Девственность.
Будь то мужчина или женщина, этим словом обычно описывали человека, не имевшего плотского опыта.
Однако если и существовала причина, по которой при слове «девственник» в первую очередь вспоминали мужчин, то крылась она во влиянии одного особых боевых искусств.
Искусство Чистого Дитя.
Сохраняя целомудрие, практикующий этот метод культивирования внутренней энергии мог сгущать в своем даньтяне мощную янскую энергию.
Каждый мужчина знал это.
Он знал, что происходит, когда эта сила накапливается в теле. По мере накопления она неизбежно требовала выхода, служа естественным подтверждением мужского здоровья.
Искусство Чистого Дитя считалось одной из даосских техник Мурима, и в нем не было ничего постыдного или неловкого.
По своей сути оно представляло собой метод взращивания внутренней энергии за счет строгого воздержания и отказа от плотских утех.
Даже тот, кто прежде познал женщину, мог накопить янскую энергию путем долгого воздержания, юноше же без опыта это давалось еще легче.
Однако стоило нарушить завет — то есть в тот самый миг, когда янская энергия высвобождалась, — как все накопленное по формуле Искусства Чистого Дитя мгновенно рассеивалось без остатка.
Из-за одного-единственного полового акта или даже минутного самоудовлетворения человек рисковал лишиться всей внутренней энергии, копившейся годами, а то и десятилетиями.
Именно поэтому Искусство Чистого Дитя вызывало столь стойкое ощущение «утраты» янской энергии, отчего потерю девственности было трудно воспринимать как некое «обретение».
Разумеется, можно было испытать радость от самого факта содеянного, но в моем случае ни о чем подобном не шло и речи.
Случись такое раньше, эта история наверняка осталась бы в исторических хрониках или легендах.
Легендах о мужчине, у которого после истинного познания женщины все, что текло по его телу, превратилось в «чудо».
Я понимал, что именно послужило толчком.
Но главным был не сам толчок, а его последствия.
До каких пределов Поместье клана Моён сможет скрывать это «чудо» и как именно оно им распорядится?
Насколько далеко вообще способны зайти подобные чудеса?
Могут ли они, подобно легендарной Пилюле Омоложения, превратить мужчину в женщину?
Если бы я осыпал мертвеца Пилюлями Экстремального Ян, забилось бы его сердце вновь, возвращая к жизни?
Если бы я плюнул на лысину человека, потерявшего все волосы, отросла бы у него пышная шевелюра?
Где пролегал предел этих чудес?
— Мы скроем это, — принял решение Святой Меч.
Его слово являлось волей Поместья клана Моён и тем путем, которому я обязан был следовать.
— Чудо ограничится лишь этим: лечением Синдрома Разорванных Меридианов и омоложением женщин. На этом все.
Мое тело и чудеса, творимые Пилюлями Экстремального Ян. Святой Меч призывал прекратить любые попытки выяснить, насколько далеко простираются границы этого дара.
— Одно лишь исцеление от Синдрома Разорванных Меридианов уже наделало шуму по всем Центральным Равнинам. К тому же оно дало побочный эффект в виде омоложения. Его влияние настолько огромно, что даже заставило Императрицу Меча пойти на безрассудство.
— Вы хотите сказать, мы должны дать миру понять, будто никаких иных эффектов, кроме лечения Синдрома Разорванных Меридианов и омоложения, не существует?
— Нам даже не придется объявлять об этом лично — мы просто закрепим это мнение в умах людей.
Я понимал его замысел.
— Понял. Я подчинюсь.
Нам незачем было ходить повсюду и трубить: «Оно обладает такими-то свойствами».
— Лекарь Сок, знаете ли вы, сколько женщин по всем Центральным Равнинам сейчас находятся в том же положении, что и Ю Ги Ён?
— Вы имеете в виду страдающих Синдромом Разорванных Меридианов, которым еще не исполнилось двадцати лет, — девушек, ожидающих своей кончины?
— Именно так.
— Мне известно, что их по меньшей мере больше сорока.
Официально из ста восьми больных около сорока с лишним все еще оставались в живых, перешагнув двадцатилетний рубеж. Остальные же были моложе двадцати.
Я знал, что возраст страдающих Синдромом Разорванных Меридианов колебался от семи до тридцати пяти лет.
— Те, кто перешагнул двадцатилетний порог, не страдают от Девяти Разорванных Меридианов Инь — их каналы заблокированы относительно слабее. Благодаря этому они способны дожить до сорока.
— Верно. Такие женщины будут одна за другой прибывать в Поместье клана Моён. И вам придется «убедить» их.
— Убедить?
— Да. Внушить им чувство удовлетворения малым. Вы должны заставить их поверить, что случай Ю Ги Ён был исключительным, а Пилюли Экстремального Ян помогают только от Синдрома Разорванных Меридианов.
— Даже так... Внушить.
— А что, если... — Святой Меч сделал жест, словно отсекал себе руку. — Что, если появится больная Синдромом Разорванных Меридианов без одной руки, а после приема Пилюль Экстремального Ян ее конечность отрастет заново — как вы на это ответите?
Однорукая больная Синдромом Разорванных Меридианов. Не просто исцелилась от недуга, но и вернула утраченную руку?
Это тоже стало бы чудом.
— Называть это «абсурдным чудом»... Думаю, вы уже и сами все понимаете. Да, возможно, чудо действительно произойдет. Возможно... — Святой Меч указал пальцем на пол. — Даже мертвые могут воскреснуть. Если они скончались недавно, или, по крайней мере, пока кровь в голове еще не успела свернуться.
— Я понимаю, о чем вы. Вы велите мне даже не пытаться экспериментировать.
— Именно так. — Святой Меч указал на мою голову. — Вы сведущи в медицине, вам нравится исследовать и анализировать различные явления. Хотя накопление знаний похвально, порой избыток мудрости может обернуться ядом.
Святой Меч прикрыл глаза и продолжить:
— Как это происходит со мной прямо сейчас.
— Это...
— Я размещу Меч Первой Звезды и Меч Второй Звезды в Медицинском Зале и здесь, в Соннагвоне. — Позади Святого Меча воспарили два клинка, сотканные из Астрального Сияния Меча. — Все, что будете делать вы и моя дочь, будет передаваться мне повсюду, куда простирается энергия Меча Первой Звезды и Меча Второй Звезды.
Спрашивать, как подобное возможно, было бы для меня верхом неловкости.
Во-первых, величайший мастер в мире — возможно, сильнейший за всю историю — раскинул энергетический барьер, чтобы отслеживать все происходящее в поместье.
Во-вторых, воскрешение мертвых.
Последнее, очевидно, еще не было подтверждено и вряд ли являлось возможным на самом деле, но было ясно как день, какое из этих двух явлений казалось более несбыточным.
— Я не стану касаться внутренних покоев здешнего Соннагвона или вашей комнаты в Медицинском Зале, — голос Святого Меча на мгновение дрогнул. — Помните об этом. За исключением этих мест, мой взор проникает повсюду, а уши открыты для каждого звука.
— Я буду помнить. Но...
— Уж конечно моя дочь не станет набрасываться на вас там, где я совершенно точно все вижу и слышу, зная об этом?
— ......
— Обязательно передайте это моей дочери. Скажите, что я буду следить за каждым уголком, кроме здешнего Соннагвона и личной комнаты лекаря Сока в Медицинском Зале. Если же случится какое-либо непотребство... — Глаза Святого Меча грозно блеснули. — Я не стану продолжать.
* * *
Вернувшись в Медицинский Зал из пристройки Соннагвон, я застал Моён Соль.
— Отец правда так сказал?
— Да, именно так.
Я передал Моён Соль суть нашего разговора со Святым Мечом.
— Хм.
