Дни пролетали быстро, и прежде чем Ариен успел опомниться, он уже ехал рядом с Уиллом в открытой карете, дальше от Трёх Лугов, чем когда-либо прежде. Пейзаж не был чем-то особенным: поля, фермы, снова поля. И всё же Ариен смотрел на него так, словно мир мог открыть ему что-то важное, стоило только отвернуться.
Несмотря на ранний час, фермеры уже жали огромные участки зерновых большими косами. Позади шли их сыновья, а иногда и жёны, собирали колосья и вязали их в снопы. Когда карета проезжала мимо, крестьяне ненадолго прекращали работу, снимали соломенные шляпы, кланялись и возвращались к делу.
— Уилл, помни: если встретишь противника сильнее себя, сдавайся.
Это был как минимум пятый раз за последний час, когда мать мальчика повторила эти слова.
Хелия Грейрок была стройной блондинкой; её лицо будто само собой принимало выражение тревоги с неодобрением. К слугам она относилась с некоторой холодностью, особенно к Крефту, к которому порой испытывала открытую неприязнь, но с Ариеном всегда была добра. Судя по тому, что он понял, это объяснялось его ролью в том, что Велин приехала обучать Вилла и Силь.
— Мам, я знаю, знаю. Не волнуйся. Не найдётся никого, кто был бы сильнее меня, — ответил мальчик.
— Уилл, — прошипела она. — Если хоть раз ослушаешься, о следующем турнире можешь забыть. Милый?
Последнее слово прозвучало скорее предупреждением, чем вопросом. Сэр Сэмвелл, сидевший напротив неё рядом с Крефтом, слегка съёжился.
— Уилл, слушай мать. Не хвастайся и не рискуй. Насколько мы знаем, будут соревноваться только трое других мальчиков твоего возраста. Воспринимай это как возможность набраться опыта. Всё, чему научишься сейчас, пригодится через два года, когда будешь участвовать снова.
— Да, отец. А Фредерик Топор в этом году будет выступать?
— Говорят, да.
— Здорово! Его бой в финале два года назад был невероятным. Он такой сильный!
— Такой сильный, а на Королевском турнире даже не прошёл групповую стадию, — фыркнул Крефт.
— Хотел бы я однажды посмотреть бои в столице. Какие они? Сильно отличаются от состязаний в Рибенне?
Сэр Сэмвелл и Крефт переглянулись. Оба понимали: кто бы ни ответил, следующий час Уилл будет расспрашивать о каждом поединке, который они помнят.
— Пап?
Уилл настаивал.
Крефт про себя усмехнулся, а рыцарь тяжело вздохнул.
— Очень отличаются, сынок. В столице есть дополнительные дивизионы, разделённые по уровням. Фредерик, возможно, один из сильнейших бойцов Рибенна, но в столице ему пришлось выступать в низшем дивизионе, и даже там он ничем не выделился.
— Почему такая разница? В столице тренируются больше нас?
— Не обязательно больше тебя, — ответил сэр Сэмвелл. — Но там уделяют огромное внимание развитию с самого раннего возраста. Главное отличие, однако, в том, что они набираются опыта в Порталах. Никакая тренировка не заменит битву за жизнь против чудо…
В этот момент резкий удар зелёной туфли по голени оборвал рыцаря на полуслове.
Ариен понял, что уже поздно. Глаза Уилла округлились.
— Я имею в виду лучших из лучших. Линд Молния и Красный Мал годами тренировались, прежде чем им разрешили входить в Порталы, — быстро добавил дворянин, пытаясь исправить положение.
— Порталы и правда настолько опасны? Ариен рассказывал, что однажды Портал открылся возле Рибенна, но армия быстро с ним справилась.
Спасибо, Уилл. Ещё минута — и пришлось бы идти пешком рядом с сэром Сэмвеллом.
— Ты слышал о Портале у Вдовьих болот? — явно удивился рыцарь.
— Отец рассказывал. Всё, что услышал от деда, милорд.
— Удивлён. Не думал, что в Трёх Лугах кто-то знает об этом.
— Вы знаете эту историю, отец? Вы участвовали в походе? Расскажете? Пожалуйста?
— Как думаешь, сколько мне лет? — рассмеялся сэр Сэмвелл. — Меня тогда ещё даже не родили. О Вдовьих болотах я узнал, когда король пожаловал мне эти земли.
— А что произошло? Что там было?
— Обычное дело, когда Портал упускают из виду, — ответил рыцарь. Затем он обеспокоенно взглянул на жену и добавил: — Впрочем, такое случается крайне редко. У Гильдии Исследователей есть способы находить даже Порталы, спрятанные в самых отдалённых местах. Что до Вдовьих болот, Четвёртая армия под командованием генерала Солсбери достаточно быстро справилась с Прорывом. Потом Исследователи и маги очистили Портал и устранили угрозу.
— И всё? С кем они сражались? Кто был Владыкой Портала?
— Не удалось найти ничего полезного. Подробности о Порталах и их уровнях обычно засекречены.
— Но почему? Чудовища угрожают всем. Зачем хранить это в тайне?
— Потому что знания часто ценнее золота или артефактов, — вмешалась Хелия. — Поэтому мы хотим дать тебе образование: если решишь продолжить этот путь в столице, оно поможет выжить. Не каждому открыт доступ к таким сведениям.
— Это нечестно! — заявил Уилл. — Рыцари и дворяне должны защищать простых людей, а не скрывать от них знания.
— Некоторые сведения ограничивают, потому что их распространение может ухудшить опасное положение. Мир куда сложнее, чем ты думаешь, — тихо сказала Хелия.
— Как такое возможно? Знания не могут быть злом, — возразил мальчик.
— Представь, Уилл, в деревне начинается Красная чума, — неожиданно сказал Крефт. — Первый, кто её распознаёт, — жрец, ухаживающий за больными. У него два варианта. Первый: он держит сведения при себе и отправляет весть начальству, которое, скорее всего, поставит деревню на карантин. Всех запрут внутри, включая здоровых. Второй: он рассказывает жителям, прекрасно понимая, что некоторые сбегут и распространят болезнь ещё дальше.
— Как ему поступить?
Уилл открыл рот, но Крефт покачал головой.
— Нет. Не отвечай сейчас. Подумай. — Он посмотрел на юго-запад и прищурился. — Всадники.
Ариен проследил за его взглядом, но смог разглядеть лишь несколько тёмных точек на горизонте.
— Сколько? — спросил Сэмвелл.
— Четверо. Может, пятеро.
Мужчины некоторое время наблюдали за ними.
— Торговцы?
— Без повозок? — Крефт поправил меч на поясе. — Схожу проверю.
— Нет, — сразу сказала Хелия. — С нами дети.
Крефт не ответил сразу. Он посмотрел на сэра Сэмвелла. Тот ещё немного наблюдал за всадниками, затем тихо вздохнул.
— На всякий случай попрошу стражу в Рибенне отправить патруль. Наверное, это Исследователи.
Через несколько минут всадники скрылись за холмами и полями.
К вечеру, когда они приблизились к Рибенну, колеи стали мельче, придорожные канавы — чище, а фермы выстроились одна за другой. Затем на фоне закатного солнца наконец показался город.
Ариен должен был признать: он разочарован. Он представлял башни или хотя бы каменные улицы. Вместо этого Рибенн состоял главным образом из рядов деревянных домов, теснившихся вдоль грязных дорог; между ними текли переполненные канавы. Если бы не стены и несколько крупных зданий над крышами, его можно было бы принять за разросшиеся Три Луга.
Несмотря на поздний час, повсюду толпились люди, и карета едва ползла. Ариен оглядывался, стараясь дышать ртом, но даже это почти не спасало от вони пота, гниющей еды и ещё нескольких запахов, которые он предпочёл не опознавать.
— Раньше здесь было не так, — пожаловался Уилл, зажав нос.
— Турнир начинается завтра. Все в радиусе двадцати лиг хотят либо посмотреть на него, либо заработать на зрителях. К рассвету каждый свободный клочок улицы, наверное, займёт торговец, — объяснил сэр Сэмвелл.
