Где-то далеко впереди периодически вспыхивали магические взрывы.
Порой над горизонтом поднимались столбы огня. Где-то мелькали вспышки молний, а в другой части долины внезапно возникло огромное облако пыли, словно там только что обрушилась часть скалы.
Все это происходило слишком далеко, чтобы разобрать детали, однако одного взгляда хватало, чтобы понять очевидное.
Война была рядом, и происходила прямо сейчас.
Именно в этот момент Каэль впервые по-настоящему осознал слова Генерала Салазара о том, что фронт представляет собой не линию на карте, а огромную живую систему, растянувшуюся на многие мили.
Перед ним словно находилась целая страна внутри страны.
Целый мир, существующий по собственным законам.
Но уже через несколько секунд Каэль заметил и другую деталь.
Несмотря на бесчисленные следы войны, сама долина выглядела удивительно живой.
Тут и там среди холмов росли целые рощи деревьев с темно-лиловой листвой. Вдоль рек тянулись широкие полосы светящихся цветов, окрашивая берега в мягкие оттенки синего, розового и золотистого света. Некоторые скалы и вовсе были покрыты странными бирюзовыми кристаллами, которые поблескивали под солнцем так ярко, словно внутри них горел собственный огонь.
Даже многие провалы и пещеры, уходящие глубоко под землю, не выглядели мрачными.
Из их глубины поднималось слабое разноцветное свечение, отчего казалось, будто под всей долиной скрывается еще один мир.
И чем дольше Каэль смотрел на этот пейзаж, тем сильнее ощущал странное противоречие.
— Ужас соседствует с прекрасным... — неосознанно пробормотал он.
В этот момент Липа подняла руку и указала куда-то вниз.
— А вот и наш лагерь.
Каэль тотчас перевел взгляд в указанном направлении.
Из-за огромного расстояния и высоты ему сперва показалось, что лагерь не такой уж большой. На фоне бескрайней долины он выглядел лишь одним из множества укрепленных пунктов, разбросанных по всему фронту.
Однако стоило присмотреться внимательнее, как Каэль невольно осознал свою ошибку.
Лагерь был огромен.
Настолько огромен, что превосходил по размерам весь город, который они покинули несколько часов назад.
Под полупрозрачным защитным куполом раскинулись тысячи палаток, длинные ряды складов и мастерских, многочисленные конюшни для ездовых зверей, госпитали и целые кварталы казарм. Широкие дороги пересекали лагерь во всех направлениях, а по ним непрерывным потоком двигались обозы, патрули и отряды воинов.
Даже отсюда Каэль видел постоянное движение.
Казалось, что внутри лагеря одновременно трудились тысячи человек, обеспечивая работу этого гигантского военного механизма.
Но больше всего его внимание привлек самый центр укрепления.
Там находилась большая огражденная зона, заметно отличавшаяся от остальной части лагеря.
Внутри располагались десятки тренировочных площадок и каменных арен различного размера, а между ними возвышались высокие обелиски, покрытые светящимися рунами.
Но больше всего выделялось не это.
Прямо в центре тренировочной зоны возвышалась странная башня, словно собранная из гигантских костей какого-то неизвестного чудовища.
Ее белесые изогнутые конструкции переплетались между собой, образуя жутковатый силуэт, который резко контрастировал с остальными постройками лагеря. Даже отсюда башня казалась настолько огромной, что легко возвышалась над казармами, складами и тренировочными площадками вокруг.
— А это еще что такое? — невольно пробормотал Каэль.
Липа проследила за направлением его взгляда и почти сразу поняла, о чем идет речь.
На ее лице появилось искреннее восхищение.
— Это одна из лучших тренировочных зон всей Армии Алого Змея.
Позади тут же послышался голос одного из парней, который даже оторвался от своих записей и поднял голову.
— Вот бы когда-нибудь попасть туда...
Второй парень только засмеялся и покачал головой.
— Для кого-то вроде нас это невозможно. Одно посещение стоит дороже, чем наш месячный оклад.
Услышав это, остальные лишь согласно закивали.
Каэль же продолжал внимательно рассматривать необычную башню.
"Видимо, именно о ней упоминал Генерал Салазар..."
В памяти сразу всплыли слова о тренировочной зоне, которую Армия Алого Змея отняла у зверолюдей много лет назад.
