За всю свою жизнь в роли лекаря я повидал множество больных.
И осознал одну непреложную истину.
Будь то мастера боевых искусств, высокопоставленные чиновники или простые крестьяне — пока они носят клеймо «пациента», перед лицом смерти все абсолютно равны.
И хотя люди по-разному принимают неизбежное, их первоначальная реакция всегда одинакова.
Они до одури не хотят умирать.
В особенности это касается молодых, едва начавших свой жизненный путь — их желание цепляться за жизнь сильнее всего.
Поэтому, если существует хоть малейший шанс обмануть костлявую, они будут искать его любыми доступными способами.
Точно так же, как император Цинь Шихуанди перевернул вверх дном все Центральные Равнины в поисках эликсира бессмертия.
Точно так же, как многие мастера боевых искусств жаждут продлить свою жизнь хотя бы на мгновение через трансформацию костей и возвращение молодости.
Точно так же, как даосы культивируют Дао, стремясь выйти за пределы мирской суеты и вознестись на небеса, слепо желая обрести «непрерывность существования».
Лекарь способен исцелять пациентов, даруя им возможность вернуться к нормальной жизни и продолжить свой путь.
И если это исцеление стоит целого состояния, те, кто жаждет спасти больного, соберут его любой ценой.
Разве после того, как прошел слух, что духовные предметы способны облегчить муки Синдрома Разорванных Меридианов, запасы ценных эликсиров по всем Центральным Равнинам — в особенности тех, что содержали Янскую энергию — не иссякли почти полностью?
И это при том, что они давали лишь временное облегчение, строго говоря, не являясь панацеей.
Снадобья могли смягчить страдания и приглушить симптомы, но болезнь продолжала мертвой хваткой сжимать тело.
Следовательно.
Нет ничего удивительного в том, что кто-то, едва услышав о появлении лекарства от неизлечимого недуга — Синдрома Разорванных Меридианов, — тут же испробует его на себе, а поняв, что оно не действует, стремглав помчится прямиком к дому лекаря.
Просто...
— Переспите с моей дочерью хоть одну ночь, Лекарь Сок!!
...я никак не ожидал такого поистине первобытного уровня отчаяния.
— Глава Школы Пурпурного Меча.
— Чего вы хотите?! Этот Ю Гоин готов на коленях умолять вас!
— Я не об этом.
Зрелище мужчины средних лет, которому на вид было далеко за сорок, несущего на спине взрослую женщину и пытающегося бухнуться на колени, хоть и не было в новинку для лекаря, но устраивать такие сцены перед главными воротами Поместья клана Моён всё же не стоило.
— Прошу, успокойтесь.
— Лекарь Сок, умоляю! Моя дочь...!
— Если вы еще хоть раз меня перебьете, никакого лечения не будет.
— Вдох...!
Услышав этот ультиматум, глава Школы Пурпурного Меча, Ю Гоин, плотно сжал челюсти.
Как мастер на Пике, он мог бы одним взмахом меча разрубить кого-то вроде меня пополам, но сейчас этот грозный воин беспрекословно повиновался моим словам и тяжело кивнул.
«Какое облегчение».
Вокруг уже собралась внушительная толпа.
Даже несмотря на глубокую ночь, многие повыходили на улицу поглазеть.
Половину зевак составляли обычные горожане — жители Замка Ляодун.
Вторую половину представляли нищие из Союза Нищих и бродяги из Банды Хао — вездесущие члены информационных организаций.
И лишь малую часть толпы составляли мастера из Девяти Школ и Одной Банды и Пяти Великих Кланов, задержавшиеся здесь после окончания банкета.
Прямо сейчас те, кто пристальнее всего наблюдал за ситуацией со стороны той дальней гостиницы — это мастера боевых искусств из Клана Сычуань Тан, в чьих рядах также числились пациенты с Синдромом Разорванных Меридианов.
«Кто-то пришел из праздного любопытства, кто-то ради информации, а кто-то от полной безысходности».
Не ручаюсь за первых двух, но последние наверняка разделяют чувства Ю Гоина, который сейчас нелепо застыл передо мной в позе полунаклона.
Следовательно.
— Великий Герой Ю. Я проведу лечение, но для начала хочу прояснить одно серьезное недоразумение.
— Это недоразумение...
— Совместно проведенная ночь. Вы и впрямь верите, что банальное слияние инь и ян между мужчиной и женщиной способно исцелить этот недуг?
— ......Нет?
В глазах Ю Гоина мелькнуло искреннее замешательство.
— Вы хотите сказать, что совместный сон — это не лечение?
— Судя по всему, вы пропустили мимо ушей официальное заявление Лидера Альянса.
— Э-э, ну...
— Лечение заключается вовсе не в том, чтобы спать вместе.
Я почувствовал, как от его реакции повеяло чем-то странным, но невозмутимо продолжил говорить тоном профессионального лекаря.
— Мне удалось создать уникальную пилюлю, и именно ее прием является настоящим лечением.
— О-о, о-о-о...! Т-так вот оно что?!
— Именно. Так уж вышло, что сейчас у меня есть доза ровно на одного человека. Изготовление новой партии займет колоссальное количество времени.
На самом деле, если бы я только захотел, я мог бы извлечь из себя сколько угодно этой целебной субстанции прямо сейчас.
Но если бы я это сделал, весь мир боевых искусств наверняка попытался бы воткнуть в меня трубки, чтобы выкачать телесные жидкости до последней капли. Поэтому я скрыл правду, а Лидер Альянса Мурим любезно помог мне обмануть мир своей ложью.
— Пожалуйста, проходите внутрь.
— А-а, а-а-а...!
— И я официально объявляю всем мастерам боевых искусств Поднебесной, наблюдающим сейчас за этим местом, всем, у кого есть близкие с Синдромом Разорванных Меридианов.
Отойдя в сторону, я указательным пальцем приглашающе указал внутрь Поместья клана Моён.
Мой строгий взгляд скользнул мимо Ю Гоина, обращаясь к бесчисленной притихшей толпе.
— ...Эту болезнь можно вылечить нормальным, медикаментозным путем, так что, пожалуйста, выбросьте из головы грязные мысли о том, что слияние инь и ян — это метод терапии.
Первое. Переспать со мной — это не панацея.
— И второе.
Второе и самое главное.
— То, что я разделил ложе с госпожой Моён, не было актом, необходимым для лечения Синдрома Разорванных Меридианов.
Тот самый пикантный момент, который присутствующие здесь могли превратно понять, или, возможно, втайне надеялись, что это ложь.
— Я во всеуслышание заявляю: мы искренне любим друг друга, и именно поэтому разделили близость уже после того, как лечение было успешно завершено.
Я обязан на корню пресечь плотоядные взгляды женщин, направленные на меня.
Но я также должен выжечь похотливые фантазии мужчин, направленные на Моён Соль.
Я провозглашаю на весь Мурим.
Я — мужчина Моён Соль.
А Моён Соль — моя женщина.
Вскоре после этого я вернулся в Зал Медицины на восточной стороне Поместья клана Моён — то самое место, где остановился изначально.
Хоть оно и не было так удалено от чужих глаз, как Соннагвон на севере, этот Зал Медицины представлял собой внушительное трехэтажное здание, переделанное из бывшей гостевой резиденции.
На первом этаже располагался просторный смотровой кабинет.
На втором — богатая аптека и уютные палаты для пациентов.
А третий этаж был отведен под личные покои для моего мастера и меня.
Иными словами, я провел ту самую бурную ночь с Моён Соль именно в этом Зале Медицины. Открыв окно и дерзко пробравшись внутрь, она бесшумно подошла к кровати, на которой я спал, и властно прижала меня к матрасу.
Хотя изначально планировалось, что я чинно спущусь с третьего этажа на второй и буду лечить ее в специально подготовленной для нее палате...
— О чем вы так глубоко задумались, Лекарь?
Пока я на мгновение сладко погрузился в воспоминания, пациентка, успевшая переодеться в простую одежду, нетерпеливо окликнула меня.
— Я просто размышлял над тем, как нам лучше приступить к лечению, госпожа Ю.
Прямо передо мной сидела напряженная женщина.
Ее волосы были преимущественно черными, но некоторые пряди болезненно отливали синевой и белизной — один из характерных признаков Синдрома Разорванных Меридианов, который проявлялся примерно у ста восьми пациентов по всем Центральным Равнинам.
— Перед тем как начать, я должен выполнить одну строгую просьбу Лидера Альянса Мурим.
— Лидера Альянса...?
— Именно. Он лично попросил меня в мельчайших подробностях задокументировать процесс лечения для будущих поколений пациентов с Синдромом Разорванных Меридианов.
Закончив фразу, я достал заранее подготовленную табличку.
— Это же...!
— Нефритовая табличка Лидера Альянса Мурим, Великого Истинного Монарха.
Тяжелая табличка, виртуозно выточенная из цельного куска нефрита.
В самом ее сердце острым клинком были высечены слова «Печать Альянса Мурим».
— Я не слишком силен в боевых искусствах, но как дочь главы Школы Пурпурного Меча, вы должны безошибочно узнать, чей след вырезан на обратной стороне.
