Шаг. Ещё один. Держи темп.
С высоты почти двухлетнего ребёнка двор казался намного больше.
Осторожно, там впадина. Хорошо. Да! Ещё немного…
Бум.
— Гэнг! — протрубил гусь, долго и возмущённо.
Ариен сидел на холодной земле и сердито смотрел на гуся, который сердито смотрел на него в ответ. Вообще-то, он шёл первым! Глупая птица. Он был так близко!
— Дурацкая Уайт! — огрызнулся он, но на всякий случай быстро отполз к Сари и спрятался за её юбками. Раньше он уже связался с глупой курицей и в итоге спасался бегством от взбешённого петуха. Братья, мывшиеся тогда у колодца, нашли это ужасно смешным. Ни один не пошевелил и пальцем, чтобы помочь. Впрочем, на следующий день они, наверное, пожалели об этом, когда обнаружили куриный помёт в сапогах.
— Ариен, не пугай птиц, — сказала Сари, когда он добрался до неё.
— Глупые птицы!
— Зато тёплое одеяло помогло пережить зиму, правда?
— Глупые… — уже не так уверенно ответил он.
Сестра была права. Одеяло, набитое гусиными перьями, сделало самые холодные зимние ночи куда терпимее.
А тяжёлых ночей было немало. В некоторые дни стоял такой мороз, что Ариен вообще не выходил из дома. Теперь, когда погода наконец улучшилась, он намеревался проводить снаружи как можно больше времени.
Душный воздух общей комнаты ему надоел. Сколько можно ходить из одного угла в другой?
Да, теперь он почти идеально понимал язык и многое узнал об этом мире из подслушанных разговоров и историй Терри. Но иногда ему просто хотелось побыть одному в достаточно тихом месте, чтобы поэкспериментировать с маной.
Чем больше он за ней наблюдал, тем сильнее хотел на неё воздействовать. Однако что бы он ни пробовал, ничего не получалось, и порой от досады хотелось кричать. Мана должна была стать мостом к магии, а он мог лишь смотреть на неё.
Он чувствовал себя голодающим, который глядит на идеально прожаренную курицу, медленно вращающуюся за витриной.
Если бы нужно было назвать то, чего он сильнее всего лишился в прежней жизни, это был бы доступ к знаниям. Иногда невозможность проверить даже простейшую идею казалась пыткой.
Его мысли оборвал скрип ворот. Мать возвращалась с Лизой; обе несли свёртки с деревенского рынка.
Сари подбежала к ним, взяла часть поклажи и заглянула внутрь.
— Где обувь для Ариена?
— Его размера не было. Попробую на следующей неделе.
— Я хотела отвести его на пруд на день рождения.
— Сводишь на следующей неделе. Он всё равно не понимает, что такое день рождения. Вот, отнеси это в кладовую, — сказала Мари, вложив оставшиеся свёртки в руки девочки. Затем подошла к Ариену и присела рядом. — Ариен хорошо себя вёл?
— Ариен хороший, — с готовностью подтвердил он, с надеждой глядя на мать.
Она слегка улыбнулась.
— Ариен хочет пряник?
— ДА!
Рассыпчатое печенье, липкое от мёда, исчезло из руки женщины, едва та оказалась в пределах досягаемости. Это было настоящее лакомство, единственная сладость, которая появлялась у них дома. До этого Ариен съел всего четыре.
— Мама хорошая, — прошептал он с набитым ртом. Она ласково погладила его по голове и вернулась в дом. Ариен поспешил следом, опасаясь, что Уайт решит отомстить и съест его пряник.
В тот вечер он уговорил Терри взять его посмотреть на звёзды. «Уговорил» — это значит, что Ариен дёргал отца за штанину и повторял названия лун, пока тот не сдался ради тишины.
Но у Ариена была своя цель. Сегодня заканчивался Всплеск, а в это время мана вела себя особенно интересно. К тому же сегодня был его день рождения.
Названия вроде «Всплеск» и «Завеса» раньше мало что для него значили, но месяцы наблюдений заполнили некоторые пробелы.
В Эрадоре не было простого цикла из четырёх времён года. За летом шла осень, но перед зимой наступала Завеса — период, когда мана становилась далёкой и вялой. После зимы приходил Всплеск, её противоположность: мана делалась беспокойной и обильной.
Завеса лишала мир маны. Всплеск затапливал ею.
— Как называется та оранжевая луна? — голос отца вырвал его из размышлений.
— Ланакс.
— Умный мальчик. А почему она такого цвета?
— Сул сражался со Зверями. Много огня.
— Может, Мари права и нам стоит отправить тебя в храм в Джакаре?
— Ариена отдать?
— Я просто сказал. А теперь давай молча посмотрим на звёзды.
Сидя на плечах отца, Ариен наблюдал, как частицы маны кружатся в узорах, известных лишь им самим. Мириады цветов и оттенков на фоне усыпанного звёздами неба создавали самое прекрасное зрелище из всех, что он видел в обеих жизнях.
Он так погрузился в эти узоры, что почти не заметил, как пролетело время.
Наконец Терри объявил, что пора возвращаться: ему хотелось пива.
Когда отец нёс Ариена обратно к дому, тот в последний раз посмотрел на ману, заполнявшую небо.
Однажды он хотел не просто наблюдать за ней.
Но той ночью, как и год назад, он проснулся с ощущением падения. Подскочив в колыбели, он захотел проверить, улучшилось ли зрение, как в прошлый раз.
Он не разочаровался. Разницу можно было заметить сразу.
Мана кружилась повсюду, и разные потоки теперь вызывали в нём отчётливые ощущения — десятки оттенков, которые он пока не мог истолковать.
Он подозревал, что они соответствуют разным стихиям, но пока не мог определить, какая есть какая. Сами ощущения не имели ничего общего с теплом, холодом или другими знакомыми свойствами.
Что бы ни значили эти различия, это могло подождать. Ариен хотел узнать, появится ли снова Система.
Он потянулся к ней так же, как весь прошлый год, уже ожидая неудачи.
Знакомое присутствие ускользнуло при первой попытке, и от досады он ударил кулаком по матрасу. Выждав несколько вдохов, он попробовал ещё раз.
На этот раз получилось удержать ощущение. Оно всё ещё было далёким, но почему-то яснее, чем прежде; его стало легче удерживать на краю восприятия.
Ариен потянулся к нему снова, теперь осторожнее. Присутствие стало чётче, а не исчезло, и то, что прежде являлось лишь обрывками, вдруг прояснилось.
На этот раз оно осталось.
Имя: Ариен Раса: Человек Профессия: Ребёнок Черты: Ребёнок, Посланник ▉
Ур.: 2 Опыт: 0/300
Запас сил: 30/30 Мана: 60/60
Выносливость: 3 Ловкость: 3 Сила: 3 Восприятие: 7 Интеллект: 7 Мудрость: 7 Живучесть: 5
Свободные очки: 4
Назначенные навыки: 0/5
Доступны для назначения: Чутьё маны (необычный), ур. 7 Изучение чужих языков (обычный), ур. 10
Ариен не смог сдержать смех. Ну наконец-то.
Несколько вдохов он сохранял полную неподвижность, боясь, что Статус снова исчезнет. Но тот оставался чётким.
С некоторым волнением Ариен начал изучать его.
Семь характеристик. Четыре свободных очка. Навыки…
Ариен медленно вдохнул.
По шагу за раз. Спешить некуда.
Он не открывал глаз. Похоже, от этого Статус становился даже яснее: стоило сосредоточиться на отдельных строках, и подробности проступали чётче.
Ребёнок (профессия, обычная) — даёт +1 ко всем характеристикам за уровень. Прекращает действовать на 10-м уровне. Нельзя заключать магические договоры.
Ребёнок (черта, обычная) — в каждый день рождения даёт опыт в количестве, равном возрасту носителя × 100. Перестаёт действовать в 10 лет. Множитель зависит от расы.
Посланник ▉ (мифическая) — Ты отверг Пустоту, ты познал Ничто. +1 к Восприятию, Интеллекту и Живучести за уровень. Более крепкая связь со Стихиями. Повышенный шанс освоить редкие и легендарные Навыки. ▉?
Ариен откинулся на матрас и несколько вдохов смотрел в темноту, а затем перечитал описание, теперь медленнее.
Больше года слова «Посланник ▉» сидели у него в сознании как предупреждение. Теперь видимая часть описания оказалась лучше всего, на что он смел надеяться.
Это должен был быть прощальный подарок Голоса. Может, он не такой уж мерзавец, как Ариен думал. Можно было почти представить, как Голос смеётся где-то в Пустоте.
Он всё ещё не знал, как характеристики влияют на тело, но бонусы были очевидны. Уже на втором уровне Черта дала ему шесть дополнительных очков характеристик. И это ещё без учёта более крепкой связи со Стихиями и повышенного шанса получить мощные Навыки.
Чутьё маны (необычный) — Мана течёт во всём, хотя лишь немногие учатся по-настоящему её воспринимать. Позволяет ощущать ману внутри себя и вокруг. После назначения увеличивает дальность и чёткость восприятия, а также помогает различать разные виды маны.
Изучение чужих языков (обычный) — Понимание — начало общения. Позволяет изучать и использовать языки, отличные от родного. После назначения ускоряет изучение новых языков и улучшает понимание.
У Ариена защипало глаза. Он был готов поцеловать создателя Системы. Наконец-то появилась информация, которую не нужно было собирать из обрывков разговоров и собственных догадок. Он долго пытался выяснить больше, но пока это, похоже, был предел. Он не расстроился: на осмысление уже увиденного уйдут дни.
Пока он решил не назначать ни Навыки, ни очки характеристик. Он слишком мало понимал, как всё взаимосвязано, и не хотел рисковать ошибкой, последствия которой могли проявиться позже.
Сон долго не приходил, но Ариена это не беспокоило. Эта ночь наконец дала ему то, чего ему не хватало с момента появления в Эрадоре: точку отсчёта.