— Кто ты?
Я не мог с лёгкостью ответить на этот вопрос.
И это естественно. Даже если бы я рассказал Эринн правду — о том, что я обычный парень из Южной Кореи XXI века, — в этом не было бы никакого смысла.
Ведь это был мир игры Dungeon in Evil, и страны под названием Южная Корея в нём не существовало и никогда не будет существовать.
И уж тем более я не мог ляпнуть что-то вроде: «Вообще-то я вижу информацию обо всех вас. У меня пробудился шаринган».
Сболтни я подобную глупость, и прижатый к моему горлу меч мог мгновенно перерубить мне шею.
— ...Я...
— ...
— По крайней мере, я не шпион Армии Короля Демонов, в чём ты меня подозреваешь, — сказал я. — Будь я им, стал бы я помогать вам? Я бы просто сидел тише воды, ниже травы и искал возможность сбежать. Честно говоря, даже если бы я ничего не делал и просто молчал, для всех вас я оставался всего лишь носильщиком... так что особых причин подозревать меня не было бы, верно?
Поскольку я совершенно точно не был шпионом Армии Короля Демонов, говорил я с гораздо большей уверенностью:
— Мои собственные поступки доказывают, что я не шпион Армии Короля Демонов или кто-то в этом роде.
Выслушав мои доводы, Эринн слегка прищурилась, а затем опустила меч.
— ...Продолжай. Тогда кто же ты такой?
Умная девочка, как и ожидалось.
К счастью, она хотя бы умела слушать голос разума.
Однако когда она потребовала объяснить, кто я... проблема заключалась в том, что у меня не было возможности это сделать. Как я уже говорил, я не мог рассказать ей, что прибыл из Южной Кореи.
— Но неужели это действительно так важно прямо сейчас?
— Важно, — ответила Эринн. — Если ты не Аллен, то всё пошло наперекосяк.
— ...Наперекосяк, — сказал я. — По-моему, это я должен говорить подобные слова, а не ты.
— ...
Эринн хранила молчание, то ли не понимая, что я имею в виду, то ли, наоборот, понимая это слишком хорошо.
— ...Конечно, ты тоже должен чувствовать себя так. Не знаю, чего именно ты хотела, но, судя по твоим словам, всё пошло совсем не так, как ты планировала.
Было практически очевидно, что Эринн использовала «магию обмена душами».
Вероятно, она хотела призвать Аллена из другого времени, потому что с нынешним Алленом было что-то не так... Если задуматься, это звучало довольно странно, но, судя по всему, именно это она и пыталась провернуть.
Однако подобно тому, как я в семь часов утра и я в семь часов вечера — это один и тот же человек, будущий Аллен и нынешний Аллен обладали одной и той же душой... и в результате этой ошибки я оказался заперт в этом теле.
Эринн наверняка чувствовала себя обманутой из-за того, что всё пошло не по плану, но она понимала, что у меня было ещё больше причин чувствовать себя несправедливо пострадавшим. Вероятно, именно поэтому она сейчас молчала.
— Так что ты понимаешь, что я чувствую, верно?
— ...
Эринн слегка кивнула. Затем, немного нахмурившись, спросила:
— Тогда откуда именно ты взялся и кто ты такой?
— Это действительно очень трудно объяснить...
Я размышлял над тем, как это преподнести, а затем подумал, что сейчас в приоритете должно быть завоевание обелиска. Если я начну рассказывать об этом прямо сейчас и окончательно потеряю доверие, то не смогу добраться до места Скрытой награды вместе с этим отрядом.
«Даже если я смогу действовать отдельно, чтобы забрать награды в других местах...»
Эту мне нужно было получить прямо сейчас. Если позже обелиск завоюет другой отряд Героя, Скрытая награда тоже исчезнет.
— Как насчёт того, чтобы сначала завоевать обелиск, а обо всём остальном поговорить позже? Тебе в любом случае нужно его завоевать...
Вспомнив слова Эринн о том, что она уже знала о проблемах, но не ведала о последней из них, я продолжил:
— Всё наверняка сильно изменилось по сравнению с тем, что тебе известно. Разве тебя не пугает перспектива действовать, опираясь лишь на свои прежние знания?
— ...
— У меня тоже есть причина завоевать этот обелиск. И у тебя она есть. Так что независимо от того, кем я был изначально... — сказал я, — тот факт, что мои способности помогают в завоевании обелиска, неоспорим.
— ...Ха-ах.
Эринн тяжело вздохнула. Затем, убрав в ножны обнажённый Священный Меч, она произнесла:
— Изворачиваешься точно так же, как Аллен.
— ...Что?
Когда это я изворачивался? Мне казалось, я дал лучший ответ из всех возможных.
— Твоё поведение, твои повадки — во всём этом определённо было много подозрительного, но знаешь, почему я до последнего верила, что ты Аллен?
— ...Потому что я хорошо притворялся?
— Не говори глупостей. Если бы это было так, тебя бы сейчас не раскрыли, — сказала Эринн. — Просто в остальном твоё поведение было слишком похожим на повадки того идиота, которого я знаю.
— ...
— Вот почему я верила, что ты Аллен. Но это оказался не ты.
Эринн посмотрела на меня какими-то опустошёнными глазами.
— ...Этот идиот так и не изменился.
Затем она вдруг сжала кулак и пробормотала себе под нос:
— ...Тогда зачем я пошла на такое?
— ...На какое? — переспросил я, но Эринн, казалось, больше меня не слышала.
— Чего, чёрт возьми, я пыталась добиться... пронзив Аллена?
...Пронзив?
Я опешил. Лицо Эринн, когда она это бормотала, ужасно исказилось. Она выглядела как человек, который вот-вот сломается.
Инстинктивно я почувствовал, что должен её утешить. Возможно, это ощущение было особенно сильным из-за того, что обычно она вела себя игриво, и её лицо и аура никогда прежде не давали такой глубокой трещины.
Эринн сильно прикусила губу. А затем тихо заговорила:
— ...Прости. Я не должна злиться на тебя, — сказала Эринн. — Ты и сам, должно быть... изрядно запутался. Да, теперь я понимаю. Почему ты не знал того, что должен был знать Аллен, и почему мог вести себя совсем не так, как он.
Эринн издала пустой смешок. Затем её лицо снова исказилось, словно от сильной боли.
И, закрыв лицо обеими руками, Эринн заговорила с самобичующим смехом:
— Я... разрушила жизни двух людей.
◇ ◇ ◇
Треск.
Щёлк.
Треск.
В тишине раздавался лишь негромкий треск горящего костра. После этих полных самобичевания слов Эринн я не нашёлся что сказать.
Эринн, пребывавшая в таком состоянии лишь мгновение, вскоре успокоилась и молча уселась, расслабив лицо и резко отвернув голову в сторону.
Как и мне, ей наверняка было о чём подумать. Начиная с того, стоит ли немедленно рассказать обо всём остальным членам отряда...
«...Но что мне делать?»
По правде говоря, у меня не было возможности сопереживать Эринн и вникать в её положение. Мы договорились вместе завоевать обелиск, но я понятия не имел, что делать дальше.
Вероятно, я больше не смогу оставаться в этом отряде. Эринн, похоже, поняла меня, выслушав объяснения, но оставить меня в группе — совсем другое дело.
Подобно тому, как Прей и Летисия ранее питали подозрения и сомнения, другие члены отряда тоже наверняка затаили недоверие ко мне. Ни один отряд в мире не станет слушать командира, который лишился их доверия, а я не был настолько глуп, чтобы оставаться среди таких людей.
«...Хотя очень жаль».
Мне казалось, я приложил немало усилий, чтобы подружиться с ними. Я думал, что постепенно выстраивал доверие как полноценный член отряда.
Я никак не ожидал, что эти отношения рухнут в один миг, оборвавшись так рано.
И всё из-за этого ублюдка-клоуна...
— Ха-ах...
Чтобы отыскать другие Скрытые награды, мне понадобятся тренировки, чтобы развить навыки до нужного уровня... а на это уйдёт немало времени.
«Единственное утешение...»
Даже если я покину отряд, один человек останется со мной «принудительно». Независимо от моего ухода из группы, Кайсиус была привязана ко мне до тех пор, пока Герой не одолеет Короля Демонов.
«Я смогу советоваться с Кайсиус насчёт магии, брать поручения в Гильдии авантюристов... и, возможно, так отточу свои навыки».
Стоило мне об этом подумать, как...
— ...Ты.
— Сначала ты называла меня жалким, а теперь просто «ты»?
— Это потому, что я принимала тебя за того идиота, — пробормотала Эринн. — Я думала, если буду вести себя как раньше, ты вспомнишь былые времена...
— ...
Значит, её капризное поведение было попыткой всколыхнуть воспоминания о том, как она дразнила его в детстве.
— Называть тебя Алленом... теперь кажется неправильным.
— ...
Эринн слегка кивнула.
— Но мне придётся называть тебя так, пока мы не завоюем обелиск, верно?
— ...Тогда это будет притворством, но не сейчас.
— Понятно.
Какая непростая ситуация.
— ...
Как мне сказать ей называть меня? Если я вдруг назову своё настоящее имя, это прозвучит странно, ведь оно совсем не похоже на западное.
«Ах».
И тут я кое-что вспомнил. Игровой никнейм, который я использовал, когда играл в Dungeon in Evil. Мне было лень придумывать ник, поэтому я просто взял тот, что игра предложила по умолчанию...
— ...Альбрехт.
— ...Твоё настоящее имя?
Это было не так, но пусть думает, что настоящее. Я всё равно не смог бы объяснить, что это игровой никнейм.
Когда я кивнул, Эринн, казалось, на мгновение задумалась и пробормотала:
— Ты родом из Королевства Эстир?
— Хм?
— А, просто твоё имя звучит так, будто оно оттуда.
Эринн на мгновение замолчала, а затем произнесла:
— ...Прости меня, Альбрехт.
— ...Что?
— Это я... втянула тебя, жившего своей спокойной жизнью, на это поле битвы.
Эринн бросила полено в угасающий костёр.
— Так что прости меня.
— ...
В отличие от своего обычного высокомерного поведения, в такие моменты она становилась очень серьёзной... и на удивление вполне разумной.
Она наверняка была глубоко расстроена и разочарована тем, что всё пошло не по её плану, и тем не менее первой принесла мне извинения. Это служило лучшим тому доказательством.
...Верно. Вот почему её выбрали Героем, и вот почему она смогла своими руками собрать вокруг себя столь талантливых людей.
Разве пошли бы одарённые личности за кем-то, у кого скверный характер?
Прежде чем я успел ответить на извинения Эринн, она заговорила первой:
— Как только это завоевание завершится, ты сможешь жить так, как тебе захочется.
— ...Как захочется?
— Да.
— И это действительно нормально?
Мой вопрос не был простым любопытством. Пусть теперь это тело занимал я, но ведь его истинным владельцем был...
«...Её драгоценный друг, верно?»
Однако, услышав мои слова, Эринн горько скривила губы. Она усмехалась не надо мной. Она насмехалась над собственным положением.
— ...Мне плевать.
Я не нашёлся что ответить Эринн.
Потому что выражение лица Эринн в этот момент было настолько горьким, что у меня язык не поворачивался сказать ей что-то прямо в глаза.
— ...Ничего не говори остальным членам отряда.
— А?
— О тебе буду знать только я. Остальные в любом случае просто пошли на поводу у моего эгоизма... точнее, правильнее сказать, оказались втянуты во всё это, — сказала Эринн. — Скажем просто, что мы с тобой поссорились, и поэтому ты покинул отряд. Так что, когда завоевание обелиска закончится, можешь спокойно уходить. Ты ведь хочешь вернуться к своей обычной жизни, верно?
— ...
— Если я расскажу им правду, это лишь станет для них лишним шоком. Так что я прошу тебя. Если собираешься уйти, пожалуйста, сделай это тихо.
Сказав это, Эринн вздохнула. Даже зная, о чём я подумаю, услышав такой вздох, то, что она повела себя подобным образом, означало лишь одно...
«Она, должно быть, сама этого не замечает».
Сейчас она была настолько эмоционально истощена, что даже не осознавала собственного вздоха.
— ...Но прежде я должен узнать одну вещь. Раз уж меня втянули во всё это, думаю, у меня есть хотя бы право знать.
— ...Что именно?
— Почему ты пыталась заменить душу Аллена, — сказал я. — Если это то, о чём ты не можешь рассказать остальным, я сохраню это в тайне.
Я сказал это из сочувствия к Эринн. Но ответ, который я получил, оказался совсем не таким, как я ожидал.
— ...Прости.
— А?
— Я не могу рассказать тебе. Тому, кто не является Алленом... человеку, не имеющему отношения к этому делу.
— Но ведь именно я пострадал от твоих действий?
— Я знаю, что тебе трудно с этим смириться. Но...
Эринн слегка прикрыла глаза.
— ...Эти дела — позор нашего отряда.
— ...Позор?
— Да, об этом нельзя рассказывать посторонним. Дело не в моей личной гордости, а в чести членов отряда, — умоляюще произнесла Эринн. — Мне искренне жаль говорить это, но, надеюсь, ты поймёшь.
— ...
Мои мысли окончательно запутались.
Неужели прошлый Аллен натворил что-то настолько серьёзное, что она назвала дела, связанные с её другом детства, «позором»?
Поэтому она и попыталась поменять души.
И в результате я вёл себя совсем не так, как прежний Аллен... из-за чего остальные относились ко мне — изменившемуся Аллену — так хорошо?
— ...Я знаю, что это несправедливо. И ты просто не можешь этого понять.
Эринн поднялась на ноги.
— Я заплачу тебе достойную цену. Можешь считать это компенсацией за вред, причинённый моими действиями.
— ...Что?
— Помнишь пари, которое мы заключили?
Эринн посмотрела на меня.
— Я сказала, что если ты станешь силой, способной помочь отряду, я дам тебе то, что обещала раньше. Пусть ты и не тот Аллен, которого я знала, но ты действительно очень помог нам с тех самых пор, как мы сражались в Белпасте.
— Я помню пари, но ты так и не сказала, что именно собираешься мне дать.
— ...Я знаю. Я искренне верила, что ты Аллен, поэтому думала, что ты помнишь тот день. Но это был не ты, — сказала Эринн. — Я скажу тебе сейчас, пусть и с опозданием. Выслушай, и если сочтёшь это достаточной компенсацией... просто кивни.
Стоило мне слегка наклонить голову набок, как Эринн несильно сжала кулак. Затем она с металлическим лязгом ухватилась за нагрудную пластину, прикрывавшую её грудь, сняла её и положила на землю.
— ...Что ты сейчас делаешь?
Белоснежная кожа, скрывавшаяся под нагрудником, обнажилась. Она не была полностью раздета, так как под доспехом оставалась нательная ткань, но её на удивление пышная для столь хрупкого телосложения грудь оказалась взору во всей красе.
— ...А то не видно.
Лицо Эринн густо покраснело. Я много раз видел смущённую Летисию, но Эринн, кажется, вела себя подобным образом впервые.
— Награда, о которой я говорила. И компенсация, которую я предлагаю тебе сейчас.
— ...Что?
Несмотря на крайнее смущение, Эринн не прекращала снимать доспехи. Она также отстегнула прочные наплечники и опустила их на землю.
— ...По крайней мере, ты не настолько непроходимо туп, как этот придурок Аллен.
Если только человек не был круглым дураком, невозможно было не понять, о какой именно «награде» и «компенсации» вела речь Эринн.
— Я не прошу тебя брать на себя ответственность. Это просто награда и компенсация.
Сбросив сковывающие доспехи и оставшись лишь в тонкой нательной одежде, Эринн спросила:
— Если ты примешь это, сможешь ли ты меня понять?
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos