Глава 90: Эпилог (2)
— Розмари.
Шурх, шурх.
— Розмари?
Шурх, шурх.
— Розмариииии?
Шурх, шурх, шурх, шурх — фьють!
Ночь уже полностью вступила в свои права. В самом сердце Парамира, стоило только раскупорить последние запасы провизии, вовсю разгорелся пир, а я был занят тем, что преследовал убегающую Розмари.
«И куда это ты собралась бежать?»
— Я всё слышал от Великого инквизитора Димонаас.
— ......
— Она сказала, ты плешь ей проела, умоляя пойти и спасти меня?
— ......
— Как и ожидалось от моей домашней кошечки. Отличная работа.
— ......
— Так почему же ты продолжаешь убегать? М-м? М-м? М-м? М-м? М-м?
Погоня наконец-то подошла к концу, и я перехватил Розмари за запястье.
Кошачьи ушки, до этого стоявшие торчком, уныло прижались к голове, а в обернувшихся на меня глазах больше не было прежней ядовитой злости.
— Ч-что тебе? — Её голос заметно дрожал. — Я... я ничего такого не делала.
— Правда?
— Я с-серьёзно! Спасать кого?! Я просто сказала, что мне нужно вернуться, потому что я кое-что здесь забыла!
— Неужели?
— Да говорю тебе, это правда! Стала бы я когда-нибудь... ч-что, думаешь, я бы предложила спасать тебя?! Ни за что на свете! Я пришла сюда, чтобы положить конец кошмару Парамира!
— Пря-а-ам-таки?
— Да чтоб тебя... да, правда! Я абсолютно серьёзно!
Розмари смахнула мою руку и закрыла лицо ладонями.
— Не смотри на меня.
— Почему?
— Я сказала, не смотри. Отвернись в другую сторону. Боже, как же это раздражает... почему... почему ты должен так выглядеть...
— ...Только не говори мне. — Я ткнул себя пальцем в щеку. — Моё лицо в твоём вкусе?
Кошачьи ушки мгновенно отреагировали. Они задергались с невероятной скоростью.
— А-а-а-аргх! Терпеть тебя не могу!!!
Розмари рванула прочь, да так быстро, что на этот раз её было не догнать. Впрочем, мне и самому не хотелось тратить силы — я и так уже достаточно над ней поиздевался.
Я поднял голову и столкнулся взглядом с Эстель, которая выпивала неподалеку.
Мы просто смотрели друг на друга. Эстель опустила взгляд на свой кубок и пододвинула его ко мне.
— Угощаешь?
— Взятка.
— За что?
— Я видела, на что ты способен. Вступай в Культ Змеи. — Эстель резким жестом указала на себя. — Я возьму тебя под своё крыло как личного младшего ученика.
— Спасибо, откажусь.
— Почему?
— Я Апостол Ра.
Из деревянного кольца на моём среднем пальце выполз Мистилтейн — белая змейка, которая тут же высунула раздвоенный язычок.
Эстель вздрогнула, переводя взгляд с меня на змею и обратно.
— ...Только не говори мне...
— Э-Эстель... видеть тебя такой... впервые в жизни...
Белая змея — Нага — прошептала:
— Ха-а... ха-а... ты такая очаровательная...
Эстель упала на колени.
— Мой господин. Почему вы там...?
— ...Потому что это Захад.
— ......?
Эстель захлопала глазами, не понимая ответа. Она бережно взяла Нагу в ладони, а затем быстро отдернула руку.
Но Нага осталась сидеть на моей руке. Она приоткрыла крошечную пасть, словно капризничающий маленький зверёк.
— Н-нет! Ты пыталась утащить меня тайком! Не так я тебя воспитывала, Эстель!
— ...Я совершила дерзость.
Эстель пошевелила пальцами с выражением едва скрываемой тоски, а затем её глаза внезапно заблестели.
— Захад. Кое-что я всё-таки поняла.
— И что же?
— Я заберу тебя себе. Чего бы мне это ни стоило. Ведь Нага принадлежит мне.
— Пожалуйста, не втягивай меня в ваши любовные разборки.
Я схватил бутылку и сделал глубокий глоток прямо из горлышка.
Горько. Но хорошо. Давно забытое жжение, прокатившееся по горлу, ослабило напряжение, сковавшее моё тело.
Эстель зашептала, подражая змее:
— Вступление в Культ Змеи сулит множество преимуществ.
— Например?
— Я подарю тебе священную реликвию.
— У меня уже есть одна.
— Верни её обратно.
— С чего бы? Зачем мне отдавать то, что я честно заслужил?
— ...Я дам тебе денег.
— М-м. Не продаётся.
— Угх.
Эстель посидела, раздумывая, а затем резко поднялась на ноги. Она куда-то скрылась и вскоре вернулась.
Рядом с ней стояла Изабела, которая так и застыла на месте, едва завидев моё лицо.
— Секретное оружие.
— ...Э-Эстель?!
— Вступай в Культ Змеи, и Изабела пойдёт в комплекте.
— О-хо. — Я погладил подбородок. — А вот это уже звучит заманчиво.
— Правда ведь?
— О-о чём вы двое вообще говорите...
— Давай же, Изабела.
Эстель подхватила свою бутылку и поспешила скрыться. Перед тем как окончательно исчезнуть из виду, она подбадривающе сжала кулак.
— Старшая сестра болеет за тебя. Соблазни его и приведи в Культ Змеи.
— Ч-ч-ч-что?!
Эстель испарилась. Я усмехнулся и приподнял свою бутылку.
— Выпьем, Изабела?
— ...Угх... н-нх...
Точно так же, как и Розмари, она почему-то не могла встретиться со мной взглядом. Хотя раньше смотрела совершенно спокойно.
Я тихонько пододвинулся и сел рядом с ней.
— Я сильно изменился?
— А...? Ой...?
— Внутри я остался прежним. Странно всё это. Кажется, все начали меня дичиться. — Я непринужденно взял её за руку и посмотрел на неё сверху вниз под небольшим углом. — Раньше мне всегда приходилось смотреть на тебя снизу вверх. Теперь всё иначе.
— Ах... ах...
— Что тебе больше нравится? То, что было раньше, или то, что сейчас?
Изабела окончательно растерялась, и её слова смешались в невнятное бормотание:
— Мне... мне н-нра...
— Что, прости?
— Н-нет... мне нра... то есть... не смотри на меня та-ак...
Изабела поспешно закрыла лицо руками. Её уши, пылавшие так ярко, словно вот-вот взорвутся, то и дело прижимались к голове, пока она в панике не сбежала прочь.
«Да они тут все мастера побегов. Боже мой. Ладно. Буду пить в одиночестве».
Однако, вопреки моим ожиданиям, стоило мне устроиться поудобнее, как ко мне потянулась вереница людей.
Инквизиторы первого ранга чокались своими бутылками о мою.
— Брат! Я так и знал, что ты выживешь!
— Выпей с нами! Ты так вытянулся, пора бы тебе и пить научиться по-взрослому!
— Значит, теперь мы в расчете, верно?
— В следующий раз? Конечно, мы поможем друг другу! Ты ведь поступил бы так же ради нас, правда, брат!
Шумная толпа быстро пронеслась мимо. Они уже успели сдружиться с паладинами Культа Змеи и теперь вместе куда-то убрели.
Я не пошёл за ними, ведь стоило уйти первой волне, как тут же нахлынула вторая.
Инквизитор Остин беззвучно плакал, и слезы катились по его лицу.
— Б-босс... я всегда верил, что вы живы... но увидеть вас настолько изменившимся... это слезы искреннего трепета...
— Со стороны подумают, что это я тебя довёл.
Инквизитор Изабель старательно избегала моего взгляда.
— Ты принял какое-то зелье роста? Но даже для этого измениться до неузнаваемости всего за полгода — это как-то чересчур.
— Мне не идет?
— Да нет, дело не в том, что не идет... просто... ты так сильно изменился, что это непривычно... н-не смотри на меня так...!
Инквизитор Норд ухмыльнулся.
— Вы стали настоящим воином, босс.
— Неужели у меня наконец-то прибавилось мышц, чтобы поговорить о топорах?
— Вы и раньше были круты, но теперь мне кажется, что я за вами даже не угонюсь. Как-нибудь обязательно померимся оружием.
— Договорились.
Не только командиры отрядов, но и остальные инквизиторы второго ранга вдоволь наговорились со мной и тоже разошлись.
Ночь становилась всё глубже и глубже. И как раз в тот момент, когда разговоры, казалось, начали утихать, кубки зазвенели вновь, а костер, озаренный лунным светом, разгорелся с новой силой, обещая пылать до самого утра.
Кто-то присел рядом со мной. Я скосил глаза вбок.
— Эй. Босс.
Ко мне протянулся кулак, и я слегка стукнулся о него своим.
— Гектор.
— А ты популярен, да?
— Я не из тех, кто уступает кому-то, куда бы ни пришёл.
— ...Всё такой же заносчивый.
Гектор пожал плечами. Павел, Линдон, Мари и Наташа тоже тихонько устроились вокруг нас.
— Не думал, что вы все придёте.
— Куда идет босс, туда и мы.
— А что? Ты думал, мы из неблагодарных?
— ...Обижаешь.
— Плохое прошлое — это всё равно прошлое. Без босса мы бы всё равно остались без гроша в кармане, так что, конечно, мы должны были прийти.
— Ты гордишься нами? Гордишься ведь, да? Ну же, гордишься?
То, как они настойчиво совали свои головы мне под руку, выглядело довольно забавно, и я шутливо прижал их макушки ладонью.
— В следующий раз я займусь вашими тренировками лично. Как вам такое?
— Серьёзно?!
— Естественно. Я щедр к своим людям. И... — Я окинул их взглядом. — Тренируйтесь усерднее. Думаю, скоро я начну кое-что создавать.
— Создавать что?
— Свою собственную полноценную фракцию. Я ведь говорил вам, помните? Неужели ты забыл ту пламенную клятву, которую мы принесли тогда, Гектор? — Я указал пальцем вверх. — Раз уж принял решение, целься в самое небо! Думаешь, я приютил вас только для того, чтобы вы гнили в каком-то захолустном переулке?! Мы поднимемся на самую вершину!
Всё тело Гектора затрепетало.
— Д-да! Вот это наш босс! Не зря мы пришли тебя спасать!
— Конечно! За кого вы меня принимаете! А теперь пейте! Сегодня мы едим и пьем так, словно завтрашний день никогда не наступит!
Гектор и его банда принялись пить прямо из горлышек.
«А это весело».
«Да. Действительно».
Хотя их стойкость к алкоголю оказалась слабее, чем я думал. Неужели они уже отрубаются от такого количества?
— У-у-угх...
— М-меня сейчас стошнит...
Я оставил захмелевшую компанию разбираться со своими проблемами и отправился на поиски выпивки. Наверняка ведь что-то ещё осталось...
— ...Держи.
Что-то коснулось моей щеки. Холодный алкоголь. В месте, где почти вся выпивка уже успела нагреться, лишь эта бутылка, прижатая к моему лицу, оставалась ледяной.
— Великий инквизитор.
Димонаас, встретившись со мной взглядом, звякнула бутылкой.
— Не элитное пойло, но тоже неплохое. Напиток немного горьковат, но ведь чем он горше, тем быстрее хмелеешь, верно?
— Да ты можешь выпить хоть десять таких бутылок, и ни в одном глазу не будет, Димонаас.
— Всё дело в настроении. В настроении.
Цокнув языком, Димонаас парировала мой выпад и уселась рядом. Она откупорила бутылку и осушила её одним долгим глотком.
— А-ах!
Ну и алкоголичка. Настоящая пьянчуга. Я усмехнулся. Впрочем, сам я был не намного трезвее — я уже приговорил больше трех бутылок, но в голове по-прежнему оставалась идеальная ясность.
— Выпьем?
— ...М-м.
Димонаас помедлила. Она окинула меня оценивающим взглядом, а затем медленно протянула свою бутылку.
Дзинь.
Стекло тихонько звякнуло, и я наклонил свою бутылку.
Горько.
Но сладко.
— ...Знаешь, я верила, что ты выживешь. Но никак не думала, что ты так изменишься. Что, черт возьми, ты там делал?
— Я же говорил, трудности роста.
— Решил нести чепуху?
— А что в этом плохого? — Я подцепил кусок мяса и отправил его в рот. — Только перед тобой я и могу молоть всякий вздор. Перед кем-то другим я бы себе такого не позволил.
Ведь остальные принимают любую шутку за чистую монету. Особенно инквизиторы. Если не считать некоторых из них...
Единственная, с кем я могу вот так перекидываться шутками — это Димонаас.
Но что-то пошло не так. Димонаас икнула, и её острый взгляд, устремленный на меня, вдруг смягчился.
— ...Только со мной?
— ...Ну да?
«Что происходит?»
Димонаас придвинулась ближе и протянула ко мне руку.
— Правда? Ты имеешь в виду только меня?
— Ты, случайно... не пьяна...?
— Я в полном порядке. Абсолютно. Так что отвечай мне. Прямо сейчас.
— Ч-что ответить?
— Что ты имел в виду, когда сказал «только со мной». И самое главное... — Димонаас нежно коснулась ладонью моей щеки. — Почему ты такой краси—
Шлёп!
Раздался звонкий шлепок. Димонаас вскрикнула, глядя на свою мгновенно покрасневшую руку.
— Ч-что ты творишь...?!
— Это был не я.
— Великий инквизитор Димонаас. Вы изрядно пьяны.
Я резко обернулся. Позади стояла девушка с холодным, застывшим выражением лица.
Кандидатка в Девы Дня Айрин буравила Димонаас пугающе тяжелым взглядом.
— Не заметить даже комара на собственной руке... Думаю, вам лучше пойти к себе и отдохнуть.
— ...Надо же, кто пожаловал. Разве это не Айрин, «Послушница»?
— Нет. Теперь я полноправный паладин. Если быть точнее, «Кандидатка в Девы Дня».
Айрин присела рядом со мной и бесцеремонно забрала бутылку из моих рук.
— Эй.
— С тебя хватит. Младший.
Её голос мгновенно потеплел. Включился режим «дере», предназначенный исключительно для Захада.
Зато по отношению к сопернице...
— Великий инквизитор, возможно, вам тоже пора закругляться. Я, Айрин, которая была рядом с младшим Захадом ещё со времен филиала культа, сама позабочусь о нём.
— ...Захад — мой подчиненный. Он числится в Пятом отделе Инквизиции. И я не понимаю, какое отношение к этому имеет посторонняя особа.
— Если уж мериться глубиной нашей связи, то моя, полагаю, куда прочнее.
— Мою тоже не стоит недооценивать.
Атмосфера вокруг накалилась так, словно мы находились на поле боя, хотя никто даже не обнажил меч. Я начал тихонько отползать в сторону. Стоило разгореться пламени ссоры, как обе они напрочь забыли обо мне, продолжая яростно препираться.
— Какая поразительная наглость.
— Что?! Нарываешься, что ли?!
— ...Как вульгарно.
— Вульгарно?! Да ты, желторотый птенец, ещё недавно мне в глаза взглянуть боялась!
— Потише, Великий инквизитор. Пожалуйста, соблюдайте приличия. Я кандидатка в Девы Дня, и я не та, кем вы можете так просто пренебрегать.
— Но при этом ты сама сейчас пренебрегаешь мной! Ах ты пигалица!
«Пора сваливать».
Придя к этому однозначному выводу, я быстрым шагом выскользнул из лагеря. Прогуляться на свежем воздухе казалось куда более разумным решением.
— Да что ты такое творишь, заставляя священную реликвию принимать форму сосуда? Только не говори мне, что ты на самом деле... действительно...
— У-эм, сестрица... насчет этого...
— Сегодня мы со всем разберемся.
— Кья-а-а-а!
«Я один, но в то же время не один. Что тут скажешь. Весело у нас».
[Захад. Посмотри туда.]
Дух Беатрис соткался из воздуха и прошептал мне на ухо. Я проследовал взглядом туда, куда она указывала.
Девочка, которая ранее заявила, что пойдет спать пораньше, и скрылась в палатке, сейчас в одиночестве брела в стороне.
Шаг. Ещё шаг.
Она медленно удалялась от света костра, как вдруг резко обернулась.
— ...Захад.
— Зови меня боссом.
Это была Маая.
Я подошёл к ней и пошёл рядом, подстраиваясь под её шаг.
— Что ты делаешь?
— Просто... чувствую себя как-то... непривычно... — Маая оглянулась через плечо. — То, чего Маая никогда раньше не видела. Так выглядит свобода?
— Трудно сказать. Смотря что ты под этим понимаешь.
— ......
— Хочешь присоединиться к ним?
— ...Я не знаю.
Девочка, которая видела в людях лишь запчасти в то время, когда должна была просто общаться с ними.
...Что ж. Считай это бонусом. У у меня хорошее настроение, так почему бы не подбодрить её.
— Оп-ля.
— Что...?
Я подхватил Мааю и усадил её к себе на плечи, после чего медленно пошёл вперед.
— Ну как?
— Высоко.
— И как ощущения?
— М-м... Хорошо.
— Рад слышать.
Ра, которая до этого была занята тем, что поджаривала аватар Наги пламенем своей Святой силы, поспешно заговорила:
— Захад! Спроси её! Где остальные Оскверненные? Что они замышляют!
«Ах. Точно, совсем забыл».
Я передал её вопрос слово в слово. Ответ Мааи оказался прост:
— Не знаю. Мааю просили сделать только одно.
— Убить меня?
— Да. И Маая не смогла сдержать обещание. Маая плохая.
— Но со мной-то ты хорошая.
— ...Правда?
— Конечно. Зачем мне лгать?
Ра тяжело вздохнула.
— Что ж... они бы не стали посвящать в свои планы ещё не созревшее дитя... Так близко, и всё же...
«Да и ладно. Какая разница».
Одно из существ, именуемых Оскверненными, было повержено. Само по себе это уже являлось практически историческим достижением.
Маая пробормотала:
— Маая... Знаешь.
— Что?
— Из-за одного слова Мааи погибли сотни тысяч людей.
— И что с того?
— ...Тебе всё равно?
— Хм-м... — Я пожал плечами. — Меня это устраивает.
— ...Почему?
— Потому что Парамир сложно назвать чистым городом.
Человеческие жертвоприношения, отношение к людям как к запчастям — этот город высасывал все соки из своих жителей, похоронив человечность где-то глубоко под землей.
Об этом можно было судить хотя бы по общественному сознанию. Большинство прекрасно знало о рабах, трудящихся в часовой башне, но никто даже не попытался их спасти.
Парамир — порочный город, ослепленный деньгами.
В конце концов, именно так его и называли.
— Люди заперли тебя в том месте, чтобы самим жить припеваючи, верно? Разве не так?
— ......
— Это мир, где либо ты ешь, либо едят тебя. Система, в которой сильный пожирает всё. Маая оказалась сильнее, поэтому она поглотила их сама.
— Маая не плохая?
— Дело не в том, плохая ты или хорошая...
«Я эгоист».
Я прекрасно это знаю. Я уж точно не из тех героев, что бросаются грудью на амбразуру ради спасения других.
Круг тех, о ком я забочусь, строго ограничен «моими людьми».
— Всё это было совершено руками «Арис», так что это её вина.
Карма, которую Парамир копил годами, просто взорвалась в один миг. И меня это совершенно не касается.
— Для меня Маая — это Маая, так что всё в порядке. В этом и заключается суть обретения нового имени.
— ...Это сложно понять.
— Просто живи ради меня.
— Хорошо.
Маая продолжила играть с моими волосами.
— Маая всё ещё... скучает по Пьеру.
— Хочешь, я покажу его тебе?
— ...А?
Для Мааи Пьер был чем-то вроде... любимой игрушки. Тайным другом, если угодно. Даже лишенный сознания, он был дорог ей просто как пустая оболочка.
В конце концов, он и так пребывал в состоянии бездушной куклы на протяжении последних десяти лет.
Я протянул ей пустую оболочку Пьера, которую забрал у Эстель. После пережитой трепки в ней не осталось и следа сознания. Теперь это был не более чем инструмент, пожирающий человеческие души по воле своего владельца и использующий их в качестве оружия.
[Монстр часовой башни Пьер (SSS)]
Словно в подтверждение этого, Пьер уже превратился в предмет. Судя по всплывшему системному окну, он стал чем-то вроде легендарного оружия.
— Держи.
— О-ох... о-ох...
Монстр часовой башни просочился в тень Мааи. Девочка захлопала глазами, когда в её тени проступили бесчисленные очи, уставившиеся на неё.
— Маая... Маая может оставить это себе...?
— Это тоже мой приветственный подарок. Ну как? Отличные ведь условия труда, правда?
— ...Чтобы Маая предала тебя...
«Ага, так она и предала. С двойным-то контрактом».
— Не предаст.
— ......
Маая прижала мою голову к себе, обнимая.
Упала одинокая слеза.
— ...Спасибо. Босс...
«Ты забыла добавить вежливое обращение в конце».
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos