Аллен стоял на окраине деревни, всматриваясь в сторону горы, где, по слухам, обитали ведьмы. Староста деревни, Амдук, встретил наше прибытие с явным облегчением.
— Слава богу, хоть кто-то наконец принял этот запрос, — произнёс он. — Теперь я смогу спать спокойно.
Я спросил о точном местонахождении ведьм, но староста лишь указал на гору за деревней:
— Они всегда крутятся где-то там, это всё, что нам известно.
Информация совпадала с тем, что было написано в бланке запроса. Нам придётся обыскивать эту местность самостоятельно.
— Ничего, если мы осмотримся? — спросил я.
— Конечно. Я предупрежу жителей, что вы здесь, — ответил староста и с беспокойством добавил: — Но всё ли с вами будет в порядке? Мне неловко говорить такое людям, которые пришли помочь, но... вас как-то маловато. Этих ведьм... их там довольно много.
— Не беспокойтесь, — уверенно заверил я его. — Мы справимся с ними, сколько бы их там ни было.
Староста не знал, что мои спутницы при необходимости могли бы запросто уложить сотни ведьм. Они были моей своеобразной страховкой: я мог бы оставить ведьм им, и тех истребили бы на автомате. Но мне хотелось выполнить этот запрос самому. Так я смогу лучше подготовиться к будущим заданиям.
— Мы скоро вернёмся, — пообещал я.
Пока мы шли по деревне, жители настороженно поглядывали на нас, но я знал, что их подозрительность испарится, как только мы вернёмся с победой.
— Похоже, ведьмы не спускаются в деревню, — оглядевшись, заметила Кайсиус.
— Да, староста упоминал, что они держатся у горы. Деревне они пока прямого вреда не причинили.
— Они просто живут там... но когда территории людей и монстров пересекаются, конфликт неизбежен.
— Клара, Кайсиус, я хочу по возможности выполнить этот запрос в одиночку, — сказал я своим спутницам, когда мы приблизились к горе.
— Хорошо, — кивнула Клара.
— Ты уверен, что это разумно? — спросила Кайсиус.
— Помогите мне, если станет опасно. Мне тоже нужно развивать свои навыки.
— У тебя всё получится, — ободряюще кивнула Клара.
— Рад, что ты так думаешь.
Я достал из-за спины Посох золотых оков. Ведьмы были надоедливыми существами, использующими магию, но это также означало, что они не представляли собой ничего особенного, стоило лишь нейтрализовать их колдовство. Их физические способности мало чем отличались от возможностей обычной женщины, да и размерами они особо не выделялись.
Мы ещё не успели углубиться в гору, как услышали ведьм, которые вышли поприветствовать незваных гостей на своей территории.
— Как вы смеете вторгаться сюда...
— Какие храбрые людишки.
Ведьмы показались открыто. Как и говорил староста, их было довольно много — по меньшей мере десятка полтора. Они вышли на удивление легко, вероятно, будучи уверенными в своём численном преимуществе.
Но после того как я повидал Тёмных ведьм, их высший подвид, в Обелиске... я вообще не чувствовал никакого волнения.
Клара и Кайсиус тоже сохраняли спокойствие на лицах. Ведьмы неверно истолковали отсутствие у нас реакции и весело расхохотались.
— Что это? Эти людишки никак не реагируют!
— Должно быть, они оцепенели от страха!
— Они думают, что смогут что-то сделать нам этим оружием? Как мило.
Хотя они и походили на людей, они были всего лишь низкоранговыми монстрами. Вопреки расхожему представлению, ведьмы не отличаются особым умом. Высокий интеллект — это черта высших монстров, таких как Тёмные ведьмы.
Так что они тешили себя иллюзиями, по глупости даже не подозревая о том, что сейчас произойдёт.
— Не бойтесь так сильно.
— Мы сделаем всё безболезненно.
Если бы они затаились и атаковали магией из укрытия, это могло бы занять какое-то время. Но раз уж они показались сами...
— Прощайте.
[Ведьма активирует Стрелу маны]
Магическая сила поднялась с ладоней ведьм, превращаясь в острые наконечники стрел. И не у одной или двух — все ведьмы создавали их одновременно.
Но это не представляло проблемы. Магическая сила ведьм была ничем по сравнению с монстрами, которых я встречал в Обелиске, или творениями Командующего Магическим Корпусом.
