Над жаровней билось синее пламя. На нём стоял глиняный сосуд, а внутри медленно густела почти чёрная жидкость с неожиданно приятным, травяным запахом.
Тан Ги Мун сидел рядом и не отрывал взгляда от варева. Когда жар дошёл до нужного предела, он снял сосуд и вылил содержимое на широкий металлический поднос.
Тёмная масса растеклась тонким слоем.
Тан Ги Мун взял веер и начал остужать её равномерными движениями. Как только смесь схватилась, он стал отрывать небольшие кусочки и скатывать между ладонями.
Один шарик. Второй. Десятый.
К вечеру перед ним лежало почти сто чёрных пилюль.
— Всё-таки закончил...
На одну партию ушёл целый день.
Это были Пилюли Продления Жизни. В порошке они быстро останавливали сильное кровотечение; проглоченная целиком пилюля помогала пережить тяжёлую внутреннюю травму. Средство было отличным — и потому требовало дорогих трав, точной обработки и чудовищного количества времени.
Последний месяц Тан Ги Мун почти только этим и занимался.
Не ради денег.
Он готовил запас для людей, которым скоро предстояло выйти против Непобедимого клана.
После истории с искусственно устроенной эпидемией в нём что-то надломилось. Слишком много людей умерло из-за чужого расчёта, замаскированного под болезнь. Тан Ги Мун не мог вернуть погибших, зато мог хотя бы увеличить шансы тех, кто ещё был жив.
«Хватит. Больше они не будут убивать людей так легко».
В Зале Живого Яда пилюлю нужного качества умели делать только он и Тан Ми Рё. Вдвоём они уже приготовили около пяти тысяч штук — по числу основных бойцов Врат Северного Неба.
Тан Ги Мун сложил свежую партию в деревянный ящик и вышел.
У дверей его ждала Тан Ми Рё. Рядом громоздились другие ящики, заполненные готовыми пилюлями.
— Дядя, вы опять не спали?
— Спал.
Она посмотрела на него.
— Часа два — это не считается.
— После войны высплюсь.
Спорить было бесполезно. За месяц Тан Ги Мун осунулся так, будто постарел лет на десять, но останавливаться не собирался.
— Отнесём всё в штаб.
Один из воинов Зала взвалил ящики на спину и пошёл за ними.
Ха Джин Воль встретил лекарей у входа.
— Тан Ги Мун, вы сделали больше, чем я имел право просить.
— Лучше бы эти штуки вообще не пригодились.
— Мне тоже. Но если начнётся бой, благодаря вам домой вернутся люди, которые иначе не вернулись бы.
Стратег немедленно велел выдать каждому бойцу по одной пилюле.
Когда ящики унесли, он снова посмотрел на Тан Ги Муна.
— Теперь хотя бы сутки отдохните. Вы еле стоите.
— Отдохну потом.
— Что ещё осталось?
— Проверить людей Зала Живого Яда. Их тоже отправят в бой. Я хочу лично посмотреть, кто на что способен и кому чего не хватает.
Ха Джин Воль недовольно поджал губы, но не приказал ему остановиться.
Зал Живого Яда был слишком важен. Его бойцы развивали внутреннюю силу через работу с ядами и лучше большинства понимали, как распознавать и нейтрализовать отравляющие составы. Если Непобедимый клан решит применить яд, именно они станут первой защитой армии.
Ха Джин Воль уже отвёл им место в своих планах. Поэтому заставлять их главу отдыхать силой было бы лицемерием.
Тан Ги Мун вдруг спросил:
— Где глава Врат?
— В кузнице. Если не с Ын Хан Соль, то почти всегда там.
— Понятно.
Он машинально посмотрел на племянницу.
Тан Ми Рё отреагировала спокойно. Когда-то одного упоминания Джин Му Вона хватило бы, чтобы изменить её лицо. Похоже, чувства к Джин Му Вону действительно остались в прошлом — во всяком случае, внешне.
Тан Ги Мун знал, какой ценой ей это далось, и потому ничего не сказал.
— Стратег! Срочное донесение!
Голос снаружи оборвал разговор.
— Входи.
Дверь распахнулась. В помещение вбежал воин штаба, поддерживая другого человека.
Юн Гван.
Тот самый разведчик, который ушёл в Ганьсу вместе с Чо Гук Хо. Теперь его одежда была пропитана кровью.
Ха Джин Воль оказался рядом мгновенно.
— Что произошло?
— Уду. Мы столкнулись с передовым отрядом противника.
— Уже в Уду?
— Да.
— Где Чо Гук Хо?
Юн Гван открыл рот, но вместо ответа всхлипнул и опустил голову.
Этого было достаточно.
Ха Джин Воль на несколько секунд закрыл глаза.
Потом лицо снова стало спокойным.
Скорбеть придётся позже. Если разведка Непобедимого клана дошла до Уду, основная армия могла появиться у границы Сычуани в любой момент.
Он повернулся к адъютанту.
— Передай всем командирам: начинаем по утверждённому плану. Никаких новых совещаний. Каждый занимает свой участок.
— Есть.
Подготовка велась месяцами. Для этого они и обсуждали одни и те же маршруты до тошноты, устраивали тревоги, пересчитывали запасы и продумывали связь между отрядами.
Теперь оставалось исполнять.
