Шелест листьев, шум автомобилей, гудки кораблей в портах Грашстиля…
Всего этого сейчас Эз не слышал. Только радостные крики Аэлиты разносились.
Серо-зелёные глаза смотрели в пустоту. Эзвартуз сидел на холодном камне и буравил безучастным взглядом стену.
Всё теперь потеряло смысл. Его мозг сделал быстрый и холодный расчёт, а рот выдал фразу:
— Кто притворялся мёртвым, можете вставать. Всё уже закончилось.
Эз, потянувшись за кристаллом, дал отбой. Его ум уже планировал, как доставить сюда людей. Особенно через берег.
Он хотел не думать об этом. Хотел не думать хотя бы сейчас. Но его мозг просто не мог остановиться. Мысли выстраивались в конструкт, ломались, пересобирались и снова рушились.
Возможно, этот процесс был некой формой эскапизма. Эз силой вырвал себя в реальность.
Эзвартуз встал и начал бродить между телами. Он увидел, как девушка — одна из разведкорпуса — бегала между ранеными и пыталась их латать, как могла. Она являлась редчайшим друидом, который мог повлиять на человеческое тело. Неудивительно, что она одна из пары людей, что могли здесь стоять на ногах.
Серо-зелёные глаза уставились на ярко-фиолетовый столб. Под ним лежал всякий хлам. Внимание зацепилось за несколько рунных предметов.
Внезапно раздался громкий крик:
— Ни в коем случае не приближаться к порталу! Он сломан!
Зэври, задыхаясь, стоял около одного из выходов. Он был весь залит кровью. Его одежда была изрублена и искромсана так, словно он пережил полный цикл переработки мусора. Однако сам он выглядел парадоксально целым.
Эз нахмурился.
— Поясни ситуацию.
— Этот хлам снизу. Присмотритесь…
Эзвартуз Эзэмаер оттянул часть груды в сторону. Под ней лежал мёртвый Форт Аргенти со стеклянным взглядом. Абсолютно целый, но мёртвый.
Рука прошлась по лицу снизу вверх, откидывая каштановую гриву, которая опять закрыла собою часть обзора.
— Я попросил тебя пояснить ситуацию, а не загадки тут загадывать.
— Ха… подожди. Я сюда еле успел добежать.
— А что с тобой случилось?
— Да Марик попытался убить меня уже второй раз.
Эз уже не хотел разбираться, кто, что и зачем тут что-то делал, так что просто промолчал.
— А твоя способность связана с каким-то типом регенерации?
— Знаешь… лучше бы я там реально умер…
— Почему портал не работает?
— Потому что тот, кто конструировал эту систему, не дурак. Ты когда-нибудь видел в новостях, что в нашем мире объявлялись монстры из Поднебесья?
— Нет…
— Ну вот он, самый ответ. Если жемчужина засекает опасную активность во время своей активации рядом, то превращается в многофункциональный шредер. Я об этом знаю только из отчётов… За весь мой стаж было только два таких случая, когда рейдовая группа старалась экстренно эвакуироваться с помощью взятой жемчужины извне.
— То есть таких случаев на самом деле могло быть гораздо больше, а человечество не знает об этом из-за эффекта выжившего?
— Буквально… А из хороших новостей… — Зэври подошёл и похлопал Эза по плечу. — Теперь ты глава базы, поздравляю.
Эзвартуз продолжил смотреть в портал исподлобья. Через некоторое время он всё же разорвал зрительный контакт. Его зубы сжались от предвкушения того, что их хозяин сейчас собирался сделать.
Ноги подошли прямо к Люциану. Точнее, к тому немногому, что от него осталось. Внимание Эза зацепилось за его блокнотик, который выпал, вероятно, в момент полёта.
Костлявые пальцы раскрыли потрёпанные страницы. На одном из первых разворотов была изображена толпа людей.
Их явный лидер выглядел счастливым. Словно был готов ко всему. В нём угадывались сильные восточные корни. Дальше шла угрюмая его копия…
"Сандраэлы…"
Девушка с деревянной палкой. Механик, чьё оснащение выдавало её роль за километр. Других Эз не знал. Поодаль стоял Гуард с каменным лицом, а на противоположной стороне… Пришибленный Вент выглядел как побитая собака.
Эзвартуз сжал зубы.
Затем шли зарисовки базы. Иногда были сцены с людьми с первого разворота. Иногда в зарисовках угадывался сюжет — триумфальное возвращение или напряжение перед отправкой.
Серо-зелёные глаза сузились. Впервые среди десятка людей появилась Ри. Затем шли десятки зарисовок только Ри с разных ракурсов.
