Свистел морской ветер.
Корабль держал путь в Ляодун.
Вокруг расстилался бескрайний океан. Мы с Моён Соль сидели на палубе в креслах, наедине друг с другом, и неторопливо любовались ночным морем.
— Лекарь.
— Слушаю вас, молодая госпожа.
— Если вспомнить, наша первая встреча была не самой приятной, верно?
— Вы всё ещё думаете об этом?
Моён Соль смутилась, словно в её памяти всплыл собственный прежний образ.
— Тогда... я ведь была довольно резкой, да?
— Всё это в прошлом. К тому же вам тогда было очень больно.
— И всё же...
— Если вас это так беспокоит, то вам стоит поблагодарить судьбу за то, что я выработал стойкость, пока лечил спящих агентов в Демоническом Культе.
— Что вы имеете в виду?
— Среди них тоже попадались больные с Синдромом Разорванных Меридианов. И немало. По сравнению с тем, какие истерики они закатывали, вы, молодая госпожа, были сущим ангелом.
— Неужели?..
Моён Соль покраснела и опустила голову.
— Мне нужно за столькое извиниться перед вами, что я даже не знаю, с чего начать.
— Говорите всё, что придёт в голову. Я готов выслушать и принять всё.
— Если честно, мне до сих пор страшно.
— Страшно? Чего же?
— Стать матерью.
Моён Соль крепко прижала ладони к животу.
— Если моя решимость стать матерью пошатнётся хоть раз, мне придётся вынашивать твоего ребёнка десять месяцев вдали от тебя. Без единого прикосновения.
— Так и будет. Стоит тебе хотя бы поцеловать меня и в этот миг подумать: «Я не хочу ребёнка», как твоё тело тут же изменится.
Тело, исполняющее желания.
Именно эта особенность терзала нас всё это время.
Моён Соль жаждала моей близости.
Но она не хотела детей, и потому, несмотря на наши многочисленные страстные ночи, так и не забеременела.
До сих пор этого не случилось лишь потому, что Моён Соль сама того не желала.
Пусть мы целовались, и моя слюна проникала за её губы, пусть она принимала мою янскую энергию напрямую, как никто другой, у Моён Соль даже ни разу не было менструации.
Из-за беременности?
Нет.
Просто её тело перестроилось так, что зачатие стало физически невозможным.
Это касалось сложных, запутанных чувств Моён Соль, и я не собирался на неё давить.
— В Поднебесной многие говорят, что к двадцати годам у женщины уже должно быть двое или трое детей. Ведь обычно женятся и заводят потомство лет в шестнадцать.
— Больные Синдромом Разорванных Меридианов не были исключением. Вот только дети, рождённые от таких матерей, с огромной вероятностью унаследовали бы этот недуг, поэтому они и не рожали.
— Верно. В мире боевых искусств это было общеизвестно.
Родить ребёнка для женщины с Синдромом Разорванных Меридианов означало совершить грех против собственного ребёнка.
— Что вы думаете теперь, молодая госпожа? Покинув Центральные Равнины и повидав мир?
— Мой взгляд на вещи сильно изменился.
— В каком смысле?
— Во многом. Но главное — я поняла, что мир, который я видела из окон поместья клана Моён, далеко не единственный.
Моён Соль склонила голову мне на плечо.
— Лекарь. Ты помнишь своих родителей?
— Нет. Я их не помню. Меня бросили сразу после рождения.
Моён Соль промолчала.
— Вы наверняка видели отчёты расследования вице-главы, так что знаете: я с детства был сиротой. Никто из взрослых меня не приютил — меня вырастили такие же беспризорники в трущобах.
— Кажется, ты впервые рассказываешь мне о своей жизни до того, как тебя похитил Демонический Культ.
— История не из весёлых. Поверите ли, но моя жизнь после похищения Демоническим Культом стала куда сытнее и благополучнее?
— ...А что стало с теми, кто заботился о тебе тогда?
— Все они погибли. От рук мастеров боевых искусств.
Наступила тишина.
Я протянул руку и коснулся побледневшего лица Моён Соль.
— Но я разрушил мир боевых искусств не из-за этого. Я сокрушил его исключительно ради вас — никакая другая причина не была важнее.
— А тот мастер боевых искусств?..
— Мёртв. В Муриме те, кто способен поднять меч на сирот в трущобах, обычно кончают плохо и умирают на чужбине. Так что... если и был человек, которого я мог бы назвать матерью, то это совсем другая женщина.
Мать.
При этом слове взгляд Моён Соль дрогнул.
— Кто она?
— Демонический Доктор Белый Лик. Мой учитель.
Моён Соль молча слушала.
— На самом деле я пробыл у неё в учениках меньше семи лет. Но именно под её началом я познал медицину и стал лекарем. Называть её матерью, пожалуй, слишком громко, скорее она была мне крёстной.
— Я знаю, как Демонический Доктор относилась к тебе. И правда... как к любимому ученику и родному сыну.
Моён Соль поднялась с кресла и ухватилась за корабельные перила.
— Если честно, я завидовала. Даже ревновала.
— Почему?
— Я думала: если и существуют идеальные отношения между матерью и ребёнком, то разве они не должны быть такими? Ведь моя собственная мать... сошла с ума и пыталась меня убить.
Моён Соль коснулась своей шеи.
— Мать, которую я знала, была именно такой, поэтому мне так трудно представить себя на её месте. Я даже вообразить этого не могла.
— И что же вы чувствуете теперь?
— Путешествуя по Центральным Равнинам, я видела бесчисленное множество матерей.
Пока мы переезжали из города в город и я лечил больных, Моён Соль наблюдала за чужими семьями.
— Я видела матерей, которые не сдавались, даже если их дети страдали Синдромом Разорванных Меридианов. Моя мать обладала слишком великой силой и боевым мастерством, что и свело её с ума, но другие женщины были совсем иными. Ох, я вовсе не хочу сказать ничего плохого о своей маме...
— Всё в порядке. В мире бывают самые разные матери, и в столь сложных обстоятельствах трудно назвать чьё-то поведение однозначно неправильным.
— Ха-ха... Тогда позволь спросить.
Моён Соль прислонилась спиной к перилам и посмотрела мне прямо в глаза.
— Как думаешь, о чём я размышляла, глядя на них?
— Сначала вы сравнивали их со своей матерью. Ваша мать заносила над вами клинок, а те женщины сами бросались под мечи, чтобы защитить своих детей.
— Верно. А потом?
— «Пыталась ли моя мать убить меня из-за того, что практиковала боевые искусства, или же ею овладел внутренний демон? Нет, бывают матери, которые губят своих детей и без всяких боевых искусств». Но такие случаи — редкость. Большинство матерей жили ради своих детей.
— ...Да. Всё именно так.
Моён Соль вынула из волос шпильку.
Её волосы, развевавшиеся на морском ветру, сияли так прекрасно, словно впитали в себя звёзды ночного неба.
— Если честно, я до сих пор не знаю, смогу ли стать хорошей матерью.
— Одного этого беспокойства уже достаточно. Каждая женщина хочет быть хорошей матерью, ведь никто не мечтает стать плохой.
— Но справлюсь ли я?
Моён Соль крепко сжала ладони.
— Смогу ли я во время нашей близости думать только о желании зачать дитя? Не промелькнёт ли во мне хоть на миг мысль о том, что я хочу избежать беременности и просто продлить это мгновение?
— Это трудно.
— Лекарь?
— Тебе незачем так истязать себя.
Я подался вперёд и взял Моён Соль за руки.
— Если ты не хочешь детей, я готов прожить с тобой всю жизнь без них.
— Л-лекарь?..
— Если бы я слепо следовал традициям и семейным устоям нашей эпохи, я бы не перевернул весь Мурим. Существующий порядок и здравый смысл не должны диктовать нам, как жить.
Дрожь в руках Моён Соль постепенно утихла.
— Если Святой Меч... твой отец не примет твой выбор, я готов даже сбежать с тобой из поместья клана Моён.
— ...Ты ведь знаешь, что он нас слышит?
— Именно поэтому я и говорю это вслух. Пусть знает, насколько я решителен и на какие жертвы готов пойти ради тебя.
— Лекарь.
— Если захочешь, я даже перестану быть лекарем. Скажешь мне освоить боевые искусства — я начну усердно тренироваться.
— И ты говоришь это после того, как сам же уничтожил Мурим?
— А почему нет? Перед нами открыто множество дорог, и у нас достаточно сил, чтобы стать счастливыми при любом раскладе.
Будь то медицина или боевые искусства — куда бы мы ни направились, мы всегда найдём способ прокормить себя.
— Захочешь детей — я сделаю всё, чтобы стать лучшим отцом. Пожелаешь видеть рядом сильного мастера — пусть и поздно, но я отдам все силы тренировкам. Даже если сейчас мир ценит совсем другие вещи.
Моён Соль молчала.
— Мы заговорили о первом впечатлении. Знаешь... Стоило мне впервые увидеть тебя, как я твёрдо решил спасти тебя во что бы то ни стало.
— Почему?
— Потому что влюбился с первого взгляда.
Моён Соль затаила дыхание.
— Я признаюсь в этом только сейчас, но...
Я притянул руку Моён Соль к себе и поцеловал её тыльную сторону.
— Если бы мне не удалось вылечить тебя и ты умерла, я бы последовал за тобой.
— Лекарь...
— Услышали ли небеса мои мысли, или во мне пробудилось нечто иное... Даже если весь мой талант к боевым искусствам обратился в лекарство ради твоего спасения, я никогда об этом не пожалею.
Пусть даже всё произошло по чистой случайности.
— Даже если бы я мог повернуть время вспять и снова сделать выбор, я бы без колебаний выбрал твою жизнь.
— ...Я знаю. Но всё равно хочу услышать это от тебя. Почему?
— Это же очевидно.
Простой и ясный ответ.
— Потому что я мужчина, готовый пожертвовать всем, даже собственной жизнью, ради любимой женщины.
— ...Лекарь.
Моён Соль обняла меня за плечи и уткнулась лбом мне в грудь.
— ...И сколько детей ты хочешь?