Я призвал свою магическую силу и разделил её в соответствии с количеством ведьм. Мне нужно было уничтожить все эти летящие в нашу сторону стрелы.
Выражения лиц ведьм слегка изменились. Будучи сами заклинательницами, они, должно быть, почувствовали мою магическую силу.
— Развеивание.
[Активируется Развеивание]
К этому моменту они уже наверняка осознали свою ошибку.
— А?
— Моя магия...
Созданные ими стрелы исчезли, словно их никогда и не было. Более того, моя магическая сила теперь связала их собственную, не позволяя им использовать заклинания.
— Ну что, теперь-то вы приходите в себя?
Вид их недоумевающих лиц заставил меня усмехнуться. Я поднял свой Посох золотых оков и объявил их участь:
— Вам пиздец.
◇ ◇ ◇
— Эринн.
Эринн, находившаяся в императорском дворце, подняла глаза на позвавший её голос. Было не так много людей, которые могли бы обратиться к ней лично, когда она оставила своих спутников снаружи и пришла одна.
— ...Что такое?
Тем, кто позвал Эринн, был не кто иной, как генерал левого крыла Салициус, её непосредственный начальник.
— Что значит «что такое»? Я позвал тебя, потому что ты витаешь в облаках. — Салициус строго добавил: — Как бы тебе это ни не нравилось, прояви должное уважение. Этого требует сама обстановка.
— ...
Эринн огляделась. В данный момент она находилась на банкете. И не на каком-то обычном банкете, а на устроенном Гнеем Лицинием, императором Дернской империи.
Он предназначался для того, чтобы почтить выдающиеся заслуги Эринн за границей и продемонствировать министрам твёрдую власть императора.
— Я вовсе не против, — ответила Эринн. — Это ведь всё ради меня, верно?
— Для той, кого чествуют, ты кажешься слишком рассеянной...
— Тебе просто кажется, дяденька~♡
Когда она, как обычно, повела себя озорно, Салициус решил, что обознался, и отступил. Однако, как он и заметил, Эринн действительно не могла сосредоточиться.
«Нельзя мне быть такой».
Честно говоря, ей хотелось бросить всё и уйти.
Она думала, что отпустила их спокойно и разумно, но всё это оказалось лишь её иллюзией. Последствия этого расставания затянулись слишком надолго для того, чтобы назвать его лёгким.
Настоящая проблема заключалась не только в том, как долго сохранялись эти чувства, но и в том, что она не могла контролировать свои эмоции. Каждое утро после пробуждения превращалось в муку, и она даже не могла нормально спать.
Она продолжала думать о его уходе. Даже несмотря на то, что она приняла тот факт, что он не Аллен, а кто-то другой, всё равно...
«Это просто смешно...»
Она не могла понять саму себя. Хотя «Аллен», безусловно, был важен для неё, но если бы её спросили, любит ли она его настолько, чтобы умереть на протяжении двух жизней, ей было бы трудно ответить утвердительно.
В каком-то смысле это было естественно. Возможно, в первой жизни она и испытывала столь сильные чувства, но Эринн уже дважды становилась свидетельницей позорного поведения Аллена.
Как человек, способный испытывать и надежду, и разочарование, она, несомненно, охладела к нему.
Конечно, он всё ещё оставался важен для неё, но если бы её спросили, любит ли она его настолько, что не может разумно принять реальность или совладать со своими эмоциями... она абсолютно точно не смогла бы ответить «да».
На самом деле, возможно, она уже довольно давно перестала воспринимать его в романтическом ключе. Аллен был важен из-за множества хороших воспоминаний и пережитого вместе опыта... но также было немало моментов, когда её чувства остывали, стоило ей увидеть, что он ведёт себя точно так же, несмотря на предоставленные шансы.
Её любовь угасла сама собой. Он по-прежнему оставался дорогим другом детства, тем, кого ей хотелось защитить, но если бы её спросили, любит ли она его до сих пор... она не смогла бы дать однозначного ответа.
Возможно, она просто по привычке считала, что всё ещё любит его, потому что это казалось естественным.
Она была уверена, что её чувства уже не те, что прежде, и это делало ситуацию ещё более запутанной. Почему же она так страдала? Почему продолжала желать вернуться в тот день и дать другой ответ?
Она гадала, не из-за Клары ли всё это. Клара, ушедшая вместе с ним, определённо была для Эринн дорогой спутницей.
Но если дело было только в этом... эмоциональный удар оказался гораздо сильнее, чем она ожидала.