Даже с такого расстояния она выглядела одновременно величественно и зловеще.
Подобно гигантскому маяку, башня возвышалась над всем лагерем, а время от времени по ее поверхности пробегали красные потоки маны, заставляя белесые костяные конструкции вспыхивать тусклым алым светом.
Но в следующий миг Каэля заинтересовало происходящее у основания башни.
Даже отсюда можно было различить толпу из сотни магов, которые за чем-то внимательно наблюдали, или же чего-то ждали.
Каэль перевел взгляд с башни на Липу и с любопытством спросил:
— Если посещение настолько дорогое, почему возле нее так много людей?
Липа слегка поправила рукав формы и ответила не сразу, словно заранее понимала, что объяснение получится не самым простым.
— Костяная Башня Орды довольно специфическая тренировочная зона...
Она вновь посмотрела в сторону возвышающейся конструкции.
— Чем выше поднимаешься внутри нее, тем сильнее становится давление и концентрация маны. Причем давление зависит не от стадии развития, а от таланта мага и его способности поглощать и выдерживать ману. Башня подстраивается под мага, создавая для всех одинаковые условия.
Каэль слегка нахмурился, не совсем понимая связь слов Липы и своего вопроса.
Однако в следующий миг худощавый парень позади громко цокнул языком.
— Любишь же ты ходить вокруг да около, Липа.
Девушка тотчас раздраженно покосилась на него, но перебивать не стала.
Парень же довольно усмехнулся и повернулся к Каэлю.
— Дело в том, что многие любят делать ставки.
— Ставки? На что именно? — уточнил Каэль.
Худощавый парень сразу оживился.
— На что угодно, связанное с Башней. Обычно ставят на то, насколько высоко сможет подняться тот или иной маг.
Он указал рукой в сторону центра военного лагеря.
— Если кто-то неизвестный заходит внутрь, народ начинает гадать, на каком уровне он остановится. А если приходит кто-то знаменитый, тогда уже делают ставки на другое — побьет он свой прошлый рекорд или нет.
Высокий парень весело засмеялся.
— Зарабатывать ОВЗ довольно тяжело. Кто же откажется попытаться сорвать легкий куш?
— Особенно когда уверен, что знаешь результат, — поддержал его третий парень, сидящий рядом.
— Ага. А потом проигрываешь половину накоплений, и приходишь плакаться к нам, — с упреком добавила Липа, явно не выдумав эту историю.
От этого замечания парни сразу сделали вид, будто ничего не говорили.
Высокий же только пожал плечами и все равно продолжил:
— Азартные игры командование не одобряет, но и не запрещает. Все же это один из способов скоротать время и выпустить пар на фронте.
Липа тихо вздохнула, явно не желая развивать эту тему, и вернула разговор в более серьезное русло.
— На самом деле дело не только в ставках.
Она вновь посмотрела на Башню.
— Многие маги годами пытаются преодолеть свои пределы и подняться выше собственного рекорда.
В ее голосе даже появились нотки уважения.
— Для большого числа военных, высота, до которой ты смог подняться внутри Костяной Башни, считается своеобразным показателем таланта и потенциала.
Каэль вновь перевел взгляд на возвышающуюся над лагерем костяную конструкцию.
— Атрибутом статуса? — уточнил он.
— Именно, — кивнула Липа. — Некоторые офицеры гордятся своими рекордами не меньше, чем наградами за боевые заслуги.
Позади тут же раздалось недовольное фырканье худощавого парня.
— Потому что это самый честный способ помериться талантами. Башне все равно, кто твои родители и сколько денег у твоей семьи.
Высокий парень тут же ухмыльнулся, добавляя картину:
— Более того, это самый быстрый путь получить красного дракона себе на грудь.
— Самый быстрый, если у тебя достаточно ОВЗ и таланта, — тут же возразила Липа. — В другом случае он не быстрее обычного продвижения по службе. Многие годами штурмуют Башню, но так и не могут подняться достаточно высоко.
Каэль задумчиво посмотрел на костяную конструкцию, возвышавшуюся над лагерем, и мысленно пробормотал: "Костяная Башня Орды значит... Было бы очень интересно ее посетить..."
Тем временем повозка продолжала медленно спускаться по дороге, все ближе подбираясь к лагерю, а сам Каэль все глубже погружался в размышления.
