[Переполнение Сальгвитэ: Режим Серафима, Поддержка иллюзий]
Текущий возможный уровень манипуляции реальностью: 5% (Максимум)
Это был результат вторжения иллюзий в реальность. Лезвия, проявившиеся благодаря пятипроцентной манипуляции, двигались так, словно срезали гнилые ветки.
Ли Сухан до последнего не сдавался и сверкал глазами.
— Я могу скопировать. Я могу. Мне нужно скопировать хотя бы это.
Ку-у-у-у-ум!!!
Лезвие, вонзившееся вертикально в землю, безжалостно отсекло левую руку Ли Сухана. Несмотря на чудовищный грохот, подобающий таким масштабам, земля странным образом даже не дрогнула.
Пак Чинсон сделал легкий шаг, и армия лезвий тяжело последовала за ним.
— Значит, ты — воплощение мести.
— П-почему рука… Я же должен был преобразовать урон в ментальную энергию… А-а-а! И почему регенерация не…!
— Глядя на тебя, я понимаю, что в твоей душе нет истинного ранга.
— Неужели с того самого момента, как ты отрезал руку Ге-то, ты уже…!!
— Мало того, что ты скопировал воплощение убийственного намерения, так ты еще и сам стал воплощением мести.
— У-у-у! У-у-у-у-у!!
— Но даже если ты скопировал одно, второе тебе не под силу. Если хочешь скопировать еще и воплощение убийства, тебе придется заполучить другие воплощения.
— У-у-у-у-у-у-у-у…!!
— Если я убью тебя, исчезнет ли из этого мира само понятие мести? А, хотя, если подумать, вряд ли…
— У-у-у! Пак Чин…!
Шу-у-у-ух.
В тот момент, когда Ли Сухан собирался впасть в ярость, из его обрубка левой руки вырвалось острое лезвие.
[Поддержка иллюзий.] [Обратная железная дева.]
— Кха-а!!
[Господи, прими грешника.]
С того момента, как левая рука была отсечена Пак Чинсоном, его левое плечо уже находилось в зоне действия иллюзий Пак Чинсона. Лезвия, проросшие подобно побегам, не даровали Ли Сухану покоя.
— А-а-а-а-а! Оппа!! Спаси меня-я-я-я!!
Пока Идея видна, способности, которые она проявляет, также находятся в пределах досягаемости для убийства.
— О…ппа…!
Воплощения убийственного намерения и убийства уничтожили ложные галлюцинации и искоренили все способности, кроме Замещения прошлого.
— А.
От Ли Сухана остался лишь титул мести, а энергия обиды, поддерживавшая его, была изрезана в клочья.
— Ну и как тебе, каково это — снова стать нормальным человеком?
— Не… самое приятное чувство.
У Ли Сухана, который естественным образом пришел в себя, не осталось ни капли ментальной силы, чтобы держаться. Он едва удерживался в текущей временной линии, его присутствие стало таким призрачным, что казалось, его развеет первым же порывом ветра.
Плюх.
Ли Сухан, бессильно опустившись на колени, произнес, даже не поднимая головы:
— Кстати, Пак Чинсон.
— Говори.
— Было много Ли Суханов, которые доводили тебя до отчаяния, но, кажется, ни один из них не выжил. Разве не так?
— Пожалуй, да.
Пак Чинсон встал перед Ли Суханом и равнодушно посмотрел на него сверху вниз.
— Моя смерть выглядит немного унизительно. А, точно. Погоди.
— Ты слишком много болтаешь. Все еще хочешь жить?
— Перед смертью я должен был вернуть тебе кое-что.
— А…?
Ли Сухан, все так же опустив плечи, с трудом поднял указательный палец.
На кончике пальца было сконцентрировано удивительно много убийственного намерения.
Казалось, он схватил что-то этим намерением и аккуратно обернул энергией мести.
— Получай.
— Вся энергия в твоем теле должна была погибнуть.
— Какой же ты тугодум. Разве не видишь, что мой рот все еще шевелится? Голова относительно цела.
— Значит, это было в мозгу…?
— Вот, твои драгоценные друзья. Я тоже бережно их хранил.
— …….
Вжу-у-ух.
Убийственное намерение покинуло Ли Сухана и устремилось к пустырю, где раньше была старшая школа Старшая школа Хэун.
— Хе-хе-хе. Хотел бы я увидеть твое глупое лицо, но, к сожалению, голова не поднимается.
— …Они были живы?
— Кажется, Ге-то с самого начала говорил, что они живы. Разве нет?
— Значит, с тех пор ты держал так много людей в сжатом живом состоянии… Не хочешь отомстить мне? Почему ты их сохранил?
— Кто знает.
Хмык.
Ли Сухан тихо усмехнулся.
Он и сам не знал причины.
Сначала он собирался использовать их как заложников, но даже когда его сознание начало угасать, он не смог их убить.
«И правда. Решил мстить, надев на себя мешки с песком. О чем я вообще думал?»
Возможно, это было подсознательное искупление. Ведь ради мести он пожертвовал будущим миром.
Он ничуть не жалел о содеянном, но и не считал это правильным.
«Масштаб того, кому я должен был отомстить, слишком велик… И ситуация вышла из-под контроля…»
На самом деле, Ли Сухан до сих пор хотел оборвать жизнь Пак Чинсона. Он прошел слишком тяжелый путь, чтобы вот так просто исчезнуть.
Пак Чинсон схватился за лезвие, торчащее из руки Ли Сухана.
— …Хорошо. Это в благодарность за то, что спас моих товарищей.
— Хе-хе-хе. Смерть в качестве благодарности? Неплохо.
— Давай, выходи скорее. Иначе не будет времени даже поговорить.
— М? О чем ты?
— Если не выйдешь, я просто убью тебя.
Из лезвия, вышедшего из руки Ли Сухана, отделились длинные острые клинки. Напоминающие змеиные головы, они, достигнув определенной длины, нацелились прямо в сердце Ли Сухана.
Пхык-пхык-пхык.
Ли Сухан закрыл глаза, слушая жуткие звуки. Возможно, из-за того, что его тело и дух были разрушены, боли не было.
— …Гия.
«Даже тепло.»
— До…рогая.
«Смерть всегда такая? М-м?»
Это была не та смерть, которую он ожидал. Он понял это лишь тогда, когда тепло, обнимавшее его, начало стремительно остывать.
— Привет, милый.
— Катия…? Как ты здесь оказалась?
— Я пришла, кха, спасти тебя.
Из живота Катии выглядывали длинные лезвия.
Ли Сухан, чувствуя, как дрожат его веки, сказал Пак Чинсону, стоявшему за спиной Катии:
— …Разве ты не убил ее?
— Я просто позволил ей сбежать.
— Почему я не почувствовал ее присутствия?
— Она все это время была в Пхеньяне. Хотя, похоже, очнулась только недавно.
— Скрылась в перекрестном убийственном намерении? А я-то думал, что здесь только Иеремия…
— Это благодарность, приготовленная на скорую руку.
— Катия.
Ли Сухан прошептал ей на ухо.
Лицо Катии залилось румянцем, и она улыбнулась, как маленькая девочка. Даже если не брать в расчет умирающее тело, прежнего величия, которое нес в себе «эффект бабочки», больше не было.
Счастливая Катия, наконец, сказала с трудом дающейся улыбкой:
— Милый, спасибо, что спас меня тогда.
— Катия. Я…
— Люблю тебя. Скорее беги…
— А.
Ли Сухан издал короткий вздох, глядя на Катию, опустившуюся на колени прямо перед ним.
Катия, пытавшаяся защитить Ли Сухана до самого конца, испустила дух в тот момент, когда попыталась развернуться. Если бы ее живот не был пронзен, она бы умерла, глядя на Пак Чинсона.
— Пак Чинсон, я не знаю.
— …….
— Что ты собирался сделать с Катией?
— Кто знает.
— Глупая. Лучше бы она продолжала прятаться.
— Согласен. [Обратная железная дева] пронзает не снаружи, а изнутри.
Лезвие, торчащее из руки Ли Сухана, снова начало двигаться.
Изначально это была противоположность обычной железной девы, орудия пыток.
Это была пытка ежа, где лезвия прорастают изнутри тела, а не заточение в деве, утыканной иглами.
Пху-а-ак.
Кончики ног Ли Сухана исчезли, скрытые полем острых лезвий.
— Зачем ты позвал Катию? Хотел, чтобы она умерла бессмысленной смертью?
— Не особо. Впрочем, результат был бы таким же. В любом случае, я не мог оставить ее в живых, верно?
— Мне обидно. Надеюсь… когда-нибудь появится кто-то с такой же жаждой мести, как у меня.
— …Ты.
Пак Чинсон сказал это с легким удивлением.
— Когда-нибудь, обязательно.
— И правда, Ли Сухан… твое выражение лица изменилось.
— Что…?
— Значит, то, что ты показал мне Катию в конце, действительно было благодарностью.
— О чем ты сейчас говоришь?
Пху-а-ак!
Беспорядочно растущие лезвия уже достигли живота Ли Сухана.
— Похоже, Сатана сначала сделал Ге-то запасным вариантом, но, возможно, другим преемником, о котором говорил Сатана, был кто-то вроде тебя.
— Я — Сатана… Надо же было сравнить с Сатаной, который нас мучил. Все-таки надо было разорвать тебя на куски.
— Может, потому что другой Сатана появился раньше, чем ожидалось. Как назло, никого похожего на меня не нашлось. Опять мне одному мучиться.
Пак Чинсон и Ли Сухан без остановки обменивались словами.
Они продолжали смертельную схватку, замаскированную под разговор, словно пытаясь стереть даже последние крупицы чувств.
Пху-а-ак!!
Ли Сухан поднял голову вместе с лезвиями, поднявшимися до самой груди.
— Трон воплощения всегда такой? Даже в таком состоянии я не умираю.
— Просто считай, что тебе есть что сказать.
— У меня есть вопрос.
— Какой?
— Почему мой брат вспомнил о тебе, а не обо мне?
— Не знаю. Но…
— …Но?
— Одно можно сказать точно: благодаря таким людям, как твой брат, я смог победить в войне. Они набрались смелости и пришли на помощь.
— Не… понимаю.
— Мне жаль, что я не смог защитить твоего брата.
— …….
— Но это не значит, что мне жаль тебя. Я уничтожу твою душу до последней крупицы.
Хмык.
— Да. Только так я смогу ненавидеть тебя еще сильнее. Ублюдок, которого мало просто разорвать на части.
Ли Сухан поднял руку, чтобы коснуться Катии.
В затуманенном поле зрения он видел Катию, которая не успела полностью закрыть глаза, и груды лезвий, которые невозможно было разглядеть за рукой.
— А теперь спокойно исчезни.
— Джисон… ради чего я вообще зашел так далеко.
Скрежет-скрежет-скрежет.
Человек, ведомый самим понятием мести, погиб, превратившись в подобие шашлыка.
— А, черт. Это мне совсем не нравится.
Пак Чинсон почувствовал новую тяжесть и прикусил губу.
[Переполнение Сальгвитэ: Насильственно стертый лист бумаги]
[Глава 1. Саморазрушительная жажда убийства, Доппельгангер II: 1/3 * Последний выживший]
* Существа, уничтоженные владельцем на данный момент:
Король доспехов Айзек
Чудовище из Книги Даниила, Первый
Абаддон
Чудовище из Книги Даниила, Форс
Король крыльев Иеремия
Королева ёкаев Катия (НОВОЕ!)
Воплощение мести (НОВОЕ!)
Быть воплощением какого-либо принципа означает занимать место, которое полностью представляет смысл этого принципа.
Душа и так переполнена убийственным намерением и убийством, невозможно подчинить месть без какой-либо причинно-следственной связи.
Существование одного слова слишком тяжело, чтобы включить трон воплощения в список подчиненных.
— Я и так собирался это сделать, но выбора у меня нет.
Пак Чинсон пробормотал это, глядя на опустошенные окрестности Пхеньяна.
От города, где еще недавно был возможен праздник, не осталось и следа, лишь кое-где возвышались небоскребы, от которых остались одни скелеты.
«Интересно, как далеко я смогу зайти. Даже если воплощение ограничено на 33 процента, оно все равно остается воплощением?»
[Переполнение Сальгвитэ: Насильственно стертый лист бумаги]
[Глава 1. Саморазрушительная жажда убийства, Доппельгангер II: 1/3 * Последний выживший]
Воспроизводит силу одного из существ, уничтоженных владельцем. Владелец становится доппельгангером существа, чью силу воспроизводит, перенимая манеру речи и характер.
Можно воспроизводить только одну силу за раз, мощь ограничена 33%. Также нельзя воспроизвести силу, который владелец считал самой сложной.
[Принуждение к поддержке.] [Принуждаю властью победителя.]
Слишком много вещей, за которые нужно нести ответственность, чтобы просто игнорировать текущую ситуацию.
Это будет масштабная уборка, но ничего не поделаешь с грядущими трудностями.
[С этого момента проигравшие, откройте свои собственные склады.]
Даже воплощение мести тяжело удерживать, так что вряд ли удастся просто отдохнуть.
[Вспомогательный товар, воплощение мести.]
Принцип, подчиненный воплощению убийственного намерения, проявился в версии, ограниченной на 33 процента.
Желание было одно.
Способность, созданная путем искажения силы, заимствующей будущее.
[Замещение прошлого.]
Душа Пак Чинсона исчезла.