[Год 26, месяц 6: Прошёл 1 месяц]
[Благословлено: 3390 - 19 + 31]
[Отмеченные: 3000 - 3 + 3]
[Помазанные: 1]
[Вы получили 1 уровень.]
[Ваш уровень — 61.]
«Спасибо за подгон, Система, премного благодарен». Просите — и дано будет вам.
Поскольку на обратном пути Сахил заложила приличный крюк, дабы не мозолить глаза дозорным и караванам, у меня образовался солидный запас времени до возвращения чешуйчатой мамаши в Юнити. Хотелось верить, что теперь, когда назойливых загонщиков удалось ссадить на берег за океаном, драконица сможет наконец спокойно пустить корни в городе.
Из ветеранов старых поселений в строю остались считаные единицы — кого-то скосила серая миазма, кто-то лёг костьми при прорывах Вексус, — но Астрид и ближний круг наверняка припомнят чешуйчатую кузнечиху, пусть прежде они и не водили близкой дружбы.
Теперь, когда строительство циклопической твердыни вышло на финишную прямую, моё личное вмешательство требовалось реже, чем когда-либо. Тандем из рунических ассистентов и высокоранговой администрации во главе с Астрид и её смертным штатом работал как часы: с моей стороны требовалось лишь исправно качать ману в несущие контуры мегаполиса.
«Даже дико как-то остаться без вороха срочных дел. Обычно меня с головой накрывает лавина сиюминутных, но жизненно важных задач… хм». Я мысленно пожал плечами: «Стало быть, появилось раздолье для полевых изысканий в пустыне… Да и апгрейд навыка подоспел весьма интригующий».
Вместе с новым системным уровнем способность [Эфирная сеть] претерпела качественную эволюцию: в реестре доступных конструкций прописался специализированный исследовательский обелиск — штука, с которой мне сталкиваться ещё не доводилось. «Особые малые столпы я уже ставил, но вот улучшенных версий магистральных монолитов пока не видал. Что ж, одной загадкой меньше».
Сомневаться в том, что научный обелиск предназначен ровно для того, о чём кричит его название, не приходилось, и я не откладывая в долгий ящик материализовал опытный образец в домашнем секторе. Внешне монолит почти не отличался от собратьев: всё та же циклопическая стела из глухого чёрного базальта, разве что световой поток от выбитых рун бил в разы яростнее обычного. И хотя агрегат жрал ману с аппетитом взрослого осадного орудия, роптать на прожорливость я не стал: едва контур замкнулся, в моё сознание хлынул поток данных.
Чистая, концентрированная информация.
Благодаря круглосуточно активной [Зоне влияния] я и без того держал под колпаком каждый миллиметр подконтрольной территории, фиксируя любое движение вплоть до броуновского танца микроорганизмов и пылинок. Чёрт возьми, именно благодаря этой чувствительности я в своё время разложил на фракции споры пчелиной матки и грибного улья! И всё же, как выяснилось, до истинного понимания мне было далеко.
Новый узел не добавлял новых «глаз», но колоссально углублял резкость уже имеющейся картинки, выводя интуитивное понимание среды на принципиально иной уровень. Эфирные трассы в небесах проступили рельефнее; тонкие потоки энергий обнажили внутренние плетения, а следовые примеси специализированной маны — будь то дыхание мороза в зимнюю пору или сырая взвесь перед грозовым шквалом — раскладывались на составляющие в реальном времени.
«Метеорологическая станция, — резюмировал я. — Чистый полевой радар». Земные метеовышки занимались ровно тем же: замеряли розу ветров, давление и влажность — параметры, которые и так присутствовали в воздухе, но в систематизированном виде давали ключ к прогнозированию стихий. «Хотя подозреваю, потенциал этой штуковины куда шире банального барометра. Кодекс будет визжать от восторга… да и Ваэлен оценит: любому уважающему себя исследователю качественная телеметрия греет душу лучше доброго эля».
Не видя причин экономить, я растыкал ещё несколько исследовательских пилонов по ключевым точкам домена, не забыв воткнуть один прямо посреди восточных барханов.
Поскольку моё присутствие на чужом континенте пока держалось на тонкой ниточке, научный пост помог резко навести фокус, позволив провести экспресс-анализ абсолютно чужеродного биома.
Увы, источник глубинных тектонических вибраций локализовать так и не удалось, но я не стал посыпать голову песком, сосредоточившись на том, что поддавалось замерам. А именно — на фоновом эфире. В отличие от отвоёванных у мора равнин Юга, здешнее магическое поле не текло плавными руслами. Привычные стабильные течения сменились чем-то вроде колоссального прилива: мерные, титанические волны маны с гулом накатывали с горизонта широким фронтом, чтобы спустя пару минут плавно отхлынуть назад.
«У этих пульсаций явно есть единый эпицентр… аккурат в стороне Священного города». Совершить этот логический кульбит было проще простого. Сердце Диких земель непрерывно генерировало ману; стеклянные дюны вокруг бездонного кратера, над которым парил Рошлим, славились схожей плотностью фона, накачивая энергией всю округу.
Благодаря тому, что эфир накатывал сплошными приливными валами, поле держалось абсолютно однородным, закономерно набирая мощь по мере приближения к источнику. Даже когда я жадно зачерпывал ману из атмосферы полными пригоршнями, просадка держалась от силы пару минут, после чего очередной приливной вал мгновенно восстанавливал статус-кво.
«Удобно, чёрт возьми. Если припрёт с дефицитом маны — я знаю, где развернуть насосы: идеальная точка для откачки». А поскольку дополнительный резерв лишним никогда не бывал, я принялся жадно цедить местный фон без малейших зазрений совести. «Экологический баланс чужого континента меня волнует в последнюю очередь: земля не моя, так что переживать за последствия пусть местные клирики будут». Лицемерно, конечно, спорить не стану — но на данном этапе чужие беды меня не касались ни капли.
Раз уж я вовсю мародёрствовал в эфирном поле Восточного континента, откладывать разведку в долгий ящик смысла не имело: самое время наладить слежку за аборигенами.
После эволюции сети дефицит монолитов мне больше не грозил, и цепочка обсидиановых столпов змейкой поползла по золотистым барханам на север, послушно погружаясь в зыбучие пески под собственным весом.
[Год 26, месяц 7: Прошёл 1 месяц]
[Благословлено: 3402 - 15 + 23]
[Отмеченные: 3000 - 2 + 2]
[Помазанные: 1]
Сахил успела тютелька в тютельку: ввалилась в подземный ангар ровно в тот момент, когда скорлупа в гнезде пошла трещинами и заходила ходуном. Сказать, что паника на чешуйчатой физиономии молодой матери выглядела умилительно — значит соврать: не проникнуться сочувствием к мечущейся исполинской рептилии было физически невозможно.
Вопреки моим ожиданиям, вылупившаяся молодь ничем не напоминала грозную родительницу: ни кожистых перепонок, ни бронированных пластин, считавшихся визитной карточкой драконьего племени, у них не наблюдалось. Перед нами копошились два слепых розоватых комочка голой плоти с крошечными культями на лопатках, где со временем должны были пробиться крылья.
«Теперь понятно, почему она так панически боялась загонщиков: эти личинки не то что улететь — мухи обидеть не способны». Впрочем, глядя, как пара чешуйчатых головастиков неуклюже карабкается по мощным лапам матери в поисках тепла, я спешно скорректировал вывод: «Беру слова назад. Убить они способны. Чистым, незамутнённым концентрированным умилением».
Я отрядил бригаду хозяйственных големов бесперебойно таскать провизию для растущего семейства — пускай эта троица и умудрялась сжирать месячный рацион среднего взвода за один присест. Голодный дракон под боком — перспектива куда более жуткая, чем брешь в продовольственных запасах.
Помимо пополнения в чешуйчатом семействе, Кодекс выдал очередное рацпредложение по аккумуляторам, нарастив плотность упаковки эфира; Астрид привычно крутила шестерни городской бюрократии, а остальные просто наслаждались мирными деньками.
А чем был занят великий каменный владыка? Втыкал в песок столбы. Ага, захватывающее зрелище, не правда ли?
[Год 26, месяц 9: Прошло 2 месяца]
[Благословлено: 3410 - 30 + 58]
[Отмеченные: 3000 - 8 + 8]
[Помазанные: 1]
На этом этапе я наконец проникся всей глубиной мудрости одного не самого дальновидного земного джедая: песок действительно был грубым, жестким, неприятным и лез буквально во все щели.
С другой стороны, дистанция до цели уверенно сокращалась: от точки высадки до священного полиса оставалось от силы пара десятков километров. Пара пустяков, казалось бы?
Как бы не так. Те самые приливные волны маны, что так щедро питали мои накопители, по мере приближения к кратеру наливались чудовищной кинетической мощью, порождая неожиданную проблему. Всякий раз, стоило мне призвать свежий обелиск, поле влияния разворачивалось с задержкой — процесс экспансии никогда не был мгновенным. Раньше я этой заминки попросту не замечал, но здесь каждый накатывающий вал арканы ощутимо бил по куполу, продавливая границы внутрь и удерживая сеть в состоянии перманентного сдавливания. Не смертельно, но продвижение тормозило знатно.
«Придётся поднять лимиты маны на стабилизацию опорных узлов. Пока вокруг бурлит океан халявной энергии — не критично, но темпы проходки просели в разы».
В песке начали попадаться острые, микроскопические осколки зелёного стекла — сущий ад для любого существа из плоти и крови, но для меня — верный знак того, что курс взят правильный. Я бы вышел к стенам Рошлима в считаные дни, если бы не внезапный толчок где-то глубоко на периферии сознания.
Ощущение беды. Смутная, липкая дурнота, сдавившая метафизические внутренности.
Секунду спустя в ментальный канал в панике попыталась пробиться Метида — но прежде чем ассистентка успела вымолвить хоть слово, глухие подземные взрывы разорвали покой Юнити.
Моего города.