Два дня спустя.
Небо затянуло беспросветной тьмой; в эту позднюю ночь не светила даже луна.
На верхнем этаже постоялого двора, расположенного неподалеку от поместья клана Моён, в комнате, больше похожей на тайное убежище, медленно проступил силуэт.
Человек, с ног до головы одетый в черное.
Когда эта фигура неопределенного пола подняла голову, свисающий с потолка фонарь осветил лицо — маску, какую используют в опере, театральных представлениях или во время выступлений уличных артистов, меняющих лица.
Фигура в маске, явно желавшая скрыть свою личность, остановилась перед приготовленным для нее стулом и окинула взглядом двух мужчин, сидевших за круглым столом.
— [Надо же. Подумать только, мне довелось встретиться с людьми, чьи имена сейчас у всех на слуху в мире боевых искусств Центральных Равнин.]
Голос звучал так, что невозможно было определить, мужчина это или женщина.
Манера речи тоже не позволяла понять, стар собеседник или молод. Тем не менее один из сидевших напротив — мужчина средних лет — поднялся, приветственно сложил кулаки и произнес:
— Приветствую величайшего мастера Сил Зла, Бесподобного Владыку. Я Моён Сан, вице-глава клана Моён.
— [А-а, да. Я знаю. Ты ведь наголову разгромил мою безымянную ученицу? Хе-хе.]
Женщина, стоявшая позади фигуры в маске — Бесподобного Владыки, — отвернулась, и ее лицо вспыхнуло.
И вовсе не потому, что ей стало неловко от слов Бесподобного Владыки, назвавшего ее «безымянной ученицей» — той, кто унаследовал боевые искусства без официального признания...
— Бесстыдник. Если мы сразимся снова, я выиграю.
Ей просто было стыдно за свое поражение от рук Моён Сана.
— [Правда? Разве не ты прибежала ко мне после сокрушительного поражения и умоляла научить, как одолеть этого человека?]
— Э-это...!
— [Мне и самому это любопытно, но... раз уж здесь присутствует неожиданный гость, полагаю, мне стоит поговорить с ним.]
Бесподобный Владыка повернулся к молодому человеку, сидевшему рядом с Моён Саном.
— [Стоит ли сказать, что я рад встрече? Хе-хе. В этом мире меня зовут Бесподобным Владыкой. Кто же ты такой — тот, кто покинул поместье клана Моён, славящееся своей неприступной охраной, чтобы встретиться со мной?]
— Приветствую Бесподобного Владыку.
Молодой человек поднялся, выразил свое почтение и произнес:
— Я лекарь, Сок Му Воль.
* * *
Бесподобный Владыка явился на встречу.
Хоть я и не мог определить уровень его боевых искусств, по условленному сигналу, который заранее подал Моён Сан, я понял, насколько этот человек необычаен.
«Подумать только, сколько в мире мастеров Царства Трансцендентности».
Уровень Ё Чхон или, возможно, даже выше.
На первый взгляд он казался обычным человеком в маске, но сними ее и яви истинный облик — перед нами предстал бы Великий евнух, стоящий у самой вершины власти.
И все же уровень его боевых искусств, как и сигнализировал Моён Сан, соответствовал Царству Трансцендентности.
«Либо слухи врут, либо он искусно скрывал свою силу».
Будучи величайшим мастером Сил Зла, если не причислять Демонический Культ к ним, то, говоря откровенно, истинным номером один при императорском дворе мог оказаться именно этот Бесподобный Владыка, Великий евнух Тхэ.
— [Надо же. Твои глаза словно уже оценивают меня.]
Глаза Великого евнуха Тхэ ярко блеснули под маской.
— Прошу прощения, Бесподобный Владыка. Осматривать пациентов уже вошло у меня в привычку.
— [Пациентов?]
— Да.
— [И что же во мне указывает на то, что я болен?]
Бесподобный Владыка развел руки в стороны и тихо рассмеялся.
— [Хе-хе-хе. Похоже, главным героем разговора все-таки стану я. Что ж, ладно. Раз уж ты обладаешь силой, заставившей мою безымянную ученицу склонить голову и просить о наставлении, я сыграю по твоим правилам.]
Бесподобный Владыка посмотрел на Моён Сана, а затем указал себе за спину:
— [Пусть мужчина и женщина найдут другое место для своего реванша. В этот раз все будет не так просто.]
— ...!
— [Пусть она и тайком перенимала мой опыт и знания, будучи лишь безымянной ученицей, ее поражение задевает и мою гордость. Ты ведь не собираешься сбежать?]
— ...Если, — начал Моён Сан, поднимаясь со стула, — если этот вице-глава снова победит, что вы сделаете?
— [Тогда все пройдет гладко. Но если проиграешь, по миру поползут слухи. О том, что Чаровница наконец одолела гору Тайшань.]
— ...Хорошо.
Моён Сан со спокойным видом похлопал меня по плечу и направился к выходу.
— Иди за мной. Я наглядно покажу тебе, что результат останется прежним, сколько бы ты ни бросала мне вызов.
— Хм...! В этот раз все будет иначе!
Ё-Ма Хон Ёхва последовала за Моён Саном на улицу.
Перед уходом она бросила на меня сложный взгляд, но я лишь слегка кивнул в знак уважения.
— [Ты тоже пал жертвой этой девчонки?]
— Я лишь позаботился о цветах, собранных вашей ученицей, чтобы они не увяли и не погибли. Выражаясь поэтично, можно сказать, что я лекарь, который спас ее дочерей, позволив им цвести по всем Центральным Равнинам, а не сгинуть без следа.
— [Любопытно. Значит, намерен до конца притворяться лекарем?]
— Я пришел как лекарь и желаю, чтобы ко мне относились соответственно.
— [...Эта уверенность исходит от твоего врачебного мастерства или от знания того, что за тобой охотится Императорский дворец? Нет, не то. Все дело в Святом Мече?]
— Можно сказать, все три причины верны.
Я тут же достал шкатулку.
— Перейду сразу к делу. Я поднесу вам одну Пилюлю Экстремального Ян. Пожалуйста, объедините силы с кланом Моён.
Повисла тишина.
— Как вы и сказали, разве не лучше, если все пройдет гладко?
— [Дерзкий малец. Неужели ты, едва разменявший третий десяток, думаешь, что имеешь право говорить мне подобные вещи?]
— Да. Ибо я возлюбленный и муж благородной дочери Святого Меча Моён Чхона, Первейшей Красавицы Поднебесной, Моён Соль.
— [Ха!]
Бесподобный Владыка фыркнул.
— [Так вот откуда берется твоя дерзость?]
— Меня любит Первейшая Красавица Поднебесной. Что еще может придать мужчине больше уверенности?
— [Раз ты говоришь мне это, значит, понимаешь: один неверный шаг — и все может закончиться очень скверно, верно?]
— Да.
Бесподобный Владыка отличался от остальных.
Он не был благосклонен к нам, как Императрица Меча, Ё Чхон или Император Клинка.
Именно поэтому я мог говорить более открыто.
— Есть ли что-то, чего Великий евнух Тхэ страстно желает?
Повисла тишина.
— Вы наверняка догадываетесь, какими возможностями обладает Пилюля Экстремального Ян. Нет, вы уже знаете. Генерал Ё Чхон должна была доложить Великому евнуху Тхэ.
— [...А ты интересный юноша.]
Раздался негромкий щелчок.
— Раз уж ты так упорно раскрываешь мою личность, несмотря на то что я пришел в маске, ты ведь понимаешь, что ситуация может принять крайний оборот?
Маска была снята, явив лицо сурового старика, чьи брови словно подернулись белым инеем.
— Впрочем, я знал, на что шел. Будь это встреча, назначенная кем-то другим, я бы ни за что не снял маску. Но раз уж меня позвали через национального героя, как я мог скрывать свое лицо?
Старик, Великий евнух Тхэ, слегка улыбнулся и выпрямил спину.
— Зять Святого Меча. Позволишь этому старику угадать истинную природу Пилюли Экстремального Ян?
— Прошу вас.
— Разве это не пилюля, созданная путем смешивания твоей крови с особыми целебными травами? Абсолютное лекарство, превосходящее Великую Пилюлю Возвращения Шаолиня.
— Верно. И эта Пилюля Экстремального Ян также способна «воссоздать нечто из ничего».
Великий евнух Тхэ прикрыл глаза.
— Теперь тело генерала Ё Чхон способно к зачатию. Великий евнух Тхэ, я отдам вам Пилюлю Экстремального Ян, так что...
— Ошибаешься, — Великий евнух Тхэ медленно покачал головой. — Как и Святой Меч, ты совершаешь огромную ошибку.
Повисла тишина.
— Неужели я кажусь тебе человеком, которого можно соблазнить какой-то Пилюлей Экстремального Ян?
— ...Честно говоря, я обескуражен слышать подобное от того, кто находится в самом центре власти и чья натура ближе к черному, нежели к серому цвету.
И это было чистой правдой.
Но раз так, придется сменить тактику.
— Не просветите ли вы этого юношу, Великий евнух Тхэ?
— Хе-хе. Стоило понять, что сделка сорвалась, как ты тут же принял смиренный вид?
— Если я не могу помочь вам как лекарь, значит, нас не связывают отношения врача и пациента. В таком случае мне остается лишь выказать почтение старшему.
— Ха-ха-ха!
Великий евнух Тхэ разразился искренним хохотом.
— Забавно. А что, если бы я действительно был пациентом, желающим исцеления?
— Как лекарь, я бы подробно объяснил, почему лечение необходимо, описал бы методы, а затем выставил счет за услуги.
— Но раз это не так, что ты предпримешь теперь?
— Я должен убедить вас. Даже если это не сам Великий евнух Тхэ, наверняка среди вашего окружения найдется хотя бы один больной?
Повисла тишина.
Великий евнух Тхэ приподнял бровь и слабо улыбнулся.
— Для выходца из Демонического Культа ты на удивление незауряден. Или же того, кто должен был примкнуть к Праведным Силам, несправедливо затянуло в Демонический Культ из-за козней Небесного Демона?
— Благодаря этому я обучился медицинскому искусству у величайшего лекаря Поднебесной и смог исцелить молодую госпожу Моён, так что я уже доволен своей судьбой.
Повисла тишина.
— Великий евнух Тхэ?
— Позволь спросить кое-что.
Великий евнух Тхэ шевельнул пальцем в сторону шкатулки с Пилюлей Экстремального Ян, и та сама влетела прямо ему в руку.
— Принимал ли Святой Меч эту Пилюлю Экстремального Ян?
— Нет. Не принимал.
— Тогда планировал ли он отдать ее кому-то?
— ...Конкретной цели не было.
— Вот как.
Великий евнух Тхэ просто держал шкатулку, не открывая ее.
— Я знаю, о чем ты думаешь. Ты полагаешь, будто этот старик примет Пилюлю Экстремального Ян, чтобы вернуть утраченное мужское естество.
— Если честно, да.
— Ошибаешься. Этого старика не интересуют плотские утехи.
Повисла тишина.
«Разве он может знать наверняка?»
Даже генерал Ё Чхон всего лишь хотела вылечить бесплодие, но побочным эффектом — хотя и не совсем побочным — стало пробуждение ее материнских инстинктов.
— Позволь мне сказать тебе. Единственное, чего желает этот старик — мир и процветание нашей страны.
— ...Простите?
— Что такое? Смешно слышать, как Великий евнух, который, по всеобщему мнению, должен быть одержим лишь богатством и славой, внезапно заговорил как преданный подданный?
— Н-нет. Дело не в этом, просто...
— Разумеется. Но я искренен. Этот старик поднялся до положения Великого евнуха лишь потому, что мне было противно смотреть, как евнухи сотрясают Императорский двор и пожирают страну изнутри. Да, меня это настолько злило, что я избавлялся от них одного за другим, пока в итоге сам не занял это место.
Великий евнух Тхэ пожал плечами.
— Если ты, будучи лекарем, стремишься исцелять болезни пациентов, то этот старик, будучи чиновником, желает вырезать опухоли Императорского двора. Вот только... когда я принял это решение, я уже был евнухом.
Повисла тишина.
— Впрочем, твоя догадка не совсем неверна. Даже если этот старик сам не нуждается в этом, вполне возможно даровать это «чудо» кому-то другому.
Великий евнух Тхэ с серьезным видом протянул мне шкатулку обратно.
— В тот миг, когда ты отдашь это мне, по всей стране начнется великий хаос. Ты все еще готов пойти на это?
— Что за хаос?
— Во-первых, — Великий евнух Тхэ пристально посмотрел на меня и продолжил: — Его Величество Император внезапно скончается, и на престол взойдет новый правитель.
— ...?
— И речь вовсе не об убийстве или чем-то подобном. Отныне это тайна. Мужской секрет, о котором ты не должен рассказывать даже собственной жене.
Великий евнух Тхэ едва слышно прошептал одними губами:
— Его Величество желает отречься от престола и начать новую жизнь.
Повисла тишина.
— На мне лежит ответственность, — продолжил Великий евнух Тхэ с горькой улыбкой. — Ответственность за то, что я силой усадил на трон мальчика, который всего лишь любил поэзию, каллиграфию и живопись.