— Это же форма из грозной техники Тринадцати Мечей Облачного Дракона...!
На полированной спинке красовался настолько четкий след от меча, что никто в здравом уме не посмел бы усомниться в подлинности дара Лидера Альянса Мурим.
Другими словами.
— Было бы весьма осмотрительно с вашей стороны воспринимать меня как главного лекаря Поместья клана Моён и полноправного члена специального медицинского подразделения, уполномоченного самим Альянсом Мурим.
Что касается моего статуса — я был далеко не обычным сельским знахарем.
Вздумаете устроить скандал или откажетесь сотрудничать — и Школа Пурпурного Меча будет с позором изгнана из Альянса Мурим, лишена должного лечения и пинком вышвырнута за кованые ворота Поместья клана Моён.
— Для начала назовите ваше полное имя.
— ......Ю Ги Ён.
Дочь Ю Гоина, Ю Ги Ён. Информация подтверждена.
— Ваш точный возраст?
— Выспрашивать возраст у женщины....
— Это крайне важная медицинская деталь.
Ю Ги Ён одарила меня ядовитым взглядом исподлобья, но я невозмутимо продолжил выводить иероглифы кистью, полностью игнорируя ее недовольство.
— Как вам прекрасно известно, госпожа Ю, женщины, страдающие Синдромом Разорванных Меридианов, начинают угасать одна за другой после двадцати лет. В самых тяжелых, запущенных случаях, как все поголовно предрекали госпоже Моён, лекари открыто заявляют: «Она испустит дух в тот самый день, когда достигнет двадцатилетнего совершеннолетия».
На самом деле, целых семь женщин умерли от Девяти Разорванных Меридианов Инь именно так: прямо в свой день рождения, на следующий день после него, или, едва цепляясь за жизнь, всё равно не протягивая дольше пары суток.
Девятка (九) обозначает не только симптом блокировки девяти кровеносных сосудов, но и финальную стадию Синдрома Разорванных Меридианов. Хотя хворь протекает у всех по-разному, стадия, на которой жертвы не могут продержаться и трех-четырех дней после достижения совершеннолетия, умирая в муках — это и есть Девять Разорванных Меридианов Инь.
— Так сколько же вам лет, госпожа Ю?
— В этом году мне исполнилось двадцать четыре.
Двадцать четыре года. Рискованный рубеж.
— Госпожа Ю, вам известно, сколько именно ваших меридианов наглухо заблокировано?
— Когда меня раньше осматривал столичный лекарь, он диагностировал Семь Разорванных Меридианов Инь.
Семь Разорванных Меридианов Инь. Значит, заблокировано семь кровеносных сосудов.
В среднем — или, точнее, по сухой статистике — она должна умереть в двадцать пять, так что в запасе у нее остался примерно один жалкий год жизни.
— Позвольте мне убедиться в этом лично.
Протянув руку, я мягко, но властно взял Ю Ги Ён за запястье и нащупал пульс.
Тудук. Тудук.
Пульс бился пугающе медленно.
Конечно, ритм был гораздо быстрее, чем у Моён Соль перед исцелением, но всё равно это был пульс тяжело больного человека.
— Эм, Лекарь.
— Слушаю вас, госпожа Ю.
— Понимаете....
— Говорите не стесняясь. Я вполне могу проверять ваш пульс и поддерживать светскую беседу одновременно.
— Ваши отношения с госпожой Моён — это правда?
— Да.
К чему она, черт возьми, клонит?
«Для начала, диагноз Семи Разорванных Меридианов — это неоспоримый факт».
Семь важнейших меридианов плотно подавлены Энергией инь. Тем не менее, скопление Энергии инь не так уж критично сильно, так что она точно не умрет в одночасье.
Однако.
— Если, предположим, клан Моён силой заставил вас сказать это на публику....
— Госпожа Ю. До меня дошли слухи, что до приезда сюда у вас была плотская связь с мужчиной.
— Угх...!
Мне нужно было железобетонно подтвердить одну теорию. Именно поэтому я намеренно притащил эту дерзкую женщину в кабинет первой.
— Уменьшилась ли ваша хроническая боль или симптомы после достижения слияния инь и ян?
— Да как вы смеете...!
Ю Ги Ён открыто и бурно выразила свое возмущение, но я лишь выразительно скосил глаза на нефритовую табличку Лидера Альянса Мурим, многозначительно лежащую на столе.
— ...Нет.
Скрипнув зубами, Ю Ги Ён выдавила из себя правду.
— Стало только невыносимо больнее.
— Это был ваш первый раз?
— Первый раз....
— Успокойтесь, это абсолютно необходимо для объективного осмотра и ведения медицинских записей. Пилюля Экстремального Ян сотворила чудо с госпожой Моён, но она может оказаться совершенно неэффективной конкретно для вас, госпожа Ю.
— Что вы хотите этим сказать?
Голос Ю Ги Ён на мгновение взвился от подступающей истерики.
— Вы хотите сказать, что это проклятое лекарство действует только на непорочных девственниц?!
— Я хочу сказать, что мы как раз находимся в процессе научного выяснения этого факта.
На мгновение Ю Ги Ён замялась, словно пытаясь каким-то извращенным образом проверить меня, а затем выпалила:
— Значит... вы переспите и со мной тоже?
— Что, простите?
— Вы же только что сами сказали «да», верно?
— .......
Ах.
Дело дрянь.
— Значит, чтобы на практике увидеть эффект лекарства, нам придется переспать или заняться чем-то вроде того, так? Верно?
— Послушайте.
Эта женщина.
Она вообще слушала, что я ей втолковывал на улице? Или она только виртуозно прикидывается дурочкой, преследуя какую-то свою меркантильную цель?
— Если клан Моён держит вас в заложниках или угрожает, я с радостью стану вашей покорной женщиной вместо этой сумасшедшей стервы...!
Возможно.
«А у нее точно Синдром Разорванных Меридианов, а не прогрессирующая шизофрения?»
Может, она окончательно спятила от боли. Она говорит страстным шепотом, но неужели напрочь забыла, на чьей территории находится?
— Лекарь! Прошу вас, возьмите эту юную леди...
— Хрясь!
Раздался звонкий звук хлесткой пощечины, от которой свернуло бы челюсть.
— Ты совсем из ума выжила. Какая-то жалкая девка, пришедшая умолять о лечении смертельной болезни, совершенно забыла свое место.
Моён Соль брезгливо встряхнула изящной кистью, ледяным взглядом взирая на скулящую Ю Ги Ён сверху вниз.
«И когда она только успела войти?»
Я не услышал даже шороха открывающейся двери.
Она влепила Ю Ги Ён такую мощную пощечину, что та не только отвернула залитое краской лицо, но и всем корпусом завалилась набок. А когда чужая рука инстинктивно потянулась к моей щеке в попытке ухватиться, Моён Соль молниеносно перехватила ее за запястье, сжав с такой сокрушительной силой, словно собиралась вывернуть сустав наизнанку.
Техника Захвата.
Неужели она втайне успела научиться техникам жесткого сдерживания у своего отца?
— Мне вышвырнуть эту дрянь вон? Кажется, она явно не в себе.
— Ах ты ж...!
Держась за пылающую огнем щеку, Ю Ги Ён яростно уставилась на Моён Соль.
— Самая злобная сумасшедшая стерва во всем Муриме...!
— Ты.
Лицо Моён Соль мгновенно окаменело.
— Что ты только что вякнула?
Это ледяное, пробирающее до костей выражение лица было точь-в-точь как у Святого Меча.
— Должно быть, ты окончательно рехнулась. Жить надоело? Как ты смеешь открывать свою грязную пасть, и перед кем?
— Госпожа.
Когда я мягко окликнул Моён Соль, она резко повернула ко мне голову с таким невинным видом, будто ее застукали за поеданием варенья.
— Эм, Лекарь. Это...
— Вы всё правильно сделали.
Я решительно поднялся со своего места.
— Поскольку пациентка категорически отказывается сотрудничать и нарушает дисциплину, давайте пока отложим сеанс.
Оставив позади всё еще кланяющегося Ю Гоина, я взял Моён Соль за руку, и под мерный стук наших шагов мы покинули Зал Медицины.
— Эм, ну...
— Госпожа Моён.
Зайдя за скрытое в тени здание Зала Медицины, я властно притянул Моён Соль к себе и крепко обнял.
— То лицо, которое ты только что сделала. Это холодное, абсолютно невозмутимое выражение.
— Прошу, не напоминай. В смысле, на меня просто нашло...!
— Я хочу увидеть, как это надменное лицо утонет в наслаждении прямо подо мной.
— ......!!
Тело Моён Соль сладко вздрогнуло в моих крепких объятиях. Ее испуганный взгляд на мгновение метнулся вниз, а затем она нервно прикусила пухлую нижнюю губу.
— ...Лекарь.
Она посмотрела на меня с тем самым спокойным, непроницаемым лицом — самым холодным и собранным женским лицом во всем ортодоксальном мире боевых искусств.
— А ты скажешь мне, что оно утопает в любви?
В то же мгновение ее глаза изогнулись счастливыми полумесяцами, и, встав на цыпочки, она пылко потянулась к моим губам.