— Ха-а...
Не в силах сдержаться, она глубоко вздохнула. Некоторые министры нервно покосились на неё. Они боялись Эринн, одну из сильнейших Героев, но помимо этого...
— Открыто вздыхать на таком мероприятии — у вас действительно напрочь отсутствуют манеры.
— ...
Это была Урания Ахиллиус, министр военных дел Дернской империи. Она всегда настороженно относилась к Эринн и не упустила бы возможности покритиковать её. Салициус, который советовал Эринн сосредоточиться именно во избежание подобной ситуации, покачал головой, словно говоря: «Я же предупреждал».
— Вы думаете, все закроют глаза на ваше отсутствие элементарной вежливости только потому, что вы Герой простого происхождения? Нет. Быть простолюдинкой по рождению означает, что вам нужно стараться ещё усерднее. По крайней мере, если вы собираетесь лично ступать на территорию императорского дворца.
В обычных обстоятельствах Эринн пропустила бы подобные замечания мимо ушей. Урания не впервые вела себя подобным образом, и хотя Эринн была единственным Героем империи, ей всё ещё нужно было укреплять своё положение. Не стоило ссориться со старшей дочерью герцогской семьи Ахиллиус из-за пустяков.
Но проблема заключалась в том, что в данный момент Эринн не хватало душевного равновесия. Её и так одолевали нежелательные мысли, с которыми она не могла совладать, а тут ещё и человек, который ей и без того не нравился, действовал на нервы, лишая всякой возможности проявлять терпение.
— ...Разболталась тут, раздражает...
— Кхм!! Госпожа министр военных дел, похоже, Герой сегодня изрядно утомлена. Пожалуйста, отнеситесь к этому с великодушием. Разве терпимость не является одной из добродетелей Дома Ахиллиус?
Салициус поспешно вмешался, чтобы предотвратить вспышку гнева Эринн.
— Госпожа Герой, я знаю, что вы устали, но, пожалуйста, потерпите ещё немного. Скоро прибудет Его Величество, и как только все необходимые процедуры завершатся, никто слова не скажет, если вы уйдёте отдыхать.
— ...
Эринн не была настолько глупа, чтобы отвергнуть старания Салициуса. Хотя ей больше всего на свете хотелось прямо сейчас разорвать пасть министру военных дел, она проявила предельное терпение из уважения к заботе Салициуса.
— ...Я буду осторожнее.
Салициус с облегчением выдохнул, услышав простой ответ Эринн. Поскольку Герой заняла покорную позицию, у Урании больше не осталось поводов для придирок, и атмосфера на банкете вскоре вернулась в привычное русло.
Вскоре после этого один из слуг в банкетном зале громогласно объявил, что правитель империи наконец прибыл:
— Его Императорское Величество Император!
Все министры, включая Эринн, поднялись со своих мест. Плотно закрытые двери распахнулись, и вошёл величественный мужчина в сияющей золотой короне.
— Прошу прощения у всех присутствующих. Мои приготовления заняли чуть больше времени.
Это был Гней Лициний II, повелитель Дернской империи и её священный правитель.
— Что вы, Ваше Величество.
— Добро пожаловать, Ваше Величество.
Министры смиренно приняли извинения императора и поприветствовали его. Император жестом предложил им сесть, направляясь к своему месту.
Когда император сел первым, министры наконец заняли свои места, и официальный банкет начался. Естественно, поскольку цель этого собрания была предельно ясна, император пожелал первым делом выслушать историю Эринн.
— Герой Эринн.
— ...Да, Ваше Величество.
— Я уже наслышан о ваших усилиях и достижениях, но, поскольку некоторые из присутствующих здесь министров могут не знать о них, я бы хотел, чтобы вы в точности доложили о них.
Это была чистая формальность — наверняка все и так уже знали, — но в этом крылось личное желание императора услышать о её подвигах из первых уст.
— ...
Эринн приоткрыла рот, чтобы заговорить, но тут же закрыла его. По какой-то причине ей было трудно начать.
Было тяжело признавать это, но все отчёты, которые она собиралась представить, являлись воспоминаниями о временах, проведённых с теми, кто уже покинул её.
— Госпожа Герой?
Услышав недоуменный голос императора, Эринн наконец пришла в себя. Похоронив свои болезненно острые эмоции где-то глубоко внутри, она наконец заставила свои губы шевельнуться и начала доклад.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos