— Господин!
Едва Джин Му Вон выбрался из уезда Юньчжун, к нему подбежал Ма До Гван. Одежда прилипла к телу от пота и крови; на руках и лице виднелись свежие раны.
— Что произошло?
— Эти ублюдки из Облачного Небосвода бросились на меня без разговоров. После налёта Тайной Ночи весь Юньчжун с ума сошёл. Они до сих пор переворачивают город вверх дном — ищут тех, кто мог уцелеть после нападения.
Уезд и правда напоминал захваченный город.
После смерти Гван Дэ Сына Гун Мун Хви исчез, и Облачный Небосвод поднял едва ли не всех людей, способных держать оружие, и разослал их по Юньчжуну. Разъярённые потерями бойцы хватали любого, кто казался подозрительным, и не слишком заботились о том, переживёт ли человек задержание.
Ма До Гван тоже вышел не без драки. Судя по ранам, ему пришлось пробиваться силой, хотя двигался он по-прежнему свободно.
— Знаете, куда ушёл Гун Мун Хви?
— Собрал выживших и двинулся на юг.
— К Непобедимому клану.
— А куда ещё.
Выбор выглядел безумным лишь на первый взгляд. Гун Мун Хви был ранен, а отряда, с которым он напал на Облачный Небосвод, почти не осталось. Любой на его месте отвёл бы людей подальше и попытался сохранить остатки сил. Но он шёл туда, где бой должен был быть ещё тяжелее.
Значит, отступать ему было некуда.
— Нам тоже туда.
От исхода схватки Тайной Ночи с Непобедимым кланом зависело и будущее Врат Северного Неба. Если одна из сторон рухнет, равновесие в Поднебесной сразу изменится. Оставаться в стороне Джин Му Вон не мог.
Они пустили в ход искусство лёгкости и понеслись на юг.
До поместья было около пятидесяти ли. Обычный человек потратил бы на дорогу полдня, им же не понадобилось и часа.
К моменту их прибытия сражение уже разгорелось вовсю.
Из-за стен доносились крики и звон оружия. Над крышами стояли языки огня, а запах крови чувствовался ещё у внешних ворот.
Джин Му Вон собирался войти, но заметил неподалёку знакомое лицо.
Тот тоже заметил его и сразу насторожился.
— Глава... Джин?
— Давно не виделись, советник Ка.
Это был Ка Гёни.
Люди, охранявшие советника, мгновенно взялись за оружие. Ка Гёни остановил их поднятой ладонью.
— Что вы делаете здесь? Насколько я знаю, сейчас вы должны были быть в Сычуани.
— Слишком много тревожных вестей. Оставаться на месте было невозможно.
— Разведка Врат Северного Неба впечатляет. Вы сумели заметить наши приготовления.
— Мне повезло с людьми, которые умеют добывать сведения.
Ка Гёни помолчал.
— Тогда зачем вы пришли? Помешать Тайной Ночи? Непобедимый клан ведь и ваш враг.
— Мешать вам я не собираюсь.
— Могу поверить вам на слово?
Советник всматривался в лицо Джин Му Вона, пытаясь прочесть его намерения. Без толку.
За спиной тихо хохотнул Ма До Гван.
— Глянь, какой важный хер. Стоит так, будто решает, кому здесь жить, а кому сдохнуть.
Бровь Ка Гёни дёрнулась, но ответить было нечем.
Если бы Джин Му Вон сейчас решил убивать, ни советник, ни его охрана не смогли бы уйти. Разница в силе была слишком велика.
— Я не стану мешать Тайной Ночи, — спокойно добавил Джин Му Вон. — Скорее наоборот. При случае могу оказаться полезен.
— Хорошо. Ваше имя знает вся Поднебесная. Поверю слову главы Врат Северного Неба.
— Тогда не задерживаю.
Джин Му Вон сложил руки в коротком воинском приветствии и направился к воротам. Ма До Гван напоследок фыркнул в сторону советника и пошёл следом.
Ка Гёни долго смотрел им вслед.
— Джин Му Вон...
Появление Джин Му Вона не входило в его расчёты. Хуже всего было другое: невозможно предсказать, как он изменит ход боя.
Внутри всё оказалось ещё хуже, чем снаружи.
Дворы и переходы превратились в сплошную мешанину из бойцов, оружия и обломков. Бойцы Тайной Ночи рубились с защитниками клана на каждом шагу; появление двух новых людей почти никто не заметил.
Ма До Гван оскалился.
— Ну и бардак. Просто пиздец.
Ему явно нравилось видеть, как дом, десятилетиями управлявший миром из тени, превращается в развалины.
Джин Му Вон не разделял его удовольствия.
С каждым шагом становилось тяжелее дышать. В Облачном Небосводе он ничего подобного не чувствовал, а здесь будто на грудь положили каменную плиту.
Ма До Гван заметил перемену.
— Что с вами?
— Не знаю. Очень дурное чувство.
— Что-то конкретное?
— Если бы.
Объяснить это ощущение Джин Му Вон не мог. Пока это была лишь глухая тревога без ясной причины.
— Ничего. Идём дальше.
Они двинулись к внутренним дворам.
И тут из-за круглых лунных ворот накатила такая жажда убийства, что воздух словно ударил в лицо.
*Гул!*
Ма До Гван резко остановился.
— Вот это уже что за хрень?..
Из глубины донёсся крик.
*А-а-а!*
— Чудовище! Это чудовище!
В голосах слышалась не просто паника. Люди плакали от страха.
Для опытных бойцов подобное было почти немыслимо. В мире боевых искусств считалось позором показать страх даже перед смертью, а в Тайной Ночи и Непобедимом клане люди были особенно приучены держать лицо.
