Глава 14: Беверик (3)
Его ударили.
Какой-то грязный ублюдок, взявшийся из ниоткуда!
Беверик пошатнулся. Возможно, дело было в эффекте неожиданности, но удар оказался сильнее, чем он ожидал, и пострадавшая щека вспыхнула яростным румянцем.
Какого...
Это была не просто пощечина.
— Ах ты, говнюк мелкий!
Он тут же замахнулся, но стоявший перед ним мальчишка уклонился, лишь слегка повернув голову.
О. Так вот оно что.
Припрятал козырь в рукаве, значит?
Беверик засучил рукав, окончательно растеряв остатки хорошего настроения. Он был так близок к тому, чтобы наконец-то вкусить желаемое, и тут это вмешательство в самый неподходящий момент.
Его гнев перешагнул точку невозврата. Ему нужно было сломать этому ублюдку как минимум одну конечность, чтобы хоть немного успокоиться.
А затем он заберет то, за чем пришел. Беверик перевел взгляд на Айрин.
Цветок на краю обрыва.
Он потратил целый год, чтобы полностью овладеть ею, и был уже на самом пороге...!
Похоть захлестнула его, а ярость вспыхнула еще сильнее и неистовее.
— Я убью тебя!
Послушник из главного штаба Культа. Беверик происходил из набожной семьи — его отец был Епископом.
Естественно, его с детства воспитывали в вере, и он даже унаследовал Священную Стигму от своего отца-Епископа.
Пусть Стигма и была дарованной, но заключенная в ней сила была настоящей. Он служил Ра и за годы регулярных подношений и молитв тоже научился управлять Святой силой.
Силой, которой владели только жрецы этого мира. Святая сила, закружившаяся в руке Беверика, воспламенилась и превратилась в яркий огонь.
— Я сожгу тебя до костей!
Это было пламя. Оно обжигало. Любой разумный человек испугался бы.
Но, как ни странно, стоявший перед ним мальчишка даже в лице не изменился. Его еще не обжигало, поэтому он просто не знал, что нужно бояться.
То, что Беверик держал в руке, было горячим. Достаточно горячим, чтобы прожечь человеческую кожу и повредить плоть под ней.
Беверик был уверен, что преимущество на его стороне.
Исход этого боя был очевиден. Едва прибывший послушник никак не мог владеть священными искусствами.
Он ни капли не сомневался, что сможет начисто сжечь всю кожу с лица этого послушника.
Но.
И все же. Все должно было пройти именно так.
— ...Эй. Что за бред? Послушник из главного штаба, а все, на что ты способен, это [Тлеющее пламя]? Да оно же почти не греет.
Его протянутую руку перехватили, и пламя погасло. Стоявший перед ним мальчишка, который был на целую голову ниже, скучающе вздохнул.
Зажатая в тиски рука не двигалась. Как бы сильно Беверик ни дергался, она не сдвинулась ни на миллиметр.
Казалось, будто его руку сжал хищник совершенно иного порядка.
— Я понял это еще в тот момент, когда ты начал сходить с ума по женщинам... эх... черт...
[Тлеющее пламя] в руке Беверика окончательно погасло, поглощенное в одно мгновение.
Прямо перед ним расцвело куда более мощное пламя. Почувствовав отчетливый жар, поднимающийся от кончиков пальцев, Беверик от удивления приоткрыл рот.
— Это ведь не все, на что ты способен? Верно?
В руке мальчишки полыхало [Тлеющее пламя].
Словно сам огонь Ра — жар, пылающий глубоким, яростным багрянцем.
— Покажи мне все, что у тебя есть, если хочешь прожить хотя бы на секунду дольше.
. . .
Раз уж я начал, то подумал, что с него можно выжать еще немного...
— Ах ты, сукин...!
Беверик беспорядочно замахал руками передо мной.
Никакой дисциплины в движениях, да и выдающейся Святой силы тоже не наблюдалось.
Священные искусства, которые ему удавалось использовать, я перерос уже очень давно. А ведь я слышал, что он пробыл послушником приличное время...
Этот парень просто круглый дурак, верно? У него даже нет священных искусств, которые стоило бы украсть!
— Ах ты, уб... уб...
Он даже не смог закончить оскорбление, лишь тяжело хватая ртом воздух. Ноги его подкосились, и он рухнул от крайнего истощения.
Выносливость на нуле, в голове абсолютная пустота...
Будущее Культа выглядит довольно мрачно. И это сын Епископа?
Наверное, его просто сослали сюда из-за полной бесполезности, не так ли?
— Эй.
Я толкнул его ногой. В ответ полетел слабый кулак, движения которого были настолько медленными, что вызывали лишь жалость.
Я даже не стал его ловить — просто отступил в сторону и пнул его в челюсть, уложив на лопатки.
— На что именно ты рассчитывал, когда устраивал все это? М-м?
— Т-ты думаешь, тебе это сойдет с рук...
— Не умеешь оценивать обстановку? Кто из нас двоих сейчас выглядит так, будто ему ничего не сойдет с рук?
Я с силой наступил ему на грудь. Хрипящий Беверик широко раскрыл глаза, после чего повернул голову и протянул руку к застывшей на месте Айрин.
— П-помоги...
Айрин вздрогнула. Она подбежала ко мне и схватила за плечо.
— Т-ты не можешь так поступать!
— Почему это?
— У Беверика есть связи с Епископом в главном штабе Культа! Если ты сделаешь это, то никогда не сможешь туда попасть! К тому же, если они пришлют инспектора из штаба...!
— Хе-хе...
Плечи Беверика затряслись. Все еще прижатый моей ногой к земле, он посмотрел на меня снизу вверх.
— С-слышал? Ты, тупой кусок... уберешь ногу прямо сейчас? Если ты отступишь, я...
— Отступлю и что?
— П-прощу...
— Простиииииишь?
Я перенес вес на ногу, заставив Беверика забиться в хрипе.
— Ты только что сказал «прощу»? М-м?
— П-прощу...!
— Скажи это еще раз. Ну же. Простишь? Простииишь?
— Д-давай сделаем вид, что этого никогда не...!
— Сделаем вид, что этого никоооогда не было?!
— Ничего не произошло...!
— Ничего не произошло?!
— Ч-что ты хочешь, чтобы я сказал?!
— Что я хочу, чтобы ты сказал?
Я усмехнулся. Раз уж мужчина достал меч, ему стоит что-нибудь отсечь.
И раз уж я вмешался, меньшее, что я мог сделать, это переломать каждую косточку в теле этого ублюдка, верно?
— Моли о пощаде!
— П-прости меня...!
— Слишком поздно!
Я вздернул его вверх и с силой впечатал лицом прямо в окно.
— ХРЯСЬ!
— А-А-А-А-АХ!
Айрин вздрогнула от этого хриплого стона.
— К-как ты планируешь справляться с последствиями?!
— Сонбэ-ним. Раз уж все к этому пришло, давай будем честны.
Глаза Беверика уже закатились. Айрин вздрогнула при виде его лица.
— Ч-что ты имеешь в виду?
— Если честно, неужели тебе не хочется его ударить? Я терпел его всего около двух недель, а ты сносила это больше года, не считая твоего паломничества.
— .......
— Да ладно тебе. Все равно мы уже зашли так далеко...
Я небрежно протянул ей зажатые в кулаке волосы Беверика.
И одарил ее своей самой лучезарной улыбкой.
— Это подарок, сонбэ-ним.
— .......
Айрин осторожно перехватила волосы Беверика. Она переводила взгляд с меня на него, словно безмолвно спрашивая, действительно ли все в порядке.
Ей все еще нужно небольшое напутствие.
Я накрыл ее ладонь своей рукой и без лишних слов...
...впечатал лицо Беверика в уцелевшее окно рядом с нами.
— ХРЯСЬ!
— А-А-А-А-АХ!
— Вот так, сонбэ-ним. Каково это?
— Э-это неправильно...
— Но ты ведь уже сделала это, верно? И к тому же, посмотри на его физиономию...
Я с наигранной жалостью погладил Беверика по лицу.
— Так и просит кирпича. Не находишь?
— ......
— Неужели ты действительно хочешь закончить на этом? Ведь нет же? Ты знаешь это не хуже меня. Мы оба через многое прошли, но ты натерпелась в разы больше моего, в десятки раз больше. Неужели ты действительно отпустишь эту напрашивающуюся на удар рожу просто так?
— Н-но он же может умереть...!
— Сонбэ-ним. Куда подевалась твоя былая дотошность и осмотрительность? Мы ведь жрецы. Пусть пока и послушники, но все же жре-цы.
Я демонстративно призвал свою Святую силу.
— Разве жрец позволит кому-то умереть?
При виде исцеляющей силы, заструившейся в моих руках, выражение лица Айрин изменилось.
— ...Если посмотреть на это с такой стороны.
Что-то пробуждалось внутри Айрин.
— Раз уж он на самом деле не «умрет»... полагаю, можно еще немного.
— Я обеспечу полную поддержку и возьму на себя ответственность за жизнь послушника Беверика.
— Спасибо тебе, хубэ-ним.
С видом человека, решившего просто плыть по течению, Айрин впервые искренне и ярко улыбнулась.
Она прижала лицо Беверика к каменной стене и протащила его вниз.
— Какой чудесный подарок!
Мы провели всю ночь, перемещаясь с места на место и втирая лицо Беверика в каждую поверхность, которую только могли найти.
Время от времени Беверик приходил в себя и испускал истошные вопли, но это были уже его проблемы.
Ему не следовало устраивать ту глупость, если он не хотел подобного исхода.
Карма — прекрасная штука.
. . .
— Аха-ха!
Айрин рассмеялась. Ей было хорошо. Чувствовала ли она себя когда-нибудь настолько прекрасно? Это было похоже на то, как если бы гнилой зуб наконец-то вырвали, а на его месте уже рос новый.
Она отбросила Беверика в сторону. Тот рухнул лицом в грязь и покатился по земле.
Он продолжал дергаться, настолько напоминая насекомое, что Айрин для верности пнула его под зад.
Так вот как звучал голос Беверика, когда он визжал словно недорезанный кабан...
Айрин очнулась от своих мыслей и вернулась к реальности. Прижав руку к вздымающейся груди, она сделала долгий, глубокий вдох.
Это было весело.
Впервые в жизни она почувствовала себя по-настоящему, искренне счастливой.
— ...Спасибо тебе, хубэ-ним.
Было так много дней, когда ей приходилось склонять голову. Так много моментов, когда приходилось подстраиваться под чужое настроение ради других.
Чем больше она так поступала, тем сильнее чувствовала, как растворяется сама, принося себя в жертву ради окружающих.
Притворяясь, будто все в порядке, лишь бы выплатить долг.
Все это копилось и гноилось, пока не превратилось в сплошной нарыв. Если бы не это, она ни за что не почувствовала бы такого облегчения после избиения послушника из главного штаба Культа — после того, как отделала сына Епископа, человека с реальной властью внутри Культа.
Когда этот сон длиною в одну ночь закончится, все наверняка превратится в хаос. Но оно того стоило. Такая радостная ночь определенно стоила того.
Стоила настолько, что ей хотелось назвать его величайшим благодетелем в своей жизни.
— Благодаря тебе я чудесно провела время, хубэ-ним.
— Пустяки.
Айрин посмотрела на него сверху вниз. Мальчишка, который был чуть ниже нее. Послушник, который почти наверняка в скором времени перерастет ее.
Захад.
Она мысленно произнесла его имя. Он был загадочным ребенком. Без него все осталось бы точно таким же, как прежде.
Нет.
Все стало бы только хуже. Определенно.
— ...Прости меня.
— С чего вдруг?
— Тогда, в самом начале... когда я велела тебе уйти из Культа. Прости. Я неверно тебя оценила.
— Да ладно тебе. Я уже давно забыл об этом. К тому же, ты ведь и сама заботилась обо мне, даже не осознавая этого, верно?
— ...Ты знал?
— В моей комнате прибирались каждый божий день, а у двери каждую ночь кто-то оставлял угощения — это ведь была ты, верно? Это точно не мог быть священник. Он тот еще скряга, и в его лексиконе вообще нет слова «угощения». Он скорее сбережет лишнюю монету, чем потратит ее на подобные глупости.
Айрин тихонько рассмеялась.
— Ты так усердно учился. Я видела это. Ты умный, хубэ-ним. Сообразительный и добрый. Было бы странно не присматривать за младшим, который так старается попасть в главный штаб.
— Не уверен, что я действительно добрый.
— Хм. Ты втайне заботился о здешних детях — я все знаю. Будешь отрицать? Ты мог бы оставить все эти деньги себе, но приложил усилия, чтобы поделиться ими со всей церковью.
— ...Это просто потому, что я здесь живу.
— Ты мог бы забрать эти деньги и отправиться прямиком в главный штаб. Но ты этого не сделал и остался здесь...
Айрин подтянула колени к груди. Она села рядом с ним и принялась разглядывать его профиль, пока он молча смотрел в сторону.
— Это ведь ради того, чтобы вернуть долг? Священнику Мирканту.
— ...Тебе кажется.
Его уши слегка покраснели. Неужели из-за того, что она разгадала его истинные чувства?
Мило. Айрин нежно улыбнулась. Эх. Если бы она знала, что все так обернется, ей следовало открыться и поговорить с ним гораздо раньше.
Ей следовало проводить с ним больше времени.
— Не беспокойся о сегодняшнем дне.
— А?
— Это я наказала послушника Беверика. Тебе нужно просто держать рот на замке. Всю ответственность за остальное я возьму на себя.
— ...Что ты имеешь в виду?
— Ты способный. И, что важнее всего, ты явно принесешь священнику Мирканту гораздо больше пользы, чем я. Если ты выйдешь из этого сухим из воды, это, пожалуй, будет ценнее всего, что я когда-либо делала ради уплаты долга.
Кто-то должен понести ответственность.
Айрин посмотрела на луну.
— ...Знаешь, хубэ-ним. Я хотела стать одной из Дев Дня. Я хотела силы. Возможно, сила, приходящая со служением Ра, значила для меня больше, чем сама вера. Ведь обладая силой... можно сделать все что угодно.
— .......
— Поэтому, пожалуйста, продолжи мое дело. Обрети силу, которой никто не сможет противостоять, и помоги священнику Мирканту. Ты ведь не хуже меня знаешь, какой он невероятно сострадательный и добрый человек. Он столько отдал другим. Он заслуживает счастья больше, чем кто-либо еще.
Айрин выдохнула. Из всех вздохов, что она когда-либо испускала, этот принес наибольшее облегчение.
— Обещаешь мне?
— ......
Захад почесал затылок. Затем он отряхнул штаны сзади и поднялся на ноги.
— Сонбэ-ним.
— Да?
— Ты так долго жила подобным образом, взваливая на себя чужие заботы, что это вошло у тебя в привычку... но со мной тебе этого делать не нужно.
Айрин посмотрела на него снизу вверх. Почему-то мальчик, который казался намного ниже нее, в этот момент ощущался невероятно высоким.
— Я возьму ответственность на себя. Тебе это ни к чему. Так что, пожалуйста... не делай такое лицо рядом со мной. Зачем ты заставляешь себя сдерживаться? Если не хочешь сдерживаться, то и не надо.
— ...А?
— Тебе не нужно меня защищать.
Захад улыбнулся. Айрин ошеломленно уставилась на него.
— Я защищу тебя, сонбэ-ним. Так что ни о чем не беспокойся. Я со всем разберусь.
...Он защитит ее?
Айрин неосознанно отвернулась. По какой-то причине ее щеки пылали, и она не могла поднять головы.
Что это вообще такое?
Почему...
Почему он сейчас выглядит настолько круто...?
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos