Глава 39: Теологическая академия (1)
Димонаас закричала. Она выглядела так, словно мгновенно протрезвела:
— Нет!
— Да ладно тебе, в этом мире нет ничего, от чего стоило бы так категорично отказываться.
— Нет! Я сказала «нет»! Ты хоть представляешь, о чем вообще просишь?!
Она жадно припала к бутылке, словно пытаясь вернуть мгновенно улетучившийся хмель.
Воцарилось долгое молчание. Димонаас молча полоскала горло алкоголем, после чего тяжело вздохнула:
— ...Ладно, слушай. Давай я разложу тебе все по полочкам. Ты явно не понимаешь всей серьезности ситуации, так что я объясню все максимально доступным языком.
Димонаас вытащила чистый лист бумаги и принялась что-то быстро набрасывать пером.
— Церковь Бога Солнца — то, что люди называют Культом Ра, — состоит из одной главной фракции и четырех независимых организаций. Главная фракция — это, по сути, стандартная иерархия во главе с Его Святейшеством Папой. Ее также называют Папской курией. Сейчас архиепископ Дуэйн держит ее в железной хватке. Можно сказать, она и есть сама Церковь Бога Солнца.
Она провела небрежную линию поперек листа.
— Остальные четыре — это независимо управляемые структуры. Вместо того чтобы подчиняться напрямую Папской курии, они берут у нее заказы, не ввязываясь в политические интриги. Считай это сделкой: мы держимся в стороне от грязных политических игр верхушки в обмен на автономию.
— Что это за организации?
— Во-первых... вот. Следственный отдел Инквизиции. Мы отвечаем за суд над еретиками, а иногда выполняем работу за других паладинов. В последнее время чаще происходит второе. Поскольку влияние религии ослабло, само понятие ереси изрядно размылось.
— А остальные?
— Еще одна — Девы Дня. Личная военная сила Папы. Туда берут далеко не каждого, только элиту из элит. Ходят слухи, что двое или трое из них могут на равных сражаться с настоящим Апостолом. Но какими бы опасными они ни были, они не сдвинутся с места, пока под угрозой не окажется сам Его Святейшество. Так, посмотрим... еще одна называется «Часы Ночи» — коммерческая организация. Она управляет большей частью финансовых потоков Церкви Бога Солнца. По сути, это крупный торговый конгломерат, состоящий из десятков мелких компаний. Даже когда в Церкви вспыхивают внутренние распри, они никогда не несут убытков.
Димонаас провела последнюю линию.
— И последняя — Отдел исполнения наказаний. Он занимается еретиками и предателями. Поскольку там содержатся опаснейшие преступники, их военная мощь не уступает нашей Инквизиции. К тому же эта контора полностью оправдывает звание независимой организации — они упрямо отказываются подчиняться чьим-либо приказам. Физически они находятся далеко от главного штаба культа, так что вмешательства в их дела почти нет.
— Хм...
— Вот именно. А теперь вопрос. Мы ведь независимая организация, верно? Так почему, по-твоему, я так не хочу тебя принимать?
Что ж, это довольно очевидно, если просто сопоставить факты:
— Ты сама сказала, что вы берете у них заказы. Даже если вы называете себя независимыми, полностью разорвать связи невозможно. В конце концов, вы все еще часть Церкви Бога Солнца — так не потому ли, что вы все равно зависите от влияния Папской курии?
— Именно. «Независимая организация» — это просто вывеска. На деле мы ничем не отличаемся от подчиненных. Нам якобы предоставляют определенную автономию, но... в конечном счете нам приходится плясать под их дудку.
Лицо Димонаас резко помрачнело:
— К тому же у архиепископа Дуэйна с нашей Инквизицией натянутые отношения.
— Почему?
— Да без особой причины. Честно говоря, архиепископ Дуэйн умен и силен, но человек он гнилой. Если судить чисто по его поступкам, он сам ничем не отличается от еретика. Я бы с радостью упекла его за решетку, но он слишком влиятельная фигура, чтобы к нему подступиться. И вдобавок ко всему...
Димонаас тяжело выдохнула:
— Я ведь не единственный Великий инквизитор. Всего нас пятеро... и трое из них уже пляшут под дудку архиепископа Дуэйна. Понимаешь? Враги повсюду: и снаружи, и внутри. Единственная причина, по которой за мной сейчас не следят слишком пристально, — это то, что я отлично выполняю свою работу... Но когда я вижу, как эти продажные ублюдки тычут в меня пальцами, называя некомпетентной и высокомерной, мне просто хочется их придушить... Ха-а-а...
— И какой из этого вывод?
— Я и так хожу по тонкому льду в отношениях с верхушкой, а если приму тебя, это будет равносильно объявлению открытой войны архиепископу Дуэйну. Знаешь, что тогда произойдет?
Димонаас приподняла бутылку:
— Мало того что на меня повесят всю самую грязную и неблагодарную работу... так еще и все мои подчиненные инквизиторы окажутся под ударом. Им и так приходится несладко из-за жуткой нехватки людей... а ты хочешь, чтобы я собственноручно загнала их в смертельную ловушку? Да ну к черту. Я лучше сама повешусь.
— Не думал, что ты так заботишься о своих людях.
— Слышь, жить надоело? Я просто забочусь о тех, кто за мной идет. В конце концов, вся эта политика сводится лишь к защите того, что имеешь.
Проблема действительно существовала. Если я вступлю в ряды инквизиторов обычным рядовым, архиепископ Дуэйн явно будет вставлять мне палки в колеса на каждом шагу.
Но для меня это все равно оставалось лучшим вариантом. Димонаас, с которой я уже успел сойтись, не выставит меня за дверь. К тому же служба инквизитором позволит мне быстро заработать необходимый авторитет и заслуги.
Поскольку сейчас самым важным было вовремя попасть в Академию, этот путь оставался самым быстрым, если не считать полного выхода из культа. Да и к тому же — пытаться покинуть культ, когда я еще даже не накопил достаточной силы?
Стоило мне применить Святую силу за пределами Церкви, как меня тут же объявили бы еретиком — беглым отступником, использующим Святую силу Ра. В итоге я мог оказаться врагом Димонаас. А сильный союзник доставляет куда больше хлопот, когда оборачивается против тебя.
В конечном счете остаться здесь было лучшим решением.
Я протянул руку и забрал у нее бутылку. Лицо Димонаас тут же перекосило от недовольства:
— Верни выпивку.
— Зачем пить в одиночку? Давай выпьем вместе.
— У меня нет ни малейшего желания пить на равных с малолеткой. Если что-то не нравится, возвращайся через год, когда подрастешь.
— Великий инквизитор Димонаас.
Я понизил голос. Димонаас тут же зажала уши ладонями:
— Ничего не слышу! Ничего не слышу! И не надо так понижать голос, на меня это не подействует.
— Я ведь еще даже ничего не сказал.
— Раадатук мне все рассказал. Сказал, у тебя язык как у змеи. Что ты своими сладкими речами заставил два культа заключить временное перемирие — так с какой стати мне тебя слушать? Ты ведь сейчас попытаешься меня переубедить, верно?
— Ну, вообще-то да...
— Слушай сюда. Скажу прямо, — Димонаас выхватила бутылку из моей руки. — Принять тебя — это огромный риск. Возможно, используя свое влияние, я бы и смогла как-то это уладить, но это все равно что собственноручно растоптать свое и без того туманное будущее. Так что нет. Я не хочу тебя брать.
Я молча смотрел на Димонаас. Это был самый быстрый путь, но далеко не единственный.
С самого начала я был уверен, что смогу выжить под началом архиепископа Дуэйна. И то, что я все равно выбрал ее, объяснялось исключительно ее личными качествами.
Я задал вопрос, желая проверить, совпадает ли реальность с игрой:
— Великий инквизитор Димонаас.
— Что еще?
— Почему Великий инквизитор Димонаас не принимает взятки, которые предлагает архиепископ Дуэйн?
— ......
Димонаас сделала большой глоток, осушив бутылку до последней капли:
— ...Если бы я их брала, то пила бы сейчас алкоголь куда лучшего качества, чем это пойло.
— Тогда почему не берешь?
— А сам как думаешь? — Димонаас сердито уставилась на меня. — Это последние крохи совести, которые у меня остались как у служительницы Церкви. Доволен?
— ...Пф-ф.
Что ж, она совсем не изменилась.
Из тех людей, которые никогда не предадут, если однажды доверят тебе свою спину. Идеально.