Если кричали они, причина должна была быть серьёзной.
За лунными воротами открылся двор, от которого выворачивало желудок.
На земле лежало около сотни тел. Одним распороло животы, другим снесло головы; между трупами валялись отрубленные руки и ноги. Кровь стеклась в низину и собралась там густой тёмной лужей.
В самом центре стоял огромный мужчина.
При каждом вдохе его плечи тяжело поднимались. От тела расходилась плотная, почти осязаемая сила.
Несколько десятков бойцов взяли его в полукольцо, но никто не решался ни напасть, ни повернуться спиной.
Ма До Гван нахмурился.
— Кто это ещё?
Незнакомец был почти таким же огромным, как Ма До Гван. Жёсткие волосы торчали во все стороны, лицо казалось высеченным из камня. В правой руке он держал тяжёлую Демоническую Саблю Драконьей Чешуи, в левой — короткую шестигранную дубинку.
Джин Му Вон узнал оружие раньше лица.
— Глава Ён...
В Поднебесной только один человек сражался таким сочетанием оружия.
Ён Му Сон, глава Школы Железного Братства.
Джин Му Вон не понимал, что Ён Му Сон здесь делает. Он не знал, что связывало Ёна с Моён Юль Чхоном.
— Глава Джин!
— Молодой герой Джин!
К ним бежали Чонни Му Хван и Чхэ Як Ран.
— Что с ним произошло? Почему глава Ён здесь?
Чхэ Як Ран отвечала на ходу:
— Моён Юль Чхон что-то с ним сделал. Ён Му Сон попал к нему в руки и после этого стал таким.
— Почему Моён вообще забрал его?
Она помедлила всего мгновение.
— Потому что Ён Му Сон — его внук.
Джин Му Вон резко посмотрел на неё.
— Вы уверены?
— Это правда. Он ушёл из Непобедимого клана по личным причинам, сменил фамилию и жил под ней все эти годы.
Вся история пока не складывалась, но главное было видно и без объяснений: Ён Му Сон не владел собой. Моён Юль Чхон превратил родного человека в оружие.
И теперь Ён Му Сон перемалывал людей Тайной Ночи.
Даже люди, которых трудно было напугать смертью, шарахались от него, как от бешеного зверя. Чонни Му Хван и Чхэ Як Ран вместе с бойцами Школы Железного Братства уже пытались вернуть главу в чувство. Кончилось тем, что им пришлось отвести своих, иначе Ён Му Сон перебил бы и их.
Джин Му Вон смотрел на него всё мрачнее.
Они с Ён Му Соном были слишком разными, чтобы считать себя близкими людьми. У них расходились привычки, цели и представления о том, как следует жить. Но спокойно смотреть, как знакомым человеком управляют, словно марионеткой, Джин Му Вон не собирался.
Он повернулся к Ма До Гвану.
— Пока есть возможность, осмотрите поместье. Нам нужно понять, чем на самом деле располагает Непобедимый клан. Второго такого случая может не быть.
— Может, лучше я займусь им?
— Вы с главой Ёном слишком близки по силе. Кто бы ни победил, оба можете остаться калеками. Я попробую остановить его сам.
Ма До Гван посмотрел на огромного противника с явным сожалением.
Для бойца такая встреча была подарком. Другое дело, что Джин Му Вону требовалось не победить, а сохранить человеку жизнь. Ма До Гван понимал, что сам вряд ли сумеет совместить одно с другим.
— Ладно. Тогда я посмотрю, что у них там спрятано. Берегите себя.
Он сложил руки в приветствии и исчез во внутренних дворах.
Ён Му Сон тут же дёрнулся вслед.
Джин Му Вон встал между ними.
Мутные глаза великана налились красным.
— Глава Ён. Это я, Джин Му Вон. Вы меня слышите?
В ответ вырвался только сиплый рык.
Перед ним стоял человек, у которого отняли разум.
Злость на Моён Юль Чхона стала почти физической.
— Что же ты сделал с собственной кровью, ублюдок?..
Есть черта, после которой жестокость уже невозможно оправдать ни властью, ни необходимостью. Моён Юль Чхон перешёл эту черту давным-давно.
Ён Му Сон оттолкнулся от земли.
*Треск!*
Сабля и шестигранная дубинка свистнули к Джин Му Вону с двух сторон. Джин Му Вон не стал принимать удар и мгновенно ушёл назад.
*Грохот!*
Там, где он только что стоял, образовалась глубокая воронка.
Потеря рассудка не ослабила Ёна. Наоборот, его мощь словно возросла, а движения стали ещё яростнее. Боевая сила хлестала наружу, как буря.
Уцелевшие люди Тайной Ночи воспользовались тем, что чудовище переключилось на нового противника, и бросились врассыпную.
Джин Му Вон не смотрел им вслед.
«Сначала надо понять, чем Моён подавил его волю».
Обычно разум ломали двумя способами: дурманящими веществами или техниками воздействия на сознание. Иногда одно соединяли с другим. Но человеческая психика слишком сложна для безупречного контроля — особенно у мастера, который годами закалял не только тело, но и волю.
Ён Му Сон достиг слишком высокой ступени, чтобы его можно было превратить в пустую оболочку за один день.
Значит, где-то внутри он всё ещё оставался собой.
«Где ты, настоящий Ён Му Сон?»
Джин Му Вон обострил восприятие и целиком сосредоточился на противнике.
Думать дальше было некогда: Ён Му Сон уже оказался рядом. Сабля и дубинка со свистом рванулись к Джин Му Вону.