Расцвет и упадок всегда сменяют друг друга. То, что поднялось на вершину, однажды рухнет; то, что кажется незыблемым, рано или поздно начнёт слабеть.
И всё же человеку проще поверить в вечность собственного благополучия, чем заметить беду, которая уже стоит у порога. Мир боевых искусств ничем от прочего мира не отличался.
Джин Му Вон молча опустил взгляд. По его плечу стекала кровь — чужая. Гун Мун Хви, которого он нёс на себе, продолжал быстро терять кровь.
Удар Моён Юль Чхона пробил ему грудь насквозь. В рваной ране темнела ткань лёгкого. Тут уже не помог бы ни прославленный лекарь, ни чудо.
Джин Му Вон осторожно уложил раненого на землю. Гун Мун Хви с трудом разлепил веки.
— Так это вы... глава Врат Северного Неба?
— Не тратьте силы. Вы потеряли слишком много крови.
— Ха... Какие уж тут силы. Я сам понимаю, сколько мне осталось.
Джин Му Вон хотел возразить, но промолчал. В глазах Гун Мун Хви на миг вернулась ясность — то самое последнее сияние, которое иногда приходит к человеку перед смертью.
— Не вышло, — глухо сказал тот. — Мы бросили в бой всё, что оставалось у Тайной Ночи, и всё равно не смогли сокрушить Непобедимый клан. Не смогли добраться до Моён Юль Чхона.
— Вам не повезло.
— Нет. Дело не в везении. Они просто чертовски сильны.
Он перевёл дух. На губах проступила кровь.
— Теперь вы следующие. Тайной Ночи больше нет, значит, он возьмётся за Врата Северного Неба.
— Я знаю.
— Тогда готовьтесь как следует. Этот старый лис опаснее, чем кажется. Его сила — не только в боевых искусствах.
Гун Мун Хви попытался усмехнуться, и зубы у него сразу окрасились красным.
— Молодой господин!
К ним, шатаясь, бежал Ка Гёни. Он сам был изрезан и залит кровью, но на собственные раны не обращал внимания. Упав рядом на колени, он обеими руками прижал ладони к пробитой груди Гун Мун Хви, словно ещё можно было остановить кровь.
— Стра... тег...
— Не говорите. Прошу вас, не говорите. Вам нельзя терять больше крови.
— Всё уже кончено.
— Нет. Нет, вы выживете.
— Простите меня.
— Молодой господин!... Чёрт... нет...
Ка Гёни уткнулся лицом ему в грудь и разрыдался. Человек, которого знали как холодного, расчётливого стратега, плакал без всякого стыда. Джин Му Вон отвернулся на миг: смотреть на это было тяжелее, чем на поле боя.
Гун Мун Хви снова поднял на него глаза. Джин Му Вон сразу понял, что тот хочет обратиться именно к нему, и наклонился ближе.
Дрожащей рукой Гун Мун Хви достал из-за пояса свёрнутый пергамент.
— Что это?
— Моё боевое искусство.
— Зачем вы отдаёте его мне?
— Найдите человека, который сможет его принять. Мне не нужно, чтобы он продолжал дело Тайной Ночи. Просто не дайте моей школе исчезнуть вместе со мной. Это последняя просьба.
Отказать умирающему Джин Му Вон не мог.
— Я передам его достойному человеку. Обещаю.
— Спасибо...
Гун Мун Хви вдруг согнулся и закашлялся. Изо рта хлынула кровь с тёмными кусочками разорванных внутренностей.
— Молодой господин!
Ка Гёни подхватил его, прижал к себе.
— Простите, стратег. Я... я...
Голос оборвался. Голова Гун Мун Хви безвольно склонилась набок.
— Молодой господин!
Ответа не было.
Ка Гёни ещё несколько раз позвал его, будто упорством можно было вернуть мёртвого. Потом в его голосе осталось только пустое отчаяние.
Сначала погиб Владыка Ночи Дын Ю Мён. Теперь умер и Гун Мун Хви. У Тайной Ночи ещё могли остаться разрозненные люди, но как сила она перестала существовать.
Ка Гёни это понял раньше всех.
— Молодой господин... я тоже иду. Я не оставлю вас одного.
Джин Му Вон резко обернулся.
*Хруст*
Ка Гёни уже успел обрушить кулак себе на темя. Череп не выдержал удара. Он рухнул рядом с человеком, которому служил до самого конца.
Несколько мгновений Джин Му Вон стоял неподвижно. Слов не было.
На его глазах Тайная Ночь окончательно перестала существовать.
Он медленно выдохнул и сжал в руке пергамент.
* * *
Весть о случившемся разошлась по миру боевых искусств быстрее лесного пожара.
Отборные силы Тайной Ночи ударили по Облачному Небосводу и Непобедимому клану — и были уничтожены. Дын Ю Мён погиб вместе с большей частью верхушки; спастись смогли лишь единицы.
Однако людей по-настоящему напугала не гибель Тайной Ночи, а то, кто именно её сломал.
Облачный Небосвод, в котором были собраны силы множества школ и кланов, едва выдержал удар. Непобедимый клан, напротив, сумел разгромить руководство Тайной Ночи и показать мощь, о которой прежде никто даже не подозревал.
С этого дня клан Моён перестал прятаться за чужими спинами.
Во главе стоял Моён Юль Чхон. Следом один за другим показались Три Великих Служителя, Пять Великих Стражей и Десять Великих Воителей. Каждый из них мог соперничать со старейшинами Облачного Небосвода, а некоторые превосходили их.
Для одного рода это было ненормально много.
Непобедимый клан больше не спрашивал разрешения. Он начал переделывать мир под себя, и сопротивляться ему становилось всё опаснее.
Позднее летописцы назовут это время зимой мира боевых искусств.
А в самом центре надвигающейся стужи находился Моён Юль Чхон.
Дам Су Чхон стоял перед полупрозрачным саркофагом. Пальцы у него были сжаты так сильно, что на тыльной стороне ладоней проступили жилы.
— Су Чхон...
Сомун Хэ Рён позвала его тихо, но он будто не услышал.
Саркофаг был выточен из редчайшего полярного кристалла, который добывали только на севере. Холод сохранял тело внутри от окончательного распада.
Дам Су Чхон смотрел на лицо мертвеца.
«Отец».
Дам Джок Сим.
Человек, которого он ненавидел долгие годы. Человек, которого он почти вычеркнул из собственной жизни. И всё же сейчас, увидев его мёртвым, Дам Су Чхон почувствовал не облегчение, а боль.
При жизни отец казался ему чудовищем. Теперь перед ним лежал просто изломанный старик.
— Как... это произошло?
Ответил Моён Юль Чхон:
— Его убил Джин Му Вон.
Дам Су Чхон резко повернул голову.
— Вы видели это сами?
— Своими глазами.
— Я хочу осмотреть тело.
— Стоит открыть саркофаг, и оно начнёт разрушаться. Даже этот кристалл едва удерживает его в прежнем состоянии.
— Насколько всё плохо?
— Настолько, что лучше тебе этого не видеть.
Дам Су Чхон скрипнул зубами. Через мутноватую стенку невозможно было рассмотреть раны, но было ясно: тело повреждено страшно.
Гнев поднялся изнутри мгновенно. Он ещё не успел превратиться в мысль, а уже затмил всё остальное.
Моён Юль Чхон заговорил мягче, почти сочувственно:
— Я виноват перед тобой. Не ожидал, что Джин Му Вон вступит в сговор с Тайной Ночью. После Божественного Монаха Тени Будды он добрался и до твоего отца. Дам Джок Сим уже не мог сопротивляться, но Джин Му Вон всё равно расправился с ним без жалости. Я попытался вмешаться, однако был слишком далеко.
Он положил ладонь Дам Су Чхону на плечо.
В другое время тот немедленно сбросил бы чужую руку. Сейчас он даже не заметил прикосновения.
На пальцах Моён Юль Чхона на мгновение проступила едва заметная красноватая дымка. Она скользнула к затылку Дам Су Чхона и исчезла под кожей.
Никто вокруг ничего не заметил. Даже сам Дам Су Чхон.
В его глазах на секунду вспыхнул красный отблеск — и тут же погас.
Моён Юль Чхон убрал руку.
— Я убью Джин Му Вона, — сказал Дам Су Чхон.
— Человек, убивший твоего отца, не может спокойно жить с тобой под одним небом. Непобедимый клан поможет тебе отомстить.
— Су Чхон, — вмешалась Сомун Хэ Рён. — Сначала нужно проверить тело. Потом решишь.
— Если открыть саркофаг, оно разрушится.
— Значит, найдём другой способ.
— Пока будем искать, станет поздно.
— Су Чхон...
— Каким бы он ни был, это мой отец.
После этих слов она замолчала.
У неё самой Джин Му Вон отнял близкого человека. Стоило вспомнить его имя, и внутри поднималась старая ненависть.
«Может, так даже лучше. Джин Му Вон слишком опасен. Рано или поздно его всё равно придётся убрать».
Моён Юль Чхон выдержал паузу и продолжил:
— С местью не обязательно спешить. Джин Му Вон силён. Тебе стоит сначала увеличить собственные силы.
— Я его не боюсь.
— Я знаю. Но за ним стоят Врата Северного Неба.
— За мной стоят Врата Лазурного Неба.
— Этого мало. У твоего отца осталось ещё одно наследство — Долина Невозврата. Почему бы тебе не забрать её себе?
Дам Су Чхон нахмурился.
— Долина Невозврата?
— Если промедлишь, ею завладеют твои братья по отцу. Ты ведь не забыл, что они сделали с твоей матерью?
Вот теперь гнев вспыхнул по-настоящему.
— Сначала подчини Долину, — тихо сказал Моён Юль Чхон. — Как только она станет твоей, мы двинемся на Врата Северного Неба. И тогда от них ничего не останется.
Дам Су Чхон уже не слышал скрытого расчёта в его голосе.
— Я отправляюсь немедленно.
— Верное решение.
Моён Юль Чхон улыбнулся.
Буря ещё не началась, но ветер уже менял направление.