— Что такое, госпожа?
— Даже если я буду ласкать, целовать и облизывать лекаря с ног до головы, что отец сможет мне сделать?
Я промолчал в присутствии Святого Меча именно потому, что предчувствовал подобный исход. Да и сам Святой Меч, вероятно, ожидал этого, прекрасно зная характер своей дочери.
— Он просит вас сдерживать себя. К тому же говорят, что чрезмерное проявление чувств на публике выглядит непристойно.
— И чья же я, по-твоему, дочь? — Моён Соль недовольно надула губы. — Он сам поцеловал маму на глазах у всех после победы на Турнире Дракона и Феникса.
М-да. В юности Святой Меч Моён Чхон прослыл настоящей легендой по части любовных похождений — эта история всплывала первой, стоило лишь расспросить людей тех времен. Упомянутый Моён Соль случай был самым известным из них, по крайней мере, среди тех, что можно было обсуждать прилюдно.
— Отец и мама как-то ночью катались на лодке по озеру Дунтин на реке Янцзы и...
— Ради чести Святого Меча давайте на этом закончим. История, известная знающим людям, для остальных пусть остается тайной за семью печатями. Лучше поговорим о другом. Поскольку это моя комната, где даже Святой Меч нас не услышит, мы можем обсудить более доверительные дела.
— Ах, подожди секунду, — Моён Соль повернулась к зеркалу и принялась пристально разглядывать свое лицо. — Я готова, лекарь.
М-да. Было очевидно, о чем она думала, но сейчас для этого не подходило время.
— Госпожа.
— Да, лекарь. Как насчет того, чтобы в этот раз я...
— Святой Меч пришел к выводу, что мое «чудо» исполняет то, чего искренне желает человек, поглощающий выделения моего тела.
Моён Соль, уже успевшая приблизиться ко мне, застыла на месте.
— Ю Ги Ён из Школы Пурпурного Меча полностью исцелилась от Синдрома Разорванных Меридианов. Все потому, что она страстно желала, чтобы этот недуг навсегда исчез из ее тела.
— Лекарь...
— Второе омоложение Императрицы Меча произошло потому, что она всем сердцем желала вернуть себе двадцатилетнее тело. А еще она хотела, чтобы ее организм вновь стал способен к деторождению.
— Лекарь? — Моён Соль подошла к креслу, в котором я сидел, и бесстыдно оседлала мои бедра лицом к лицу.
— Чего же на самом деле желали вы в тот момент, госпожа?
— М-м-м... — Моён Соль нежно погладила меня по щеке, а затем крепко прижала мою голову к своей груди. — Лекарь, ты ведь очень устал, верно?
Это была ловушка. Я понимал, что это ловушка, но не мог не поддаться ее очарованию.
— Лекарь у меня такой умный. На самом деле я... Ну, я тоже поняла это после омоложения Императрицы Меча, но...
— Госпожа.
— Ик?! — Стоило мне положить ладонь на ее талию, как Моён Соль вздрогнула от неожиданности и слегка отстранилась. — Если... если ты будешь говорить, выдыхая прямо туда!..
— Неужели вы думали, что я уйду к другим женщинам, едва вы исцелитесь?
— Это...
— Вы полагали, будто удержите меня здесь чувством долга перед недолеченной пациенткой и так сможете навсегда привязать к себе?
Положив руки мне на плечи, Моён Соль какое-то время хранила молчание.
— Госпожа.
— Разве я не могу надеяться на подобное чудо? — Моён Соль погладила меня по голове, слегка сжав пальцы в моих волосах. — На чудо, при котором лекарь будет думать только обо мне, не впустит в свое сердце никого другого и станет любить лишь меня одну? Почему... это невозможно?
— Невозможно.
Моён Соль замерла от изумления, но я закончил мысль:
— Оно уже свершилось, так что чуду незачем происходить вновь.
Услышав мои слова, она тут же прикусила нижнюю губу.
— Это было жестоко.
— Да, я жестокий, — я слегка щипнул ее за бок.
— Ой?!
— Кое-кто из пациенток пожелал лишь улучшения состояния, а не полного исцеления, испугавшись моего ухода.
Разница между Моён Соль и Ю Ги Ён заключалась именно в этом: временное облегчение против окончательного исцеления.
Все дело в том, что, хоть обе они и страдали Синдромом Разорванных Меридианов, глубина их желаний различалась. Та, кто жила в страшных мучениях из-за Девяти Разорванных Меридианов Инь, пожелала, чтобы болезнь сохранилась в ней хотя бы в самой малой степени — лишь бы не расставаться со мной.
— Не делайте так больше.
— Лекарь...
— Если пообещаете мне, я исполню то желание, которого вы так жаждете.
— Правда? — Моён Соль глубоко вздохнула. — Я поверю тебе. Как верила всегда. Спасибо... Но разве такой слабый человек, как я, мог причинить вам боль своим щипком?
— Хе-хе... — Когда я слегка потянул Моён Соль за щеку, она расплылась в счастливой улыбке и обвила руками мою шею. — Я ведь действительно могу тебе доверять?
— конечно. Если вы так сильно переживаете, я сам внушу себе это. — Встретившись взглядом с Моён Соль, я переплел свой мизинец с ее пальцами. — Внушу, что мое чудо способно свершиться лишь после того, как я разделю любовь с вами. Что мое тело способно творить чудеса только потому, что существуете вы.
— Я бы очень хотела, чтобы все так и было...
— Кто знает. Возможно, так оно и станет. Поэтому... — Обняв Моён Соль за талию, я попытался подняться с кресла. — Госпожа?
Ноги Моён Соль крепко обхватили спинку кресла, зажимая меня в замке.
— Ты собирался перебраться на кровать?
— Ну, в общем-то...
— Но мне и так хорошо...
Разве мог обычный лекарь вырваться, когда его прижимала своим телом воительница, достигшая Пика боевых искусств? Я безмолвно уткнулся лицом в ее пышную грудь.
* * *
Императрица Меча Кым Чом Рё — нет, теперь уже Принцесса Меча Кым Се Рин — бесшумно ступала по деревянному полу. Ей нужно было кое-кого предупредить. Предупредить о бесстыдстве, которое прямо сейчас разыгрывалось под крышей Медицинского Зала.
Поскольку астральный клинок Святого Меча находился здесь, тот наверняка знал о происходящем, но существовал человек, с которым ей следовало посоветоваться в первую очередь, невзирая на осведомленность мастера.
Однако...
Перед одной из комнат на третьем этаже Медицинского Зала к стене прислонилось лазурное Астральное Сияние Меча. Оно безвольно свисало вдоль кладки, словно кусок ткани, принявший очертания клинка.
«Что, во имя неба...»
Из-за дверей раздалась ритмичная вибрация и характерные шлепки.
Принцесса Меча поспешно подавила рвущийся наружу смешок и развернулась.
«Нет дела важнее этого, так что я могу зайти и попозже, когда они закончат».
Взглянув на табличку с надписью «Идет лечение» перед личной комнатой лекаря Сока, она качнула головой.
«Быть мастером Царства Трансцендентности порой действительно сущее наказание».
Когда ты достигаешь Царства Трансцендентности, даже толстые стены здания перестают быть преградой для чувств. Приходилось волевым усилием отключать восприятие и делать вид, будто ничего не происходит.
«И все же, боже правый...»
Принцесса Меча Кым Се Рин густо покраснела, чувствуя вибрации, передававшиеся сквозь пол.
«К человеку, который даже толком не обучен боевым искусствам, воительница на Пике липнет вот так... Боже, ну и молодежь нынче пошла... В наши дни все так делают. Да. Новое поколение, новые женщины. Все в таком духе».
Познания Принцессы Меча о современном мире заметно расширились.