственные врата в сопровождении трех верных эльфов.
Однако по ту сторону портала, куда она отправилась с такой решимостью, её поджидал Игрок. Этот ублюдок словно ждал их появления — и хладнокровно перебил её товарищей, тайком пробравшихся в Корею.
Это была страшная трагедия. Настолько жестокая, что её душа могла надломиться прямо в ту секунду.
Но в Инчхоне она встретила «навозника.» Эта встреча круто изменила всю её жизнь. Тот самый навозник, Ёмён, полностью направил её судьбу в совершенно иное русло.
И прямо сейчас доказательство тому очищалось у неё прямо под ногами — Лес смерти.
— …Старейшины всегда говорили, что Лес смерти — это незаживающая рана, которую люди оставили на нашем теле. Шрам, который никогда не исчезнет…
Сэмири крепче сжала руку Ёмёна и тихо добавила:
— Но, оказывается, именно человек может этот шрам стереть.
Ёмён ничего не ответил — ни подтверждая, ни опровергая её слов. Не выпуская её ладони из своей, он медленно пошёл дальше над пылающим Лесом смерти.
Вслед за их шагами бушевало пламя, а почерневшая от скверны чаща постепенно приобретала пепельно-серый оттенок. Конечно, на восстановление покрытого сажей леса уйдут долгие годы, но это было неизмеримо лучше вечного проклятия.
У эльфов было в избытке времени. Лес исцелит свои раны и зазеленеет вновь…
В любом случае, сколько они так прошли?
Ёмён остановился в самом сердце Леса смерти — ровно на той линии, что вела от заблокированного людьми входа в Эльфийский лес.
Взглянув на далёкий горизонт в сторону занявших чащу корпораций и наёмников, он произнес:
— Пока я приводил в порядок свои мысли, я думал. Что нужно сделать, чтобы убить Судьбу?
— Судьбу…
В этот момент пламя Жуайёза у ног и заходящее солнце над головой одновременно озарили лицо Ёмёна, создав на нём резкие, глубокие тени.
Не обращая на это внимания, он продолжил:
— Судьба внутри Америки.
— …
— Не все американцы следуют Судьбе… но, возможно, нам придется сразиться с Америкой.
Излишне было что-либо пояснять. Сэмири мягко улыбнулась и ответила:
— Правда? Как удачно. Эльфы как раз полны решимости сразиться с Америкой.
— …
Взглянув прямо в глаза Ёмёну, Сэмири промолвила:
— Один земной философ изрек: мы воюем лишь ради того, чтобы жить в мире… Ёмён, я знаю тебя от и до. Быть может, даже лучше, чем ты сам себя. Так что… не нужно спрашивать моего дозволения. Пойдем вместе.
Ёмён не стал говорить банальное «спасибо.»
Вместо этого он подался вперед и припал губами к губам эльфийки. Поступок донельзя предсказуемый, но порой банальные вещи оказываются прекраснее всего.
Спустя мгновение их губы разомкнулись. Оказавшись ещё ближе к ней, чем прежде, Ёмён произнес:
— Начнем с того, что вышвырнем людей из этого леса.
— …Именем маркграфа?
— Именем генерального секретаря.
— …
Сэмири было вознамерилась выразить полную готовность следовать за ним, но воодушевление быстро увяло из-за следующих слов парня.
— А, кстати. Права вето нет. Это приказ генерального секретаря… Понятно, товарищ Имперская принцесса?
— …Ах.
Напомнив ей о том самом сне про «генерального секретаря Ёмёна», виденном во время Испытания снов.
Внезапно ощутив жгучее смущение, Сэмири съежилась от стыда, а затем хлопнула Ёмёна ладонью по спине.
Это был первый акт неповиновения генеральному секретарю.
***
Очищение Леса смерти продолжалось весь вечер, всю ночь и затянулось вплоть до утренней зари.
И дело было вовсе не в черепашьей скорости летевших людей, а в колоссальной площади самого леса.
Так или иначе, зрелище полыхающего всю ночь леса привлекло всеобщее внимание — как людей, так и эльфов. В особенности наёмникам из фармацевтической корпорации пришлось несладко: не понимая природы происходящего, они провели ночь без сна… но Ёмёна это волновало меньше всего.