"Еще немного и я встречусь со своими новыми сослуживцами..."
В уме Каэля сразу всплыли рассказы Липы и ее людей, а сам он мысленно произнес: "Надеюсь, что это всего лишь военные байки..."
И сразу следом, Каэль словно попытался себя успокоить: "Уверен, они не так плохи, как о них говорят."
✦ ✦ ✦
А в этот самый момент внизу, возле северных ворот военного лагеря, разворачивалась совершенно иная сцена.
Большинство проходящих мимо военных старались не задерживаться рядом надолго, а те, кто все же бросал взгляды в сторону ворот, смотрели вовсе не на караваны или стражу.
Причиной всеобщего внимания была стройная девушка в белом плаще, наброшенном поверх черной военной формы.
Причем сама форма выглядела весьма своеобразно.
Ноги девушки оставались полностью открытыми, а вдоль бедер тянулись ремни с закрепленными на них кинжалами необычной формы. Их тонкие лезвия больше напоминали иглы со стеклянными рукоятями в которых плескались разноцветные жидкости.
Поправляя длинные серые волосы, которые оставались черными у корней и на самых кончиках, девушка что-то увлеченно рассказывала двум стражникам у ворот.
Судя по выражениям их лиц, ничего хорошего от этого разговора они не ожидали.
Оба солдата стояли с идеально прямыми спинами и отчаянно пытались выглядеть занятыми службой, однако девушка раз за разом сокращала дистанцию, заставляя их почти незаметно отступать назад.
Один из стражников уже побледнел.
Второй делал вид, что внимательно проверяет документы въезжающей повозки.
Неподалеку стояла группа военных, наблюдавшая за происходящим с безопасного расстояния.
Один из них невольно поежился и тихо прошептал товарищу:
— Я должен был стоять сегодня в этом наряде...
Он посмотрел на двух несчастных у ворот и с искренним облегчением добавил:
— Слава Богу, мне дали другое задание.
Его собеседник понимающе кивнул.
— И не говори.
Он бросил взгляд на девушку в белом плаще и слегка нахмурился.
— Что Сорока вообще здесь делает? Она обычно даже не выходит за пределы территории Отряда Ухмылки Рока.
И в этот миг издалека донесся ласковый и удивительно приятный голос Сороки:
— Чего ты так напрягся, дорогой? Посмотри лучше какой интересный инструмент я придумала.
Девушка с энтузиазмом подняла один из закрепленных на бедре кинжалов и с гордостью продемонстрировала его стражникам.
— Это кинжал-игла. При попадании в плоть он впрыскивает эликсир прямо внутрь тела. Во время боя очень полезно. Когда союзник в пылу сражения не может принять пилюлю, эти малыши будут очень кстати.
После чего она мило засмеялась и доверительно добавила:
— Вы, наверное, устали на посту... Хотите попробовать на себе? Эта микстура вас взбодрит и даст энергию на весь день!
От такого предложения оба стражника вздрогнули так синхронно, словно услышали смертный приговор.
— Н-нет! — поспешно выпалил первый.
— С-спасибо за предложение! — тут же поддержал его второй.
Сорока немедленно надула губки.
— Ну чего вы? Всего один укольчик.
Она слегка покрутила кинжал между пальцами и совершенно искренне добавила:
— Все равно пока я жду, мы тут скучаем...
— Никак нет! — мгновенно выкрикнул второй стражник. — Мне очень весело и я ни разу не скучаю!
— Подтверждаю! — торопливо закивал первый. — Служба идет просто замечательно! А бодрости во мне хоть отбавляй, и дополнительной не нужно!
Наблюдавшие со стороны военные только печально качали головами.
— Бедолаги, — пробормотал кто-то.
— Они уже минут десять отбиваются.
— Держатся достойно.
— Пока что.
Но неожиданно, Сорока вдруг оживилась и, привстав на носочки, начала вглядываться куда-то вдаль за ворота лагеря.
Ее серые глаза слегка блеснули, улыбка стала заметно шире, и она с предвкушением произнесла:
— Кажется, он скоро приедет...
От этих слов оба стражника переглянулись.
А стоящие неподалеку военные почему-то одновременно почувствовали странное предчувствие, определить оттенок которого почему-то не могли.