[Верхний этаж постоялого двора где-то в провинции Шэньси. Особая комната для гостей.]
Люди легко ко всему приспосабливались.
Они чутко реагировали на любые перемены, и каждый принимал их по-своему.
То же касалось и духа времени.
Одни дорожили традициями и дисциплиной, придерживаясь консервативных взглядов, другие же считали устоявшиеся порядки пережитком прошлого и стремились к прогрессу.
Гора Хуашань олицетворяла первых, в то время как школа Чжуннань — вторых.
— Неужели Чжуннань изменится до неузнаваемости?
— Не полностью, но она станет совершенно иной, нежели школа Чжуннань двадцать пять лет назад.
За чашкой чая я неторопливо обсуждал с Моён Соль перемены, происходящие в Шэньси.
— Особенно неизбежно это теперь, когда Чжуннань приняла Спящих Агентов, которые и стоят у истоков этих перемен. Одним человеком дело тут не ограничится.
Я слегка постучал пальцем по виску, а затем указал на улицу под окном.
— Спящие Агенты — это, по сути, женщины, которые становятся лицом организации. Если они проникают в школу и начинают распространять свои идеи среди остальных, как, по-твоему, на это отреагирует молодое поколение?
— Ты имеешь в виду сладкие речи?
— Не просто сладкие речи. Если их произносит писаная красавица, разве кто-то сможет устоять перед искушением?
— Хм...
Моён Соль прищурилась, глядя на меня, и поднесла к губам пиалу с чаем.
— То, как настойчиво ты заговорил о Спящих Агентах... Кажется, ты хочешь обсудить вовсе не перемены в Чжуннань.
— Если тебе так показалось, то это недоразумение. Я вовсе не пытаюсь оправдаться за то, что сохранил жизнь Спящим Агентам во времена моего пребывания в Демоническом Культе и обзавелся с ними связями.
— Тогда что же?
— Приняв тех, кто находился под влиянием Демонического Культа, Чжуннань изменила свою суть. А значит, в местах, куда мы направляемся, тоже могут оказаться те, чья суть уже переродилась. Особенно если Спящие Агенты затесались в ближайшее окружение глав школ.
— Например... в школу Дяньцан?
— Именно.
При упоминании школы Дяньцан Моён Соль открыто нахмурилась.
В конце концов, в тот самый день, когда она вернулась к жизни и избежала смертельной опасности, именно человек из школы Дяньцан мгновенно опустил её с небес на землю.
И что, если эта женщина была старшей ученицей главы школы Дяньцан, а на деле являлась Спящим Агентом Демонического Культа и одной из дочерей Небесного Демона?
— Думаешь, эта женщина из Дяньцан попытается как-то подобраться к тебе, лекарь?
— А ты как думаешь?
— Ну... если честно.
Моён Соль перевела взгляд на меч, висевший на стене.
— С того самого момента, как я покинула Поместье клана Моён и отправилась странствовать по миру, я думала о том, чтобы с помощью меча навсегда отбить у всяких кокеток желание флиртовать с тобой.
— И что теперь?
— Ничего особо не изменилось. Если я просто раню их, ты из-за своих «прошлых связей» можешь почувствовать себя обязанным и станешь тратить время на их лечение. Поэтому калечить я их не буду — выберу другой способ.
— И какой же, если не ранение?
— Ну... Думаю, может, мне просто их убить?
Моён Соль с серьезным лицом указала на окно.
— Например, тех девиц, что перевернули вверх дном всю школу Чжуннань, а теперь пытаются перевернуть всё внутри у меня.
— М-да...
— Что скажешь?
— Я в любом случае на стороне молодой госпожи.
Я провел четкую черту, чтобы Моён Соль не тревожилась.
— Для меня, живущего ради Моён Соль, прошлые связи остаются лишь прошлыми связями. Если бы речь шла просто о выживании в том адском месте, я мог бы пойти по тому же пути, что и с Тан Юри. Но в противном случае им придется принять последствия.
Моён Соль промолчала.
— И дело вовсе не в холодности или бессердечии. Скорее, я просто в недоумении и раздражении. Я никогда не был их возлюбленным и не состоял с ними в отношениях, так с чего они вдруг возомнили обратное?
— Может, потому что ты красавец, который спас им жизнь?
— Если так, передай им следующее.
Я поднял пиалу, салютуя Моён Соль.
— Всё, что у меня было впервые, уже забрала женщина по имени Моён Соль. Так что пусть они даже не смеют заглядываться на недосягаемые небеса.
— Хм.
Моён Соль поднялась со своего места и на мгновение устремила взгляд в потолок.
— Я думала решить всё убийством, но это, пожалуй, чересчур. Так что я просто преподам им хороший урок. О, не переживай. Крови не будет.
— Если ты не собираешься пускать им кровь, то что именно ты задумала?..
— Мне бы хотелось скормить им рассеивающее силы лекарство, но тогда меня замучит совесть.
Моён Соль коварно улыбнулась и приложила руку к груди.
— Я лишь слегка задену их самолюбие — так, чтобы это врезалось им в самые души, — и сразу вернусь.
* * *
— Вы действительно уверены в этом?
Стоя перед постоялым двором, старший ученик школы Чжуннань, Чжон Ринам, окинул взглядом пятерых последовавших за ним женщин, бывших Спящими Агентами.
— Мы можем обмануть толпу, заявив, что вы — мастера боевых искусств, бросившие вызов дочери Святого Меча, но...
— Те, кому надо, всё поймут. Но я больше не могу это терпеть.
Самая старшая на вид женщина среди Спящих Агентов сложила ладони в приветствии и прорычала эти слова.
Хотя на вид ей было немногим больше двадцати, глаза женщин горели еще большей злобой, чем когда они демонстрировали силу перед главой школы.
— Для меня прошло уже восемь лет.
— Для меня — пять.
— Каждую из нас связывает с ним не меньше четырех лет. Если подумать, наши чувства зародились гораздо раньше.
— М-да...
Чжон Ринам не находил слов перед лицом этого неописуемого, яростного пыла.
Он мог лишь судить по себе, полагаясь на свое мужское чутье.
Если бы невероятно хорошенькая подруга детства уехала за границу на три года по приказу высокопоставленного лица и там крутила роман с каким-то темноволосым ловеласом, целуясь с ним и называя мужем?
— Я понимаю ваши чувства, но ваша соперница — дочь Святого Меча.
Чжон Ринам прекрасно понимал эмоции Спящих Агентов, просто представив себя на их месте, но, поскольку лично его это не касалось, он старался сохранять объективность.
— У вас может не быть ни единого шанса на победу. Даже я сомневаюсь, что одолел бы её, так неужели вы думаете, что справитесь?
— Не попробуешь — не узнаешь, чья сталь острее.
— Если хоть одна из нас пятерых преуспеет...
— Какая самонадеянность.
— Что?!
Прекрасный голос раздался еще до того, как они успели войти внутрь.
С мечом в руке, бесшумно, словно паря, беловолосая женщина опустилась прямо у входа на постоялый двор. С бесстрастным лицом она окинула взглядом Спящих Агентов.
— Ваше прошлое печально, но я, как законная жена, не потерплю флирта с чужим мужем или даже попыток перемолвиться с ним хоть словом.
— Ха!..
Чжон Ринам замер, завороженный обликом Моён Соль. Её ледяной голос, способный заморозить саму плоть, тем не менее звучал невероятно красиво.
Именно поэтому он понимал Спящих Агентов.
Стоило мысленно поменять полы местами, как всё сразу становилось на свои места.
— Кхм. Госпожа Моён. Школа Чжуннань...
— Не знаю, что эти женщины наговорили вам, чтобы отравить ваш разум, но и вы сами уже не принадлежите к числу истинно праведных мастеров.
— ?!
— Чтобы именовать себя частью праведного Мурима, вы слишком запятнали себя. Вас нельзя назвать темно-серыми, но и чистой белизной вы уже не отличаетесь — в вас пустила корни идеология Демонического Культа. Или я не права?
— Какая клевета...
— Если бы Чжуннань действительно хотела одолеть Хуашань собственными силами, вам не следовало принимать Спящих Агентов. Нужно было поступить так же, как Хуашань.
— А разве клан Моён другой?
Голос Чжон Ринама дрожал от подступающего гнева.
— Если кто в этом мире и запятнан влиянием Демонического Культа сильнее прочих, так это клан Моён.
— Клан Моён не отрицает перемен. И мы доказали это, покинув Альянс Мурим.
— Тогда разве Моён не должна лучше других понимать Чжуннань?
— Я понимаю. Разумеется. Моён помогла Хуашань из-за связей прошлого поколения во времена нашего пребывания в Альянсе, и если Чжуннань не сливается воедино с Демоническим Культом, я не вижу проблемы в почитании силы. Но вот что меня действительно задевает...
Моён Соль направила острие меча на Спящих Агентов.
— Это женщины, пытающиеся кокетничать с моим мужем. Будь они Спящими Агентами, страдалицами с Синдромом Разорванных Меридианов или кем угодно еще — никто не смеет зариться на моего супруга.
— Да как ты смеешь!..
— Вы все лишь получили от него милость спасения жизни. Но я...
Моён Соль окинула Спящих Агентов холодным взглядом, а затем положила свободную руку на свой живот.
— Получаю его любовь каждый божий день.
— Кха!
Одна из Спящих Агентов закашлялась, и изо рта у неё брызнула темно-красная кровь.
Это была рвота кровью из-за искажения ци, но, к счастью, её внутренняя энергия не пострадала слишком серьезно.
— Калечить себя бессмысленно. В провинции Шэньси полно лекарей, можете обратиться к ним за лечением. Даже если вы пострадаете в этом поединке, мой муж и пальцем не пошевелит, чтобы вам помочь.
— Да... да как ты!..
— Позвольте прояснить: ни одна из вас, да и вообще ни одна женщина в мире, не займет место подле моего мужа. Женщина, которую он любит больше всего на свете — это я. И если это первое место когда-нибудь и изменится...
Моён Соль устремила свой меч к небу.
— То лишь ради его дочери, которую я ему подарю.
— А-а-а-а!
В то же мгновение Спящие Агенты одновременно оттолкнулись от земли и направили свои клинки на Моён Соль. Со вспышкой на мече Моён Соль заискрился звездный свет.