Они плыли вверх по реке на широкой барже. Двадцать гребцов ровно работали вёслами, преодолевая течение Вина. Река сужалась, а Утал исчезал позади; у побережья она была такой широкой, что Ариен едва различал противоположный берег.
Капитан отвёл им место у носа, подальше от большинства пассажиров. Первую часть пути они говорили о путешествиях Ариена.
Он рассказал короткую версию: дороги, повозки, баржа, «Золотая мидия», истории Ориана, шторм и Санрей. Два месяца пути в нескольких фразах звучали на удивление буднично.
Уилл расспрашивал о шторме и Санрее, но вопросы Малбека по мере рассказа становились всё конкретнее.
В каких городах останавливался Ариен?
Насколько удобными были повозки?
Какие каюты на «Золотой мидии»?
И, судя по всему, что-то очень важное: что Фенрей подавал им на ужин?
К этому времени Уилл уже буквально вибрировал рядом с ним. Малбек, похоже, этого не замечал.
— А сама еда? — спросил он Ариена. — Неплохая?
— Брат.
Малбек невинно повернулся к Уиллу.
— Да?
— Не мог бы ты, пожалуйста, объяснить ему теперь про Академию? По-настоящему. Почему она важна, что даёт раннее открытие Системы — всё.
В уголке рта Малбека едва заметно дёрнулась мышца.
Ага. Он делал это нарочно.
Малбек дал Уиллу помучиться ещё мгновение и повернулся к Ариену.
— Хочешь узнать, как всё устроено на самом деле?
Ариен тут же кивнул.
Малбек поднял руку и сложил пальцы в короткую фигуру, одновременно прошептав несколько слов, слишком тихих для Ариена. Мана вокруг них сдвинулась. К тому времени, как Ариен сосредоточил Чувство Маны, заклинание уже завершилось. Воздух в нескольких шагах от них слабо мерцал, а звуки снаружи приглушились.
— Заклинание тишины? — спросил Ариен.
— Вроде того. Обычный разговор за пределы круга не выйдет. — Малбек глянул на гребцов. — Оно не остановит того, кто специально подслушивает подходящим Навыком. А если Уилл начнёт кричать, уже ничего не гарантирую.
— Круто! — сказал Уилл.
Несколько гребцов повернули головы.
Малбек уставился на него. Уилл понизил голос.
— Круто.
— Так, — прошептал Уилл. — Академия?
— Академия подождёт.
— Что?
Малбек повернулся к Ариену.
— Полагаю, у тебя есть «Управление маной». Какие ещё Навыки ты назначил?
Уилл посмотрел на Ариена так, словно Малбек спросил, сколько убийств тот совершил.
— Ты назначал Навыки?
Ариен нахмурился.
— Да?
— Ну нет… — Уилл закрыл лицо руками.
— Не обращай на него внимания, — сказал Малбек.
Это не особенно успокоило Ариена.
— Это была ошибка?
— Вероятно, нет.
— Очень успокаивает.
Малбек пожал плечами.
— Академия советует будущим студентам не назначать Навыки до начала учёбы. После поступления они могут посоветоваться со своим магистром, прежде чем окончательно выбрать путь.
— Почему?
— Ячеек Навыков ограниченное количество, а дети постоянно выбирают то, о чём потом жалеют.
Уилл выглянул сквозь пальцы.
— Ну вот.
— С другой стороны, — продолжил Малбек, не обращая на него внимания, — если годами откладывать назначение полезных Навыков, это тоже замедляет развитие. Знатные семьи решают проблему, нанимая талантливым детям личных наставников и советников задолго до поступления в Академию.
— Естественно, — пробормотал Ариен.
— Естественно. — Малбек чуть откинулся. — Итак. Что ты выбрал?
Ариен помедлил.
Он так долго скрывал, что у него есть Система, что говорить об этом прямо всё ещё казалось неправильным. Как бы ему ни нравился Малбек, они были знакомы меньше дня.
Ариен вспомнил предостережения Вильды.
В конце концов он решил открыть лишь часть правды.
— «Управление маной». «Чувство маны». И два Аспекта.
Уилл опустил руки.
— Два?
Лицо Малбека ничего не выражало.
— «Чувство маны» и «Управление маной» — очевидный выбор. С двумя Аспектами всё не так хорошо. Большинству студентов советуют начинать с одного, чтобы осталось место для основных Навыков.
— Каких именно?
— «Медитация», «Слова магии», «Колдовство». — Малбек загнул пальцы. — И, в конце концов, «Сопротивление разума». — Он перечислял их тем же спокойным тоном, с каким кто-нибудь назвал бы ингредиенты супа.
Между лопаток Ариена выступила капля холодного пота.
«Непоколебимый разум», вероятно, выполнял ту же роль, что «Сопротивление разума», но на это «вероятно» приходилось слишком многое. У Ариена оставалось всего две свободные ячейки Навыков. Не ограничил ли он уже слишком сильно собственные возможности?
— Много ли людей приезжают в Академию уже с Аспектом? — спросил Ариен.
— Большинство — нет, особенно простолюдины. Знатные часто приезжают с уже открытым Аспектом, а наиболее одарённые обычно открывают второй на первом курсе.
Уилл тут же повернулся к Ариену.
— Какие у тебя?
Малбек бросил на брата равнодушный взгляд.
— Дашь ему хоть минуту, прежде чем допрашивать?
— Помолчи, Мал. Ты ведь тоже умираешь от любопытства.
Лицо Малбека напряглось.
— Я просил не называть меня так.
Ариен улыбнулся.
— Ничего страшного. Всё равно, когда поступлю в Академию, придётся рассказать, да?
— В основном да, — сказал Малбек. — Аспекты среди студентов обычно не считаются тайной. Ты будешь открыто с ними практиковаться, а на старших курсах, когда больше студентов откроют свои Аспекты, появятся отдельные занятия магией Аспектов.
— Тогда мне пригодится совет насчёт моих.
— Рассказывай.
— Один из них — Жизнь. Насколько я слышал, это поможет мне вести переговоры с Фракциями.
Малбек уставился на него, утратив обычное самообладание. Уилл, напротив, выглядел почти разочарованным. Ариен заподозрил, что тот надеялся на что-нибудь взрывоопасное.
— Жизнь? — повторил Малбек.
— Да.
— Прости, но можешь это доказать?
— Ариен не стал бы врать о таком, — сказал Уилл, уже поворачиваясь к нему. — А второй какой?
— Уилл.
— Что?
— Помолчи минутку. Это важно.
Уилл обиженно посмотрел на брата, но наконец послушался. Ариен пожал плечами и подвинулся к нему. Предплечья Уилла покрывали синяки и наполовину зажившие порезы — вероятно, память о недавних тренировках. Ариен взял его за руку и направил в неё немного маны Жизни.
Синяки начали бледнеть. Неглубокие порезы медленно затянулись.
Малбек наклонился вперёд.
— Невероятно.
Он проследил взглядом за последними следами синяков, пока те не исчезли.
— Это многое меняет. — Он посмотрел на брата. — Уилл, где ты вообще его нашёл?
— Ты прекрасно знаешь где, — пробормотал Уилл, всё ещё обиженный. Он повернул руку, рассматривая восстановившуюся кожу. — А что особенного в Жизни? В столице полно целителей. — Он пошевелил пальцами. — Кстати, спасибо. Щекотно.
— Целителей и правда много, — согласился Малбек. — Но очень немногие обладают Аспектом Жизни.
Уилл снова посмотрел на него.
— Насколько немногие?
— Жизнь — Редкий Аспект. За все годы в Академии я видел лишь горстку студентов, которые его открыли, и большинство сделали это уже на старших курсах. Представь так: целитель с Аспектом Жизни и целитель без него — это два обученных мечника, только одному дали настоящий меч.
— Значит, Ариену не нужно беспокоиться о Фракциях?
— Как раз наоборот. — Малбек кивнул ему. — Каждая Фракция Вейхолда захочет его завербовать. Но Аспект Жизни позволит ему выбирать, а не выпрашивать место.
Ариен нахмурился.
— Это совсем не похоже на то, что я слышал.
— Полагаю, так и есть. — Малбек слегка откинулся. — Люди за пределами столицы любят истории о талантливых простолюдинах, которых могущественные Фракции заманивают в ужасные контракты.
— А такого не случается?
— Я этого не говорил. — Малбек скрестил руки. — Угрозы, шантаж, манипуляции, даже убийства случаются. Но обычно на кону куда больше, чем судьба студента Академии. — Он помедлил. — На нашем уровне всё чаще происходит не так, как в этих историях.
— А как?
— Первые несколько лет большинство способных студентов выдерживают. Потом становится намного труднее. На пятом курсе многие начинают искать Фракцию или знатный Дом, которые поддержат их учёбу и дадут ресурсы для дальнейшего развития.
Уилл нахмурился.
— То есть студенты сами к ним идут?
— Обычно.
Малбек многозначительно посмотрел на Ариена.
— Учёба в Академии обходится дорого не только из-за платы за обучение. Нужно время, чтобы освоить заклинания, которые задают магистры; материалы для практики; зелья маны, когда естественное восстановление не поспевает; а позднее — доступ к наставникам за пределами Академии, которые специализируются на темах, в которых твой магистр может быть не силён. Фракции и Дома могут всё это обеспечить. В конце концов большинству уже недостаточно одного таланта.
— А если отказаться? — спросил Ариен.
— Некоторые справляются без поддержки. — Малбек пожал плечами. — Большинство — нет.
Ариен вспомнил всё, что слышал в Рибенне. Это были не совсем выдумки; в них просто не упоминали, что рано или поздно многие студенты сами начинают искать Фракции.
— Но Жизнь всё меняет?
— Меняется то, кто больше нуждается в другом.
Малбек кивнул на него.
— Будущий целитель с Аспектом Жизни может торговаться.
— Мой второй Аспект — Огонь, — сказал Ариен, отчасти чтобы приободрить Уилла. Это сработало: глаза мальчика тут же загорелись.
— Огонь?
Малбек выглядел куда менее впечатлённым.
— Плохое сочетание.
Уилл посмотрел на него.
— Почему?
— Если хочешь эффективно развиваться в одной области, — пояснил Малбек. — Жизнь естественно ведёт к целительству, а Огонь куда полезнее боевому магу. Им нужны совершенно разные Навыки.
— Но Ариен должен уметь и защищаться! — возразил Уилл.
— Для этого есть заклинания.
Малбек повернулся к Ариену.
— Честно говоря, я бы не назначал ещё один Аспект. Пока ты не поймёшь, чем придётся за него расплатиться. Ячейки Навыков слишком ценны.
— Ты упоминал Медитацию, Слова магии и Колдовство. Почему именно эти три? — спросил Ариен.
Он чувствовал себя немного глупо. С самого начала знал, что назначать Навыки вслепую опасно. И всё же объяснение Малбека о том, чем может обойтись такой выбор, пробудило неприятные сомнения.
— У Медитации три главных применения, — сказал Малбек. — Она ускоряет восстановление маны, облегчает открытие Аспектов, а её поздние специализации необходимы для применения более сложной магии.
Ариен сразу принялся раскладывать услышанное по полочкам.
Первая польза была для него не так важна, как для большинства магов: его растущая Живучесть и без того быстро восстанавливала ману.
Вторая значила ещё меньше: Черта уже открыла ему шесть Аспектов. А третья звучала по-настоящему полезно.
— «Слова магии» и «Колдовство» тесно связаны, — продолжил Малбек. — Колдовство позволяет формировать магию вне собственных Аспектов. Результат, естественно, слабее настоящей магии Аспектов, зато универсальность это компенсирует.
— А «Слова магии»?
— Позволяют создавать более сложные заклинания. Без этого Навыка заклинание — просто набор звуков.
Волнение Ариена вернулось. Годами почти всё, что он знал о магии, приходило из сказаний, слухов, экспериментов или рассказов людей, которые сами понимали ненамного больше него.
А теперь он впервые получал ответы, которым действительно мог доверять.
— Значит, Медитация, Слова магии и Колдовство — стандартный путь?
— Для людей-магoв — в основном да.
— Есть альтернативы?
Малбек задумался.
— Есть. Я долго размышлял, не отказаться ли от Колдовства.
Ариен чуть подался вперёд.
— У других рас сильнее природная склонность к некоторым Аспектам или есть преимущества, которых у людей нет. Их магические традиции развивались с опорой на эти способности. Веками именно они занимали места среди величайших магов Эрадора. Люди стали с ними стабильно соперничать лишь после того, как Колдовство разработали и усовершенствовали.
— Почему ты думал отказаться от него?
— Некоторые магистры считают, что Колдовство — ещё и одна из причин, по которым так мало людей становятся архимагами.
— Как?
— Представь его инструментом, который компенсирует неполное понимание. На раннем этапе он невероятно полезен. Возможно, даже слишком. — Малбек сложил руки. — С Колдовством даже посредственные ученики после нескольких месяцев хороших занятий могут применять заклинания Первого круга. Если использовать только Управление маной, на тот же результат может уйти год или два.
— Так долго?
— Легко. Магия Второго круга без Колдовства требует трёх-четырёх лет целенаправленных упражнений, а иногда и больше. И это обычно отдельные заклинания в контролируемых условиях.
Ариен нахмурился.
— Значит, Колдовство ускоряет развитие, но некоторые считают, что в итоге зависимость от него ограничивает высоту, которой можно достичь.
— Именно.
— Звучит… не слишком хорошо.
Лицо Малбека слегка напряглось.
— Попытка пройти Академию без него будет куда хуже.
— Значит, в конце концов ты его назначил.
— Да. Рано или поздно назначают все. Без Колдовства обычному человеческому магу могут понадобиться десятилетия, чтобы достичь того, чего Академия ждёт за десять лет. Создаёт ли это проблемы на самых высших ступенях, не имеет значения для тех, кто до этих ступеней вообще не доберётся.
Ариену нечего было ответить.
— Теорию вы изучите в первом семестре, — продолжил Малбек. — На самом деле почти весь первый год уйдёт на основы. Теория, контроль маны, упражнения, устройство заклинаний. Не жди, что будешь каждый день швыряться магией.
Ариен помедлил и добавил:
— Спасибо. Правда. В Рибенне мне некого было спросить обо всём этом. За последние несколько минут я узнал больше, чем за несколько лет.
— Ну… — Возможно, впервые Малбек слегка смутился. — Ты друг Уилла. И не то чтобы у меня сейчас были дела поважнее.
Уилл тут же ухмыльнулся.
— Ты говорил, что будешь заниматься всю дорогу до Утала и обратно и что мне нельзя тебе мешать.
Малбек бросил на него равнодушный взгляд.
— Иногда можно сделать перерыв. — Затем повернулся к Ариену. — Кроме того, будущий целитель будет должен мне услугу. Вполне разумное вложение.
Ариен приподнял бровь.
— То есть я должен тебе неопределённую услугу в будущем за несколько общеизвестных сведений, которые наверняка узнал бы за первые недели в Академии?
— Именно. — Малбек ухмыльнулся. — Но заметь важную часть: общеизвестные сведения среди магов. Сколько магов ты знаешь?
Ариен подумал.
— Я бы и так тебе помог. Ты семья Уилла.
— Не в этом дело.
Малбек прищурился.
— Никогда ничего не отдавай просто так, если человек готов быть тебе должен. В Вейхолде у всего есть цена.
— Да-да, — перебил Уилл. — Это мой замечательный брат. Верите, что мы вообще родственники?
— С трудом, — одновременно сказали Ариен и Малбек.
Ариен обернулся и встретился взглядом с Малбеком. Уилл расхохотался, и через секунду Ариен тоже не выдержал.
— Ну ладно, Ариен. — Уилл возбуждённо подался вперёд. — Рассказывай о битве.
Ариен моргнул.
— О какой битве?
— На корабле!
— Битвы не было.
Воодушевление Уилла угасло.
— Как это?
— Большую часть пути мы спасались бегством от шторма. В конце концов он нас настиг, Санрей упал с мачты, спасая корабль, а я несколько дней собирал его по частям.
Уилл уставился на него.
— Нет.
— Что — нет?
— Нельзя так рассказывать историю. — Он раздражённо замахал руками. — Начни с самого начала.
— Уилл…
— С того момента, как ты поднялся на борт.
— Это было несколько недель назад.
— Ты обещал рассказать.
Ариен вздохнул и начал с самого начала.
Рассказ занял намного больше времени, чем ожидалось: Уилл не давал пропускать ни одной детали. Как выглядел корабль? Что сказал Фенрей? Насколько большими были волны? О чём думал Ариен, когда Санрей полез на мачту? К концу Ариен подозревал, что друг спросил бы о цвете каждого каната на «Золотой мидии», получи он такую возможность.
Когда рассказ наконец завершился, Уилл улыбался до ушей, несмотря на полное отсутствие пиратов, чудовищ и героических поединков.
— Потрясающе.
Ариен улыбнулся.
— И Санрей уже может ходить?
— На костылях, но да.
Малбек застонал. Ариен повернулся к нему.
— Что?
— Сейчас узнаешь.
— Ты слышал, Малбек? — возбуждённо заговорил Уилл. — Если Ариен может лечить такие травмы, я снова начну тренироваться с Пилой. И верну на полосу препятствий самые сложные преграды.
— Ни за что, — сказал Малбек.
— Почему?
— То, что Ариен лечит сломанные кости, не делает тебя бессмертным. Что будет, если один из блоков раскроит тебе череп?
Уилл замялся.
— Ну…
— Или если Ариен будет на занятиях? Или у него не останется маны?
— Он же всё ещё учится. — Уилл с надеждой посмотрел на Ариена. — Голова, нога… потом это всё одно и то же, правда?
— Нет.
Ариен потёр лицо. Конечно, Уилл тут же превратил целительство в предлог для более рискованных тренировок.
— Слушай внимательно. Если повредишь что-то важное, я могу не суметь помочь даже с полным запасом маны. Санрея я лечил несколько дней, и большую часть времени лишь ускорял естественное восстановление.
Уилл задумчиво нахмурился.
— Тогда, может, какая-нибудь защитная броня…
— Нет, Уилл.
— Но…
— И если ты что-нибудь сломаешь, потому что намеренно сделал глупость, я не буду это лечить.
Уилл выглядел потрясённым.
— Ты бы не стал.
— Проверь.
— Я не смогу тренироваться несколько месяцев!
— Именно.
— Это нечестно!
— Мир несправедлив, — одновременно сказали Ариен и Малбек.
Они переглянулись, а затем оба отвели глаза.
Уилл посмотрел на них.
— Может, надо было попросить новый меч.