ЕЩЕ НЕТ
Джейсон стоял в одиночестве на одной из нескольких башен замка. Под ярко-синим небом до самого горизонта простирались холмистая местность, лесные массивы и бескрайние травянистые равнины, окрашенные в цвета ранней осени. Воздух был чистым, а легкий ветерок приятно освежал, снимая излишний жар солнца.
— Ого, — сказал Джейсон сам себе, имея в виду как своё присутствие здесь, так и открывшийся вид. Все Посланники, в чьи внутренние миры он проникал ранее, в той или иной степени сопротивлялись, даже самые добровольные. Джали была настолько открыта, что даже её базовые инстинкты не воздвигли защиты против его вторжения. Он практически споткнулся и провалился в неё.
Он не мог представить, какой была её жизнь под властью тирана, где даже её собственный разум не был убежищем. Существование, в котором попытка позволить себе погрузиться в сомнения, в несправедливость собственной жизни привела бы к тому, что эту жизнь отобрали бы. Он не мог не думать о таких, как Тера Джун Каста, фанатиках, и не представлять, что им было лучше. По крайней мере, они не знали о своих тюрьмах разума, не были вынуждены ходить по канату собственных мыслей. По крайней мере, таких, как Джали, Посланников с сомнениями, было бы легче спасти, если бы представился шанс.
Джейсон взмыл в воздух и отлетел от замка, чтобы лучше его рассмотреть. Это был скорее комплекс зданий, чем единое сооружение, и он не был похож на настоящий замок. Он больше напоминал что-то из сказки или даже видеоигры, с грандиозными арками и башнями, устремленными высоко в небо. Там были парадные ворота с рвом и подъемным мостом, а ров питался из близлежащего озера, которое сверкало в лучах солнца.
Проникновение во внутренний мир Джали было совсем не похоже на то, как он погружался в душу Теры Джун Касты. Тогда всё было поспешно и неосторожно, нехватка опыта и временные ограничения заставили его просто прыгнуть внутрь и начать всё менять, даже не сформировав внутреннего мира для обитания.
Внутренний мир Джали стал возможен только потому, что она, как и сам Джейсон, была существом, чья душа и тело были едины. Только душа с физическим аспектом могла сформировать физическое пространство, которое другие могли физически посетить. У Джейсона был мир души ещё до того, как он стал гештальт-сущностью, но единственными, кто мог присоединиться к нему внутри, были его фамильяры, которые уже были закреплены в его душе.
Формирование физического пространства внутри Посланников как инструмента для их освобождения было тем, что он разработал, работая с Мареком и его подчиненными. Идея заключалась в минимизации вреда, но оттачивание процесса не обошлось без ошибок. Его ранние попытки заключались в принудительном формировании внутренних миров, и Посланники инстинктивно сопротивлялись, словно духовная иммунная система. Это вынуждало его подавлять сопротивление, делая противоположное тому, что он намеревался — минимизировать побочный эффект.
Он понял, что ключ к успеху — побудить Посланников подсознательно формировать свои внутренние миры самостоятельно. Это было не только быстрее и проще, но и происходило настолько естественно и без сопротивления, что ощущалось как запуск врожденной способности.
Джейсон подозревал, что он задействует аспект Посланников, который был частью их способности прогрессировать до астральных королей. Возможно, даже аспект того, что искали Посланники алмазного ранга, такие как Ма Го Шаат. Джейсон беспокоился, что создает целую толпу будущих астральных королей, но это была проблема другого дня.
Миры душ людей Марека не были захватывающими. Это были сплошные бетонные блоки и пустые ландшафты, словно страна советского блока, колонизирующая пустынную планету. Они были пустыми, утилитарными и бездушными. Внутреннее царство Джали было глотком свежего воздуха — красивым, ярким и богатым. Оно говорило о тоске по чему-то большему, чем жизнь, в которой она была заперта.
Это привело его к следующему шагу процесса, который заключался в поиске Джали. Джейсон обладал полным контролем над своим миром души и полным контролем над собой, когда проецировался в чужой. Посланники, которым он помогал, никогда не находились в такой ситуации. В каждом случае они были заперты где-то, связанные ограничениями, установленными их астральным королем.
Паря в воздухе, Джейсон закрыл глаза и расширил чувства, быстро обнаружив местоположение Джали. Она была где-то под замком, глубоко в подвале или темнице. Он мог бы пробиться прямо к ней, но этот замок был центральной конструкцией её души. Он не собирался проламывать путь прямо через его середину.
Большие ворота замка были закрыты, сами ворота заблокированы решеткой. Поскольку он не хотел активировать какие-либо защитные механизмы, он решил выбрать более длинный путь с меньшим сопротивлением. На плоской крыше башни, на которой он находился, была лестница, ведущая вниз, поэтому он вернулся к ней и воспользовался ею.
