Глава 163. Банкет в Восточном дворце
Вэнь Цинвань отослала всех служанок, которые были рядом с ней, занесла кречета в свою маленькую гостиную и осторожно сняла с его лапок письма.
Затем она поставила его на столик рядом, достала из пространства воду из Духовного источника и лакомство под названием «огненная колбаска», чтобы он мог покушать самостоятельно.
Вэнь Цинвань, сжимая в руках толстую стопку писем, устроилась в кресле и стала их потихоньку читать. Сегодня вечером у неё не было времени следить за новостями о Сяо Цзине.
Кречет сделал несколько глотков воды из Духовного источника, бросил взгляд на Вэнь Цинвань, а затем снова опустил голову и стал есть колбаску. Человек и птица прекрасно ладили друг с другом.
В письмах Сяо Цзиня не было ни слова о его ранении, тем более о нехватке продовольствия.
В основном он рассказывал Вэнь Цинвань, чем занимался и что ел в течение дня, и он не лгал.
То, о чём он писал, Вэнь Цинвань видела собственными глазами, просто он утаил некоторые детали.
Сначала Вэнь Цинвань была немного рассержена на Сяо Цзиня за то, что он обманул её, но, прочитав его письма, полные нежной тоски и извинений за то, что он не рядом с ней и не может о ней позаботиться, она поняла его благие намерения: на его месте она сама не хотела бы, чтобы он, находящийся так далеко, беспокоился о ней.
В последние годы империя Дашэн постоянно сталкивалась с внешними угрозами, поскольку её процветание и мирное существование вызывали зависть соседних государств, стремившихся побороться за власть.
Но уже через год империю Дашэн начнут терзать бедствия: засуха на юге и наводнения на севере, к тому же непрекращающиеся войны, и вскоре народ окажется на грани голодной смерти.
Император и без того был слаб здоровьем, а к тому же переутомился от перегрузок — он скончался менее чем через два года!
Сейчас на границе, если есть серебро, ещё можно купить продовольствие, поэтому Вэнь Цинвань не так сильно беспокоилась, что солдаты останутся голодными.
Она отделила двадцать из пятидесяти тысяч таэлей серебряных банкнот, которые заработала, и вложила их в письмо, написанное ею прошлой ночью.
«Тук-тук-тук, госпожа, ваша служанка принесла большую тарелку мяса», — раздался стук в дверь, а за ним — веселый голос Цзиньюнь.
«Войди», — спокойно сказала Вэнь Цинвань, быстро сметая еду со стола в пространство.
«Чи-чи…» — недовольно пискнул кречет, глядя на Цзиньюнь у двери; ему совсем не нравилось, что этот человек ворвался и помешал ему наслаждаться лакомством.
«Ха-ха… Госпожа, посмотрите на этого креч… сокола, он, должно быть, с ума сошёл от голода, раз так радушно приветствует вашу служанку».
«М-м, не называй его соколом, впредь зови его Сяоцин», — сдержав смех, холодно сказала Вэнь Цинвань.
«Чи-чи…» — кречет презрительно посмотрел на Цзиньюнь и даже закатил ей глаза.
Цзиньлань, вошедшая с чаем и фруктами, удивлённо воскликнула: «Хе-хе, госпожа, посмотрите, этот большой сокол одушевился, он даже подмигнул Цзиньюнь!»
«Сестра Цзиньлань, не говори ерунды, Сяоцин вовсе не подмигнул, он просто проголодался и хочет задобрить меня».
«Ты уверена, что Сяоцин хочет задобрить тебя?» Цзиньлань поставила поднос, бросила взгляд на кречета, а затем на Цзиньюнь.
«Ладно, вы сначала выйдите, не мешайте Сяоцину есть. Как только он наестся, он улетит к господину маркизу».
«Да, госпожа, я буду ждать снаружи. Если что-нибудь понадобится, позовите меня». Цзиньлань и Цзиньюнь поклонились и вышли.
«Чи-чи…» Только когда дверь закрылась, кречет с надеждой посмотрел на Вэнь Цинвань.
Его намек был очевиден: он не хотел больше есть сырое мясо, а хотел колбаску.
«Не будь таким привередливым, сначала доешь мясо с тарелки, а потом получишь колбаску», — тихо усмехнулась Вэнь Цинвань.
«Чи-чи…» Кречет посмотрел на Вэнь Цинвань, но в конце концов смирился и принялся есть мясо.
Эх! Мясо было очень свежим, гораздо вкуснее того, что он сам добывал, и он перестал надеяться на колбаску, а склонив голову, стал жадно есть.
Когда он наелся и напился, Вэнь Цинвань привязала к обеим лапам кречета письмо, которое только что подготовила, и заранее приготовленные лекарства.
«Сяоцин, отдохни немного, а потом иди к своему хозяину. Когда вернёшься, я снова напою тебя водой из Духовного источника и накормлю чем-нибудь вкусным».
«Чи-чи…»
Никто и не подозревал, что глубокой ночью, когда вокруг царила тишина, большой сокол медленно взлетел в ночное небо из одного из задних дворов усадьбы Сяо.
Его осанка была столь изящна, словно он был повелителем небес, а свист его крыльев звучал как чарующая мелодия.
Вэнь Цинвань увидела, как лунный свет падал на перья кречета, придавая им таинственное и величественное сияние.
В полёте он бросил на Вэнь Цинвань взгляд своими острыми глазами, а затем расправил крылья и окончательно улетел в ночное небо.
Деревья во дворе колыхались на ветру, издавая шелест, и Вэнь Цинвань, проведшая напряжённый день, умылась и легла спать.
На следующий день Цзиньцюэ пошла в магазин «Юньцзинь», чтобы забрать мерки, присланные Су Цзю, а Вэнь Цинвань дома помогла ей разработать дизайн необычного платья.
Сяо И помогла с пошивом, а Вэнь Цинвань также разработала по одному дизайну для себя и для Сяо И.
Скоро наступил день банкета в Восточном дворце, посвященного любованию цветами.
Из семьи Сяо на банкет пойдут только Вэнь Цинвань и Сяо И, а также Сяо Личуань, который собирался активно продвигать «Юньцзинь».
Остальные молодые господа, уже обрученные, не нуждались в том, чтобы знакомиться с девушками; лучше потратить это время на работу.
Сяо Литао до осенних экзаменов занимался в усадьбе, а Вэнь Цинвань пригласила для него известного ученого, чтобы тот давал ему уроки.
Он знал, что все возлагают на него большие надежды, и сам хотел, как и его старший брат, прославиться на всю страну.
Сяо Цзиньин в прошлый раз, когда побывала во дворце, получила наказание, и на этот раз ни за что не хотела туда идти; сколько бы ни ругала её мать, она не соглашалась.
Она ясно понимала: её брак должна выбирать главная госпожа дома, и у матери нет права вмешиваться.
Сяо Цзиньин сейчас хотела только прижаться к старшей невестке и больше ни о чём не спорить; каждый день она училась шить платья и трудилась усерднее всех.
Хотя Сяо Лиюй и была законной дочерью, с детства её единственным желанием было защитить родного младшего брата, рождённого от той же матери; всё остальное не имело значения.
Сяо Литин, напротив, очень хотела поехать, но её мать не разрешила ей и даже пригрозила, что, если она поедет, не факт, что вернётся живой.
Девочка не могла выдержать угроз своей родной матери, поэтому отказалась от этой затеи и тихонько шила одежду в усадьбе.
Раньше сестры постоянно соперничали между собой, и речь шла лишь о том, у кого еда и одежда получше.
Теперь же они едят одно и то же, носят одно и то же, не беспокоятся ни о еде, ни об одежде, и конфликтов между сестрами стало гораздо меньше; если у них появляются маленькие секреты, они делятся ими друг с другом.
Хотя братья и сестры из семьи Сяо не собирались ехать в Восточный дворец на банкет в честь цветения, они всё же очень переживали за свою старшую невестку.
После завтрака все вместе проводили Вэнь Цинвань и её спутников до главных ворот, а также неоднократно наставляли Сяо Личуаня и Сяо И, чтобы те хорошо заботились о своей старшей невестке.
Все с беспокойством смотрели на Вэнь Цинвань, а она, в свою очередь, смотрела на чистое голубое небо.
«Вы все идите спокойно на работу, с нами ничего не случится», — уголки губ Вэнь Цинвань слегка приподнялись, а взгляд оставался мягким и спокойным.
Восточный дворец.
Вокруг витал аромат цветов, дул лёгкий ветерок, а тёплые лучи солнца освещали лица всех присутствующих.
Здесь стояли горшки с розами, нежными и сочными, и кисти элегантных и роскошных орхидей, каждая из которых излучала свой неповторимый аромат и сияние.
Улыбки приглашённых гостей были полны счастья и радости; они, взявшись за руки, вместе любовались этой великолепной картиной.
Вэнь Цинвань как раз наслаждалась красотой расцветающих цветов, когда вдруг заметила, что впереди одна из прекрасных девушек поскользнулась.
Она держалась за рукав своей спутницы и падала назад, но, возможно, ткань была слишком прочной, и когда девушка упала в воду, ее спутница тоже увлеклась за ней и упала в озеро.
«Беда! Моя госпожа упала в воду, скорее, кто-нибудь, помогите!» — в панике закричала служанка.