Глава 89: Женское сердце
Сразу после обеда обычно накатывает сонливость.
Не стали исключением и кадеты Академии, известной как главная кузница талантов Империи.
Благодаря удивительно свободной атмосфере во время обеденного перерыва на территории Академии всегда кипела жизнь.
Влюбленные парочки, друзья или старшекурсники с младшекурсниками из одних и тех же клубов сбивались в уютные группки, усаживаясь где-нибудь на просторной лужайке, чтобы перевести дух или вздремнуть.
— А-а-ах...
Его сладкий зевок идеально вписывался в эту умиротворенную обстановку.
На Бела, развалившегося на траве и широко распахнувшего рот, упала тень.
Это была вовсе не внезапно набежавшая дождевая туча, а знакомая гостья.
— Как ты меня нашла? — поинтересовался Бел, когда Рона, наклонившись к нему почти вплотную, гордо улыбнулась.
Заплетенная в косу серебряная прядь качнулась у самого его лица.
В классе было слишком шумно, поэтому он пришел сюда, чтобы спокойно перевести дух и немного подремать.
Умение Роны находить его и следовать по пятам, где бы он ни находился, просто поражало. Если только она не прикрепила к нему какое-то следящее устройство, как вообще такое было возможно?
— Хе-хе, впечатляет?
— Скорее пугает, — ответил Бел со смесью восхищения и тревоги.
Рона показала свой фирменный знак «V», забавно то сдвигая, то раздвигая пальцы.
Опустившись рядом с ним на траву, она кончиками пальцев аккуратно сорвала росший неподалеку неизвестный белый цветок.
Скучные правила о бережном отношении к растениям для нее ничего не значили. Деревенская девчонка, с малых лет облазившая гору за родной деревней и привыкшая срывать все подряд, явно не отличалась трепетной любовью к флоре.
— Бел, сплести тебе из этого венок? — спросила она.
Изначально Рона хотела сделать кольцо, но, поглядев на непокрытую голову Бела, изменила решение.
— Хочешь, чтобы в классе надо мной смеялись из-за детских забав?
— И то верно, — улыбнулась Рона, словно ждала именно такого ответа, и принялась крутить в руках стебелек.
Бел даже в детстве никогда не играл с подобными украшениями из растений. Иногда Роне казалось это признаком не по годам взрослой зрелости, но в то же время ей было немного жаль. Она с малых лет умела искусно плести цветочные кольца и хотела хоть раз надеть такое на палец Белу, но каждый раз это заканчивалось неудачей.
— А если серьезно, как продвигается твоя подготовка к экзамену по перераспределению классов?
— Так себе. По крайней мере, с письменной частью все должно быть в порядке. Но вот за практическую я переживаю.
От столь неожиданного ответа глаза Бела округлились. И это было вполне логично, ведь Рона, которую он знал, была из тех, кто, пусть и отставал в теории, благодаря врожденному таланту показывал выдающиеся результаты на практике. Можно сказать, она являлась полной противоположностью Мари.
— Это необычно. Когда ты только поступила, то говорила, что от письменных тестов у тебя голова раскалывается.
— С тех пор мне очень помогли. Особенно мисс Элиша.
— Элиша?
Услышав неожиданное имя, Бел, до этого безучастно разглядывавший облака, повернул голову. Рона, казалось, даже не заметила этого, полностью сосредоточившись на стебле цветка.
— Удивительно. Когда это вы успели так сблизиться?
— До недавнего времени мы часто виделись после занятий. Да и знакомы мы еще с тех пор, как ходили в Лес Магии.
— Вот как?
Тем не менее он и подумать не мог, что они сблизились настолько, чтобы регулярно помогать друг другу. Значило ли это, что она также получала помощь от Мари? Заинтересовавшись этой мыслью, Бел задал еще один вопрос:
— А как же Мари? Она ведь тоже сильна в теории, ты могла бы попросить помощи и у нее.
— Верно. Я тоже слышала об этом от мисс Элиши. Она говорила, что мисс Мари отлично разбирается в теории, так что, если сама мисс Элиша будет занята, я могу обратиться к мисс Мари...
На этом слова Роны оборвались.
Одного этого Белу хватило, чтобы понять: она ни разу не просила Мари о помощи. Если бы она действительно занималась с ней, ее реакция сейчас основывалась бы не на словах Элиши, а звучала бы примерно так: «Мисс Мари мне тоже помогла. Она очень умная».
«Эта девушка не стала бы холодно отказывать».
Пусть первое впечатление от Мари и было как от высокомерной аристократки, презирающей простолюдинов, да и сейчас этот образ мало изменился, по своему опыту общения с ней Бел прекрасно знал, что у нее не такой уж скверный характер. Если бы Рона действительно попросила о помощи, Мари, пусть поначалу и выказала бы некоторое недовольство, согласившись, наверняка засучила бы рукава и подошла к делу со всей серьезностью.
Однако то, что этого так и не произошло, наводило на мысль, что Рона с самого начала даже не пыталась обратиться к ней.
— Тебе некомфортно рядом с Мари? — спросил он, прокручивая в голове этот разговор.
Глаза Роны, успевшей сплести венок примерно наполовину, округлились.
— С чего вдруг такие разговоры?
— Если подумать, я, кажется, ни разу не видел, чтобы вы с ней общались.
Окружавшие Бела люди в целом знали друг друга и без его посредничества. Будь то Аден и Тина, учившиеся в одном классе, или Элиша и Мари, знакомые изначально. Даже Мари довольно сильно сблизилась с Аденом после того, как они вместе пережили недавние невзгоды, и сегодня они даже обедали вместе. Элиша и Тина сошлись после того, как Элиша помогла ей на практическом занятии по травоведению, и теперь они общались достаточно близко, чтобы вместе пить чай.
Однако, как бы Бел ни напрягал память, была одна пара, которую он никогда не видел вместе и о чьих встречах даже не слышал. Это были Рона и Мари.
Эти двое не только никогда не встречались наедине, но даже в компании практически не разговаривали друг с другом. Была ли тому какая-то скрытая причина, подобно тому, как Рона отдалилась от Адена из-за того, что тот скрывал свой настоящий пол? Белу вдруг стало любопытно.
Пока он раздумывал, стоит ли дальше расспрашивать хранившую молчание Рону...
Раздался тяжелый колокольный звон, возвещающий о том, что до конца обеденного перерыва осталось пять минут.
Рона поднялась на ноги, с некоторым усилием отряхивая юбку, словно намеренно создавая шум, и протянула руку все еще сидевшему на траве Белу.
— Пойдем, Бел. Обеденный перерыв заканчивается.
От столь явной смены темы глаза Бела округлились. На ее лице не было даже того выражения, с каким она во время их размолвки с Аденом говорила, что кое-что произошло, но она пока не может ему рассказать. Иными словами, это означало, что дальнейшие расспросы не допускаются.
— Да, пора идти, — с горькой улыбкой ответил Бел, выбросив этот разговор из головы и поднимаясь на ноги.
Неужели это та самая девчонка, которая в детстве бегала за ним хвостиком и ябедничала по любому поводу? На душе у него стало немного тоскливо.
◇ ◇ ◇
Стоило Роне вернуться в класс незадолго до окончания перерыва, как навстречу ей бросилась знакомая фигура — девушка со светло-зелеными волосами, живым, задорным выражением лица и милыми припухлостями под глазами.
Это была Энья Систина — человек, с которым она сильно сблизилась после того, как они вместе натерпелись страху во время инцидента в Лесу Магии, и которую теперь можно было назвать лучшей подругой Роны в этом классе.
— Рона! Рона! Я все видела! Что это вы там делали наедине с твоим другом детства?
— Мы ничего не делали. Правда, Энья.
Верная своему прозвищу ходячей энциклопедии, Энья интересовалась абсолютно всем. И среди прочего ее, разумеется, занимала личная жизнь близкой подруги.
Хотя Рона и отмахнулась от нее, показывая, что с ней сладу нет, Энья лишь пожала плечами и с разочарованием вздохнула:
— Эх, какая жалость. Если бы Динаур тоже учился в нашем классе, я могла бы наблюдать за развитием вашего романа в реальном времени.
— Вечно ты преувеличиваешь. Вместо того чтобы тратить на это время, почему бы тебе самой не найти себе кого-нибудь?
Рона прекрасно знала: несмотря на зацикленность на чужих амурных делах, у Эньи Систины был абсолютно нулевой опыт в любви.
Стоило указать ей на это, как взгляд Эньи стал колючим:
— Я вообще-то тоже хочу кого-нибудь найти, ясно? Но нет даже намека. Где, черт возьми, носит моего принца?
— Без понятия. Если бы ты хоть немного отвлеклась от книг и чужих романов и действительно огляделась по сторонам, разве не нашелся бы подходящий кандидат?
— Я не могу этого сделать. От второго еще ладно, но вот от книг я не откажусь до конца своих дней!
В гордо поднятой руке Эньи была зажата книга размером чуть меньше учебника — идеальное доказательство того, что для нее книги были неотъемлемой частью жизни.
Поняв это, Рона оставила попытки дать совет и отвернулась, постаравшись не обращать внимания на то, как один из наблюдавших за этой сценой студентов тихо сглотнул слезы.
— Кстати говоря, Рона, сколько лет вы уже вместе?
— С самого рождения. В нашей деревне было всего несколько дворов, так что все соседи знали друг друга.
Хотя воспоминания о первых годах жизни едва ли сохранились, это было чистой правдой. Для Эньи это прозвучало как история из романа, и она искренне не смогла сдержать восхищения. Связь, длящаяся с самого рождения... Разве это не была настоящая судьба?
Но в то же время ей в голову пришла и другая мысль:
— Ого, даже назвать вас просто друзьями детства как-то язык не поворачивается. Но при таких отношениях разве чувства не притупляются?
Говорят, со временем люди привыкают друг к другу и страсть угасает. Как бы поздно в Роне ни проснулась любовь, это наверняка произошло как минимум несколько лет назад. И все же Рона, хранимая этими чувствами, вызывала у Эньи любопытство.
Когда она спросила об этом, выражение лица Роны странно изменилось.
— Не совсем так. Наверное, потому, что дело тут не в том, нравится он мне или нет.
— Что это значит?
— Секрет. Не скажу тебе, Энья.
Точно так же, как и с Белом чуть ранее, Рона вовремя сменила тему, деликатно давая понять, что не желает больше развивать этот разговор.
Все было именно так, как она произнесла. Если бы она могла отнести эту эмоцию к обычным чувствам вроде симпатии или любви, она бы вообще об этом не беспокоилась.
Рона пристально посмотрела на свою раскрытую ладонь, словно в ней что-то было, а затем со вздохом покачала головой, не давая всплыть воспоминанию, которое меньше всего на свете хотела воскрешать в памяти.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos