Если от Хеспании немного проехать на северо-восток, можно попасть в область под названием Боул.
Хотя формально она входила в состав Империи, там находилась лишь небольшая деревушка, которая фактически управляла сама собой: кроме номинального старосты, никакой настоящей власти здесь не было.
Со всех сторон её окружали густые хвойные леса и высокие горы, поэтому путешественники редко обращали на неё внимание, а чужаки почти не появлялись.
— Двигайтесь как можно тише!
— И особенно следите, чтобы не потревожить жителей!
Глубокой ночью в обычно безмолвном Боуле поднялась непривычная суета.
По деревенским улицам верхом проносились полностью вооружённые солдаты.
И это были не кто иные, как воины дома Лобехайм.
Разжигать огни им запретили, поэтому жители, выглянувшие посреди ночи из домов, могли лишь с открытыми ртами наблюдать за тёмными силуэтами солдат, проносившихся сквозь мрак.
Сколько раз за всю жизнь людям из такой глухой деревни выпадет увидеть передвижение армии подобного размера?
Максимум им доводилось издалека замечать карательные отряды, когда появлялись слухи о чужеземных племенах неподалёку.
Особенно возбуждены были дети, которые едва не подпрыгивали на месте.
Один мальчик, прижавшись к талии матери, с любопытством спросил, кто эти люди.
— Мам, а кто эти дяди?
— Это солдаты дома Лобехайм. Они едут наказать плохих людей.
— Ух ты!
В глазах мальчика вспыхнул восторг.
Луна светила слабо, лиц солдат почти не было видно, но после слов матери ему уже чудились их решительные выражения и сияющие ореолы вокруг фигур.
И-го-го!
Тем временем Ариэль, издали наблюдавшая, как солдаты подходят к подножию горы, остановила коня и подъехала к вышедшему навстречу старосте деревни, чтобы коротко извиниться.
— Простите, что тревожим вас так поздно, староста.
— Хо-хо... Что вы, Ваше Высочество. Для жителей такой скромной деревни, напротив, большая честь хоть чем-то оказаться вам полезными.
Старый староста с согнутой спиной встретил Ариэль мягкой улыбкой.
Обычная армия просто прошла бы мимо, не заботясь о том, какие неудобства причинит жителям.
Но дом Лобехайм ещё за день отправил человека и заранее попросил их о понимании. Такая забота действительно тронула старика.
— Полагаю, спрашивать, куда вы направляетесь, мне не следует. Молюсь, чтобы вы вернулись целыми и невредимыми.
Ему заранее велели никому не рассказывать о происходящем и не расспрашивать о подробностях, поэтому староста больше ничего не добавил и лишь пожелал им удачи.
— Спасибо. Ах да, я подготовила небольшой знак благодарности за вашу помощь. Эд.
Слабо улыбнувшись, Ариэль окликнула находившегося рядом помощника и одновременно возлюбленного.
Он подъехал верхом и с нарочитой почтительностью отозвался на её зов.
— Да, Ваше Высочество. Вы звали меня?
Ариэль тут же раздражённо нахмурилась из-за внезапной перемены в обращении.
Ещё несколько минут назад он спокойно повторял: «Ариэль, Ариэль».
И зачем теперь изображать такую официальность перед посторонними, когда они скоро поженятся?
Она не могла понять, то ли он осторожничает, то ли просто намеренно её дразнит.
— Хватит валять дурака. Принеси сюда.
— Как прика... Ай!
— Я сказала, прекрати эту ерунду.
Не выдержав, Ариэль ткнула его концом ножен в руку и сердито посмотрела.
Для главы великогерцогского дома и её адъютанта, которым вскоре предстояло отправиться в бой, сцена выглядела удивительно будничной.
Староста несколько раз моргнул от удивления и, несмотря на возможную невежливость, осторожно спросил Ариэль:
— Ваше Высочество, этот господин случайно не...?
— Ах, это мой жених. Сейчас он служит моим адъютантом... хотя любит иногда вести себя как ребёнок.
Глядя, как его фигура исчезает во тьме, Ариэль невольно улыбнулась — так улыбаются человеку, чьи выходки одновременно раздражают и кажутся милыми.
Увидев это, староста сразу понял: сколько бы они ни препирались, отношения у пары прекрасные, и тепло улыбнулся.
В его возрасте смотреть на влюблённую молодёжь было всё равно что самому вернуться на пятьдесят лет назад.
— Значит, ваш жених. Вы очень хорошо смотритесь вместе.
— Рада это слышать.
Поняв, что старик говорит искренне, а не просто льстит, Ариэль широко улыбнулась.
Это была сияющая улыбка обычной молодой женщины в самом расцвете лет, а не главы великогерцогского дома.
После короткого разговора Эдгар вернулся вместе с несколькими солдатами, которые несли огромное количество припасов.
Формально это был подарок — а если говорить откровенно, своего рода плата за молчание, — который Ариэль приготовила в знак благодарности. Но одновременно и помощь жителям маленькой деревни, вынужденным жить в суровых условиях Севера.
— Ваше Высочество, это...?
— Небольшая благодарность. Ничего особенного, но с учётом числа жителей вам должно спокойно хватить на три-четыре месяца.
— Я-я не могу это принять.
Староста ожидал какой-нибудь символический подарок, который из вежливости принял бы, чтобы не поставить Ариэль в неловкое положение.
Но масштаб подношения совершенно выбил его из колеи.
Для одного дня молчания о появлении армии это казалось чрезмерной наградой.
— Прошу, возьмите. Считайте это платой за вашу осторожность.
— Но, Ваше Высочество, всё равно это слишком...
Несмотря на протесты старосты, Ариэль приказала солдатам отнести припасы в деревню, ясно показывая, что выбора у него нет.
Когда под руководством одного из жителей солдаты направились к общему складу, Ариэль ещё раз поблагодарила старика и развернула коня.
— Если вам неловко, считайте, что нашли всё это на дороге. Даже если захотите вернуть, я всё равно не приму.
Оставив недвусмысленный намёк «держите всё в тайне», Ариэль спокойно направилась обратно к своим солдатам.
Староста глубоко поклонился — его и без того согнутая спина опустилась ещё ниже, — выражая от имени всей деревни высочайшее почтение.
Попрощавшись с жителями Боула и вернувшись к войскам, Ариэль слегка задрожала.
Она почти всё время жила в Хеспании, где благодаря влиянию Символа Владычества сохранялась относительно мягкая температура, поэтому до сих пор не привыкла к пронизывающему холоду северных земель.
— Замёрзла? Накинуть ещё что-нибудь?
Подъехавший к ней Эдгар заметил дрожь и мягко спросил.
При обычной погоде Ариэль ещё могла бы терпеть, но перед рассветом холод становился особенно жестоким, и это беспокоило его.
Однако Ариэль, несмотря на дрожь, покачала головой.
Пока она могла выдержать.
А главное — не хотела показывать слабость перед солдатами.
— Всё хорошо. Подготовка закончена?
— Почти. Тебе сейчас придётся нелегко.
Эдгар сдержал смешок, вспомнив, какую роль ей вскоре предстоит сыграть.
Чтобы перенести всех с помощью пространственного камня, Ариэль должна была стать источником огромного количества маны, а для одного человека это серьёзная нагрузка.
— Ничего страшного. Остальным будет гораздо тяжелее.
Но Ариэль лишь небрежно пожала плечами и отвела взгляд.
В конце концов, ей всего-то нужно выплеснуть ману, после чего ненадолго потерять сознание или немного отдохнуть.
Особенно волноваться было не о чем.
Если маны уйдёт меньше, чем она рассчитывала, возможно, она даже сможет участвовать в бою.
— Кстати, заранее предупреждаю... не перенапрягайся. Всё опасное, что можно поручить подчинённым, поручай им. Понял?
Глядя на пространственный камень, который достала из кармана, Ариэль напоследок вновь предостерегла его.
Она знала, что Эдгар всё равно попытается взять на себя больше необходимого, но надеялась, что хотя бы напоминание немного уменьшит риск.
— Солдаты тоже не расходный материал.
— Я знаю, что каждая жизнь важна. Но для меня важнее всех ты.
Это могло звучать эгоистично, но такова была холодная и честная правда Ариэль.
Как бы она ни ценила своих солдат, если перед ней поставят выбор между сотней воинов и Эдгаром, она выберет Эдгара.
Возможно, сделает тот же выбор даже между ним и тысячей или десятью тысячами солдат.
Разумеется, она понимала свой долг главы семьи — вернуть домой как можно больше людей живыми.
Но прежде чем быть главой семьи, она была женщиной.
И совершенно не собиралась терять любимого мужчину.
У неё ещё оставалось слишком много мечтаний, которые она хотела осуществить вместе с ним, и бесчисленное количество вещей, которые они ещё не успели сделать.
Тем временем Леонел, молча слушавший рядом, приблизился.
Он прекрасно понимал, что вмешиваться в разговор начальства неприлично, однако как вассал считал своим долгом хоть немного успокоить госпожу.
— Ваше Высочество, не беспокойтесь. Если он попытается перегнуть палку, я остановлю его первым.
— Эй, адъютант, знай, когда можно вмешиваться в разговор.
— Сейчас я говорю как друг, а не как адъютант. Не нравится — увольняй.
Леонел озорно ухмыльнулся, и Эдгар поднял руки, признавая поражение.
Вот тебе и друг.
Дал ему работу, дал дом, а он теперь разговаривает вот так.
И всё же по-настоящему злиться на него почему-то не получалось.
— Тогда я рассчитываю на тебя. Пожалуйста, присмотри за ним и не позволяй переусердствовать.
— Исполню ваш приказ.
Леонел нарочито торжественно поклонился.
Увидев это, двое остальных невольно улыбнулись.
— Ваше Высочество! Все солдаты готовы! Мы проверили окрестности — случайных прохожих нет, свидетелей тоже!
— Вот как? Хорошо. Сейчас подойду.
После доклада одного из командиров Ариэль вместе с Эдгаром направилась в центр собравшихся солдат.
Площадь действия пространственного камня была ограничена, поэтому воинам пришлось сгрудиться настолько плотно, что бока их лошадей почти соприкасались. Зрелище получилось впечатляющее.
— Бр-р, холодно...! Ветер будто ещё сильнее стал.
— Но там всё равно будет теплее, чем здесь, правда, господин Эдгар?
В отличие от Ариэль, к которой солдатам было немного неловко обращаться, Эдгар поддерживал с ними довольно дружеские отношения.
Поэтому иногда они позволяли себе заговорить с ним вот так.
Кто-то другой мог бы отчитать их за непочтительность, но Эдгар не возражал.
Напротив, подобное обращение давало ему ощущение, что его действительно приняли своим, и скорее радовало, чем раздражало.
Вот и сегодня он пожал плечами и загадочно улыбнулся солдату.
Пусть здесь и было холоднее, но холод поля боя ощущался совсем иначе.
— Кто знает. Нет никаких гарантий, что там будет лучше.
— Да ладно вам, уж всяко лучше, чем в этом ледяном северном краю!
— Очень на это надеюсь.
Как было бы хорошо закончить дело и вернуться, даже не успев толком ощутить настоящий холод битвы.
Желание Эдгара немного отличалось от желания солдата и вскоре унеслось вместе с ветром.
— Всем собраться! Во время переноса может сильно тряхнуть, будьте особенно осторожны!
— Да!
Закончив подготовку, Ариэль кивнула стоявшему рядом мужчине, и после его громкого предупреждения все солдаты стиснули зубы.
Одновременно она влила ману в пространственный камень размером с ладонь, и красная энергия, символизирующая кровь Лобехаймов, окутала всех вокруг.
— Ух, меня сейчас стошнит...!
— Потерпи ещё немного! Ты вообще солдат или кто?!
Всех накрыло ощущением, будто они ехали в экипаже, который трясёт так, словно он вот-вот развалится, и со всех сторон послышались крики.
Но продолжалось это недолго.
Через мгновение огромный отряд, заполнявший целую часть деревни, бесследно исчез.
Так, ещё до рассвета, солдаты дома Лобехайм успешно достигли заранее намеченной позиции на пути к вражескому оплоту — замку дома Бертус.