ТРАДИЦИИ И ПОРЯДОЧНОСТЬ
Собравшаяся элита смотрела на Маркуса как на сумасшедшего, который каким-то образом вторгся в кампус Общества искателей приключений. Горманстон Байнс скрыл свое презрение к их бормотанию возмущения, тщательно модерируя его, чтобы не навлечь гнев леонида.
Племянница Горманстона, Джунипер, была рядом с ним. В свои двадцать два года она достигла серебряного ранга во время нашествия монстров. Горманстон был не единственным в зале, кто часто приводил с собой молодых членов своих семей, чтобы получить опыт, политический и иной. У него все еще были надежды на Джунипер, если он сможет очистить ее от влияния своего брата-идиота. Грядущие дни определят, можно ли ее спасти.
Со своей стороны, Джунипер оставалась тихой, слушая и учась. Это была привычка, которая больше всего нравилась Горманстону в ней. Выражение лица обеспокоенное, ее взгляд метался между ее дядей и леонидом. Маркус все еще ухмылялся, ожидая, пока шум стихнет или станет достаточно громким, чтобы иметь еще один повод вмешаться, хотя повод ему был не нужен. Наконец, ее беспокойство взяло верх.
— Дядя Горман, — прошептала Джунипер. — Ты собираешься…
— Горманстон Байнс, — радостно проревел Маркус, внимание привлечено тихими словами Джунипер.
Он зашагал в их направлении, как будто предполагал, что люди на его пути бросятся убираться с него. Он был немедленно доказан прав и прибыл в быстро опустевшее пространство перед Горманстоном. Джунипер отступила назад и немного за него, глаза Маркуса последовали за ней. Горманстон шагнул, чтобы заблокировать его линию взгляда, и Маркус перевел взгляд на лицо Горманстона.
Горманстон был крупным для эльфа, но Маркус был крупным для леонида. Горманстон имел необычный опыт запрокидывания головы, чтобы встретить чей-то взгляд, не запуганный возвышающейся фигурой.
— Горманстон Байнс, — прогрохотал Маркус. — Меня предупреждали, что ты можешь доставить мне неприятности.
— Посмотри на мою племянницу так, будто она была бы забавной для того, чтобы снова ее пошлепать, и ты увидишь, как выглядят неприятности, — сказал ему Горманстон.
Маркус разразился смехом.
— Твоей племяннице не о чем беспокоиться, Горманстон. Она даже есть в моем списке людей, которые не теряют членство в обществе. Большая часть списка занята молодыми людьми в этом зале. У них все еще есть шанс избежать ловушек своих старейшин, и общество признает это. Конечно, некоторые уже слишком далеко зашли.
— И кто это решает? — спросил другой золотой ранг. — По какой метрике нас судили?
Мужчину звали Финнеас Гэллоу, пользователь монструозных ядер из собственной аристократической фракции Горманстона. Не настоящий авантюрист, но и не идиот. Он был способной силой в городской политике. Маркус повернулся к нему.
— Хороший вопрос, лорд Гэллоу, — сказал Маркус. — И ответ на который находится в другом вопросе. Я бы назвал его простым вопросом, но в комнате, полной авантюристов, которые не смогли сказать мне, что такое Общество искателей приключений, мой оптимизм притуплен. Что, лорд Гэллоу, делают авантюристы? На самом деле, не отвечай на это.
Маркус развернулся, чтобы посмотреть на Джунипер.
— Лорд Байнс. Уверен, ваша юная племянница справится с задачей ответить на такой простой вопрос. Я даже обещаю воздержаться от любого наказания, если буду недоволен ответом.
Джунипер посмотрела на Горманстона, который кивнул, несмотря на то, что не отводил взгляда от Маркуса. Джунипер вышла из-за спины дяди, выглядя неуверенно, пока собиралась с духом, чтобы ответить.
— Авантюристы… выполняют контракты?
— ДА! — проревел Маркус, указывая на нее пальцем. — Это именно то, что делают авантюристы. И скажи мне, девочка…
Горманстон оттолкнул Маркуса.
— Ее зовут не «девочка», и тебе лучше помнить об этом, — прорычал Горманстон.
Зал замер, так как все в нем ждали ответа леонида.
— Так и есть, — сказал Маркус. — Юная госпожа Байнс, примите мои извинения. Но чтобы закончить мой вопрос, когда в последний раз вы относили выполненный контракт в зал заданий?
Джунипер, увидев, как ее дядя противостоит Маркусу, наконец стала увереннее в расстановке сил. Она ответила смело.
— Сегодня утром, — сказала она леониду. — Моя команда только что вернулась из зачистки от любых сбежавших червей-мироедов в южных районах.
Маркус одарил ее ухмылкой, которая давала ясно понять, что голова Джунипер поместилась бы в его пасти.
— Очень хорошо, юная госпожа Байнс. Похоже, у вас есть победитель, лорд Байнс, хотя тихо убить ее отца было бы хорошей идеей.
Ободренная Джунипер шагнула вокруг дяди, чтобы ответить, но была остановлена мягкой рукой Горманстона на ее плече. Маркус снова ухмыльнулся и повернулся обратно к Финнеасу Гэллоу.
— И вот мы имеем это, лорд Гэллоу: наша метрика для решения, кто попадает в список. Те из вас, кто жил в соответствии с обещанием мисс Джунипер Байнс, обнаружат, что их членство в Обществе искателей приключений не находится под угрозой. Но если единственные контракты, которые вы брали, были для того, чтобы предотвратить отмену вашего членства во время нашествия монстров, то боюсь, вы обнаружите, что вас вычеркнули.
— Это несправедливо, — сказал Гэллоу. — Давняя политика заключалась в том, что те, кто стоит во время нашествия монстров, сохранят свое членство, как только опасные времена закончатся.
— ДА! — прорычал Маркус, но это не был тот радостный рев, который он издавал раньше. Этот звук был диким и злым, заставляя серебряные ранги разбегаться, когда он зашагал к Гэллоу. Гэллоу двинулся отступить, но Маркус схватил его за горло. Гэллоу не паниковал и не сопротивлялся, вместо этого глядя на леонида, даже когда болтался в его руке.
— Скажи мне, лорд Гэллоу, как дела теперь, когда опасные времена закончились? Весело провели несколько недель, да?
— Я прекрасно осознаю, что есть новые угрозы, — сказал ему Гэллоу. Так как физически у него не было трахеи, голос Гэллоу не был затруднен хваткой Маркуса. — Мой семейный дом был сровнен с землей во время вторжения посланников, как и все остальные.
— О, — сказал Маркус, извиняюще опуская Гэллоу. — Я не знал, прошу прощения. Как ваша семья находит жизнь в палаточных лагерях, где размещены перемещенные лица?
Губы Гэллоу на мгновение плотно сжались, прежде чем он ответил.
— Моя семья останавливается в Герцогском дворце.
— О, — сказал Маркус. — Тогда я полагаю, вы все усердно работаете, чтобы заслужить эту привилегию.
— Привилегия — это право по рождению, а не приз за службу.
— А членство в Обществе искателей приключений — это не право по рождению, лорд Гэллоу, как бы некоторые люди ни думали, что это так!
Гневный рев Маркуса потряс люстры.
— Позиция в Обществе искателей приключений зарабатывается. Через службу. Опасные времена, лорд Гэллоу, очень далеки от завершения. Нашествие монстров было не похоже ни на одно из тех, что были раньше, и последствия ощущаются по сей день. Которые включают, позвольте мне напомнить, не одно, а два экстрамерных вторжения. Строитель, возможно, ушел, но он оставил после себя много опасности, и я надеюсь, мне не нужно объяснять угрозу посланников. Теперь политика Общества искателей приключений такова, что в эти экстремальные времена политика нашествия монстров будет продлена на неопределенный срок. Вы работаете, и работаете усердно, или ваше членство аннулировано.
— Это изменение политики никогда не объявлялось, — сказал Гэллоу. — Вы не можете наказывать нас по политике до того, как было объявление, на которое мы могли бы отреагировать.
Леонид снова совершил одно из своих внезапных изменений между ревущим безумцем и спокойным хищником, его голос стал спокойным. Он повернулся и зашагал прочь от Гэллоу, пока говорил.
— Позвольте мне объяснить. Во-первых, я напомню вам всем, что Общество искателей приключений — это организация, построенная на волонтерстве. Если вы не функционер, чиновник или исполнительный директор, непосредственно нанятый обществом, то любой член волен принять или отказаться от любого запроса, который делает общество. Конечно, те, кто отказывается от слишком многих или ключевых запросов, могут обнаружить, что их звездный рейтинг понижен, а их преимущества от общества удержаны, вплоть до их членства включительно.
Маркус повернулся и снова посмотрел на Гэллоу. В остальном в зале была мертвая тишина, люди в нем застыли, слушая монолог леонида.
— Аннулирование членства, — продолжил Маркус, — это предел того, что сделает Общество искателей приключений. Любой член, недовольный своим обращением со стороны общества, может отказаться от своего членства, устраняя любые и все штрафы. С этого момента общество не может и не будет делать ничего против них, если они не начнут поднимать армию зомби или что-то эквивалентно неприятное.
Маркус устремил свой взгляд на Гэллоу.
— Моя точка зрения, лорд Гэллоу, заключается в том, что и общество, и его члены могут уйти друг от друга в любой момент. Если Общество искателей приключений решит, что оно больше не хочет вас, то больше оно не будет. Но я признаю вопросы традиций и порядочности. Это, действительно, традиция — позволять тем, кто действует только во время нашествия монстров, сохранять свое членство. Не традиция, которая мне лично нравится, но традиция тем не менее. В связи с этим мне было поручено сделать объявление относительно этого изменения в политике.
— Никакого объявления не было сделано, ни вами, ни кем-либо еще, — сказал Гэллоу.
— Что, по-вашему, я делаю? — спросил Маркус, его тон был подозрительно разумным. — Мне сказали объявить об этом изменении, найдя самую никчемную коллекцию самовозвеличивающихся, дармоедских отбросов, которых я мог найти, укрепляющих свои вредные репутации, используя нашу организацию, и продемонстрировать без всяких сомнений, что их род больше не приветствуется. Вы скоро услышите, без сомнения, что эта встреча воспроизводится по всей планете. Короче говоря, если вы не готовы встать и сражаться с посланниками или любой другой угрозой, которая поднимет свою уродливую голову, у Общества искателей приключений нет места для вас в своем списке. С этого момента любая попытка манипулировать или использовать Общество искателей приключений, его членов и его ресурсы будет рассматриваться как атака на него и будет встречена соответствующим образом.
— А как насчет порядочности? — спросил Горманстон.
Маркус медленно повернулся, чтобы посмотреть на него.
— Вы сказали традиции и порядочность, — сказал Горманстон. — Вы объяснили часть про традиции. А как насчет порядочности?
Маркус принял одну из своих хищных ухмылок, затем медленно пошел в направлении Горманстона.
— Порядочность, лорд Байнс, заключается в том, что они не позволили мне запереть каждого никчемного, фальшивого члена Общества искателей приключений в здании и сжечь его. Порядочность заключается в том, что за современниками вашей восхитительной племянницы Джунипер будут наблюдать и судить, вместо того чтобы очистить их с помощью зловонной прудовой воды, из которой они были порождены. Порядочность заключается в том, что все люди, не входящие в мой список, получат шанс вернуться домой и предупредить своих никчемных друзей, чтобы они сдали свои членства в Обществе искателей приключений, прежде чем я приду и заберу их.
Он прибыл обратно перед Горманстоном.
— Это, лорд Байнс, самая большая порядочность, которую я могу собрать. У вас есть с этим проблема?
Горманстон улыбнулся, любезно наклонив голову.
— Я служу по воле Общества искателей приключений, — сказал он.
Настороженная неуверенность на лице леонида была первым разом с момента выбивания дверей, когда Маркус не выглядел полностью контролирующим ситуацию.
— Теперь, — сказал Горманстон. — Я полагаю, у вас был список для зачитывания.
* * * Джейсон и его команда были в комнате ожидания, совсем не похожей на ту, в которой они ее нашли. Теперь там был выбор мебели, наколдованной Белиндой, плюс один облачный стул. Шведский стол был расставлен вдоль одной стены, где каждый человек наполнял тарелку. Гэри работал за грилем, дым поглощался в размерную вытяжку, парящую над ним.
— Почему ты здесь? — спросил Нил Гэри. — Я думал, ты бросил приключения.
— Я бросил приключения. Я не бросил барбекю.
Клайв и Руфус покинули шведский стол с полными тарелками. Тарелка Клайва опасно шаталась в одной руке, пока он восторженно жестикулировал другой, объясняя концепцию Руфусу. Они сели рядом с Белиндой, которая уже весело жевала.
— Аурные ключи, которые мы используем, конечно, и близко не такие сложные, как стандартные, которые используют посланники, — сказал Клайв.
— Это даже не думая о специализированном инструменте, таком как ключ для сферы, — пробормотала Белинда с набитым ртом.
— Именно так, — согласился Клайв. — Но базовый принцип тот же: взять специализированный отпечаток ауры и использовать его как резонансный ключ, чтобы открыть замок.
— Плохая безопасность, — сказала Белинда, затем откусила тираническую ножку фазана.
— Действительно, — сказал Клайв. — Есть многочисленные способы воспроизвести аурный ключ. Белинда здесь эксперт в этом с помощью простых устройств. Эксперт по манипуляции аурой, такой как Джейсон или Амос Пенсината, может просто использовать свои собственные ауры, чтобы сделать это.
Белинда сказала что-то нечленораздельное с набитым ртом, и Клайв покачал головой.
— То, что она, вероятно, пыталась сказать, — это то, что проблема с подделкой аурного ключа в том, что требуется время, чтобы правильно подобрать сигнатуру ауры, и любая хорошая система безопасности обнаружит попытки сделать это и будет иметь вторичную безопасность, обычно сигнализации.
Белинда кивнула, проглатывая еду.
— Можно обойти это, — сказала она. — Просто вопрос времени. Но что ты действительно хочешь сделать, так это заполучить ключ, который тебе нужен. С правильным инструментом ты записываешь сигнатуру ауры с него за несколько мгновений и кладешь ключ обратно, не оставляя никого в неведении. Затем ты можешь уйти и воспроизвести ключ на досуге. Я построила маленькие конструкции-пауки, чтобы пробираться в места и копировать аурные ключи для меня. Их трудно обнаружить, и они могут входить или прятаться в местах, куда я не могу.
— Недостатки этого метода безопасности хорошо известны, — сказал Клайв. — Магическое общество знает все об этом, но бюрократическая инерция означает, что они сопротивляются изменениям, которые потребовали бы масштабных инфраструктурных сдвигов во всех филиалах. Поэтому вместо того, чтобы исправить проблему, они используют временные решения, которые вводят почти столько же уязвимостей, сколько они исправляют. Возьми своего среднего чиновника Магического общества, например. Они носят с собой целое множество аурных ключей от различных хранилищ, складских помещений и исследовательских станций, в зависимости от их уровня власти.
— Тот идиот, которого мы встретили на днях, — сказала Белинда. — У него был бы всякий доступ ко всяким отличным вещам.
— Но Магическое общество не позволит просто такому шуту бродить с этими ключами, — сказал Клайв. — У них есть контрмеры на всем, от одежды до транспортных средств и размерных сумок, чтобы перехватывать трюки, подобные конструкциям-паукам Белинды. Это останавливает людей от эксплуатации членов, которые, возможно, не достигли своего высокого поста через компетентность.
— Это боль, — сказала Белинда. — Если бы ты хотел проникнуть и воспроизвести эти ключи, тебе нужно было бы заставить всех людей из Магического общества в группе выбросить всю свою одежду, инструменты, сумки, все, а затем, возможно, покрыть это все какой-то очень специфически сшитой магией на заказ.
— Какой магией? — спросил Руфус.
— Ну, — сказала Белинда, — что-то, что выше меня. У меня была эта идея для крошечных рунных камней, таких маленьких и легких, что они, по сути, были бы порошком, но это потребовало бы высокоточной ритуальной резьбы с использованием процессов, которые я не знаю. Для этого тебе понадобился бы инновационный магический гений, одержимый эзотерическими формами магии. Если бы тебе удалось сделать это, однако, ты мог бы делать интересные вещи. Например, ты мог бы поместить это в какую-то систему доставки, которая распространилась бы и прилипла ко всему, но таким образом, чтобы люди не задавались вопросом, что это за порошок. Тебе понадобилась бы сама система доставки как отвлечение.
— Как липкое зелье с вонючкой, — предложил Руфус.
— Кто знает, — сказал ему Клайв. — Гипотетически, я полагаю, это осуществимо.
Дверь в комнату открылась, и массивный, покрытый белым мехом леонид вошел внутрь.
— Что здесь происходит? — спросил он.