Дверь комнаты свиданий открылась, и Мария встретила взглядом вошедшего с другой стороны мужчину.
Потом, решив, что одного взгляда недостаточно, подняла руку и слегка помахала. Мужчина всё ещё явно не понимал, что происходит.
— Ты… зачем ты здесь?
Заключённый, к которому Мария запросила свидание, бывший граф Ёпхэмаыль из Эбисс-Перла подозрительно прищурился.
Он уже слышал, что она приехала в эту тюрьму. Главной темой разговоров была Изри, но и присутствие Марии никто не скрывал.
Однако именно Ёпхэмаыль когда-то пытался лишить пугало Ая человеческих прав. Трудно было поверить, что девочка, безумно обожающая Ая, захотела увидеть его по какой-то мирной причине.
«Неужели… пришла лично отомстить?..»
Он и так собирался отказаться от свидания, но под давлением его едва ли не силой привели сюда. Неудивительно, что тревога только росла.
На такой случай в обеих половинах комнаты стояли надзиратели. Но что они могли сделать против самой юной нарушительницы S-ранга?
«Все вокруг только и говорят, какая она милая да очаровательная. Смотрят лишь на облик и умиляются…»
Ёпхэмаыль, бывший лордом в краях, где Мария действовала особенно активно, знал настоящую сторону этой девочки.
Сейчас она изображала безобидного ребёнка с чистым бесстрастным лицом, но, стоит ей захотеть, какая-то стеклянная перегородка не помешает ей одним движением пробить её и схватить его за горло.
Ёпхэмаыль всё сильнее сомневался, тому ли человеку в этой комнате на самом деле следовало надевать подавляющие магию наручники.
— Мария пришла попросить дяденьку о помощи.
— …О помощи? Меня?
Услышав причину визита, он снова вернулся к первоначальному вопросу. Теперь тот звучал иначе: «Чего они хотят добиться настолько сильно, что готовы просить помощи даже у своего врага?»
«Если подумать…»
Одна догадка у него всё-таки была. Даже здесь, в отрыве от общества, новости извне доходили довольно быстро: надзиратели болтали без умолку.
Кажется, они искали способ убить женщину по имени Хостания — сосуд, внутри которого заключена катастрофа.
Не показывая виду, Ёпхэмаыль мысленно усмехнулся.
Когда-то его связи тянулись по всему континенту. Сейчас он был падшим дворянином, а отношения с прежними знакомыми окончательно испортились.
И всё же девочка пришла к нему с просьбой, заняв заведомо более слабую позицию. Возможно, ему даже удастся сесть за стол переговоров с преимуществом на своей стороне.
«Послать на такое дело соплячку, да ещё против меня, давно вращавшегося в высшем обществе. Глупцы».
Мысленно Ёпхэмаыль насмешливо фыркнул в сторону пугала, разрушившего его жизнь.
Да, тот довольно хитёр, но в действительно решающий момент всё равно недотягивает. Сказывается отсутствие опыта.
— Я перед вами виноват и не вижу причин отказывать в помощи. Так что именно тебе нужно?
Скрывая истинные мысли, он изобразил полную готовность сотрудничать. Не забыл даже добавить нотку раскаяния в прошлом.
Мария, кажется, осталась довольна. Она достала лист бумаги и просунула его в щель под стеклянной перегородкой.
— Это…?
— Прочитай.
— «Осуждение корня зла, расползшегося по обществу»?..
— Ой. Мария ошиблась.
Какая ещё, к чёрту, ошибка. Здесь не было ни одного человека, который не понял бы: это маленькая месть за прошлое.
Ёпхэмаыль даже попытался вернуть бумагу, но Мария сделала вид, будто ничего не замечает.
«Этот кривой детский почерк… Это даже не пугало ей написал. Она сама всё придумала…»
— Настоящая просьба вот.
Под его взглядом, от которого уже начинало пробирать морозом, Мария продолжила совершенно невозмутимо и достала другой лист.
Преждевременно выпитое шампанское уже давно превратилось в несварение. Ёпхэмаыль лишь молился, чтобы речь хотя бы не шла о худшем.
— «Предложение о переименовании владения Ёпхэмаыль»?..
— Придумай новое название.
Похоже, молитва всё-таки дошла до Эрнеста: угрозы его жизни в документе не было.
Но только жизни. Мария явно веселилась, а надзиратели по обе стороны перегородки тоже едва сдерживали усмешки.
— Т-ты…!
— «Ты»? Слишком лениво. Давай подумай как следует.
Всё-таки раньше это место носило твоё имя.
Брошенная почти между делом фраза стала последним ударом и окончательно вывела его из себя.
— Ах ты мелкая поганка!..
Он мгновенно забыл и о том, что эта девчонка неизвестно на что способна, и обо всех своих прежних опасениях.
Единственное, что до сих пор давало хоть какое-то чувство безопасности, — стеклянная перегородка — несколько раз содрогнулось от ударов кулака. Ёпхэмаыль не успокоился даже после того, как надзиратели скрутили его.
Мария знала, что Ай потом отругает её, но всё равно выглядела умиротворённой: значит, сделать это всё-таки стоило.
— Почему ты так злишься из-за такой мелочи? Сам же хотел обращаться с нормальным человеком как с вещью.
— Не с человеком, а с чудовищем, которое изображает человека! Собрали мусор с дороги, набили соломой — и оно ещё смеет притворяться живым…
— Закрой рот.
Будто перегородки вообще не существовало, рука Марии беспрепятственно рванулась вперёд и мгновенно сомкнулась на горле врага.
Запоздалые попытки остановить её ничего не дали. Тонкое предплечье, силой пробившее мановое стекло и покрывшееся ранами, напряглось так, будто девочка готова была раздавить то, что держала.
— Мария, хватит! Ты его правда убьёшь!
— Да что у этого ребёнка за сила такая?!
— Кха… давай… убей… как всегда…
Уговоры и провокации одновременно били по её чувствам. Надзиратели, которым грозило наказание, умоляли остановиться, а мужчина, уже потерявший всё, только подталкивал её дальше.
— Мария, Ай ведь не этого хочет. Он наверняка разочаруется!
Но привести девочку в чувство смогло, по иронии, то же самое, из-за чего она и пришла в ярость.
— Ай… разочаруется?..
Сила в руке, которую до этого не могли оторвать несколько взрослых мужчин, начала постепенно слабеть.
На шее заключённого остался тёмный след, но жизни вроде ничего не угрожало. Остальные мужчины, тоже сохранившие свои жизни, дружно выдохнули.
— …А можно не рассказывать Аю?
— Мы всё равно обязаны доложить начальнице. Значит, вопрос только во времени — он всё равно узнает.
— У-у…
Наверное, именно поэтому Мария и издевалась над Ёпхэмаылем сильнее обычного.
Она понуро покинула комнату. Небольшое происшествие закончилось четырьмя страницами объяснительной.
— …Точно нельзя?
— Нельзя.
— Тц…
***
— Дитя снова натворило дел, говорят.
Астрея, которую я встретил бродящей по коридору, подошла и принесла свежие новости.
То ли она на кого-то насмотрелась и решила подражать, то ли просто придумала новый образ: на лице очки, в одной руке папка для документов.
На всякий случай я заглянул внутрь. Разумеется, пусто. Эта женщина просто по природе своей живёт ради образа.
— А ты с ней не участвовала?
— Я тут ни при чём.
— …
— Правда ни при чём! На этот раз!
Почему-то мне показалось, что следующий отчёт будет уже от Марии.
— И что именно Мария сделала?
— Помнишь того лорда, что прежде пытался считать тебя вещью? Дитя над ним поиздевалось и избило.
— …Так он, значит, здесь сидит.
Я удержал внутри нехорошую мысль «ну, это в духе Марии» и лишь криво усмехнулся, чего всё равно никто не мог увидеть.
Вот такие ситуации самые трудные: ребёнок действовал из хороших побуждений, а взрослый всё равно обязан его отчитать.
— Ну, поговори с ней как следует. Дитя умеет лишь мчаться вперёд и пока не научилось обходить других, не сталкиваясь с ними.
Тем более я понимал, почему Мария то и дело переходит черту.
С детства ей приходилось решать проблемы силой, и именно сила привела её к нынешнему положению. Для неё это по-своему способ выживания.
— Огромная сила, за которую ребёнок ещё не способен отвечать, всегда становится бедствием для окружающих.
— Говоришь так, будто по собственному опыту.
— А с чего бы мне не знать этого по собственному опыту?
Астрея пожала плечами и, состроив привычно высокомерное лицо Небесного Демона, поправила очки.
Наверняка решила, что сказала что-то очень крутое, и теперь сама собой любовалась. Точно такое же лицо у неё было после трёх гамбургеров.
— Кстати, откуда у тебя очки? Зрение-то отличное.
— Хм-хм. И только сейчас спрашиваешь? Хотелось попробовать себя в образе офисной женщины, вот и одолжила ненадолго. Ну как, идут?
— Идут-то идут… Только ты ведь их именно «одолжила»?
— Разумеется. Стоило велеть отдать, и мне тут же их вручили.
«Ты что, школьная хулиганка, которая так спортивную форму „одалживает“?»
Как я и думал. Какой-то внутренний датчик, выработанный ещё в прошлой жизни, мгновенно поднял тревогу.
Раз уж я это заметил, оставлять всё как есть было нельзя.
— А-а! Ты зачем вдруг за ухо тянешь?!
— Без разговоров. Идём.
— Тогда хотя бы отпусти и объясни! Я и сама пойду своими ногами-и!
Крик Астреи, которая вслед за ролью офисной женщины теперь осваивала роль злодейки, которую волокут прочь, разнёсся по коридору.
Зато благодаря ей мне наконец пришло в голову решение задачи, над которой я ломал голову. Поэтому слишком сильно за ухо я всё же не тянул.