Глава 26. Посещение родительского дома
Вэнь Цинвань заставила юношей из дома маркиза заняться делом в основном ради неожиданного сюрприза в Магазине добродетелей, а то, что они теперь едят мясо на каждом приеме пищи, было лишь приятным бонусом.
«Дом маркиза действительно имеет высокий статус. Второй брат выглядит как олицетворение красоты и грации, ему уже не так мало лет, и ему давно пора было жениться и завести семью.
Раз пока он не женился, то сначала нужно сделать карьеру. Если бы это было на два года раньше, ты еще мог бы отмазаться, сказав, что «в молодости не хочется жениться».
Если же через два года ты все еще не женишься, то юноши из нашего дома маркиза станут посмешищем в столице!»
Старая госпожа Сяо, старый маркиз и взрослые сыновья семьи Сяо были потрясены этими словами Вэнь Цинвань.
Дом маркиза Чэнэнь обладал лишь титулом, но в дворцовых кругах у него не было никакого влияния.
Можно сказать, что маркиз Чэнэнь был для императора как заноза в глазу, как кость в горле; если бы не великие заслуги наследника, семья Сяо лишилась бы даже титула.
Хотя дети из дома маркиза с детства не жили в роскоши, их положение все же было намного лучше, чем у обычных простых людей.
По крайней мере, им не приходилось изнурять себя в поисках еды, и хотя мясо попадало в рацион раз в несколько дней, у них все же были слуги, которые обслуживали их.
В глазах тех, кто жил за пределами столицы, они представляли собой престижный вековой род, пользующийся огромным уважением.
А то, что им часто приходилось питаться отрубями и зеленью, не знал никто даже в самой столице.
Если бы не их статус сыновей и дочерей дома маркиза, то выживут ли они вообще — это был бы вопрос.
Именно поэтому члены семьи Сяо так боятся быть исключенными из родословной.
Сяо Либо не раз пользовался именем сына дома маркиза, чтобы обманывать девушек в столице, но когда дело дошло до того, чтобы действительно выйти замуж в дом маркиза Чэнэнь, те отказались!
Он с нетерпением спросил: «Старшая невестка, ты же сказала, что сейчас попросишь сваху помочь мне устроить свадьбу?»
«Сегодня не получится, мы с твоей старшей невесткой сегодня едем в родительский дом. Скажи, готов ли ты заниматься свиноводством?» — без выражения спросил Сяо Цзинь у Сяо Либо.
«Конечно… готов», — услышав вопрос “Короля Ада”, Сяо Либо инстинктивно кивнул, хотя ему совсем не хотелось разводить свиней.
Но что поделать, у “Короля Ада” есть власть!
В детстве у него была мать, а “Король Ада”, не имея матери, которая бы его защищала, избивал его в тех местах, где взрослые не могли этого увидеть.
Его мать тайком давала ему еду, и тогда, будучи молодым и неопытным, он хвастался ею перед “Королем Ада”, но тот отбирал ее у него.
Тогда он жаловался матери, но после этого старший брат избивал его еще сильнее, и после нескольких раз он стал особенно бояться этого старшего на три месяца брата.
Ни бабушка, ни отец не вмешивались в дела, и в доме не было никого, кто мог бы убить старшего брата; его мать каждый день ругала старшего брата, называя его несчастливой звездой.
Старший брат действительно был жизнестойким: он пережил нескольких мачех, и даже его (второго сына) мать умерла два года назад.
А старший брат не только остался жив, но и женился на прекрасной девушке из знатной семьи, а теперь еще и получил титул!
А он?
Несколько раз он посылал сваху в дом Юнь с предложением о браке, но каждый раз его выгоняли, а потом, как только стало известно, что это второй сын маркиза Чэнэнь, его даже не пускали за ворота дома министра.
Не имея возможности войти, Сяо Либо уныло бродил по улицам, чувствуя себя совершенно растерянным. Он не знал, что ему делать.
Почему все складывается не так, как он себе представлял?
Ведь он же второй сын маркиза, а эти люди так презирают его…
В этот момент Сяо Либо возложил все свои надежды на Вэнь Цинвань, и поэтому он искренне захотел заняться свиноводством.
В голове Вэнь Цинвань раздался голос: [Хозяйка успешно привлекла двух свиноводов, магазин заслуг дарит пятьсот очков заслуг, плюс одно руководство по разведению.]
«Раз у вас нет возражений, у меня здесь есть руководство по разведению. Третий брат, перепиши несколько экземпляров и раздай их второму брату и остальным».
Вэнь Цинвань отдавала распоряжения и одновременно вытащила из рукава книжку, с улыбкой на глазах и губах протянув ее Сяо Либо.
Еще пятьсот очков добродетели поступили на счет, как она могла не радоваться?
Она уже видела, как те деликатесы манят ее, приглашая попробовать.
Сяо Цзинь заметил, что маленькая девочка излучала радость, и благодаря ее улыбке атмосфера во всем зале стала прекрасной.
«Учитель, должно быть, уже пришел. Те, кто учится, идите записываться и знакомьтесь с программой, а те, кто занимается животноводством, идите посмотрите руководство по разведению, которое перепишет третий брат.
Цзиньлань, иди раздай ткани тетушкам, сегодня же начнем шить одежду для молодых господ в усадьбе, а девочки старше десяти лет будут учиться шить вместе с ними».
«Старшая невестка, а ткань для одежды можно выбирать самой?» — спросила одиннадцатилетняя Сяо Цзиньтин, подойдя к ней.
Ее внешность не унаследовала достоинств маркиза Чэнэнь, она была лишь средней, возможно, она пошла в свою мать.
Та наложница была дочерью купца, и, по всей видимости, Сяо Цзиньтин переняла от нее эти манеры — разношерстная, с развевающимися при ходьбе волосами.
Вэнь Цинвань особенно не выносила таких женщин, поэтому ее тон был ледяным: «Хочешь выбирать — иди выбирай в тканевой лавке».
«Я не хочу выходить, люди с улицы презирают дочерей дома маркиза, говорят, что мы…»
Сяо Цзиньтин хотела продолжить, но Вэнь Цинвань прервала ее: «Те дочери из знатных семей говорят, что твои манеры хуже, чем у служанок в их домах, верно?»
«Старшая невестка, откуда ты это знаешь? Но я же явно дочь маркиза и очень стараюсь учиться правилам, а они все равно… э-э…»
Сяо Цзиньтин хотела продолжить жаловаться, но ее родной брат заткнул ей рот: «Тинтин, не говори ерунду, не отнимай время у старшей невестки».
Вэнь Цинвань пристально посмотрела на юношу, зажавшего рот сестре. Ему было примерно тринадцать лет.
Его черты лица в полной мере унаследовали достоинства отца: он был красивый и белокожий, словно фарфор, а полные губы производили на людей отличное впечатление.
Он выбрал учебу, наверное, за пределами дома его не раз высмеивали!
«Сегодняшнее задание уже объявлено, все постарайтесь хорошо себя проявить, не разочаруйте своего старшего брата».
«Старший брат, старшая невестка, будьте спокойны, мы ни за что вас не подведем», — хором ответили юноши.
Увидев, что Вэнь Цинвань обо всем распорядилась, Сяо Цзинь мягко сказал: «Жена, уже поздно, давай вернемся, переоденемся и отправляемся в дом твоих родителей».
«Да». Только сейчас Вэнь Цинвань вспомнила, что сегодня день ее возвращения в родительский дом. В прошлой жизни, выйдя замуж за наследного принца, она больше никогда не возвращалась в дом Вэнь.
Настолько, что она даже забыла о существовании такого обычая, как возвращение в родительский дом!
Увидев растерянный вид своей молодой жены, Сяо Цзинь с улыбкой покачал головой, не зная, как описать свои чувства — в любом случае, они были очень сложными.
Он считал себя более красивым, чем наследный принц, и даже с хромотой не уступал ему ни на йоту. Он специально привел себя в порядок, боясь опозорить девочку.
Вэнь Цинвань не старалась нарядиться, лишь слегка нанесла пудру и подкрасила губы.
Она и без того обладала потрясающей красотой, а легкий макияж придавал ей еще больше естественной грации.
В дополнение к этому она была одета в ярко-красное платье с многослойной юбкой, уходящей в пол, а белый парчовый пояс, перекинутый через талию, еще больше подчеркивал ее тонкую талию, которую казалось, не удержать руками.
Когда Сяо Цзинь увидел ее, его глаза невольно засияли, и он тихо вздохнул: его маленькая девочка выросла в прекрасную девушку.
В начале лета во дворе расцвели разноцветные цветы: красные, фиолетовые, розовые, желтые — словно яркие пятна, вышитые на зеленом ковре.
Пчелы суетились среди цветов, пили нектар из тычинок и усердно летали туда-сюда.
Вэнь Цинвань, не отводя взгляда, шла вперед и, дойдя до главных ворот усадьбы, самостоятельно села в карету.