Со Му Сан и Ма До Гван почти сразу вывели из Врат по тысяче бойцов каждый. Один повёл Отряд Кровавого Меча, второй — Отряд Летящей Пустоши.
С их уходом Врата Северного Неба окончательно перешли на военное положение.
* * *
В тот самый час, когда по дворам разносились приказы и части снимались с места, Джин Му Вон стоял у горна.
Перед ним лежал обычный брусок хорошего железа — из такого же металла ковали оружие для рядовых воинов.
Он положил заготовку в белое пламя и дождался, пока металл раскалится почти до свечения. Затем вытащил его длинными клещами.
*Дон-дон*
Молот опускался размеренно, без суеты.
Железо вытянулось. Джин Му Вон сложил полосу вдвое и снова проковал. После этого опустил заготовку в мутную воду с глиной.
*Ш-ш-ш*
Кузницу затянул пар.
Он снова отправил металл в огонь.
Нагреть. Проковать. Сложить. Остудить.
Цикл повторился больше десяти раз. С каждым складыванием уходили примеси, структура металла становилась плотнее, а поверхность — чище.
Жара была такой, что обычный кузнец давно промок бы насквозь. На коже Джин Му Вона не выступило ни капли пота.
*Дон-дон-дон*
Постепенно брусок превратился в клинок, сделанный точно под его руку.
На поверхности проступил волнистый рисунок. Серебристый металл шёл ровной линией, без трещин и перекосов.
Джин Му Вон поддел клинок пальцем.
*Дзинь*
Чистый звук долго не затихал.
Он удовлетворённо кивнул.
Железо оставалось самым обычным. На легендарный меч такая работа не тянула, да и времени он потратил слишком мало. Но вес, баланс и прочность получились именно такими, какие были нужны.
Джин Му Вон закрепил рукоять и остановился на последней операции.
Затачивать лезвие он не стал.
Получился Безлезвийный Меч.
Для другого воина подобное оружие выглядело бы незавершённым. Ему хватало. Ножны тоже не требовались.
Он вышел из кузницы и увидел снаружи Ха Джин Воля и Ын Хан Соль.
— Давно ждёте?
— Достаточно, — ответил стратег. — Заходить не стали. Вы выглядели так, будто вас лучше не трогать.
— Это всего лишь меч на одну войну.
Джин Му Вон сказал это почти смущённо.
Для Демонического Меча Снежный Цветок, которым он пользовался раньше, требовались бы редкий материал и долгие месяцы работы. Здесь задача была проще: создать надёжный клинок, который выдержит встречу с Моён Юль Чхоном.
Ха Джин Воль перешёл к делу.
— Непобедимый клан начал движение. Наши разведчики встретили их передовой отряд у входа в Сычуань. Я уже отправил Со Му Сана и Ма До Гвана, не дожидаясь вашего приказа.
— Правильно сделали.
Удивления на лице Джин Му Вона не было.
Он чувствовал приближение войны ещё до донесения. Не как пророк и не как гадатель — скорее так, как опытный воин по незаметным признакам понимает, что противник уже занёс меч.
Поэтому он и выковал Безлезвийный Меч.
Джин Му Вон давно достиг уровня, на котором мог драться и голыми руками. Но против Моён Юль Чхона предпочитал иметь в ладони сталь.
Он закрепил меч у пояса.
— Первые два отряда выиграют нам время, — продолжил Ха Джин Воль. — Дальше мне понадобитесь вы.
— Я в вашем распоряжении. Скажите, где стоять.
— Не пожалейте потом. Я собираюсь гонять вас без всякой жалости.
— Уже страшно.
Ха Джин Воль фыркнул и наконец немного расслабился.
За годы работы рядом они научились понимать друг друга быстрее, чем объяснять. Пара дурацких реплик иногда снимала напряжение лучше целой ночи отдыха.
— Что именно вы хотите от меня? — спросил Джин Му Вон.
— Помните наш разговор о Сычуани? Я называл её крепостью.
— И сразу добавили, что у каждой крепости есть слабое место.
— Враг тоже его увидит. Они ударят туда. Вы должны стать тем, обо что этот удар сломается.
— Хорошо.
Слишком спокойный ответ для человека, которого только что назначили на самое опасное направление.
Ха Джин Воль смотрел на него несколько секунд.
— Мне нужно пятнадцать дней. Ровно пятнадцать. Удержите их столько — и дальше я найду способ выиграть эту войну.
В его голосе не было сомнений.
Джин Му Вон улыбнулся.
— Пятнадцать дней? Значит, придётся немного поработать.
— Именно.
Ха Джин Воль повернулся к Ын Хан Соль.
— Для вас тоже есть задача.
— Слушаю.
— Я выделил лучших людей штаба. Возьмёте их и отправитесь далеко от основных сил.
— Куда?
Стратег назвал направление и коротко объяснил замысел.
Лицо Ын Хан Соль стало серьёзнее.
— Понятно.
— От того, как вы справитесь, зависит очень многое. В одном случае война разгорится ещё сильнее. В другом у противника может погаснуть часть огня ещё до решающего боя.
— Сделаю.
— Будет тяжело.
— Я и не ждала лёгкой прогулки.
Джин Му Вон посмотрел на неё, затем на Ха Джин Воля.
Отступать было некуда. Переговоры закончились ещё до того, как кто-либо произнёс это вслух.
Война началась.