Джин Му Вон сидел на плоском камне у тренировочного двора и наблюдал за молодыми бойцами.
Большинству едва исполнилось двадцать. Во Врата Северного Неба они вступили совсем недавно, но дрались на учебной площадке так, будто перед ними стоял смертельный враг. В воздухе свистели деревянные клинки, тяжело бухали кулаки, из-под ног летела пыль.
За короткое время новички успели принять местные порядки как свои. Старшие передали им не только приёмы, но и упрямство, на котором держались Врата. Теперь, когда вторжение Непобедимого клана стало вопросом времени, любой из них мог уйти.
Не ушёл никто.
Джин Му Вон смотрел на лица и старался запомнить каждое. Имена многих он ещё не знал, зато прекрасно понимал другое: после войны часть этих людей исчезнет навсегда.
— Му Вон.
Уголки его губ дрогнули ещё до того, как он повернул голову.
Ын Хан Соль села рядом.
— Давно здесь сидишь?
— Не знаю. Засмотрелся.
Она проследила за его взглядом и сразу поняла, что именно его гложет.
— Ты опять пытаешься заранее взвалить на себя всех погибших.
— Не заранее.
— Они взрослые. Каждый остался по собственной воле.
— Но остались они вокруг того, что построил я. Значит, я не имею права считать их решения чем-то чужим. Если человек идёт за мной в бой, я обязан хотя бы помнить его лицо.
Ын Хан Соль тихо вздохнула.
Именно это в нём одновременно раздражало и заставляло любить ещё сильнее. Джин Му Вон не умел выбирать удобную дорогу, если считал её неправильной. Он терпел, шёл дальше и принимал последствия на себя — даже те, от которых другой давно бы отмахнулся.
Так появились новые Врата Северного Неба. Так он собирался вести их и дальше.
Она вложила ладонь в его руку, потом другой рукой коснулась живота. Снаружи ещё ничего нельзя было заметить, но внутри уже рос ребёнок.
— Тогда запомни ещё кое-что, — сказала она. — Если с тобой что-нибудь случится, у тебя останется наследник. Или наследница. Так что не вздумай менять свой путь только из страха за нас.
Джин Му Вон посмотрел на неё.
— Очень ободряюще звучит.
— Я старалась.
Он рассмеялся. И вместе со смехом ушло напряжение, которое давило на грудь с утра.
Джин Му Вон поднялся и стряхнул пыль со штанов.
— Куда?
— Развлекусь немного.
— Сейчас?
Вместо ответа он пошёл к площадке.
Молодые бойцы сначала замерли: глава Врат редко появлялся среди них без свиты и дела. Потом Джин Му Вон взял деревянный меч и предложил продолжать тренировку.
Первым решился один. Через минуту полез второй. Потом третий.
Джин Му Вон подстраивался под их уровень, но не поддавался. Для новичков такой спарринг был подарком судьбы, и они быстро перестали стесняться.
Вскоре на него нападали уже десятком.
Кто-то полетел на землю, вскочил и полез снова. У другого разбилась губа. Третий, получив по рёбрам, хохотал так, будто выиграл турнир.
— Он глава, а не фарфоровая ваза! Бейте нормально!
— Да навалимся все! Чего вы мнётесь?!
— Свалим его!
Гул стоял на весь двор.
Ын Хан Соль смотрела на эту свалку с камня и улыбалась.
* * *
Пока бойцы привыкали к мысли о настоящей войне, Ха Джин Воль переводил сами Врата Северного Неба на военные порядки.
Под его рукой оказалось почти пять тысяч воинов. Прежнее деление было слишком грубым: в мирное время этого хватало, но в большой кампании тысячи людей необходимо было двигать как отдельные части.
Триста лучших бойцов вошли в Отряд Небесного Столпа — личный резерв Джин Му Вона.
Гён Му Сэн получил пятьсот человек Отряда Небесного Ветра, Нын Гун Хви — столько же из Отряда Облачной Луны.
Тысяча сильных мечников составила Отряд Кровавого Меча Со Му Сана. Ещё тысяча, в основном бывшие люди Ма До Гвана, стала Отрядом Летящей Пустоши.
Хван Чхолю передали пятьсот воинов Отряда Алой Зари. Среди них служил и Страж Драконьего Меча Квак Мун Джон.
Двести мастеров Зала Живого Яда остались под началом Тан Ги Муна и Тан Ми Рё.
Последнюю тысячу Ха Джин Воль оставил при штабе и разделил на пять малых частей, которые собирался перебрасывать туда, где в конкретный момент будет хуже всего.
После реорганизации стратег почти перестал спать. Он сутками просчитывал дороги, сроки, подвоз припасов, резервные позиции и десятки вариантов одного и того же боя. Иногда силы кончались внезапно, и Ха Джин Воль засыпал прямо над картами.
Тан Ги Мун сделал для него укрепляющие пилюли. Без них стратег, пожалуй, уже свалился бы окончательно.
Помощь приходила и снаружи. Клан Тан, школы Эмэй и Цинчэн прислали по пятьсот воинов. Торговый союз Белого Дракона завалил склады зерном, лекарствами, тканью, металлом и прочими припасами — запасов должно было хватить примерно на год.
По количеству телег и ящиков войну можно было почувствовать не хуже, чем по донесениям разведки.
Когда войска были распределены, Ха Джин Воль открыл второй фронт — информационный.
Скрытый Поток собирал всё, что можно было узнать об Облачном Небосводе и Непобедимом клане. Чёрная Луна, наоборот, подбрасывала противнику неудобные слухи, ложные следы и сведения, которые заставляли тратить силы на проверки.
Одним из людей Скрытого Потока был Чо Гук Хо. Чхон Ин доверял ему особенно, поэтому именно Чо Гук Хо получил двадцать человек и приказ пройти на север, за границы Сычуани.
Задача казалась простой: проверить школы и дороги, которыми могла воспользоваться армия вторжения.
Первой точкой стал Уду в Ганьсу — небольшой уезд на пути из северных земель в Сычуань. После одной ночёвки разведчики собирались двигаться дальше, к Ланьчжоу.
В этой части Ганьсу крупных сил почти не было. Рядом лежали владения школы Кунтун, а соседствовать с одной из Девяти Великих Школ желающих находилось мало. Можно было бы счесть маршрут безопасным.
Ха Джин Воль не считал.
И потому Чо Гук Хо вёл людей через заросший холм так, словно враг уже сидел за каждым деревом.
— В Уду не расслабляться, — предупредил он. — Любая мелочь покажется странной — докладывайте сразу. Никакой самодеятельности.
— Поняли.
— Не первый раз работаем, старший.
Люди улыбались. Все были опытными разведчиками и много лет ходили с ним в одной связке.
Чо Гук Хо ценил это особенно. В их ремесле легко было стать угрюмым, подозрительным до болезни человеком. Его отряд пока сохранял способность шутить.
Для самого Чо Гук Хо служба во Вратах давно перестала быть просто работой.
Когда-то он был отвратительным мужем и отцом. Молодость потратил на странствия и боевые искусства, а троих детей почти в одиночку растила жена. Она тянула семью, пока не надорвала здоровье окончательно.
Вернувшись домой, Чо Гук Хо понял всё слишком поздно. Лекари один за другим отказывались её лечить.
Тогда вмешался Ха Джин Воль. Он отправил женщину к Тан Ги Муну, и тот сделал то, что остальные считали невозможным: поставил её на ноги.
С тех пор Чо Гук Хо служил им уже не из благодарности и не по обязанности, а потому, что Врата Северного Неба стали домом для его семьи. Здесь жили жена и дети. У большинства его людей история была другой, но вывод тот же: за их спиной находились не стены крепости, а собственные дома.
Поэтому, когда из леса раздался едва слышный свист, Чо Гук Хо мгновенно понял, что произошло.
*Фьють*
Замыкавший колонну воин схватился за горло и упал. Из шеи торчала тонкая серебряная игла.
— Засада!
Следующая россыпь игл встретилась уже со сталью.
*Дзинь-дзинь*
Несколько снарядов отлетели в траву.
Тогда из кустов вышли люди в чёрном. Лица спокойные, движения короткие, никакого желания назвать себя или выяснить отношения перед боем.
Чо Гук Хо хватило одного взгляда.
Та же профессия.
Не дуэлянты и не герои турнирных историй. Люди, которые предпочитают удар из темноты честному вызову и считают хорошим боем тот, о котором потом некому рассказать.
Передовой разведотряд Непобедимого клана.
Значит, основная армия уже двигалась следом.
Схватка началась без криков. Иглы, ножи, короткие клинки, несколько глухих стонов — и снова только тяжёлое дыхание.
Люди Чо Гук Хо падали быстрее.
«Сильнее нас. И их больше, чем нужно».
Он не боялся собственной смерти. Боялся другого: если никто не уйдёт, Врата не узнают, что противник уже добрался до Уду.
— Юн Гван.
Молодой разведчик оказался рядом почти сразу.
— Старший?
— Уходи в Сычуань. Передай: в Уду появился вражеский передовой отряд.
— Я останусь.
— Нет. Кто-то должен донести эту чёртову весть. Мы купим тебе время.
Юн Гван стиснул зубы. По глазам было видно, что приказ ему ненавистен.
— Я вернусь за вами.
— Сначала добеги.
Юн Гван поклонился и сорвался с места.
Двое противников устремились следом, но Чо Гук Хо не стал тратить на них силы. Юн Гван был лучшим бегуном в группе. Именно поэтому выбрали его.
Теперь оставалось одно.
Чо Гук Хо развернулся к врагам и пошёл в атаку.
Он продолжал драться после того, как кровь пропитала одежду. Продолжал, когда перестала слушаться одна рука. Продолжал, когда рядом не осталось почти никого из своих.
В тот день разведчики Скрытого Потока погибли на безымянном холме в Ганьсу.
Но перед смертью утащили за собой две трети вражеского отряда.
Один из выживших бойцов Непобедимого клана смотрел на тела и не скрывал злости.
— Вот же упёртые ублюдки...