Посвященные в ситуацию эльфы тоже не сомкнули глаз, завороженно наблюдая за этим зрелищем. Разумеется, в отличие от наёмников, их взгляд на огонь был исключительно романтическим.
Исчезающий шрам, Герой и Имперская принцесса, закат и Ёмён.
Это поистине завораживало. Настолько, что эльфы наконец воочию осознали свою победу.
Однако был один эльф, который смотрел на это с каменным лицом.
Выражение его лица было столь мрачным, что сопровождавший его всю ночь Отанга не выдержал и поинтересовался:
— …Демеронд. С тобой все в порядке?
— В порядке.
— Ну, тогда хорошо…
Отанга осёкся. Всё дело было в дробовике, который Демеронд сжимал в руках.
«Надеюсь, ружьё не заряжено…» — подумал он, отгоняя дурные предчувствия. Сейчас у него имелись заботы поважнее чужих семейных разборок.
Как бы то ни было, они с Демеронд остановились на самой опушке. Именно там, где спускавшиеся на землю Ёмён и Сэмири оказались лицом к утреннему солнцу.
— Отец?
Меньше всего ожидавшая встретить здесь отца Сэмири широко распахнула глаза. А заметив в его руках дробовик, изумилась еще сильнее.
Пока она поспешно заслоняла собой Ёмёна, Отанга перевел взгляд на Демеронда. Тот с громким щелчком переломил ствол дробовика, досылая патрон:
— Если есть дела, делай их первым.
— …Спасибо.
Слегка поклонившись Демеронду, Отанга направился прямо к Ёмёну. К его удивлению, парень узнал его с первого взгляда.
— Отанга.
— Ты меня знаешь?
— Я видел вас в документальном фильме.
— …
Лицо Отанги слегка помрачнело.
— Значит… ты видел и все ошибки нашего рода.
— Да.
Отанга не осмелился спрашивать, что именно тот думает о лесных людях. Подобные вопросы не пристало задавать представителю оплошавшего рода.
Вместо этого он заговорил о другом:
— Мне очень стыдно просить об этом при первой же встрече… но можно тебя об одном одолжении?
— Одолжении?
— …Можешь ли ты вместо меня возложить цветок на могилу королевы фей?
— …?
Ёмён помедлил с ответом, переведя взгляд на Демеронда. Могила королевы фей находилась в разрушенном мавзолее, о котором ему поведал как раз-таки Демеронд.
Однако Демеронд хранил молчание. Он лишь демонстративно передёрнул затвор дробовика.
— …
«Неужели он собрался пристрелить меня?» — на мгновение озадачился не ведавший за собой грехов Ёмён.
Ответ пришел быстро.
— Если это такая просьба, то я с радостью выполню ее. Как раз собирался посетить мавзолей.
Ёмён улыбнулся, заметив, как просветлело лицо Отанги.
По правде говоря, причин для отказа не нашлось. Каких бы тайн ни скрывал старик, было очевидно, что он далеко не рядовой лесной человек. Да и то, что он явился в компании ненавидящего людей Демеронда, вкупе с тем документальным фильмом…
В конце концов, что сложного в том, чтобы исполнить мелкую просьбу пожилого человека?
Придя к такому выводу, Ёмён уточнил:
— Какой цветок мне принести?
— Лучше увидеть самому. А, я сейчас принесу цветок, подожди немного. Это не займет много времени.
— Хорошо, буду ждать. Где я нахожусь, ваш тесть знает.
Отанга тут же повернулся и зашагал прочь. Он направился чуть севернее мавзолея — туда, где произрастала «Радость земли», ценный ингредиент для эликсиров.
«Неужели?»
Проводив старика взглядом, Ёмён заметил, как стоявший рядом Демеронд тоже смотрит в ту же сторону, и неожиданно подал голос:
— Зять, подойди-ка поближе.
— …Можно узнать причину?
Несмотря на вопрос, Ёмён обошел попытавшуюся остановить его Сэмири и направился к Демеронду. Едва девушка попыталась преградить ему путь, эльф бросил с невозмутимым видом:
— Просто боюсь, что если ты станешь настоящим генеральным секретарем, я не смогу выстрелить.
— Что это знач-
В следующий миг грянул выстрел — бах! — извергнув из ствола дробовика пламя.
Хорошо хоть, что выстрел был один.
…Наверное.