«Если подумать... главная героиня. У неё ведь есть та самая способность».
В памяти Кан Джин Хо всплыла иллюстрация из оригинального романа — детально прорисованный образ Хан Соль А.
Святая, призванная к императорскому двору, обычная уроженка Республики Корея с Земли.
Поскольку он читал первоисточник, то прекрасно знал, в чём заключалась её сила.
«Она может материализовать в виде карманного измерения однокомнатную квартиру, в которой жила в прошлой жизни».
А внутри неё, как он помнил, хранился бесконечный запас современной еды быстрого приготовления, который постоянно пополнялся.
Включая острую жареную свинину.
«Если я подойду к ней первым, всё может усложниться».
Сделать первый шаг означало пойти на риск и позволить втянуть себя в чужую игру.
Оригинальная героиня или нет — не имело значения.
Это был бизнес.
Чистый, холодный расчёт, и он намеревался извлечь из него максимальную выгоду.
Тук-тук.
Раздался стук в дверь.
— Кулачный Владыка, господин. Из императорского дворца доставили ещё одно письмо.
Джин Хо ответил на голос за дверью:
— Из дворца? От кого?
— От Её Императорского Высочества, первой принцессы Изабеллы. Говорят, это личное послание.
— Войди.
— Да, господин.
Управляющий отеля осторожно вошёл и протянул поднос с конвертом.
Он почтительно склонил голову и тактично удалился.
Когда управляющий ушёл, Джин Хо взял конверт.
В нос сразу ударил резкий, густой аромат роз.
Похоже, духи Изабеллы насквозь пропитали бумагу.
«Она хочет, чтобы я поклялся ей в верности? Эта женщина совсем из ума выжила?»
Джин Хо пробежался глазами по строчкам и бесцеремонно скомкал бумагу.
Шмяк.
Письмо, полное амбиций Изабеллы, точным броском отправилось в мусорную корзину — прямо к выброшенному приглашению Седрика.
Джин Хо поднялся со своего места.
— Похоже, мне всё-таки придётся пойти на этот банкет.
Не из-за призыва наследного принца. И не из-за принцессы.
Всё ради Хан Соль А.
Ему нужно было увидеть её собственными глазами и сделать так, чтобы она сама сделала первый шаг навстречу.
— Идти одному — лишняя головная боль.
Банкеты всегда утомляли: куда ни повернись, везде фальшивые любезности и пустые разговоры.
Ему требовалась спутница, способная разогнать благородных мух, которые неизбежно слетятся на него.
Будь Фредерика в столице, он бы взял её с собой.
Её грозная аура Мастера Меча в сочетании со статусом старшей дочери Дома Винтер — этих двух титулов хватило бы, чтобы распугать большинство назойливых паразитов.
— Но её здесь нет, так что ничего не поделаешь.
Джин Хо взял в руки магическую сферу связи.
Мана-камень соединил его с Серафиной.
— Кулачный Владыка. Вы звали меня?
С той стороны раздался чистый голос Серафины.
— Да. Готовься.
— Прошу прощения? К чему именно готовиться?
— Я иду на банкет. Ты будешь моей спутницей. Надень самое дорогое и роскошное платье, какое у тебя есть, и приезжай сюда.
Серафина, ставшая Золотой Королевой, более чем заслуживала стоять рядом с ним.
Она отличалась умом, мгновенно оценивала обстановку и отсекала любые раздражающие факторы до того, как они успевали доставить ему хлопоты. Идеальный щит.
— О!.. Да! Я поняла! Я немедленно велю подготовить лучшее платье!
В голосе Серафины невозможно было скрыть восторг.
Она прекрасно понимала, что значит для Джин Хо привести её в качестве официальной спутницы на столь важное светское мероприятие.
Это давало великолепную возможность продемонстрировать величие Торговой компании «Рапис» на всю империю, а для неё как для женщины это стало личной победой.
— Будь в отеле вовремя. Не опаздывай.
Джин Хо прервал связь, не дожидаясь ответа.
Он с бесстрастным лицом уставился в окно, за которым виднелся императорский дворец.
— Интересно, как отреагирует Святая.
Банкет в честь Дня основания неумолимо приближался.
«Наконец-то. Скоро мы снова встретимся, глутамат натрия!»
А это означало, что его язык ждало скорое воссоединение с ураганом вкуса умами.
Наконец, банкет в честь Дня основания начался.
Его праздновали с невиданным прежде размахом — в честь снисхождения Святой в этот мир.
Шёпот и гул...
Зал Солнца, самый величественный и роскошный банкетный зал во дворце, заполнили до отказа.
Влиятельнейшие люди континента и высокопоставленные аристократы съехались сюда толпами.
Сотни зачарованных хрустальных люстр сияли под потолком, разливая столь яркий свет, что он почти слепил глаза.
И в самом центре этого великолепия все взгляды устремились на двоих.
— О боже.
— Неужели это действительно...
По толпе, словно по команде, прокатился вздох изумления.
В зал вошла Хан Соль А под руку с наследным принцем Седриком.
Её облик полностью соответствовал представлениям людей о Святой.
Серебряные волосы сияли так ярко, словно их соткали из самого лунного света.
Рубиново-красные глаза скромно опустились, излучая робкое и хрупкое изящество.
Кожа казалась настолько бледной, что выглядела почти прозрачной.
Её тонкий, неземной силуэт пробуждал желание защитить её в каждом, кто на неё смотрел.
Это лишь придавало ей ещё более неземной вид.
— Святая поистине прекрасна.
— Благословение Верховного Бога снизошло на императорский дом!
Аристократы осыпали её похвалами.
В их глазах в равной степени читались любопытство и благоговение.
А за всем этим скрывался холодный расчёт людей, пытавшихся сообразить, как подобраться поближе к женщине, которая вскоре могла сосредоточить в своих руках огромную власть.
Хан Соль А принимала их взгляды со скромной улыбкой.
— Благодарю вас за столь тёплый приём.
Её голос звучал чисто и мелодично.
Дворяне оказались полностью очарованы этим безупречным представлением.
Седрик же задрал подбородок с невыносимой гордостью, словно хвастался трофеем, которым остался крайне доволен.
Хан Соль А улыбалась всему этому.
Но её истинные мысли были совершенно иными.
«Как же вы все мне отвратительны».
Она едва сдерживала рвотный позыв.
Эти аристократы с их пустыми, натянутыми улыбками.
Рука Седрика, крепко обнимавшая её за талию, словно она принадлежала ему.
От всего этого у неё мурашки бежали по коже.
Но она сохраняла абсолютное самообладание на лице.
Она не могла позволить себе ни единой ошибки.
— Ваше Высочество. Поздравляю.
Великие дворяне подходили к Седрику с поздравлениями.
Непринуждённо завязался политический разговор.
Хан Соль А ждала именно этого момента.
«Пора».
Она не упустила мгновение, когда внимание Седрика переключилось на дворян.
— Ваше Высочество. Здесь так много людей... У меня немного кружится голова. Я выйду подышать свежим воздухом.
Хан Соль А прошептала это тихим, слабым голосом.
Седрик кивнул, даже не задумавшись.
— Иди. Не перенапрягайся.
Он не сомневался, что в этом огромном незнакомом зале она не посмеет уйти далеко без него.
Хан Соль А мысленно посмеялась над его высокомерием.
Она слегка поклонилась и незаметно выскользнула из толпы.
Её красные глаза быстро пробежались по банкетному залу.
Ей требовалось отыскать человека, который станет её союзником.
«Где же он?»
Среди изысканно одетых дворян...
Её взгляд остановился на самом тёмном и холодном углу зала, где, казалось, витал морозный воздух.
Никто не осмеливался приблизиться к этому месту.
Возникало ощущение, будто именно там, и больше нигде, дул ледяной северный ветер посреди зимы.
Особняком от толпы стоял одинокий мужчина с иссиня-чёрными волосами, тёмными, как сама ночь.
Калиан де Винтер, Герцог Севера.
Как и всегда, он крепко прижимал к губам руку в чёрной перчатке.
С этой его привычкой Хан Соль А раньше не сталкивалась.
Не зная, что это вошло у него в привычку, она просто предположила, что его что-то тревожит.
«Нашла».
Сердце Хан Соль А забилось чаще.
В то же время по спине пробежал ледяной холодок.
В прошлой жизни именно этот человек занёс клинок над её шеей — безжалостный палач.
Вновь встретившись с этими холодными голубыми глазами, она почувствовала, как у неё перехватило дыхание.
Но она сжала кулак и подавила страх.
«Чтобы выжить, я должна перетянуть его на свою сторону».
Она ещё раз прокрутила в голове свои козыри.
Маршруты масштабного нашествия грядущих волн Исчадий.
Конкретные планы императорского двора по перекрытию путей снабжения Севера.
Идеальные разменные монеты, способные поколебать даже его холодный, расчётливый разум.
Хан Соль А сделала медленный вдох и направилась к Калиану.
Шурх.
Подол её платья мягко зашуршал по полу при приближении.
Почувствовав её присутствие, Калиан слегка вздрогнул.
Его холодные голубые глаза опустились на подошедшую девушку.
«И впрямь правитель Севера».
Скрывая волнение, Хан Соль А невольно восхитилась им.
В его позе не было ни единой бреши.
Он стоял совершенно неподвижно, прижимая руку к губам, и излучал колоссальное давление.
Это служило безмолвным предупреждением: что бы она ни пришла предложить, его не удастся легко склонить на свою сторону.
Однако реальное состояние Калиана не имело ничего общего с её фантазиями.
«Это Святая».
За рукой, плотно закрывавшей рот, сердце Калиана колотилось как сумасшедшее.
Его голубые глаза излучали вовсе не величие, а бурлящее отчаяние.
«Единственная спасительница, способная вернуть мне передние зубы, сама подошла ко мне».
Он буквально глотал слёзы.
Он ещё сильнее прижал ладонь ко рту, изо всех сил стараясь скрыть беззубую щель.
Каждой клеточкой своего существа он желал рухнуть перед ней на колени и взмолиться: «Пожалуйста, умоляю, вырасти мне передние зубы обратно».
— Ваша Светлость.
Хан Соль А огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что никто их не слушает, и заговорила тихим, вкрадчивым голосом.
Настолько тихо, чтобы услышать мог только он один.
— Для меня большая честь встретиться с вами. Я ждала вашего появления.
Глаза Калиана округлились.
Она ждала его?
— Я знаю.
Голос Хан Соль А звучал весомо и серьёзно.
— Чего желает Ваша Светлость. И какая опасность сейчас угрожает Северу.
Она намекала на грядущую волну Исчадий и планы императорского двора перекрыть поставки продовольствия — одной этой фразы должно было хватить, чтобы пошатнуть железное самообладание Герцога Севера.
Она не сомневалась, что этих слов окажется достаточно.
Но в голове Калиана в этот момент взорвалась бомба совершенно иного толка.
«Что она сказала?»
Голубые глаза Калиана задрожали, словно земля во время землетрясения.
Он едва сдерживал крайнее изумление.
«Неужели... эта Святая уже всё знает?!»
Она сказала, что знает, чего он желает.
Она сказала, что знает, в какой опасности находится Север.
«Она раскусила, что у меня нет передних зубов?! Но как?!»
Катастрофический секрет — то, что правитель Севера лишился передних зубов и последние пять лет жалко шепелявил.
Если это всплывёт наружу, авторитет Севера рухнет в грязь. Вот какую ужасающую опасность она, судя по всему, разгадала.
«Как и ожидалось от божественной посланницы. Святая... она ещё страшнее, чем я предполагал».
Калиан внутренне содрогнулся.
Он так плотно прижимал ладонь ко рту, но она всё равно разглядела зияющую пустоту внутри.
Никто, кроме Святой с её чудодейственной божественной силой, не мог обладать подобной проницательностью.
Возможно, она действительно способна на это.
«Она и правда может это сделать!»
С её силой она наверняка сможет вернуть его утраченные передние зубы в идеальном виде.
Зубы, восстановленные силой Святой, будут выглядеть абсолютно естественно.
Если бы ему искусственно пересадили чужие зубы, его сочли бы некромантом — а это чистой воды ересь.
Но настоящие передние зубы, восстановленные святой силой Святой — в этом никто не заподозрит ничего странного!
Наполненный вновь обретённой надеждой, Калиан слегка затрепетал от нахлынувших чувств.
Ему хотелось прямо сейчас схватить её за руки и взмолиться во весь голос.
Но он не мог заставить себя открыть рот.
Ведь стоило ему заговорить, как наружу неизбежно вырвалось бы жалкое: «Тпатибо, Твятая».
Поэтому вместо слов, по-прежнему плотно зажимая рот рукой, он сделал один-единственный кивок — медленный, тяжёлый и торжественный.
Кивок, который был весомее любой клятвы.
«Отлично».
Увидев этот многозначительный кивок, Хан Соль А внутренне возликовала.
«Он мгновенно осознал всю ценность моего предложения!»
Она осталась довольна реакцией Калиана.
Она лишь слегка намекнула, а Герцог Севера отреагировал незамедлительно.
Острый ум, как и ожидалось.
И они явно были на одной волне.
«Эта серьёзная, взвешенная манера... Очевидно, он всерьёз обдумывает моё предложение и готовится к тому, что ждёт впереди!»
Он, без сомнения, уже принял решение заключить с ней политический союз.
Он, без сомнения, уже приготовился к противостоянию с императорским двором ради стабильности Севера.
И вот их взгляды встретились в воздухе — напряжённые, наполненные глубоким смыслом.
Одна сторона была уверена в идеальном политическом союзе.
Другая — в идеальных новых передних зубах.
Оригинальная главная героиня и оригинальный главный герой.
Оба они вместе погружались в пучину самого грандиозного и нелепого недопонимания, которое когда-либо видел этот мир.