С тех пор как у Роны пробудилась магическая сила, прошло уже четыре года.
За это время многое изменилось.
— Бел! Я принесла тебе подарок!
— Оу, эм... Спасибо.
Главная перемена заключалась в том, что теперь не я приносил ей подарки, а она мне.
Стоило ей заскучать, как она тут же прибегала ко мне домой и протягивала то блестящие камешки, найденные где-то по дороге, то монетки, а иногда и фрукты, которые собирала на горе за нашим домом.
Словно сорока, пытающаяся отплатить за доброту.
Я-то думал, что буду без конца носить ей подношения, пока она не вырастет и не станет великим архимагом, но то, что Рона начала возвращать долги уже сейчас, наполняло мою душу какими-то новыми, теплыми чувствами.
Детей у меня никогда не было, но, должно быть, именно это и чувствуют отцы.
«Хотя сегодня она притащила на удивление много».
Я ожидал увидеть очередной осколок цветного стекла, какой она нашла в прошлый раз, но сегодня Рона принесла целую корзину.
Заглянув внутрь, я обнаружил гору овощей и фруктов, среди которых лежали даже абрикосы, которые мы оба так любили.
Что бы она ни говорила, она наверняка принесла их просто потому, что сама хотела полакомиться.
Мне не стоило бездумно тянуть к ним руки — лучше уступить всё будущему архимагу.
Пока я разглядывал содержимое корзины, стоявшая рядом Рона вдруг принялась неловко перебирать пальцами и робко позвала меня:
— Эм...
— Что такое? Хочешь что-то сказать?
— Ну, не то чтобы...
Обычно девочкам такое не говорят, но сейчас она напоминала щенка, которому приспичило в туалет.
Когда Рона вела себя подобным образом, это означало, что она просто стесняется начать разговор. Стоило подтолкнуть её еще раз, и она бы во всем призналась.
— Всё в порядке, говори. Что-то случилось?
— Н-нет, ничего не случилось. Просто... мне кажется, в последнее время ты меня совсем не хвалишь.
— Не хвалю?
А, она имеет в виду поглаживания по голове.
Не то чтобы мне это не нравилось, просто она взрослела, и я считал неприличным вот так запросто прикасаться к девочке.
К тому же в последнее время мне казалось, будто Рона сама избегает физического контакта.
Напрямую она ничего не говорила, но когда я брал её за руку во время подъема на гору, она вздрагивала.
Раньше она частенько сама обнимала меня, но теперь это полностью прекратилось.
«Неужели переходный возраст?»
Это была единственная разумная теория, которая приходила в голову, хотя верилось в неё с трудом.
Я слышал, что у девочек половое созревание начинается раньше, чем у мальчиков, но в двенадцать лет это всё же казалось маловероятным.
Как бы то ни было, за хорошие поступки полагалась награда.
Раз уж Рона сама этого хотела, причин отказывать не нашлось.
— Да, ты большая молодец. Спасибо тебе.
— Хе-хе... Угу!
Когда я искренне поблагодарил её и погладил по голове, её лицо тут же озарила сияющая улыбка.
В моих глазах она всё еще выглядела скорее двухлетним ребенком, нежели двенадцатилетней девочкой.
Неужели детская наивность сохраняется так долго? Я не был уверен.
— Хм? А это еще что?
Перебирая содержимое корзины, среди абрикосов я наткнулся на незнакомый плод.
Он отливал чистой синевой, словно вобрал в себя само небо, и идеально умещался в моей детской ладони.
В моей памяти не всплывало ничего подобного. Что же это такое?
— О, я нашла его по дороге! Он показался мне интересным, и я решила принести его тебе, Бел.
— Правда?
У неё по-прежнему оставалась привычка в первую очередь показывать всё самое любопытное мне.
Впрочем, я не ожидал услышать здесь дежурное «нашла по дороге».
Нюх-нюх.
Я попытался принюхаться, но никакого особого фруктового аромата не почувствовал.
Поскольку я видел этот фрукт впервые, пробовать его на вкус было боязно.
Выглядел он красиво, так что я решил пока просто его припрятать.
— Он может быть ядовитым, так что давай отложим его в сторону, а позже спросим у твоей сестры или моих родителей. Договорились?
— Хорошо!
К счастью, Рона ничуть не расстроилась, когда я аккуратно отложил плод в сторону.
А ведь я переживал, что она обидится, решив, будто я отвергаю её подарок.
Если для неё имела значение сама возможность сделать мне приятное, то она была невероятно доброй девочкой.
— Но где ты его нашла, Рона?
— В пещере на горе за нашим домом. Он лежал прямо в родниковой воде.
— В пещере?
Неужели в той самой, которую дикие кабаны облюбовали под свое логово?
Ну и бесстрашная же она. Атмосфера там царила жутковатая, так что даже мне не хотелось туда соваться.
«Впрочем, Рона всегда отличалась смелостью».
Если дело не касалось змей, она могла запросто прихлопнуть ладонью паука или светляка.
Вопреки нежной внешности, в ней порой проглядывал весьма бойкий и решительный характер.
Хотя забавно, как быстро рядом со мной она снова превращалась в обычную неуклюжую девчонку.
— Раз уж ты принесла мне подарок, сегодня я буду играть с тобой во всё, что захочешь.
— Правда? А чем мы можем заняться?
— М-м... Я хочу вздремнуть вместе с Белом!
Я-то пытался придумать совместную игру, а она захотела поспать?
С одной стороны, я был благодарен, так как сам изрядно устал за день, но с другой — не слишком ли сильно она обо мне заботилась?
— Мы могли бы поиграть во что-нибудь еще.
— М-м, всё в порядке. Дневной сон с Белом — это для меня самое веселое занятие.
На всякий случай я предложил еще раз, но Рона покачала головой и твердо настояла на своем.
Почему-то мне показалось, будто она завуалированно назвала меня скучным.
Надо же, из всех наших совместных развлечений сон оказался лучшим.
Перед глазами пронеслась панорама прошлых дней, когда я изо всех сил изобретал разные забавы, чтобы заработать у неё очки доверия.
Впрочем, нет худа без добра: мне не пришлось напрягаться и придумывать новые игры, так что всё сложилось удачно.
В конце концов, уступив Роне, мы забрались в мою постель и решили хорошенько вздремнуть.
Кровать была настолько узкой, что нам пришлось прижаться друг к другу, но для нас это было делом привычным, так что я не стал возражать.
***
Примерно через месяц после того, как Рона принесла тот загадочный плод, я поймал себя на том, что постоянно разглядываю его на нашем скромном обеденном столе, ощущая нарастающее недоумение.
«Почему он не портится?»
Несмотря на то, что прошел уже целый месяц, синий фрукт сохранял свой первозданный вид.
Он нигде не подгнил, не увял — буквально ничего не изменилось с того дня, как она его принесла.
Словно бутафория, искусно имитирующая настоящий фрукт.
«Что же это за плод такой?»
Среди известных мне фруктов не существовало ни одного сорта, способного пролежать месяц при комнатной температуре и не испортиться, даже если бы он висел на ветке.
Даже бананы покрылись бы коричневыми пятнами, а хурма как минимум размякла бы.
Должно быть, это необычный плод.
При этой мысли я внезапно вспомнил, что нахожусь в фэнтезийном мире.
А в таких мирах всегда существовало нечто особенное.
«Неужели это эликсир?»
Подобное часто встречалось в романах о боевых искусствах.
Какое-нибудь небесное сокровище вроде женьшеневого младенца, съев которое, человек мгновенно обретал огромную силу и получал эффект, равный десятилетиям или даже векам упорных тренировок.
Конечно, у меня не было уверенности, что столь ценная вещь могла вот так запросто свалиться мне на голову.
Однако в оригинальном романе эликсиры точно существовали, так что исключать подобное не стоило.
К тому же меня не давали покоя слова Роны о том, что она нашла его в пещере, в родниковой воде.
Даже если предположить, что плод сорвало недавним ураганом и занесло туда ветром, с чего бы такому диковинному фрукту лежать там в полном одиночестве?
Молча созерцая плод, я в конце концов резко сел на кровати.
Кто не рискует, тот не пьет шампанского.
Даже если фрукт окажется ядовитым, пока он меня не убивает, всё в порядке.
Будь он смертельно опасен, мои родители, прожившие здесь почти сорок лет, наверняка бы его узнали.
«Если что-то пойдет не так, заранее прошу прощения. Отец, мама, сестренка».
Я посмотрел на синий плод в своей руке, набрался решимости, а затем широко открыл рот и без колебаний откусил кусок.
Хрусь.
Вкус оказался довольно специфическим.
Он напоминал инжир, который я пробовал в прошлой жизни — пресноватый, но в то же время сладкий, с сочной мякотью, буквально тающей во рту.
Я доел плод до конца, с тревогой ожидая боли в животе или тошноты, но, к моему удивлению, в теле не произошло абсолютно никаких изменений.
«Неужели это и правда был обычный фрукт?»
Развязка оказалась куда более прозаичной, чем я ожидал.
Если бы у меня хотя бы прихватило живот, я мог бы подумать: «Эх, ну и глупость же я совершил», и успокоиться.
И всё же это лучше, чем слечь с отравлением, так что я решил настроиться на позитив.
Позже, когда придет Рона, поделюсь с ней своими впечатлениями.
С этим легким чувством я уже собирался выйти из дома, как вдруг...
— А?
То ли мне показалось, то ли действительно что-то изменилось, но шаги мои стали на удивление легкими.
Я никогда не страдал от лишнего веса, поэтому мне трудно описать это чувство точнее, но казалось, будто я резко похудел.
Тело стало невесомым, а движения — невероятно быстрыми и точными.
Вместе с тем в голове прояснилось, словно я только что проснулся в прохладной бамбуковой роще.
Обычно, когда я о чем-то думал или просто сидел без дела, в голове оставалась какая-то туманная тяжесть, но теперь и это ощущение бесследно исчезло.
Задаваясь вопросом, не эффект плацебо ли это, я вышел во двор, прихватив деревянный меч, с которым тренировался в последнее время.
Приняв привычную стойку, я крепко обхватил рукоять обеими руками и взмахнул мечом изо всех сил.
Я не остановился ни на первом, ни на втором, ни на третьем ударе, продолжая рубить воздух до тех пор, пока мышцы не взмолились о пощаде.
Вжих! Вжих!
Тридцать раз.
Сорок раз.
Пятьдесят раз.
Даже после стольких непрерывных взмахов я почти не почувствовал усталости в руках.
Поскольку тренироваться я начал совсем недавно, мое прежнее тело заныло бы в плечах и локтях уже после двадцатого взмаха.
«Неужели это действительно был эликсир?»
Но если так, я не ощущал никакого прилива колоссальной мощи, бурлящей в жилах.
Просто тело стало легче, а усталость отступила.
Вот и всё.
«Погодите-ка, неужели это...»
При этой мысли в моей памяти всплыло одно название.
Плод, который в оригинальном романе считался пределом мечтаний любого мастера боевых искусств.
«Благодать Мефисто».
Этот эликсир не увеличивал силу того, кто его съел, но расширял пределы его развития и укреплял физическую выносливость.
Если я правильно помнил, выглядел он как раз синим.
Я совсем позабыл о нем, ведь в романе он лишь упоминался вскользь, и никто из персонажей его так и не попробовал.
Получается, я случайно нашел и съел именно его?
«Если так, то всё сходится».
Продолжая рассуждать, я крепко сжал кулак и мысленно настроился на серьезный лад.
Возможно, это было первое и последнее благословение бога, сжалившегося надо мной — человеком без таланта и каких-либо выдающихся качеств.
Шанс для обычного парня, рожденного подле гениальной подруги детства, хотя бы попытаться догнать её, следуя по пятам.
Значит, я должен использовать этот шанс на полную катушку.
До поступления в Академию оставалось шесть лет.
За это время я обязан сделать всё, что в моих силах.