Когда мечта — калибр

— Не ожидал встретить вас так скоро, Эзвартуз Эзэмаер.

Дружелюбная интонация и слабая улыбка, плясавшая на губах, кидали в холод. Вдруг из щелей между камнями начали с безумной скорость расти колючие тёмно-коричневые лианы. Они моментально заполнили всё пространство вокруг Эза. Он успел только подумать о своём ножечке и о безумно низких шансах на победу, которые светились над кудрявой головой. Лозы мгновенно опутали его с ног до головы.

— Знаете, мистер Эзэмаер, я реально вас недооценил, точнее вашу наглость. Вы решили закрыться влиянием какого-то бизнесмена из нашего мира. находясь при этом в Поднебесье? — начал свой злодейский монолог Гуард. — Вы, словно ребёнок, которому дали пистолет, но забыли сообщить, что он игрушечный.

— Ты забываешь одну вещь!

— И какую же?

— Все аналогии не верны, хех. Я тебе дал время подумать над сделкой, и что теперь? Ты показываешь мне, почему стал главой драэнорцев здесь? Или же... почему не смог стать при Кеоне!

Вдруг выражение лица под чёрными закрученными волосами резко потеряло свою дружелюбность, превратившись в цельный бронзовый слиток.

— Не вам говорить о господине Сандраэле!

— А тогда кому же? Только двум людям удалось пройти сквозь тот злосчастный кратер. И ты в это число не входишь!

Эз понимал, в каком ужасном положении находился. Он раззадоривал оппонента, который мог в любой момент свернуть его шею. В целом, люди, способные как-либо взаимодействовать с органикой, в простом понимании в народе были прозваны друидами, и их силу пока классифицировали как домен Жизни по аналогии с рунами, которые так же делились на несколько доменов. Но большинство друидов не могло работать со своею способностью быстро, а Гуард показывал аналог скорости близкой к световой.

— Я всё ещё не могу понять, как вы с таким интеллектом смогли выжить...

— Да, сложно понять более высокие материи, но ты постарайся, школу же закончил, хех...

Лианы всё сильнее сжимались вокруг шеи Эза. Но пока что его план работал. Постепенно к суматохе начали подтягиваться зеваки. Дышать становилось всё сложнее, но пока это только немного превосходило некоторые пещеры, в которых не везло ему побывать, пока.

— Что ж, хорошо, раз вы не понимаете силу дипломатии, значит мне стоит обратиться к вашей животной стороне и показать силу физическую.

— Да! Сильнее, папочка!

Гуард застыл. План Эза завершился невероятной победой: он пошутил это! Такого отличного момента он не мог найти уже пару лет! А вот что делать дальше понимания пока не было.

— Знаешь, хотел сказать, раз ты спросил, Я встретился в церкви Чёрного Моря с Аэлитой, а там такое было... — теперь пришло время смеяться Эзу, если бы не ещё сильнее сжавшиеся лианы, которые уже почти не давали ему дышать. Руки и ноги перестали чувствоваться из-за отсутствия крови от пережатия.

— Я ей сказал свои подозрения по производителю того наполнителя для бумажечек, которые скручивают те сони по углам, кхех. И знаешь, будет не очень, если сразу после этого я так внезапно умру. Я же хотел спасти наследие великого Кеона! Давай пока вернёмся к дипломатии.

Гуард застыл на одном месте. Было видно, как в его голове крутились шестерёнки. Он, словно неожиданно проигравший в шахматы, переосмыслял последнюю тройку ходов перед матом.

Гуард резко, словно что-то понял, отвёл взгляд в пустоту. Провокации Эзвартуза сработали на него не совсем так, как должны были. Некие мыслительные процессы занимали мучительные секунды удушения. На горизонте показались несколько орт'шельских стражников, одетых в хитиновые доспехи с копьями на перевес.

— Премного уважаемый Эзвартуз, я примерно понял положение дел. Вы очень любите играть на полуправде, это ваш... как там... стиль! Но здесь, где мы пытаемся бороться с Поднебесьем и испытаниями, которые выпали на наши души, мы должны объединиться и совместными усилиями вырвать победу из рук страшной напасти. И как нужно заметить, ваш "стиль" не подходит для работы в команде, к моему превеликому сожалению, поэтому я могу обговорить детали вашего найма отдельно позже, — Гуард разыгрывал роль отца перед толпой, стараясь выглядеть максимально правильно и притворяясь, будто не попался на провокации, глуша их своей заливистой речью. Он понизил голос. — Поймите, господин Эзвартуз Эзэмаер, я за вас вступился там, где обычные люди сгорают в пепел мгновенно, а вы дальше пытаетесь отгрызть мне локоть. Поверьте, вам лучше сейчас остановиться, мне бы не хотелось аннулировать свои же действия.

Эз утвердительно попытался кивнуть. Лианы разошлись, словно их никогда и не было. Почти задушенному человеку было интересно, о чём именно думала не высокая кудрявая голова, но этого он, наверное, никогда не узнает.

— Хорошо, раз теперь ты официально работаешь во фракции Драэнора, то у тебя есть и обязанности соответственно. Через три дня будь добр быть около входа в нашу резиденцию, а сейчас будь свободен.

Эзу пришло ощущение, словно что-то изменилось, будто он вернулся в поток судьбы, из которого пытался вырваться. Или нет... Эз не мог понять, какое мнение имеет на этот счёт.

— Вот талоны на еду. Их как раз хватит до сретверга. А теперь я откланяюсь, — закончил свою тираду Гуард.

Эз остался стоять посреди площади голодный и с отдышкой. На него резко навалилась своим грузом апатия. Опять. Строить какие-то планы в этом месте — себя не уважать. Он вздохнул. Тихие деньки в одиноких тоннелях закончились.

***

Феликс Вент одиноко стоял где-то в серых проходах крупных известняковых залежей далеко за пределами его цитадели, его соратников, его...

— Хаа... — вздохнул он. — Не хочу видеть грызню между драэнорскими псинами. Хотя посмотреть на очередное зависание Гуарда было бы весело. Так и не скажешь, что он умеет думать. Забавно, что только на нём и его решениях вся суверенность и держится. Чёртов легион теней, хорошо там людей обучают.

Апатичные голубые глаза окинули местность. Старенький фонарик лежал в углу и острым лучом разрезал темноту комнаты. Вокруг лежало несколько муравьёв-рабочих, которые умерли, не успев взорваться. Неподалёку виднелись очень свежие следы той парочки, которых Вент отпустил, чтобы встретиться с солдатами: он хотел выпустить пар.

— С другой стороны повезло, что я решил поприсутствовать на суде... Если бы глава Эзэмаеров узнал, что здесь была казнь... то это, наверное, было бы самым безопасным местом, но даже отсутствие выхода не сделало бы абсолютно его драи'кин.

Частые щёлкающие звуки послышались в небольшом отдалении из тёмного прохода. Феликс хрустнул шеей и сделал круговые движения плечами. Его простая белая рубашка болезненно затрещала: большое количество разрезов составили оркестр, словно противостоя доносящимся щелчкам.

Из прохода вырвались один за другим три пятиметровых исполина. Их скорость была сопоставима со скоростью бега обычного человека, но вот импульса хватило, чтобы остановить грузовой поезд или хотя бы сбить его с рельс. Феликс Вент расставил руки, отставил правую ногу назад и поймал два гигантских хитиновых белых жвала, каждое толщиной с человеческую голову.

Прозвучал томный металлический звон, словно произошёл удар по гигантскому многотонному колоколу. Стопы Феликса ушли на несколько сантиметров в мягкий известняк, но на его лице всё так же отражалась лишь апатия. Он вспомнил всю выученную наизусть карту, его планы на развитие базы, после инцидента с Кеоном. И теперь, столько времени спустя почти ничего не было реализовано. Действительность оказалось проще. за пределами базы почти ничего не было, ну банальная пустота тёмных тоннелей.

Феликс повернулся чуть в профиль, таким образом, чтобы его таз был параллельно с жвалами, левую ногу согнул в колене и упер в землю, а правую отвёл назад, замахнулся и, словно ударяя по мечу сделал удар в воздух. левая икроножная мышца напряглась как металлический канат соединяющий гигантский танкер и швартовы. Двухметровый блондин сделал филигранное сальто почти за мгновение, продолжая держать в руках открученную голову муравья-солдата.

На пол он приземлился всё так же с глухим металлическим звоном. Тяжёлая голова чуть перевесила, что заставило отклониться его тело чуть назад. Скрутившись в талии, Феликс Вент размахнулся и кинул голову в одного из оставшейся парочки исполинов. Бросившись к другому, блондин прошёл между членистых лап и, словно седлая лошадь, запрыгнул на спину и чётким ударом правым кулаком пробил стык между телом и головой второго исполина. Жуткий треск разнёсся по пещере.

Остался последний. Он стряхивал с мандибул, застрявшую в них гигантскую голову сородича. В воздухе летал отвратительней кислый запах. Сам Вент после несколько часов зачистки территории был полностью покрыт тоже отвратительно пахнущей, но по-другому жижей. Но ему от этого было ни горячо, ни холодно.

Последний муравей лёг после одного точного хайкика в область груди. После этого что-то изменилось в лице Вента. Тень некого спокойствия и умиротворения промелькнула на секунду. Но потом на него накатили старые воспоминания, и он снова помрачнел. Так же вспомнился приветственный подарок от Эзэмаера: несколько человек погибло от ожогов третьей степени, их не смогли спасти медики. Эту информацию он узнал.

***

Эз смотрел на выписанный ему угол где-то внизу под всем остальным миром. Из мебели была только соломенная кровать да большой валун, заменяющий стол. Воспоминания об оставленном снаружи рюкзаке терзали его душу, если больную спину можно было назвать душой. Аналогии с каталажкой орт'шельцев приходили на ум сами собой. Вдруг в дверь постучали. Хмурый взгляд Эза вбитых глубоко глазниц недовольно посмотрели в сторону выхода. Полоска, заполненная где-то на тридцать процентов, витала в воздухе. В тишине ожидания раздалось буркающие предложение войти. В комнату всунулась голова с сильно тёмно-фиолетовыми волосами.

— Я могу войти?

— Да, конечно, хех.

— Что ж, хотел навестить новичка, которого закинули под моё попечительство, Я — Люциан Сол, командир разведывательного отряда Драэнора, первого опорного пункта имени К. Сандраэла, э... ну бла-бла там дальше в общем. Ты, как мне уже сообщили называешься Эзвартузом Эзэмаером, верно? — Юноша стоял в проходе, чуть по выше самого бледного скелета, сидящего в комнате, одет был в синий угловатый смокинг, похожий на военную форму. Простое лицо без растительности смотрело в серые уставшие глаза. "Пи..." — подумал Эз