Плечо Со Гым Хян дрогнуло.
Её ладонь, ещё мгновение назад рассыпавшая вокруг серебристое сияние, застыла в воздухе. Между ней и целью оказалось всего два пальца.
— Ты?..
Она попыталась сказать это спокойно, но голос всё-таки дрогнул.
Джин Му Вон открыл глаза.
— Давно не виделись.
— Брат! Ты как?
— Уже намного лучше. Спасибо тебе, Мун Джон. Ты из-за меня настрадался. Теперь отойди.
— Да!
Квак Мун Джон стиснул зубы и попятился. В глазах защипало. Он едва не расплакался — и от облегчения, и от гордости. Всё-таки сумел. Всё-таки удержал врагов и защитил человека, которого называл старшим братом.
Со Гым Хян прищурилась.
На её взгляд, полный ненависти, Му Вон ответил безмятежно. Одного короткого взгляда вокруг хватило, чтобы понять расстановку сил.
«Ка Гёни объединился с Сомун Хэ Рён?»
Сам факт был прост. А вот последствия — хрен разберёшь. Союз второго лица Тайной Ночи с главным стратегом Облачного Небосвода мог перекроить весь расклад сил.
И начало всему положил он сам. Чем обернутся его решения, покажет время.
Если он вообще выберется отсюда живым.
— Ублюдок... Как ты посмел...
В голосе Со Гым Хян звенела жажда убийства.
Так на заклятого врага не смотрят. В её глазах было другое: растерянная боль человека, у которого отняли самое дорогое. Му Вон прекрасно знал, кого именно она считала своей потерей.
Ын Хан Соль.
— Вас прислал Ка Гёни?
— Закрой рот.
— Тогда он выбрал худший из возможных ходов.
— Я сказала: заткнись.
— Ради сиюминутной выгоды он подорвал то единственное, чем Тайная Ночь ещё могла оправдать себя. Последствия будут серьёзными.
— Ещё слово...
Серебряный поток снова закрутился вокруг её руки.
— Заткнись, сукин сын!
*Бах!*
Полубессмертная Рука Серебряной Души ударила без предупреждения. Му Вона отбросило назад, однако лицо его почти не изменилось. Основную силу удара он успел увести в сторону.
Он ещё не оправился. Внутренние травмы никуда не делись, тело слушалось с запозданием, но двигаться он мог.
Этого хватало.
Му Вон соединил указательный и средний пальцы и направил их на Со Гым Хян. Жест напоминал Палец, Дробящий Оружие, но смысл был иным: два пальца стали для него клинком.
Со Гым Хян презрительно усмехнулась.
Так сильные мастера иногда подавляли слабых, обходясь без настоящего оружия. Но только при подавляющем превосходстве. Против равного по уровню подобная выходка обычно ничего не стоила.
*Ха-а!*
Она обрушила на него связку техник Канона Серебряной Души. Следом за Полубессмертной Рукой пришёл Удар Лазурного Демона — быстрый, тяжёлый, яростный.
Му Вон спокойно нейтрализовал удар за ударом.
На губах проступила кровь. Тело ещё не было готово к схватке с абсолютным мастером, и каждое столкновение отзывалось тупой болью в меридианах. Му Вон даже не поморщился.
Он повёл двумя пальцами.
*Свист!*
Душа Падающей Звезды сменилась Морем, Рассекающим Небо. Меча в руке не было, но Меч Демонической Тени, Сокрушающий Небо, всё равно ожил.
*Лязг! Лязг!*
Голые руки сталкивались с таким звоном, будто рубились стальные клинки.
Оружие здесь уже ничего не решало. Каждый выпад этих двоих был опаснее удара хорошим мечом.
«Страшный мальчишка. В прошлый раз я оставила его в живых — и сама вырастила себе беду. Сейчас он умрёт».
Со Гым Хян перестала беречь силы.
С каждым движением от неё срывались тонкие серебряные клинки внутренней силы. Они шли один за другим, стремясь распороть Му Вона на куски.
Он отбивал их двумя пальцами.
Тело налилось тяжестью. Зато сознание вдруг стало необыкновенно ясным. Му Вон начал различать то, что прежде ускользало.
Дыхание Со Гым Хян.
Серебряное течение, едва заметно меняющееся вместе с каждым вдохом и выдохом.
Ритм ци Серебряной Души менялся вместе с её дыханием.
Человек выдыхает — и вдыхает. Отдаёт воздух — и принимает его снова. Так он остаётся частью мира и поддерживает в себе жизнь. Можно обладать чудовищной внутренней силой, можно подняться выше тысяч других мастеров, но пока ты жив, этого закона не отменить.
Со Гым Хян тоже была живым человеком.
«Значит, если я собью ей дыхание... Нет. Даже не всё дыхание. Достаточно лишить её нормального вдоха».
Спокойствие исчезло из глаз Му Вона.
В глубине взгляда поднялась буря.
Он двинулся иначе.
*Свист!*
Он бил не в тело Со Гым Хян, а в сам ритм её дыхания.
Она нахмурилась. В груди внезапно стало тесно.
«Что за?..»
Ответа не было. Со Гым Хян продолжила атаку и попыталась втянуть воздух.
*Хх!*
Лицо её изменилось.
Внутренняя сила, ещё миг назад ровно катившаяся по меридианам, сбилась.
Му Вон ждал именно этого и сразу ударил в открывшуюся брешь Мечом Демонической Тени, Сокрушающим Небо.
*Ш-ш-ш!*
На неё обрушился Лес Ливня.
*Кх!...*
Со Гым Хян побледнела.
Её дыхание и внутренняя сила выровнялись почти сразу. Для обычного человека — мгновение. Для мастеров их уровня — целая вечность.
Му Вон успел провести Лес Ливня за это короткое мгновение.
Со Гым Хян потеряла темп. Этого оказалось достаточно. Му Вон не дал ей вернуть инициативу: вслед за ливнем пришло Море, Рассекающее Небо.
*Свист!*
— Чёрт!...
На её теле одна за другой раскрывались тонкие раны. Кровь быстро пропитала одежду.
Со Гым Хян растерялась.
За долгие годы в мире боевых искусств её почти никто не мог поставить в подобное положение. Когда-то Тхэ Му Ган тяжело ранил её, но тогда помогла внезапность. В прямом бою она не помнила такого унижения.
«Какого чёрта...»
Она прикусила губу.
Невидимый клинок Му Вона уже жалил со всех сторон. Каждый новый выпад грозил смертью.
Он больше не исполнял приёмы по отдельности.
Душа Падающей Звезды сплелась с Лесом Ливня — и родилось новое движение. Затем Стена Северного Неба соединилась с Душой Падающей Звезды.
Он и раньше пробовал смешивать формы. Но теперь это было совсем другое.
Ни пауз, ни переходов. Один приём без усилия становился продолжением другого.
Свобода.
Меч подчинялся мысли, а приёмы складывались сами, как будто их всегда следовало соединять именно так.
Через два пальца Му Вона рождались движения, которых прежде не существовало в Мече Демонической Тени, Сокрушающем Небо.
Даже для него самого это было новым.
Перед ним открывался иной мир — огромный, свободный, без заранее проложенных дорог.
*А...*
Со Гым Хян широко раскрыла глаза. В руке Му Вона по-прежнему ничего не было, но Со Гым Хян всё равно ясно видела клинок с холодно-синей, отточенной кромкой.
«Нет меча в руке — есть меч в сердце?.. Неужели Меч Сердца?»
Высшая мечта любого мечника: клинка нет, но одной воли достаточно, чтобы он существовал. Меч Сердца. Бесплотный меч.
Легендарная ступень.
Со Гым Хян резко мотнула головой.
«Нет. Быть не может».
Если Джин Му Вон, которому было лишь немногим за двадцать, действительно достиг такого, всем мастерам Поднебесной оставалось только признать собственное ничтожество.
За всю историю мира боевых искусств никто не поднимался так высоко в его возрасте.
Со Гым Хян отказалась в это верить. Стиснула зубы и решила доказать обратное силой.
Но дыхание ломалось всё чаще. Каждый новый приём давался тяжелее предыдущего.
Му Вон соединил Море, Рассекающее Небо, с Кровавой Вспышкой.
Мир залило белым светом.
Небо будто раскололось надвое.
«Это...»
Со Гым Хян похолодела.
Инстинкт подсказывал: этот удар не остановить.
Внутренняя сила рассеялась. Она закрыла глаза.
*Вжик!*
По всему телу прошёл ледяной озноб, словно её действительно рассекли пополам.
Боли не было.
Со Гым Хян медленно открыла глаза.
Му Вон уже отвернулся и уходил.
— Почему?.. Почему ты меня не убил?
— Вернул долг.
— Какой ещё долг?
— Тринадцать лет назад вы проявили милость. Без неё меня бы сейчас здесь не было. И потом...
— Что «потом»?
Вместо ответа он посмотрел туда, где Ын Хан Соль из последних сил сдерживала Чо Ун Гёна.
Со Гым Хян проследила за его взглядом — и лицо её исказилось.
Жизнь ей сохранили из-за ученицы, от которой она сама отказалась.
От этой мысли стало мучительно стыдно.
Со Гым Хян стиснула зубы.
— Передайте Ка Гёни: договор первыми нарушили вы.
Со Гым Хян промолчала.
— И ещё скажите ему, что скоро мы увидимся снова.
Му Вон не ждал ответа. Сейчас имело значение только одно — Ын Хан Соль.
Он сорвался с места и ворвался в её бой.
*Кх...*
— Му Вон.
В налитых кровью глазах Чо Ун Гёна мелькнуло замешательство. Он не ожидал, что Му Вон очнётся так быстро. Ещё меньше — что тот за считаные мгновения одолеет Со Гым Хян.
— Старший брат.
Му Вон смотрел на него тяжело.
От Чо Ун Гёна разило кровью.
Убийства оставляют на человеке след. Чем больше смертей, тем гуще этот запах. От Чо Ун Гёна несло так, будто за ним тянулись сотни, а то и тысячи трупов.
Му Вон и сам давно шёл по дороге, залитой кровью. Но рядом с этим человеком даже его собственный путь казался почти чистым.
А безумие в Чо Ун Гёне было ещё страшнее.
Ын Хан Соль, наконец получившая передышку, подошла к Му Вону.
— Ты точно можешь стоять?
— Могу. Спасибо, что пришла. Я знаю, чего тебе стоило это решение.
— Не говори глупостей. Это я должна тебя благодарить.
— За что?
— За то, что ты пощадил учителя. Ты дал ей ещё один шанс.
Му Вон улыбнулся и погладил её по волосам.
Ын Хан Соль ответила едва заметной улыбкой и отошла.
Дальше — его бой.
Она это понимала. Он тоже.
С Чо Ун Гёном у него оставался свой счёт. Закрыть его Му Вон должен был сам. Никому другому здесь не было места.
Жажда убийства вокруг Чо Ун Гёна сгустилась.
— Живучий ты, Му Вон.
— Похоже, моё время ещё не пришло.
— Лучше бы сдох тогда.
— Вас послал Моён Юль Чхон?
*Хе-хе...*
— Хреновая у тебя привычка: спрашивать то, что и так знаешь. Хотя так даже лучше. Надёжнее прикончить тебя собственными руками, чем поручать эту работу кому-то ещё.
Чо Ун Гён оскалился.
Му Вон тоже улыбнулся.
Улыбки были разными.
Смысл — один.
Они двинулись друг к другу, чтобы закончить эту историю смертью одного из них.