Ариен заметил, что многие несли тюки и свёртки, а другие уже устраивали временные лагеря в боковых переулках. Главную улицу обступали таверны и постоялые дворы, откуда в вечерний воздух вырывались музыка, смех и пьяные крики.
Перед одним заведением городская стража безуспешно пыталась разнять двух мужчин. Только когда один из них потерял сознание, стражникам наконец удалось скрутить второго.
— Не завидую их наказанию, — рассмеялся Крефт. — Наверное, они приехали на турнир, а теперь два дня просидят в колодках на городской площади. Да ещё и жара будет.
— Их не посадят в тюрьму? — удивился Ариен.
— В тюрьму? За драку? — фыркнул Крефт. — Зачем тратить налоги на их кормёжку? Так какой-нибудь мальчишка сможет бросить в них тухлой капустой, а все развлечются.
Он говорил почти ностальгически, отчего сэр Сэмвелл рассмеялся.
— Понятно. Значит, детство в Торбене сделало это одним из твоих любимых развлечений?
— Возможно, — пожал плечами Крефт, но теперь улыбался.
Карета остановилась перед большим постоялым двором.
— «Золотые гроздья». Лучшее место в городе, — сказал сэр Сэмвелл.
Снаружи постоялый двор не выглядел особенно впечатляющим. Возле двери стоял огромный мужчина с тяжёлой дубиной в руке. Даже самые громкие пьяницы, проходя мимо, понижали голос.
Они вышли, пока кучер направлял карету через боковые ворота к конюшням. Сэр Сэмвелл вошёл не сбавляя шага. Ариен последовал за остальными. Крупный охранник мельком взглянул на Крефта, решил, что тот не представляет угрозы, и снова стал следить за улицей.
Внутри зал был светлым и чистым. Одну его сторону занимала длинная стойка, где люди с кружками и бокалами тихо беседовали; с другой находилась столовая с квадратными столами. Слуги быстро двигались между ними, унося посуду и подавая блюда. В дороге они ели холодные припасы, но запах горячей еды сразу заставил Ариена сглотнуть.
Он замедлил шаг, заметив лампы на стенах. Они излучали свет без огня. Сперва он подумал об электричестве, пока Чутьё маны не обнаружило слабое сияние белых кристаллов в металлических креплениях.
Какое легкомысленное применение магии.
Ариен остановился возле одной лампы и поднёс руку к кристаллу. Тот давал ровный свет, намного стабильнее открытого огня. Ариен сразу задумался о цене. Сколько маны расходуется за ночь? Может ли обычный хозяин постоялого двора позволить себе такое? Наверное, нет. Но кто-то решил, что это того стоит.
— Сэр Сэмвелл Грейрок! Добро пожаловать, добро пожаловать! Рад вас видеть, милорд! Я уже думал, что вы прибудете только завтра. И добро пожаловать, миледи. Вы как всегда прекрасны. А это, должно быть, юный мастер Уильям! Как ты вырос! — Приветствие принадлежало самому крупному мужчине из всех, кого Ариен встретил в этом мире.
Ростом он был почти шесть с половиной футов, широкоплечий и пузатый — скорее великан, чем хозяин постоялого двора. Но острые, внимательные глаза не сочетались с массивной фигурой.
— И я рад тебя видеть, Гуго. Смотрю, дела идут хорошо, — ответил сэр Сэмвелл.
— Не жалуюсь! Хотя с семью детьми, шестеро из которых девочки, нелегко. Все мои медяки уйдут на приданое! — театрально вздохнул Гуго. — Ваш багаж уже в комнатах. Айда проводит. Для вас, миледи, готова горячая ванна. Или, может, хотите поесть? Выпить? Холодную кружку пива для вас, милорд, и вашего спутника? Мальчики, должно быть, проголодались после дороги. Миску рагу?
Гуго почти не переводил дыхания.
— Как всегда, ты читаешь наши мысли, — сказал Сэмвелл. — Я бы точно не отказался от пива.
— Могу я быть уверена, что за мальчиками присмотрят? — спросила Хелия.
— Конечно. Одна из дочерей за ними присмотрит. Бояться здесь нечего, но понимаю: после недавних событий люди предпочитают перестраховаться.
— Недавних событий? — переспросил сэр Сэмвелл.
Гуго моргнул.
— Вы не слышали? Тирания Кротона пала. Кто бы подумал, что он проживёт больше четырёхсот лет, а погибнет от рук собственной дворцовой стражи?
Сэр Сэмвелл и Крефт встревоженно переглянулись.
— Когда? — спросил Сэмвелл.
— И кто теперь правит столицей? — добавил Крефт.
Гуго жестом предложил пройти в более тихую часть зала, и вскоре сэр Сэмвелл с Крефтом засыпали его вопросами. Даже Хелия присоединилась, на время забыв о ванне. Ариен пытался слушать, но из-за расстояния и шума постоялого двора различал лишь отдельные слова.
Он слишком мало знал о Тирании, чтобы понять последствия, но по реакции Сэмвелла и Крефта стало ясно: новость серьёзная.
— Ариен, пошли! — Уилл потянул его за рукав. — Крефт вчера показал мне кое-что новое. Кажется, у меня получается, но ты должен проверить.
Ариен пошёл за ним, ещё раз оглянувшись на маленькую группу, погружённую в разговор.
В тот же вечер, в пятидесяти милях к северу.
Велин ухмылялась как дурочка, подгоняя измученную лошадь. После нескольких часов в седле она всё ещё не могла избавиться от ощущения, что боги наконец решили ей благоволить. Катастрофа с графом Серионом сослала её на край королевства, прямо у границы Тирании Кротона, а теперь Тирания пала.
Она не знала, что придёт ей на смену: Республика, Королевство или несколько маленьких государств. Но это было неважно. Она станет одной из первых, кто узнает.
Политические потрясения такого масштаба случались раз в несколько десятилетий, и Велин не собиралась упускать шанс. Тирания веками не пускала гильдии, а теперь граница открывалась.
Приказ был ясен: пересечь границу, оценить ситуацию, начать создавать разведывательную сеть и ждать дальнейших распоряжений.
Она представила лицо Кейтлина при следующей встрече. Велин, первый агент Гильдии за несколько столетий, сумевший создать сеть внутри Тирании. А может, будущая глава отделения.
Отравление графа Сериона было волей богов, но ради её же пользы.
Даже работа в жалком поместье Сэмвелла оказалась не совсем напрасной. Во многом благодаря Ариену Магнетическое присутствие наконец достигло пятидесятого уровня, и она смогла выбрать специализацию. К собственному удивлению, она даже немного привязалась к мальчику. Силь училась из чувства долга, Уилл — потому что от него этого ждали, а Ариен действительно хотел понять мир. Велин могла это уважать.
Ещё интереснее было то, что он понимал: она использует на нём Магнетическое присутствие, — и ни разу не пожаловался Сэмвеллу. Вместо этого сопротивлялся. Обычно одного её намерения хватало, чтобы развязать человеку язык, но Ариен приспособился после первых нескольких попыток и заставлял её обходить какое-то сопротивление. Иногда она чувствовала себя немного виноватой за то, что так давила на него, но недостаточно, чтобы остановиться.
Если ничего другого, давление могло помочь ему открыть полезный ментальный навык, когда пробудится его Система.
Было бы идеально.
Нужно только не забыть послать за ним до девятого дня рождения. Велин была почти уверена, что он откроет Систему раньше срока, возможно, около восьми лет. Ариен был сообразительным, особенно в математике, но она встречала детей из элиты королевства, которых с младенчества обучали именно этой цели. У некоторых был талант, который не смогли бы создать даже огромные ресурсы.
Объясняя детям раннее открытие Системы, она слегка исказила правду. Не было смысла рассказывать, что дети из старых родов — особенно самые одарённые — уже десятилетиями пробуждали Систему на несколько лет раньше благодаря поколениям знаний, тренировок и ресурсов.
Говорили, внучка Колдхарта сумела сделать это за день до шестого дня рождения. Настоящее чудовище. Кейтлин открыл Систему в семь лет, и его поклонники не уставали об этом напоминать.
Теперь откладывать доклад об Ариене казалось всё полезнее. Если Велин получит руководство новым отделением на территории Тирании, она сможет сама забрать его и начать готовить к работе в Гильдии.