Если уж выбирать того, кто будет стоять с тобой плечом к плечу, нужно делать это с умом. То, что человек силен и умен, еще не делает его хорошим. Мир устроен иначе.
— Чего ты лыбишься?
— Великий инквизитор Димонаас, как насчет пари?
— Нет.
— Да ты просто выслушай.
— Ля-ля-ля-ля. Ничего не слышу. Ничего не слышу. И слушать не собираюсь.
— Да ничего особенного — как насчет того, чтобы дать мне один шанс?
— ...Что? — Димонаас удивленно моргнула.
Я ухмыльнулся:
— Твои подчиненные инквизиторы ведь наверняка в курсе ситуации? Так вот, я предлагаю: объясни им все как есть и спроси, согласны ли они на мое вступление. Что скажешь?
— ......? — Димонаас наклонила голову набок, искренне недоумевая. — И ты думаешь, это сработает? Мои подчиненные — не дети... В нынешней ситуации разумным выбором, очевидно, будет отказ... Они не станут рисковать жизнями только потому, что задолжали тебе услугу, они не настолько высокого мнения о тебе, чтобы...
— Я прошу всего об одном шансе. Сама ведь понимаешь. Если меня отсюда вышвырнут, мне идти некуда. Хнык-хнык. Архиепископ Дуэйн меня до смерти пугает. Он же мне башку снесет. О нет... Я умру... Человек, спасший Раадатука, погибнет в одиночестве, даже не успев дать отпор...
— ...Да чтоб тебя! — Димонаас сорвалась. — Я спрошу их! И все! На этом точка! Понял?!
Меня это вполне устраивало.
Что ж, для меня игра уже была выиграна.
«Тебе не понять, ведь ты только слышала об этом. О том, что произошло там, внутри!»
«Каждый из них теперь на моей стороне!»
— Хе-хе-хе.
— Боже, как же мне хочется врезать по этой довольной роже.
◇ ◇ ◇
Димонаас вернулась два дня спустя:
— Нет, серьезно?! Ты вообще кто такой?!
Обращение на «вы» испарилось без следа. Я не спеша потягивал чай:
— Что случилось?
— Это... это какая-то шутка... Что ты вообще с ними сделал?!
— Может, они прониклись моей искренностью?
— Аргх, серьезно?! — Димонаас прижала ладонь ко лбу и с силой провела ею по лицу. — ...Ты оказался прав. Каждый инквизитор, работавший с тобой, проголосовал «за».
— А что сказал Раадатук?
— Раадатук... тоже проголосовал «за». Из всех людей именно этот похожий на медведя детина, который заботится обо мне больше всех, проголосовал за то, чтобы принять тебя. Вы что, связаны какой-то клятвой верности? А?!
— Не то чтобы клятвой верности, скорее они просто знают.
— Знают что?
— Что если следовать за мной... — я очертил пальцем круг в воздухе, — ...то это принесет свои плоды.
— ...А-А-А-РГХ!!! Если бы я знала, что все так обернется, мне следовало самой отправиться в то логово с демоном-глазом..! Из-за того, что я не видела всего своими глазами, я понятия не имею, что там на самом деле произошло!
Димонаас принялась методично биться головой о письменный стол. С ее характером мысль о том, что она лично не убедилась, заслуживаю ли я доверия и стою ли таких вложений, причиняла ей настоящие мучения.
По сути, она являлась лидером своего отряда. Ей приходилось быть осторожной, ведь она не могла бездумно подвергать людей опасности.
К тому же она не принадлежала к числу тех, кто полагается лишь на чужие слова. Она привыкла действовать только после того, как увидит все собственными глазами.
— Великий инквизитор Димонаас.
— Что еще?!
— Ну так что? Мы ведь заключили пари, верно?
— Шанс?! Ах, точно! Тот самый шанс!
— Только не говори мне, что собираешься нарушить свое слово...
— Еще чего! Я Димонаас! Великий инквизитор!
— Я знал, что на тебя можно положиться.
— Угх! Серьезно! Подвинься! — Димонаас бесцеремонно уселась на мою кровать и сунула мне под нос стопку документов. — Подпиши это!
— Что это?
— Тебя официально рукоположили в жрецы, но твое обучение еще не завершено, верно? Поэтому я от своего имени устроила так, чтобы тебя зачислили напрямую в Теологическую академию при Папской курии.
— Ты хочешь отправить меня за парту, когда у меня каждая минута на счету?
— В любом случае тебе светит только ускоренный курс. Случаи, подобные твоему — когда жрецом становятся вот так, — крайне редки, поэтому архиепископ Дуэйн сократил срок обучения до одного месяца. Специальные инструкторы будут гонять тебя день и ночь без отдыха. Он наверняка планирует поскорее протащить тебя через официальное рукоположение, просто чтобы потом превратить твою жизнь в сущий ад. — Димонаас протянула мне перо. — Подпиши здесь, и тогда я озвучу свои условия.
— А нельзя сначала рассказать?
— Просто подпиши. Чтобы не делать тебя полноценным жрецом прямо сейчас, мне пришлось извернуться и найти весомый предлог, чтобы выбить для тебя этот дополнительный месяц. Вот ради чего все это.
Я подписал не колеблясь. Мне действительно хотелось улучшить свои навыки. Священных искусств, которые стоило изучить, хватало с избытком, так что наведаться в Академию было отличной идеей.
— Держи.
— Отлично. Мое условие предельно простое, — она протянула мне еще один лист бумаги. — Ты будешь изучать в общей сложности двенадцать предметов. И по каждому из них ты должен получить такие оценки, чтобы все инструкторы остались в полном восторге.
— Без проблем. Это проще простого.
— Я знаю, это звучит невыполнимо, но тебе нужно хотя бы... Что? Что ты только что сказал?
— Это не так уж сложно. Скорее, твое условие даже слишком легкое, нет?
Работать головой — что ж, в этом я всегда был хорош. Запоминать информацию и вовремя воспроизводить ее я умел отлично еще в прошлой жизни.
А уж о практической стороне и говорить нечего. Чисто по уровню боевой мощи я уже находился на уровне епископа. Я был уверен, что не проиграю ни в одном поединке. Изучение различных высокоранговых священных искусств сделало бы задачу еще проще, но я вполне справлюсь и с тем, что имею.
А изучение новых священных искусств?
Да это вообще моя главная специальность!
Лицо Димонаас снова скривилось:
— По-моему, ты глубоко заблуждаешься... Это вовсе не так просто, ясно? Тебе, по сути, придется усвоить двухлетний объем знаний за один присест. Ты хоть понимаешь это? И по всем предметам нужно получить высший балл. Круглые пятерки с плюсом — вот планка, которую я перед тобой ставлю.
— Я могу позволить себе даже немного побездельничать и все равно справлюсь.
— ...И откуда только берется эта самоуверенность? Ты всего лишь послушник. Каким бы талантливым ты ни был, всему есть предел.
— Вообще-то я Апостол.
— Да будь ты хоть трижды Апостолом, вся разница сводится лишь к общему объему Святой силы. К забиванию головы знаниями это не имеет никакого отношения.
— Сама увидишь, — я мельком взглянул на Димонаас. — Если я сдам все экзамены, ты примешь меня?
— ...Аха-ха. Ну попробуй. Даже у меня, которую все называли гением, на это ушло полгода — а ты называешь это легкой прогулкой? Мне прямо интересно посмотреть, что будет через месяц. Как с твоей самодовольной физиономии сползет эта спесь.
— Мне тоже безумно интересно, Великий инквизитор Димонаас, какое выражение лица будет у тебя через месяц.
— ...Ровно через месяц. Сюда же. Я вернусь.
— И не забудь прихватить с собой приказ о моем назначении. Сама понимаешь, о чем я.
Димонаас зарычала, став похожей на разозленную кошку:
— Предупреждаю сразу! Если провалишься — на этом все кончено! Я и пальцем ради тебя не пошевелю, так что даже не надейся! И учти, я и так уже фактически ввязалась в драку с архиепископом Дуэйном! Я уже взяла на себя все возможные риски!
— Да-да, конечно. Можешь идти. Мне нужно учиться, так что провожать не буду.
— Угх, серьезно! Ты никогда не даешь мне оставить последнее слово за собой!
Я сладко потянулся, издав долгий зевок. Что ж, приступим.
Все предметы на высший балл?
Проще простого. Раз плюнуть. Я разнесу эти экзамены в пух и прах! Ведь все это, в конце концов...
...материал, который я уже досконально изучил, когда играл в эту игру!
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos