Мощь Чо Ун Гёна давно вышла за человеческие пределы.
Искусство Кровавого Демона Креста довело его тело до состояния, которого обычный человек не выдержал бы. Стоило ему взмахнуть рукой — и поле боя захлёстывал багровый шквал.
Джин Му Вона бросало в этом вихре из стороны в сторону. Со стороны казалось, что ещё немного — и его сомнёт.
Ын Хан Соль смотрела спокойно.
Она не сомневалась: Му Вон победит.
Увидев эту уверенность, Со Гым Хян тихо вздохнула.
Прежде Хан Соль почти не проявляла чувств. Виновата была не только жизнь, которую ей навязали. Сам Канон Серебряной Души иссушал человеческие привязанности, превращал сердце в лёд.
Хан Соль сумела вырваться.
Она по-прежнему почти не менялась в лице, но стоило ей посмотреть на Му Вона — и в глазах появлялось тепло. От этого девушка казалась Со Гым Хян почти ослепительно красивой.
«А если ошиблась не она? Если ошиблась я?»
Веко Со Гым Хян дрогнуло.
Она прожила так долго, что собственное детство почти стёрлось из памяти. И все эти годы принадлежали Тайной Ночи. Сохранить организацию — вот что было для неё важнее всего. Остальное можно было принести в жертву.
Даже единственную ученицу.
Именно поэтому она вручила Хан Соль Лунное Кольцо и фактически приготовила её на заклание.
Со Гым Хян никогда не жалела о принятых решениях. Ни разу.
Кроме этого.
Теперь сожаление не отпускало и мучило сильнее ран.
Она видела, что за тёплым взглядом Хан Соль стоят несгибаемая воля и почти слепая вера в Му Вона.
«Она не отступит. Никогда».
Со Гым Хян снова вздохнула.
Болело всё тело, но это можно было вытерпеть. Куда хуже было другое: прежних отношений с Хан Соль больше не существовало. Никакая сила не могла вернуть их назад.
Она подавила тяжесть в груди и подошла к девушке.
Хан Соль сразу насторожилась.
— Учитель.
— Не смотри на меня так. Я не собираюсь причинять тебе вред.
Со Гым Хян улыбнулась.
Хан Соль невольно замерла. Такой улыбки она у неё никогда не видела.
Учитель всегда прятала чувства не хуже самой Хан Соль. Вокруг неё словно стояла ледяная стена — толстая, непрозрачная, неприступная. Сейчас этой стены не было.
Кровь всё ещё текла из ран, оставленных Му Воном, но Со Гым Хян даже не взглянула на них.
— С этого дня ты мне не ученица.
— Учитель?..
— Я изгоняю тебя. Отныне ты не связана с Тайной Ночью. И со мной тоже. Не держись за то, чего больше нет.
Хан Соль побледнела и застыла.
— Живи своей жизнью, Хан Соль.
Она молчала.
— Хочешь быть с Джин Му Воном — будь. Хочешь уйти с ним хоть на край света — иди. Мне всё равно. Делай то, чего хочешь ты сама.
— Учитель...
— Когда-нибудь мы всё равно встретимся на поле боя. Такова жизнь мастеров. И вот тогда...
Со Гым Хян подняла голову.
Над ней было пронзительно синее небо. Высоко в нём плыла одинокая крупная птица.
Она улыбнулась чуть заметнее.
— ...тогда отбросим всё лишнее и сразимся по-настоящему. Чем бы это ни закончилось, я жалеть не стану. Надеюсь, и ты тоже.
— Спасибо, учитель.
Голос Хан Соль сел.
Со Гым Хян сама сняла с неё цепи, хотя прекрасно понимала, насколько это невыгодно Тайной Ночи — и ей лично.
Хан Соль опустилась на колени.
Поклонилась.
Потом ещё раз.
И ещё.
Когда-то теми же девятью поклонами Хан Соль вступила к ней в ученицы. Теперь девять поклонов завершали их связь.
После последнего она подняла голову.
— Что бы вы ни сказали, в моём сердце вы навсегда останетесь моим учителем.
— И это выбрось из сердца. Теперь мы враги. В следующий раз я тебя не пожалею.
— Я знаю.
— Тогда мне пора.
Со Гым Хян отвернулась без колебаний.
Хан Соль смотрела ей вслед. Веки дрожали.
«Учитель...»
Она не отвела глаз, пока Со Гым Хян и её люди не скрылись вдали.
*Грохот!*
Поле боя напомнило о себе.
Хан Соль повернулась.
Чо Ун Гён, окутанный багровой силой, наступал как обезумевший демон. Каждый удар заставлял Му Вона пошатываться, будто следующий вот-вот собьёт его с ног.
Но Хан Соль знала: то, что видно со стороны, ещё ничего не значит.
Она верила ему.
— Мразь! Долго ещё будешь бегать?!
Рёв Чо Ун Гёна прокатился над полем.
Он до сих пор не попал по Му Вону ни разу. Тот шатался, отступал, срывался в сторону в последний миг — и вся сила Кровавого Демона проходила мимо.
Му Вон не просто избегал ударов.
Он изучал искусство противника.
За этим искусством стоял Моён Юль Чхон: именно он передал его Чо Ун Гёну и довёл ученика до нынешней чудовищной силы.
По движениям старшего брата Му Вон пытался понять, насколько силён Моён Юль Чхон, превративший Чо Ун Гёна в такое оружие.
Безумие Чо Ун Гёна мешало. В его технике слишком многое уже было изломано яростью.
— Сдохни-и-и!
Из рук Чо Ун Гёна вырвался багровый крест.
Воздух раскололся. На мгновение показалось, будто вместе с ним на четыре части разрезали весь мир.
«Старший брат...»
Му Вон понял: хватит.
Этот долг тянулся слишком долго. Пора было оставить прошлое в прошлом и идти дальше.
Он стиснул зубы и шагнул навстречу кресту.
*Свист!*
Два пальца рассекли воздух.
Чо Ун Гён вдруг увидел у него в руке меч — угольно-чёрный, почти живой, с тёмным блеском на лезвии.
Мираж.
Он моргнул — меч исчез.
*Вжик!*
Багровый крест распался.
На миг Чо Ун Гёну показалось, что разрез прошёл и через весь мир вокруг него.
— Что?..
Он несколько раз моргнул, не понимая, что произошло.
Из уголка рта потекла кровь.
Ещё одна тёмная полоса проступила поперёк талии.
Чо Ун Гён машинально вытер губы рукавом и опустил взгляд.
Поперёк живота тянулась тонкая ровная черта. Из неё медленно проступала густая кровь.
*Ха... Ха-ха!*
Смех вырвался сам.
*Бух!*
Тело рухнуло на землю.
Смех не прекратился. От этого становилось только страшнее.
Меч Сердца рассёк не только технику Чо Ун Гёна. Он прошёл через его тело. Ниже пояса тот уже ничего не чувствовал.
Смерть была близко.
*Хе-хе...*
— Вот же собачья судьба...
— Старший брат.
— Отца предал, в псы к Моён Юль Чхону пошёл — и ради чего? Чтобы вот так сдохнуть.
Чо Ун Гён стиснул зубы. Кровавое искусство ещё удерживало его в живых, но ненадолго.
Он поднял глаза на Му Вона.
— Не смотри на меня так. И без того паршиво.
— Хорошо.
Чо Ун Гён хрипло усмехнулся.
— А ты всё-таки чертовски силён. Из самой ямы выкарабкался наверх. Значит, право у тебя есть.
— Какое право?
— Встать против Моён Юль Чхона.
— Старший брат...
— Только не вздумай недооценить его. Он в несколько раз страшнее, чем тебе кажется. И хитрее тоже.
— Я запомню.
*Ха...*
— Вот ведь жизнь... Всё в ней, выходит, пустое...
Голос стал тише.
Му Вон остался рядом и смотрел до самого конца.
Когда Чо Ун Гён перестал дышать, у Му Вона вдруг подкосились ноги.
— Му Вон!
Хан Соль успела подхватить его.
— Хан Соль...
Он улыбнулся. Лицо было белым как бумага. Меч Сердца потребовал слишком многого от тела, которое и без того держалось на одной воле. Внутренние травмы снова дали о себе знать.
— Всё. Хватит с тебя. Теперь отдыхай. Я рядом.
— Хорошо. Тогда доверяюсь тебе.
— Можешь.
— Я и доверяю.
Улыбка стала теплее.
Людей, которым Му Вон верил без оговорок, было немного. Хан Соль была одной из них.
Му Вон закрыл глаза, всё ещё опираясь на неё.
Она провела ладонью по его щеке. Израненный, измученный, едва живой — и всё равно самый дорогой для неё человек.
К ним подошёл Квак Мун Джон, до сих пор державшийся в стороне.
— Сестра, я его понесу.
— Давай.
Он осторожно взвалил Му Вона на спину и покачал головой.
— Ну и братец у меня... С ума сойти.
Впрочем, удивляться было поздно. Му Вон всегда был таким. Там, где остальные видели тупик, он находил выход — и первым шёл туда, куда другим было страшно сунуться.
* * *
— Куда теперь? — спросил Мун Джон.
— За мной.
Хан Соль повела их к небольшому ручью примерно в двадцати ли от места боя.
Там Мун Джон увидел знакомого мальчишку. Хан Сон У сидел на камне у воды и болтал ногами.
— Сон У!
Мальчик вскочил и замахал руками.
— Брат!
— Ты-то здесь откуда?
— Пришёл следом за госпожой Ын.
— Вот как.
Мун Джон невольно улыбнулся.
Рядом стоял огромный вол Хван А, запряжённый в телегу.
— Скорее кладите главу Врат сюда.
— Сейчас.
Му Вона уложили на телегу.
Хан Сон У заговорил быстро:
— Пока госпожа Сомун пошла за главой Врат, я нашёл путь для отхода. Нам лучше уходить прямо сейчас.
— Понял.
Мун Джон кивнул и посмотрел на Ын Хан Соль.
— Сестра, идём.
Она не ответила.
Её взгляд был обращён за ручей.
Там стоял человек во всём чёрном.
Са Рён.
Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга.
Первой заговорила Ын Хан Соль.
— Са Рён...
— Госпожа.
— Я тебе больше не госпожа.
Он промолчал.
— Прощай.
Ын Хан Соль отвернулась.
Са Рён смотрел ей вслед. В его обычно пустом взгляде разом мелькнуло слишком много разных чувств.
И только теперь он окончательно понял одну вещь.
Джин Му Вон не был одиночкой, как могло показаться.
Вокруг него собирались люди.
И какие люди.
Один Хан Сон У чего стоил. Мальчишке хватило нескольких косвенных признаков, чтобы восстановить картину происходящего и заранее найти безопасный путь отхода. Даже Са Рён не был уверен, что сам нашёл бы путь лучше.
— Может быть, Врата Северного Неба уже возродились по-настоящему...
До сих пор война шла между Облачным Небосводом и Тайной Ночью.
Теперь Са Рён впервые подумал о третьей стороне.
Догадка была слишком очевидной, чтобы от неё отмахнуться.
— Врата Северного Неба... Неужели Северное Небо снова распахнуло врата?
Его слова унёс ветер.