Следующим новичком стал Виктор. Человек, которого Эз никогда не видел. Он был большим и сильным. Всем своим видом он кричал, что все вокруг в безопасности…
Затем Эз сразу уловил, в какой момент их напарник покинул этот мир. Несколько страниц были выдраны. Пара — смята, словно рука со всей силы вдавливала карандаш и черкала с такой яростью, что бедная бумага порвалась в нескольких местах.
Резко страницы заполонили котики. Много котиков. Сотни котиков. И все разные. Абсолютно все.
Эз увидел себя. Первого человека за долгое время. Себя со стороны — побитого, но с огнём в глазах, готовым сжигать миры.
Зарисовки их группы и одинокой Ри шли вперемешку.
Резко, на одной из последних страниц, в кадр попали Касс, Виктор Аманта и Аэлита.
"Тогда всё началось…"
Записная книжка постепенно подходила к концу. И на последней странице не было рисунков. Только пара строчек:
«Даю себе слово, что, когда Эз выведет нас отсюда, а я верю, что он сможет, я, Люциан Сол, предложу руку и сердце прекрасной девушке, Ри Валентайн».
Эз закрыл блокнот. Лучше бы он его никогда не открывал. Лучше бы он не хвастался безудержным эго. Лучше бы чтобы его никогда не существовало…
До ушей донёсся звук диалога между падре и Зином. Тот объяснял ситуацию с жемчужиной, а священник внимательно слушал и всё сильнее хмурился.
В гроте раздался маниакальный смех. Не Аэлиты Люмир. Мужской, грубый, раскатистый, переходящий почти в визг, а затем с новым ударом продолжавший раскатываться в пространстве.
"Горы! Да! Горы…"
— Как я мог сразу не догадаться!
"Море, всё же так очевидно!"
— Я был таким слепым… Ха-ха-ха…
Теперь уже бывший стратег Орт’шеля и падре смотрели с удивлением и, вероятно, грустью на человека, окружённого трупами. Они переглянулись.
— Да! Да… ДА! Я понял! Я всё понял. Ну что?! Поднебесье? Считаешь, что ты победило?! ДА… — Эз подавился собственным криком. — Поверь… Зря ты на меня нарвалось. Думаешь, стоишь здесь молча и не отсвечиваешь, и тебя никто не замечает?! Высокого же ты о себе мнения. Ха-ха…
Эзвартуз Эзэмаер рухнул без сознания.
***
Прошло пять дней с того момента, как остатки первой группы вернулись на базу.
По площади ходили радостные новости: "Жемчужина была найдена. Осталось подождать, пока учёные вместе с падре её активируют, и мы сможем отсюда уйти. Они обещали, что это произойдёт примерно за две недели!.."
Эз стоял и молча наблюдал за тихой водной гладью. Вода ударялась об щиколотки его обуви.
К нему тихо подошёл рыжеволосый священник.
— Мы сделали, что ты просил, ты же понимаешь, что это полная ложь? Я не способен починить жемчужину. Никто не способен. Только искать новую…
Эз высокомерно молчал.
— У меня есть план, — резко выдохнул он.
— И что же ты опять придумал? — падре был настроен скептически.
— Знаешь… там… за километры отсюда… Ты напомнил мне, как выглядит солнце. Будничное, обычное солнце, которое каждый день восходит на востоке и заходит на западе…
— Я рад, что смог помочь. В этом моя работа.
— Мои планы… Пока ещё ни один не проваливался.
Падре тихо ответил взглядом. Он не принимал высокомерия, но Эзвартуз Эзэмаер был прав в какой-то степени.
— Хорошо. Я просто доверюсь тебе. Если это сработает, значит, наши молитвы не были напрасны, если нет… то великий Эзвартуз Эзэмаер оказался простым лгуном, — последняя фраза завершилась лёгкой усмешкой.
— Ты как-то резко поменял своё отношение ко мне…
— Ты низверг чудовище из легенд. Как я могу недооценивать человека, что выполнил Божью волю?
Эза скрутило внутри, но он не подал виду.
Площадь гудела.
Не так, как раньше — не нервной, рваной суетой перед очередным рейдом, а по-настоящему… живо. Люди смеялись, кто-то обнимался прямо посреди каменных плит. У ларька с едой выстроилась очередь — и никто не толкался, не матерился сквозь зубы, просто стояли и ждали, переговариваясь, улыбаясь.
Эз шёл сквозь это всё, как сквозь сон.
— Эй! — окликнул его кто-то из толпы. Парень в потрёпанной куртке, с повязкой на руке, но счастливый до ушей. — Ты тот самый! Из второго отряда! Слышал, это вы нашли жемчужину?
Эз остановился. Посмотрел на него. Парень сиял.
— Да, — сказал Эз. Голос прозвучал ровно. — Мы.
Парень хлопнул его по плечу, рассмеялся и побежал дальше — делиться новостью.
Эз пошёл дальше.
Мимо пробежали дети — те, кого закинуло сюда совсем маленькими, кто уже и не помнил другого неба. Они играли в догонялки между взрослых, и никто не кричал на них.
У стены сидела пожилая женщина и плакала.
Эз отвернулся.
Дальше, у входа в штаб Драэнора, толпились разведчики. Те, кто выжил. Их было мало — совсем мало, — но они стояли, обнявшись, и никто не стеснялся слёз. Кто-то заметил Эза, дёрнулся было подойти, но замер, увидев его лицо. Просто кивнул. Эз кивнул в ответ.
На центральной площади, там, где когда-то валялись «сони», теперь стоял импровизированный стол. Аргенти, живого Аргенти, не было — но кто-то другой раздавал еду бесплатно, просто так, и никто не спрашивал талоны.
Эз смотрел на это и чувствовал только пустоту.
Они радовались. Они не знали, что жемчужина сломана. Не знали, что портал — просто красивый фиолетовый столб, за которым ничего нет. Не знали, что Люциан, Ри, Гуард, Вент и десятки других остались там, в муравейнике, чтобы эта радость вообще могла случиться.
Почти сотня человек погибла в другой, отвлекающей группе.
А если и знали — им было всё равно. Главное — надежда. Она снова появилась, и этого хватало.
Маленькая девочка подбежала к Эзу, сунула ему в руку леденец — самодельный, из каких-то местных трав — и убежала, даже не спросив имени.
Эз посмотрел на леденец. Потом на девочку. Потом на площадь.
И впервые за долгое время подумал не о планах, не о расчётах, не о том, кто кого переиграл.
Он подумал: "Вот анекдот случится, если я хоть раз просчитался…"
Он развернулся и пошёл прочь с площади, туда, где было тихо. Туда, где он мог попытаться исправить хотя бы малую часть.
Леденец он так и не съел. Просто сжимал в кулаке, пока тот не растаял.
В рюкзаке было припасов только в одну сторону. Если его план бы не сработал, то возвращаться уже не было бы смысла.
Его одинокие шаги разносились по пещерам. Теперь их эхо не заглушалось голосами или хотя бы другими шагами.
В голове была абсолютная пустота.
Это был уже знакомый путь. Опять грибы, что уже не выглядели как испытания. Опять фиолетовая руна после подъёма. Теперь она была не больше, чем декорация. Ветреный каньон, подъём вверх. Сквозь тьму и километры гранита.
Кубы встретили Эза молчаливой солидарностью. Никто из них не произнёс приветствия.
Подъём был всё столь же утомительным, как и в прошлый раз. Под конец пальцы готовы были отвалиться, но Эзу уже было всё равно на своё тело. Он продолжал идти к своей цели. Цели, что была самой вершиной его путешествия. Его короной. Короной его гения.
Верхние светлые слои были всё столь же чужеродными и непривычными, что и раньше. В них находилось сильно больше охристых и жёлтых пород.
Эз стоял в миллиметре от выхода на поверхность Майхаровых гор. Вдали всё так же виднелся ещё один пик. Мрак и спокойствие пещер тут разбавлялись ветром и небом, но всё равно оставались.
Рука полезла в рюкзак. Пальцы нащупали пластик.
В голове промелькнула забавная мысль:
"Как же много вещей я кидал всё это время куда-то… Может, это и есть моя настоящая способность?.."
Эзвартуз достал бутылку с водой. С водой Чёрного Моря.
"Если я прав… То… "
— Поднебесье! Ты узришь сегодня, что такое "рейни дей" Эзвартуза Эзэмаера!
Эз открутил крышку и бросил бутылку в направлении каменной пустоши.
Только хруст сминающегося пластика огласил округу.
Глаза пристально следили за каждой каплей, что падала на камни и пыль в сумраке.
И ничего.
Ничего не произо…
Гнев. Гнев невероятной силы пронзил сознание Эза. И он не принадлежал ему, словно яростью был пропитан сам воздух.
Громкий гул раскатился между гор. Начался процесс.
Процесс перераспределения фокуса прерогатив очерёдности срабатывания рунноплексов посредством изменения главной передачи инициации.
Красный символ "目" оказался почти везде. Он представлял собою воздух, пыль в воздухе, сам камень, который не был воздухом.
Кубы сжались. Прошёл качественный переход, когда сама структура, бесконечно сжавшись, превратилась в один такой же куб. Из пустоты при сжатии эти структуры бесконечно сжимались и тоже превращались в целые, единичные кубы.
Когда процесс завершился, то вместо синей дымки, что покоилась здесь миллиардами лет, теперь был яркий красный туман, что спускался от центров пиков, в которых руноплексы были настолько плотными, что со стороны казалось, будто они были микрозвёздами.
Эзвартуза Эзэмаера уже не было на том выступе, с которого он кидал бутылку мгновением ранее…