Глава 10. Принц ревнует
После того как Вэнь Минчжу закончила кричать, Вэнь Цинвань услышала мрачный голос: 【Ну и что, что я Система? Хозяйка отказывается сотрудничать, из-за чего мне стыдно показаться на глаза жителям Цзяндуна.】
【В прошлой жизни я была неправа, не стоило просто лежать сложа руки. Раз уж у нас есть шанс на новую жизнь, давай вместе постараемся достичь вершин успеха.】
【Хозяйка будет стараться? Не смеши меня!】
【Что нужно сделать, чтобы ты мне поверил? Я буду слушаться Систему во всем.】
【Почему бы и нет? Впредь все действия Хозяйки будут подчиняться командам Системы.】
【Мм-мм.】
【Тогда не называй меня «Система», это раздражает.】
【Тогда как мне тебя называть?】 Вэнь Минчжу была послушной, как никогда.
【Впредь называй меня Великим Королем.】
【Значит, я — Маленький Король?!】 Голос Вэнь Минчжу затрепетал.
【Нет, впредь ты будешь Тройкой Бубен .】
【Почему я должна называться «Тройкой Бубен»? Ты что, с ума сошел?】 Голос Вэнь Минчжу прозвучал резко.
【Хочешь ли ты по-прежнему достичь вершин жизни?】
【Хм! Ну и пусть будет «Тройка Бубен», разве кто-то это услышит.】
В душе Вэнь Цинвань про себя повторяла: «Я слышу, но я не понимаю, что такое Тройка Бубен!»
По резкому взрыву гнева Вэнь Минчжу Вэнь Цинвань поняла, что Тройка Бубен — это, скорее всего, нехорошее имя, ведь даже фамилия Вэнь исчезла, какая же это беда!
【Великий король, я хочу узнать, насколько я нравлюсь Сяо Цзиню?】
【Пожалуйста, подожди, система проверяет.】
«Госпожа, я принесла одежду, помочь вам переодеться?» — раздался у двери голос Чунтао.
«Недальновидная девчонка, не знаешь, как принести таз с горячей водой!»
«Госпожа, сейчас же светло, вы уверены, что хотите купаться в этой боковой комнате?» — робко спросила Чунтао.
«Ах, ладно, ладно, помоги мне переодеться, нельзя заставлять принца ждать слишком долго».
«Госпожа… у вас на теле…»
«Хватит болтать, бесполезная дура, не надо так переживать, поскорее помоги мне переодеться».
«Да, госпожа».
Вскоре Чунтао помогла Вэнь Минчжу переодеться в роскошное платье, а Янтао заплела ей волосы в косу с помощью нефритовой шпильки и украсила голову украшениями.
Вскоре на экране появилась блестящая и сияющая драгоценностями Вэнь Минчжу.
«Вы сначала выйдите и подождите, я скоро выйду», — сказала Вэнь Минчжу, и две личные служанки послушно вышли.
【Великий король, каковы результаты проверки?】
【Не удается обнаружить никаких мыслей у Сяо Цзиня.】 — тихо ответила Система.
Он не осмелился сказать Тройке Бубен, что, по данным Системы, в сердце Сяо Цзиня была только Вэнь Цинвань, — он боялся, что Тройка Бубен сойдет с ума и снова перестанет работать!
В прошлой жизни Вэнь Цинвань голыми руками раздавила его, это высокотехнологичное творение.
Если бы только он смог связаться со старшей дочерью семьи Вэнь, как было бы хорошо объединить силы!
【Ладно, для мужчины - домашнего тирана, не понимать любовь — это нормально, в любом случае Вэнь Цинвань не проживет долго.】
【……】
【Великий Король, мой старший брат и двоюродный брат видели, как я только что выглядела нелепо, и я хочу знать, не уменьшилась ли их любовь ко мне.】
【Обнаружено, что твой старший брат все больше жалеет тебя, его любовь только усиливается, а твой двоюродный брат все больше увлечен тобой и даже фантазирует о том, как ты учишь его невесту любовным утехам.】
【А как же принц?】
【Принц еще больше увлечен тобой, Тройка Бубен, держись. Хотя я, Великий Король, больше не могу предсказывать будущее, у меня осталось немало хороших вещей из прошлой жизни.】
【Великий Король, почему ты не можешь предсказывать будущее?】
【И ты еще смеешь спрашивать? У меня, Великого Короля, не было достижений в прошлой жизни, и меня уже выгнали из Системного Управления.】
【Пока у Великого Короля есть талисманы симпатии, мы, опираясь на воспоминания из прошлой жизни, все равно сможем достичь вершин успеха.】
【Давай, Тройка Бубен, заработай побольше очков, у Великого Короля еще тридцать талисманов симпатии ждут тебя.】
Холодный механический голос системы заставил Вэнь Минчжу, словно под кайфом, гордо выпрямить спину и широким шагом выйти из комнаты.
В большом зале дома Вэнь Цинвань решила, что «Талисман сплетен», обмененный на двадцать очков добродетели, стоил своих денег.
Оказывается, Вэнь Минчжу стала любимицей всех благодаря «талисманам на расположение» того Великого Короля. Знать себя и знать противника — залог победы в любой битве, ха!
Когда человек испытывает радость, его терпимость к окружающим становится сильнее.
Настолько, что когда Сяо Цзинь прощался с ней, она ответила ему сладкой улыбкой: «Берегите себя, молодой господин Сяо, я не буду вас провожать».
Сяо Цзинь увидел, как ее лицо сияло радостью и надеждой, а в красивых глазах отразились счастливые мечты о будущем.
Оказывается, эта девчонка тоже надеется выйти за него замуж!
Это осознание наполнило его сердце безграничной радостью, и он поспешил с помощью внутренней силы уравновесить тело, так что даже перестал хромать.
На самом деле Вэнь Цинвань просто с нетерпением ждала следующей сенсации, проявляя любопытство и желание исследовать систему.
Когда наследный принц вошел в зал, он увидел, как Сяо Шицзы и старшая госпожа Вэнь нежно прощаются.
Мужчина был благородным и сдержанным, с высокомерным видом, смотрящим на всех свысока, а женщина — с застенчивой улыбкой, в глазах которой отражалась радость, делавшая ее необыкновенно прекрасной.
Наблюдая за этой сценой, принц почувствовал некоторое беспокойство в душе, ему казалось, что у него что-то отняли.
Даже только что пережитое с Вэнь Минчжу удовольствие не могло перевесить это чувство утраты: «Неужели старшая дочь Вэнь так любит молодого господина Сяо?»
«Молодой господин Сяо — жених этой слуги, и, естественно, он мне нравится», — ответила Вэнь Цинвань, не проявляя ни высокомерия, ни унижения.
Хотя ей и не нравился этот мужчина, склонный к насилию, она ни за что не полюбила бы принца.
Услышав это, принц почувствовал еще большее беспокойство: «На Празднике сотни цветов госпожа Вэнь была одета в роскошные наряды, нежно играла на пипе, и одна ее мелодия потрясла всю столицу, привлекая бесчисленное количество влиятельных вельмож, стремившихся сделать ей предложение. Я не понимаю, почему госпожа Вэнь обратила внимание на молодого господина Сяо?»
В глазах Сяо Цзинь мелькнула холодная решительность, и он уже собирался ответить принцу, как услышал голос, звонкий, как пение соловья.
«Молодой господин Сяо в двенадцать лет вышел на поле боя, а в восемнадцать в одиночку проник в лагерь врага. Он — лучший молодой человек династии Дашэн»,
Вэнь Цинвань, в отличие от своей обычной покорности, ответила ни слишком высокомерно, ни слишком смиренно.
Дело не в том, что она действительно любила Сяо Шицзы, а в том, что она всю жизнь терпела унижения и хотела воспользоваться случаем, чтобы выплеснуть свою злость.
В прошлой жизни она вышла замуж за наследного принца в качестве подмены, и он унижал ее, а в этой жизни он помнит, что она когда-то была на вершине славы — это просто смешно!
«Хм! Какой прекрасный юноша! Я в семь лет писал стихи, в десять — сочинял трактаты, а в тринадцать уже был известен во всей столице Шаньцзин как гениальный талант».
Наследный принц сам не знал, почему он стал спорить с этой женщиной, просто, увидев, как она смеется с другим мужчиной, он почувствовал сильное раздражение.
«Наследный принц обладает величественной осанкой и природной грацией, гордится своим талантом и высоким происхождением, а моя младшая сестра Минчжу обладает изящной фигурой, утонченной и очаровательной, и идеально подходит принцу».
Принц был безмерно рад, услышав похвалу от Вэнь Цинвань, и как раз в этот момент увидел входящую в дверь Вэнь Минчжу.
Ее личико, похожее на лепесток лотоса, озарялось нежным сиянием, длинные ресницы цвета воронова крыла закручивались, как крылья бабочки, а глаза, похожие на глаза феникса, были влажными, словно бутоны цветущей в утренней росе камелии, и вызывали нежное сочувствие.
«Ха-ха-ха… Старшая госпожа Вэнь права, в этом мире только Чжуэр достойна меня», — сказал принц и при всех обнял Вэнь Минчжу.
«Чжуэр больше всего любит наследного принца», — Вэнь Минчжу тоже при всех членах семьи Вэнь кокетливо заискивала перед принцем.
Она подняла глаза и увидела высокий, прямой нос принца, губы — не слишком тонкие и не слишком полные, с едва уловимым блеском жемчуга.
Когда он говорил, от него исходило нечто неописуемое, как будто вокруг него витало легкое сияние, и она не могла удержаться от того, чтобы не полюбить его.