{Сокровищница великого герцога}
— Гх-х-х...
По тренировочной площадке прокатилась мощная дрожь.
Поверженный без сознания Первородный Мамонт, похоже, постепенно приходил в себя. Его туша, напоминавшая горный хребет, зашевелилась, и даже от этих слабых, едва заметных движений содрогалась земля.
— А-а-ах!
Стоявшие поблизости солдаты потеряли равновесие и повалились с ног.
— Он... он просыпается!
— Всем подразделениям приготовиться к бою! Назад, рассредоточиться!
Бледные как смерть рыцари истошно закричали. Чудовище, которое еще мгновение назад казалось безобидной посылкой, снова зашевелилось. Северян вновь охватил первобытный ужас перед Первородным Мамонтом, носившим грозный титул Бедствия Севера. Его длинный хобот извивался, рассекая воздух, а огромные, плотно сомкнутые веки затрепетали, и сквозь щели пробилось багровое свечение.
— Даже не думай, — раздраженно цыкнул Кан Джин Хо.
Он небрежно шагнул вперед, даже не думая вынимать руки из карманов, и нанес один равнодушный удар сверху вниз. Раздался глухой, тяжелый удар, эхом разнесшийся по тренировочной площадке. Кулак Джин Хо пришелся точно в лоб Первородного Мамонта — прямо в уязвимую точку, где сходились нервные узлы.
— Гр-р-р...
Колоссальное тело монстра содрогнулось, дернулось вверх и с тяжелым глухим стуком рухнуло обратно на землю. Извивавшийся хобот безжизненно обмяк, и чудовище снова провалилось в глубокое беспамятство.
— Хм. Я-то думал, он проспит хотя бы пару дней, а он уже пытается подняться. Какая поразительная живучесть, надо признать.
Джин Хо отряхнул кулак и пробормотал это себе под нос, пока рыцари и маги ошеломленно созерцали картину. Древнее Исчадие усмирили одним ударом, и перед этой сокрушительной силой даже истинное бедствие выглядело как послушный домашний питомец.
— Чего вы все застыли? Представлением любуетесь? — Джин Хо окинул взглядом остолбеневших северян. — Я не собираюсь усыплять его до бесконечности. Свяжите его, заприте в клетку, делайте что хотите, но разберитесь с этим.
Эти слова привели командира рыцарей Вента в чувство, и он поспешно выкрикнул приказы:
— Магический корпус! Отряд запечатывания! Немедленно приступить к работе! Сковать его!
Раздалась команда, и десятки магов вместе с военными инженерами, дежурившими неподалеку, бросились к Первородному Мамонту. Обычная усыпляющая магия или связывающие заклинания были бесполезны против колоссального магического сопротивления монстра, а простые веревки выглядели бы просто смехотворно против существа таких размеров и силы, но они прекрасно это понимали.
— Шевелитесь!
Инженеры с помощью огромных лебедок потащили массивные цепи толщиной с мужскую руку. Эти цепи из особого сплава выковали с добавлением адамантия — металла, редкого даже по имперским меркам. Рыцари облепили тушу и обмотали ими шею, туловище и все четыре лапы Первородного Мамонта, которые Джин Хо уже успел переломать.
— Соединение установлено!
— Магический корпус! Максимальная мощность!
С низким гулом на огромных железных противовесах размером с дом, висевших на концах цепей, вспыхнули магические круги. Десятки первоклассных камней маны засияли ярким светом, высвобождая энергию, и одно за другим активировались заклинания усиления мощности и увеличения массы.
Когда магия вступила в силу с тяжелым гулом, вес железных противовесов увеличился в геометрической прогрессии. То, что раньше было обычными кусками стали, теперь по массе не уступало небольшой горе. Земля не выдержала такого давления и просела под ними.
Со скрипом натянутые цепи намертво сдавили гигантское тело Первородного Мамонта. Сами звенья укрепили магией, так что разорвать их было невозможно. Даже если тварь очнется прямо сейчас, она не сможет пошевелить телом, не говоря уже о том, чтобы повернуть голову. Физическая прочность и магическая тяжесть слились в идеальную печать.
— Работа завершена! С таким весом даже дракон не сдвинется с места!
Выслушав доклад командира магического корпуса, Калиан коротко кивнул и только после того, как лично убедился в надежности заточения Первородного Мамонта, повернулся к Джин Хо:
— Отличная работа. Благодаря тебе давняя проблема Севера наконец-то решена.
— Избавь меня от речей, — Джин Хо протянул руку. Пустой чек уже лежал у него в кармане, но оставалось забрать кое-что еще. — Уговор есть уговор, верно? Показывай сокровищницу.
Калиан кивнул:
— Я помню. Следуй за мной.
— Калиан, — раздался голос Фредерики, которая до этого молча наблюдала со стороны. Она сделала шаг вперед. — Я сама его провожу.
Она уже успела скинуть запыленный плащ и теперь стояла в чистом, строгом костюме, с улыбкой поправляя свои черные волосы. На ее лице читалось странное оживление — яркое, почти нетерпеливое.
— Тебе ведь незачем идти самому? Нужно разобраться с последствиями и отправить отчет в Башню Магов.
Предложение Фредерики звучало вполне разумно. Замок Винтер фактически находился на чрезвычайном положении из-за размещения Первородного Мамонта, и навалившаяся гора бумажной работы требовала личного присутствия великого герцога Калиана, не позволяя ему отлучиться. Тем не менее брови Калиана едва заметно дрогнули.
«Сестра хочет проводить его лично?»
Он посмотрел на Фредерику. Она улыбалась, но ее взгляд был прикован к Джин Хо. Она напоминала ребенка, заполучившего новую увлекательную игрушку, или хищника, оценивающего свою добычу, и Калиану этот взгляд совершенно не понравился.
— ...Калиан? — вновь позвала его Фредерика, не дождавшись ответа.
Калиан тихо выдохнул и вернул лицу бесстрастное выражение, ведь у него не нашлось причин для отказа. Она была старшей дочерью Дома Винтер и по праву рождения тоже обладала властью над сокровищницей.
— Хорошо. Я доверяю это тебе, сестра, — голос Калиана прозвучал чуть суше обычного. — Но учти: секция с семейными реликвиями строго закрыта для посещения.
— Расслабься. Думаешь, я не отличу одно от другого? — удовлетворенно улыбнулась Фредерика и повернулась к Джин Хо. — Пойдем. Я покажу дорогу.
— Идем.
Джин Хо заметил легкое напряжение между братом и сестрой, но предпочел проигнорировать его. Ему было все равно, кто станет проводником, ведь главное — забрать то, ради чего он пришел. Фредерика зашагала впереди, явно довольная собой, а Калиан проводил ее уходящую фигуру тяжелым, мрачным взглядом.
Глубоко под Замком Винтер.
За коридором, окутанным морозным воздухом, показалась массивная стальная дверь. Она не была обычной: на ее поверхности красовался огромный рельефный оскал волчьей головы, отлитый из серебра. В глазницах зверя блестели красные рубины, создававшие жуткое ощущение, будто живой волк пристально следит за каждым, кто посмеет приблизиться.
Джин Хо стоял перед местом, о котором раньше только читал в оригинальном романе: «Значит, это здесь». Сокровищница великого герцога Севера — «Сердце Винтера». За этими стенами покоились все богатства, которые Дом Винтер собирал или забирал в качестве военных трофеев на протяжении сотен лет.
— Чтобы открыть ее, придется немного постараться, — Фредерика подошла к двери, достала из-за пояса небольшой кинжал и без колебаний уколола кончик указательного пальца — на коже сразу же выступила капля алой крови. Она прижала окровавленный палец к пасти волчьего изваяния. — Только кровь Винтеров способна отпереть эту дверь.
Кровь с гулом впиталась в серебряную пасть, и рубиновые глаза вспыхнули яростным светом. В тот же миг откуда-то из глубины стены с тяжелым гулом донесся скрежет поворачивающихся механизмов.
— На нее наложено защитное заклинание. Если попытаться открыть дверь силой, не коснувшись ее кровью прямого наследника Винтеров, сработает ловушка, которая мгновенно расплавит незваного гостя, — объяснила Фредерика, вытирая палец. — Причем кровь должна быть теплой — пролитой не более десяти секунд назад. Даже если кто-то убьет нас и принесет кровь во флаконе, дверь все равно не откроется.
— Хм, — Джин Хо изобразил вежливое удивление.
Разумеется, он и так это знал. В оригинальном романе была целая сцена, где злодеи перепробовали все мыслимые уловки, чтобы взломать эту дверь, но раз за разом терпели неудачу. Настолько надежной была здешняя защита.
Со скрипом и щелчком тяжелая створка наконец распахнулась, и изнутри хлынуло ослепительное сияние.
— Входи. Здесь хранится вся история Севера, — гордо подняв голову, Фредерика шагнула внутрь, а Джин Хо последовал за ней.
«А здесь просторнее, чем описывалось в книге».
Помещение оказалось куда более обширным, чем он предполагал. Казалось, будто под землю перенесли огромный музей. С высокого потолка свисали люстры из магических камней, заливая зал ярким, как в полдень, светом, а под ними ровными рядами тянулись бесчисленные витрины.
«Роскошно, ничего не скажешь».
Горы сияющих золотых слитков служили лишь скромным фоном. Здесь лежал меч для убийства драконов, которым, по слухам, владел легендарный Убийца Драконов, и магический посох, вырезанный из ветви Мирового Древа во времена древних магических королевств. Рядом красовались доспехи из шкур и костей сильнейших Исчадий, а сами стены украшали искусно ограненные драгоценные камни, мерцавшие подобно ночному небу. У любого обычного человека от такого зрелища глаза полезли бы на лоб.
Но лицо Джин Хо оставалось бесстрастным.
«Дорогих вещей тут и правда навалом».
Однако золото и самоцветы его больше не интересовали, ведь в кармане уже лежал незаполненный чек, а что касается оружия — ни один клинок не мог превзойти его собственные кулаки. Он пришел сюда ради совершенно иной вещи.
— Выбирай все, что понравится. Только не трогай секцию с реликвиями, как и просил Калиан.
— Я знаю, — Джин Хо кивнул и медленно пошел вдоль витрин, пока Фредерика указывала на дальнюю часть зала, огороженную красным канатом.
«Где-то здесь это должно быть».
Воскресив в памяти сюжет оригинальной истории, он направился к секции с одеждой и доспехами. Миновав ряды искусно украшенной брони и плащей, он наконец заметил одинокий манекен, стоявший в самом углу.
«Нашел».
На манекене висело пальто из ослепительно белого меха. Белоснежная шуба выглядела так, словно кто-то собрал вечные снега Севера и соткал из них одежду. Кончики ворсинок отливали едва заметным серебром, и при каждом попадании света мех испускал таинственное, неземное сияние. Подол спускался ниже колен, и даже мимолетного взгляда хватало, чтобы почувствовать исходившее от вещи неоспоримое благородство.
«Вживую выглядит еще лучше».
Несмотря на прошедшие годы, на ткани не было ни пылинки, ни следов износа или выцветания. Казалось, мастер только что сделал последний стежок. Ворс лежал идеально ровно и лоснился жизнью. Вещь выглядела настолько роскошно, что надевать ее в бой казалось почти кощунством.
— Я возьму это, — Джин Хо указал на пальто.