Он пробирался через замок, не обнаружив никаких признаков присутствия. В отличие от внешнего мира со свежим воздухом и приятным ветерком, внутри было затхло и сыро. Комнаты и залы, коридоры и огромные помещения — всё было заполнено пылью и пусто, даже дверные проемы имели пустые петли. Это также означало отсутствие освещения, но способность Джейсона видеть сквозь тьму работала даже здесь.
Только в одной камере было хоть что-то: тронный зал с троном. На троне сидела размытая, призрачная фигура, слишком нечеткая, чтобы разобрать какие-либо детали, кроме примерного размера и формы. Это был Посланник, с крыльями, и крупнее обычного. Он легко возвышался бы над Джали, которая и без того делала Джейсона похожим на ребенка.
Наблюдая за фигурой, он иногда замечал, как на миг проступают более четкие детали. Темные волосы, оливковая кожа. Он подозревал, что человек, которого он видит, — это Веста Кармис Зелл, астральный король Джали. Это было проявление клейма, которое ему нужно было стереть. Однако он не собирался делать это до того, как найдет Джали, и возобновил поиски.
Джейсон нашел путь к подземным уровням без лишних блужданий по тупикам. Наконец, он вышел к дверному проему, в котором действительно была дверь. Сделанная из тяжелого дерева и усиленная металлическими полосами, он сразу почувствовал, что это не часть мира Джали, а воплощение контроля астрального короля.
Попытавшись открыть дверь, Джейсон не удивился, обнаружив, что она заперта. Он положил на неё руку и начал навязывать свою волю. Она сопротивлялась мгновение, прежде чем раствориться в тумане и исчезнуть, но с несоответствующим звуком разбитого стекла.
Теперь пустой дверной проем открывался в огромную цилиндрическую камеру. Дверной проем располагался высоко на стене, выходя в пустоту. В центре комнаты была узкая колонна, едва достаточная для того, чтобы на ней стоять. Она достигала той же высоты, что и дверь, и Джали неустойчиво балансировала на ней, беспорядочно размахивая руками, борясь за равновесие. За её спиной крылья были связаны тонкой проволокой, настолько туго, что она врезалась в них, оставляя полосы крови. Она заметила его и посмотрела в его сторону испуганными, умоляющими глазами.
Снизу послышался громкий всплеск, и Джейсон взглянул вниз. Дно камеры было затоплено и наполнено вращающимися лезвиями, похожими на огромные вентиляторы. Любой, кто упал бы в них, быстро превратился бы в красное пятно в бурлящей воде.
Он понял, что, как и дверь, вся эта комната не была частью внутреннего мира Джали. Это был ещё один элемент контроля, установленный астральным королем. Джейсон не испытывал никаких угрызений совести, принудительно внося изменения.
Он сосредоточился у своих ног, и мост протянулся от основания двери, быстро достигнув колонны. Джали начала двигаться ещё до того, как он был завершен, прыгнув на него и помчавшись к Джейсону в дверном проеме. Он отошел в сторону, пропуская её в коридор.
— Давай для начала избавимся от этого, — сказал он, и проволока, впивающаяся в её крылья, лопнула и опала, растворившись, прежде чем коснуться пола.
— Спасибо, — сказала Джали, глядя мимо него в странную камеру, из которой он только что спас её. — Что это за место? Только что мы разговаривали, а потом я оказалась в той комнате. Я чувствую себя бессильной. Я не могу летать. Я даже говорить не могла, пока ты не снял эти штуки с моих крыльев.
— Часть этого — у тебя в голове, — сказал ей Джейсон. — Другая часть — совсем нет, и именно это мы здесь, чтобы устранить. Ты здесь чрезвычайно могущественна, если сможешь это осознать. Нам просто нужно вырезать то, что тебя сдерживает. Как та дверь, что была здесь, — и проволока на твоих крыльях. Это всё метафоры.
— Мы внутри моей души?
— Ага. Проскользнул прямо внутрь, даже без символического сопротивления. Это отлично для данной конкретной ситуации, но, вероятно, не очень хорошо в более широком смысле. Не знаю, была ли ты просто чрезвычайно готова к этому или есть проблема с защитой твоей души, но тебе стоит разобраться с этим позже.
— Как мне разобраться с чем-то подобным?
— Понятия не имею. Учитывая, что я, возможно, человек с наибольшим опытом в делах души, который мне известен, это, вероятно, не лучшие новости для тебя.
Он посмотрел на неё, возвышающуюся над ним.
— Извини, — сказал он. — Представляю, что ты предпочла бы услышать что-то более обнадеживающее прямо сейчас.
— Я всё ещё не понимаю, что происходит. Это моя душа? Это пространство души, как твое астральное королевство?
— Да. Ну, как мое до того, как я получил астральный трон. Чем больше я становлюсь единым с астральным троном, тем больше он вмешивается в мой мир души. Как будто он просеивает мою душу, чтобы понять, как полнее поглотить себя во мне. Мой ранг слишком низок, поэтому это вызывает побочные эффекты. Твой мир души должен быть приятным и стабильным.
Джали посмотрела вниз по грязному, неосвещенному коридору, затем обратно на камеру, в которой была заперта.
— Не думаю, что "приятным" — подходящее слово.
— О, ты можешь удивиться. Особенно когда мы немного расчистим пространство. Нам нужно найти вещи, которым не место в твоей душе — за исключением меня самого — и избавиться от них. В первый раз, когда я делал это, с Терой Джун Кастой, я не делал никакой визуализации и вообще не работал с ней. Я просто делал то, что должен был, грубо внося резкие, неквалифицированные изменения. Я был ограничен во времени, и это был мой первый опыт подобного рода.
— Это больше, чем просто визуализация, — сказала Джали. — Это реализация. Настоящее пространство, которое ты выковал из моей души.
— Нет, — поправил Джейсон. — Всё, что я сделал, — это дал тебе подсознательную подсказку, а ты всё это создала сама.
Джали снова огляделась.
— Моя душа — это темная, сырая дыра с огромной комнатой пыток, — сказала она мрачно.
— Опять же, нет, — сказал Джейсон. — Комната пыток здесь — это не ты. Это Веста Кармис Зелл, и она должна исчезнуть.
— Как?
— Я сделаю это, но мне нужно твое руководство, чтобы вырезать что-то настолько большое. Возьми меня за руку.
Он протянул руку, и она взяла её. Они стояли бок о бок перед дверью, Джейсон стараясь не чувствовать себя ребенком, которому помогают перейти дорогу.
— Чувствуй то, что делаю я, — сказал он ей. — Сосредоточься на том, что кажется неправильным, но не пытайся изменить это. Просто позволь этому случиться и доверься своим инстинктам.
Джейсон направил свою волю в большую камеру, надавливая на остаточное влияние астрального короля. Лично астральный король развеял бы волю Джейсона по ветру, но это был старый, заброшенный остаток. Даже проецирование в душу Джали не помогло бы ей, так как астральный король использовал бы отдаленное влияние через сосуд, который Джейсон уже разрушал. Благодаря своей прямой связи с Джали, он был здесь гораздо могущественнее, чем астральный король.
Комната рушилась, кирпичная кладка падала в воду внизу. Сама вода закипела, пока вода и лезвия не скрылись из виду и не затихли. Колонна рухнула и исчезла. За оригинальной кирпичной кладкой оказался природный камень, круглая комната превратилась в неровный сенот, пар исчез, открывая чистую воду внизу. Она плавно текла, часть какой-то подземной реки, которая, как догадался Джейсон, была соединена с озером.
Стены были покрыты мхом и лианами. Из стен выступали балконы, также усыпанные лианами, цветущими яркими цветами. В стенах появились дверные проемы, делая балконы доступными для какой-то сети комнат и проходов за ними. Один из балконов появился прямо перед ними.
Потолок обрушился, открывая вид на небо наверху. Затем купольный каркас наполз на отверстие, пока оно не было завершено, и стекло заполнило промежутки в раме. Последней частью трансформации стал водопад, который переливался через край, с плеском падая в реку внизу.
— Так лучше? — спросил Джейсон, отпуская руку Джали.
Она шагнула через дверной проем на новый балкон перед ними, опираясь на балюстраду, наклонилась, чтобы посмотреть вверх и вниз.
— Лучше, — сказала она с улыбкой, озарившей её лицо. Это было выражение искренней радости и изумления, непохожее ни на что, что Джейсон видел у Посланников раньше.
— Думаешь, готова летать?
Её крылья расправились, прежние признаки травм исчезли — не просто зажили, а отсутствовали, даже кровь, пролившаяся из ран, исчезла. Она поднялась в воздух, массивная панель в куполе сдвинулась, чтобы выпустить её. Как только она пролетела сквозь неё, она устремилась в небо.
— Ты думаешь, что если отнимешь у меня одну незначительную пешку, это что-то даст? — спросил женский голос позади Джейсона. Вместо того чтобы обернуться, он прошел через дверь и положил руки на балюстраду. Она была немного высоковата, чтобы быть по-настоящему удобной, будучи рассчитанной на пропорции Посланников.
— Дело не в тебе, — сказал он, глядя в небо. — По крайней мере, пока нет.