Глава 69. Она ещё не полюбила его
Госпожа Вэнь была очень разгневана тем, что её родная дочь, которой было всего несколько лет, смотрела на неё укорительным взглядом.
Когда она обнаружила, что её муж и сыновья не любят Ваньэр, ей ещё больше захотелось найти недостатки в своей родной дочери.
Она была полна решимости доказать, что дело в дочери, а не в ее, как родной матери, пристрастности.
Чем больше она пыталась это доказать, тем меньше у нее получалось, потому что дочь действительно была превосходной: все, чему ее учили, она усваивала на отлично.
Никто не мог найти в ней ни единого недостатка, и тогда она просто перестала искать ошибки и стала открыто отдавать предпочтение Чжуэр.
Неизвестно, с какого момента пропасть между ними стала все шире: дочь избегала ее, а у нее не было сил заниматься ею.
Но она и во сне не могла представить, что в конце концов их родные связи будут разорваны!
Подумав об этом, госпожа Вэнь подняла глаза на сидящую впереди родную дочь. Не видела раньше, а когда посмотрела — вздрогнула от удивления.
Ее лицо было таким нежным и очаровательным, а легкий макияж идеально подчеркивал ее совершенные черты, и она сама была очарована ею.
Сколько же лет она не смотрела на Ваньэр как следует!
У Ваньэр была такая выдающаяся аура, что даже ее старшая невестка, которой она завидовала, ревновала и ненавидела почти всю жизнь, не могла сравниться с ней даже наполовину.
Старшая невестка была старшей дочерью канцлера; она не зря была дочерью из знатной семьи — одной только ее ауры было достаточно, чтобы дочери наложниц не могли даже приблизиться к ней.
Неизвестно, сколько денег и сил потратила ее мать, чтобы воспитать в ней такую осанку.
А ее дочь, сама не зная когда, стала даже на несколько пунктов превосходить старшую дочь канцлера по осанке. Как же она этого не заметила!
Неудивительно, что легендарный маньяк-убийца (это она про Сяо Цзиня) относится к ней как к сокровищу — по его взгляду видно, что она ему очень нравится.
В это время все стояли и ждали императора, а она могла сидеть и есть сладости, которые ей подавал этот маньяк-убийца.
Она и не подозревала, что этот «убийца» так хорош собой, особенно с его выразительными бровями, высоким переносицей и тем нежным взглядом, которым он смотрит на дочь.
Ее старшая невестка в свое время вышла замуж за наследного принца и стала принцессой, но, к сожалению, принц так и не взошел на престол, и дом канцлера пришел в упадок после вступления на престол нового императора.
В том году, когда она родила второго сына, ее отец уехал на покой в родную деревню вместе со своей любимой наложницей, а мачеха осталась в столице с ее старшим братом, не желая возвращаться в деревню.
У ее старшего брата была лишь бесполезная должность, поэтому впоследствии ей пришлось так тяжело в семье Вэнь, что она не смела даже на йоту больше любить свою родную дочь.
На сегодняшний дворцовый банкет никто из ее родных не пришел, поэтому эти люди и осмелились так унизить ее.
Как раз когда госпожа Вэнь хотела снова громко заявить, что Вэнь Цинвань — ее родная дочь, евнух громко провозгласил: «Его Высочество наследный принц прибыл».
«Второй принц прибыл, третий принц…»
Вэнь Цинвань поспешно проглотила еду, подняла глаза и посмотрела на наследного принца и тех старых знакомых, стоящих за его спиной, но увидела, что они сильно изменились по сравнению с тем, какими она их помнила.
В прошлой жизни, когда она была там, в Восточном дворце, чтобы на ней вымещали злость, жизнь принцессы Шэнь Жу, наложницы Ли и тех благородных наложниц была, наверное, очень легкой.
В этой жизни, когда рядом с наследным принцем находится его истинная любовь Вэнь Минчжу, их жизнь, наверное, будет нелегкой.
Об этом можно судить по усталости, которую не смог скрыть даже толстый слой пудры.
В красивых лисьих глазах наложницы Ли читались безграничная печаль и отчаяние, словно весь мир рушился.
Принцесса шла на полшага позади принца, в полушаге позади нее шла наложница Ли, а Вэнь Минчжу с улыбкой на лице, обняв принца за руку, шла рядом с ним.
Позорить принцессу на глазах у всех — на такое способна только Вэнь Минчжу, да еще и с таким самодовольным видом.
Вэнь Цинвань и пальцами ног могла догадаться, что Вэнь Минчжу снова потратила кучу «карт симпатии», чтобы одурачить наследного принца.
Но она не хотела тратить «талисман чтения мыслей» на то, чтобы слушать ее внутренние монологи — там одни бессвязные глупости, совершенно не вписывающиеся в эту эпоху.
В прошлой жизни Вэнь Цинвань действительно не знала, что Вэнь Минчжу перенеслась из другого времени; она просто думала, что Вэнь Минчжу избалована отцом и братом до такой степени, что стала непослушной.
Хотя принцесса и не была самой красивой во дворце, она все же была законной дочерью семьи Шэнь, и по одному только своему изяществу не имела себе равных.
Говорят, что когда наследный принц просил ее руки, это вызвало настоящий фурор, а их любовь когда-то была предметом восторженных разговоров.
Наследная принцесса-консорт также была любимой принцем на протяжении нескольких лет, и, судя по тому, что она родила ему двух сыновей и дочь, можно сказать, что принц действительно любил ее.
В то время принц, хотя и был любвеобильным, не испытывал в сердце настоящей любви, и в заднем дворе Восточного дворца царила относительная гармония.
Наложница Ли также родила дочь и сына, у нескольких наложниц Восточного дворца тоже были сыновья и дочери, а у служанок тоже рождались дети.
С тех пор как принц увлекся Вэнь Минчжу, он стал все более холодно относиться к принцессе.
Холодность наследного принца помогла принцессе понять одну вещь: жить всю жизнь, уважая друг друга как гости, тоже неплохо.
Поэтому она лишила наследного принца потомства, и для Вэнь Минчжу иметь детей в этой жизни стало невозможно.
Об этом принцесса рассказала Вэнь Цинвань перед смертью: с тех пор, как она вышла замуж за наследного принца, у него больше не рождалось ни сыновей, ни дочерей.
Вэнь Цинвань думала, что принц не может зачать ребенка из-за чрезмерных увлечений, ведь для него было обычным делом одаривать своей благосклонностью сразу нескольких красавиц за одну ночь.
Но когда однажды Вэнь Минчжу исчерпает свой запас симпатии, а наследный принц сдернет с нее эту маску, все прекрасное рухнет…
Вэнь Цинвань с нетерпением ждала этого момента, чтобы накопить побольше очков заслуг и потом насладиться громким скандалом.
Она отвела взгляд и увидела, как семья Вэнь с надеждой смотрит на свою дочь (сестру).
К сожалению, Вэнь Минчжу даже взглядом не удостоила их, она была занята тем, что кокетничала с принцем.
«Император прибыл».
«Императрица прибыла».
«Великая императрица прибыла».
Император произнес несколько церемониальных фраз, и только тогда банкет официально начался. Дворцовый оркестр заиграл мелодичную музыку, и прекрасные звуки разнеслись по дворцовому банкетному залу.
Блюда, поданные на дворцовом банкете в честь Праздника Начала Лета, были настолько аппетитными, что у всех потекли слюнки. Столы были уставлены всевозможными деликатесами.
Здесь были утка по-пекински, клейкий рис, рисовые шарики, курица с полынью и многое другое — все блюда отличались прекрасным видом, ароматом и вкусом, так что у гостей сразу же разыгрался аппетит.
Вэнь Цинвань впервые видела императора в добром здравии. В прошлой жизни она тоже была наложницей, но, увы, наследный принц её не любил.
На любой дворцовой церемонии наследный принц предпочитал брать с собой наложницу, а не ее; он даже обходил ее стороной во время церемонии подачи чая, не говоря уже о семейных банкетах императорской семьи.
Единственный раз, когда ей довелось увидеть лицо императора, был момент его кончины; к тому времени она уже была в Восточном дворце второй по значимости после него и превосходила всех остальных.
В молодости император был известен своей фигурой в столице, и даже сейчас, в старости, он не растолстел, а остался стройным.
Хотя он отпустил бороду, она не скрывала острых черт лица, а в каждом его жесте и движении чувствовалась утонченность интеллектуала — такая, что по-прежнему могла очаровать миллионы юных девушек.
Неудивительно, что каждые три года многие дочери знатных семей, только что достигшие совершеннолетия, желают войти во дворец, чтобы стать наложницей императора.
Усевшись, император незаметно посмотрел на Сяо Цзиня, который нежно помогал своей супруге разворачивать рисовые узелки.
Он помнил слова, которые Сяо Цзинь произнес, когда просил его о разрешении на брак: «Она — любовь всей моей жизни, я безмерно люблю ее, прошу Ваше Величество, даруйте нам счастье».
Когда он смотрел на нее, его взгляд был нежным и ласковым, а в глубине глаз скрывалась глубокая любовь; и когда та девушка смотрела на него, в ее прекрасных глазах тоже отражалась нежность.
Такой замечательный молодой человек — любая девушка влюбилась бы в него!
Если бы Сяо Цзинь знал о мыслях императора, он наверняка возразил бы: она еще не влюбилась в него.