У Мун Джона задрожали веки.
Он не знал женщины на берегу. Но тело почувствовало опасность раньше, чем разум.
Пальцы холодели. Во рту пересохло. Его знобило, хотя день был тёплым. Всё внутри твердило одно: с этим человеком нельзя вступать в бой.
Женщина сделала шаг к воде.
Давление усилилось.
Мун Джон почти пожалел, что лодка уже подошла так близко к берегу. Развернуться теперь всё равно не получилось бы: лодочник мёртв, течение несёт их вперёд.
И тут он понял, что уже встречал нечто похожее.
Не эту женщину — её силу.
Когда-то он уже чувствовал похожую силу рядом с Ын Хан Соль.
— Не может быть... Ведьма Белой Ночи?
Женщина слегка приподняла бровь.
— Ты меня знаешь?
— Вы прежняя Ведьма Белой Ночи.
— Для твоего возраста неплохая осведомлённость.
Мун Джону стало совсем не по себе.
Со Гым Хян.
Если это действительно она, рассчитывать на победу бессмысленно. Таких мастеров называли «живыми бедствиями» не ради красного словца.
— Почему вы здесь?.. — спросил он и услышал дрожь в собственном голосе.
Джин Му Вон по-прежнему не приходил в себя.
Без него шансов не было.
Эта мысль почти сразу потянула за собой следующую: «Значит, всё».
Мун Джон вздрогнул уже от себя самого.
«Я ещё меч не поднял, а уже сдался».
Джин Му Вон много раз говорил ему: уступать противнику в мастерстве опасно, но по-настоящему страшно пасть духом ещё до боя.
Со Гым Хян, скорее всего, убьёт его. Против такого мастера на удачу не рассчитывают.
И всё-таки умереть, заранее признав себя побеждённым, Мун Джон не собирался.
Он осторожно снял Джин Му Вона со спины и уложил на дно лодки.
Со Гым Хян проследила за ним с лёгким любопытством.
Мун Джон поднял «Синий Лотос».
— Меня зовут Квак Мун Джон. Я вызываю Ведьму Белой Ночи на поединок. Примете вызов?
На губах Со Гым Хян появилась улыбка.
Один из стоявших за ней людей вскинулся:
— Наглец! Госпожа, позвольте мне его убрать.
Для людей Тайной Ночи Со Гым Хян была почти святыней. Никто из них и помыслить не мог вызвать её на бой. А тут мальчишка, едва вышедший из детства, предлагает ей поединок как равной.
Но сама Со Гым Хян не рассердилась.
— Давно я не слышала такого. Последний человек, который пришёл ко мне с вызовом, умер тридцать лет назад. С тех пор желающих не находилось. Ты понимаешь, что вызов — это не красивые слова? За него приходится отвечать собственной жизнью.
— Я не знаю, достоин ли такого поединка, — сказал Мун Джон. — Знаю только одно. Я должен защитить брата. Даже если придётся отдать всё, что у меня есть.
— Смелости тебе не занимать. Только мир не обязан считаться с твоей решимостью.
— Значит, вы отказываетесь?
— Я говорю, что ты ещё не дорос. Сейчас ты не коснёшься даже края моей одежды.
Мун Джон открыл рот, но Со Гым Хян уже указала на мужчину, который только что просил разрешения вмешаться.
— Победи его. Тогда я приму твой вызов.
Мужчина выступил вперёд и обнажил меч.
Это был Джон Пхён, один из лучших молодых талантов Тайной Ночи.
Мун Джон понял, что разговорами её не задержать.
— Тогда объясните хотя бы одно, — сказал он. — Почему Фея Белой Ночи помогает Облачному Небосводу? Тайная Ночь ещё недавно воевала с ним насмерть.
Со Гым Хян помрачнела.
— Мне самой противен этот союз. Но решение принял наш стратег, и я обязана ему подчиниться. Не трать силы зря, мальчик. Отойди. Мне нужен только Джин Му Вон.
Жажда убийства, исходившая от Со Гым Хян, стала почти осязаемой.
Мун Джон действительно был ей безразличен.
Вся ненависть Со Гым Хян предназначалась человеку в лодке.
Двадцать с лишним лет она растила ученицу, учила её, берегла, готовила к будущему Тайной Ночи. А потом, как считала Со Гым Хян, Джин Му Вон отнял у неё Ын Хан Соль и заставил ту отвернуться от собственной наставницы.
Этого она простить не могла.
Со Гым Хян пошла к лодке.
Мун Джон метнулся ей навстречу, но Джон Пхён оказался быстрее.
Его меч пошёл серией коротких, почти слитных ударов — Меч Семи Разрывов Волны.
Мун Джон отбивал выпад за выпадом и всё равно смотрел только на Со Гым Хян.
«Нельзя подпустить её к брату».
Сейчас Джин Му Вон был совершенно беззащитен. Его сумел бы убить обычный человек, если бы подошёл достаточно близко. Со Гым Хян хватило бы одного движения пальцев.
Мун Джон впервые пожалел, что снял его со спины.
Со Гым Хян остановилась рядом и посмотрела вниз.
Перед ней лежал Северный Меч — глава новых Врат Северного Неба, враг Тайной Ночи и человек, которого она винила в потере ученицы.
Удобнее случая уже не будет.
На её ладони заклубилась серебристая ци Серебряной Души.
— Прощай, призрак Врат Северного Неба.
Она опустила ладонь на Джин Му Вона.
— Брат!
Мун Джон закричал так, что сорвал голос.
В следующий миг берег содрогнулся от удара.
По воде прошла широкая рябь, песок поднялся вихрем.
Со Гым Хян отшатнулась.
Джин Му Вон лежал там же, невредимый.
Между ним и Со Гым Хян стояла женщина.
Она приняла удар на себя.
— Ты?.. — прошептала Со Гым Хян.
Лицо за три года изменилось.
Но манера держаться, взгляд, сама природа внутренней силы — всё было слишком узнаваемо.
Почти отражение самой Со Гым Хян.
— Хан... Соль?
— Давно не виделись, наставница.
Ын Хан Соль говорила спокойно.
За три года они впервые увиделись, но ни тепла, ни радости в этой встрече не было.
Первой заговорила Со Гым Хян.
— Ты жива... Почему тогда ни разу не дала знать о себе?
— Вы и сами знаете почему.
— Хан Соль.
— Лунное Кольцо.
Всего два слова.
Со Гым Хян вздрогнула так, будто получила удар.
— Значит, узнала...
— Почему? Зачем вы пытались силой высвободить мою демоническую природу?
Со Гым Хян на секунду отвела глаза.
— Иного выхода не было. Тайной Ночи требовалась жертва.
— И этой жертвой решили сделать меня?
— Мне жаль. Но поверь, мне это тоже далось нелегко.
Ын Хан Соль смотрела без гнева.
От этого Со Гым Хян стало только тяжелее.
Когда-то перед ней была девочка, которая принимала каждое слово наставницы как истину. Теперь стояла взрослая женщина со своими решениями и собственным взглядом на мир. Что бы Со Гым Хян ни сказала, переубедить Хан Соль уже не получится.
Со Гым Хян тихо вздохнула.
— Когда же мы успели дойти до такого...
Её взгляд сместился к Джин Му Вону.
И сожаление мгновенно уступило место ярости.
«Это он. Джин Му Вон отнял у меня ученицу».
Ын Хан Соль почувствовала перемену во взгляде наставницы.
— Наставница. Уйдите. Просто сегодня уйдите отсюда.
— Не могу. Лучше ты отойди от него. Обещаю: после этого я больше никогда тебя не потревожу.
— Я тоже не могу.
— Почему?
Ын Хан Соль чуть помедлила.
— Потому что он единственный человек, которого я люблю.
У Со Гым Хян дёрнулся уголок глаза.
Она знала. Конечно, знала.
Но услышать это от самой Хан Соль оказалось куда больнее.
— Ради мужчины ты предаёшь наставницу?
— Я вас не предавала. Это вы первой отказались от меня.
— Долг ученика — следовать воле наставника. Даже если наставник ошибается.
Голос Со Гым Хян прокатился над рекой.
Её люди невольно отступили. Обычно Со Гым Хян почти не показывала чувств, и потому даже им стало не по себе от её открытого гнева.
Ын Хан Соль стояла спокойно.
Со Гым Хян прищурилась.
Только теперь она в полной мере ощутила, насколько изменилась ученица за три года.
«Как она успела?»
Талант Хан Соль никогда не вызывал сомнений. Но такой рост всё равно казался невозможным.
И потому в голове Со Гым Хян сразу возникла другая мысль.
Тайной Ночи остро не хватало абсолютных мастеров. Двое из Четырёх Демонических Военачальников погибли. Пока положение удавалось удерживать за счёт расчётов стратега, но со временем нехватка силы становилась всё опаснее.
Если Хан Соль вернётся, положение изменится.
— Возвращайся со мной, — сказала Со Гым Хян. — Вернись в Тайную Ночь, и я позволю Джин Му Вону уйти живым.
Ын Хан Соль впервые дрогнула.
— Вы... правда его отпустите?
— Да.
Предложение было слишком заманчивым.
Один шаг — и Му Вон спасён.
На несколько мгновений Ын Хан Соль действительно задумалась.
Потом покачала головой.
— Не могу.
— Почему?
— Если я вернусь, нас заставят встать по разные стороны. Рано или поздно мне придётся направить оружие на него. Такого я не сделаю.
Лицо Со Гым Хян стало жёстким.
— Значит, всё-таки мужчина важнее наставницы и Тайной Ночи. Я плохо тебя воспитала.
Ын Хан Соль закрыла глаза.
Это была женщина, которая вырастила её и научила всему, что знала сама. Поднять на неё руку казалось почти кощунством.
Но выбор между Со Гым Хян и Джин Му Воном она сделала ещё три года назад.
Сегодня оставалось лишь произнести его вслух.
Она открыла глаза.
— Простите меня, наставница.
— Как ты смеешь!
Со Гым Хян ударила первой.
С ладони сорвалась сила Серебряной Души.
Ын Хан Соль развела руки. Перед ней мгновенно выросла полупрозрачная серебряная преграда — Отражающая ган-ци.
Две силы одного корня столкнулись.
Берег снова содрогнулся.
Наставница и ученица вступили в бой.