Ариен не мог отвести взгляд от головы сэра Сэмвелла. Его мутило, но всё остальное тело словно онемело. Ещё вчера утром рыцарь был жив, шутил с ними и просил Ариена присматривать за Уиллом и Крефтом, чтобы те не напились в городе.
Теперь у него не было глаз, а лицо почти невозможно было узнать.
Неужели вся жизнь сводится к этому? Несколько счастливых мгновений между одной утратой и следующей? Зачем вообще что-то делать, если в конце все превращаются в гниющую плоть?
Эта мысль вернула его к Пустоте и выбору, который он там сделал. Стоя перед лицом смерти, Ариен всё равно захотел жить. Ему хотелось ещё вечеров, когда он слушал истории Терри, ещё танцев с матерью и ещё возможностей увидеть, что приготовил для него этот мир.
«Два тела», — сказал Крефт.
Терри. Мари. Вод. Лиза. Алия. Любые двое из них могли лежать под этими развалинами, а Крефт сказал, что там может быть ещё больше тел.
Мысли Ариена понеслись вскачь. Дод жил в другой деревне. Зед должен был находиться в Трёх Лугах. Но остался ли он там? Были ли остальные на ферме, когда началось нападение? Удалось ли кому-нибудь спастись?
В груди сжалось, пальцы впились в ладони. Каждый вопрос порождал следующий и затягивал его всё глубже в череду предположений, на которые он никак не мог повлиять.
Нет. Нужно взять себя в руки.
Ариен медленно вдохнул три раза и потянулся к той же мысленной преграде, которой защищался от влияния Велин. Сначала ничего не вышло. Страх и потрясение снова и снова прорывались сквозь любые попытки сдержать их, а руки не переставали дрожать. Он попробовал снова, сосредоточившись на дыхании, и наконец сумел отодвинуть самые тяжёлые чувства настолько, чтобы думать. Горе никуда не исчезло, но теперь он мог мыслить сквозь него.
По телу внезапно прокатилась волна энергии. Это был Навык? Времени разбираться не было. Мир перестал вращаться, сердцебиение замедлилось — пока этого было достаточно. Нужно было узнать, что случилось с остальными членами семьи.
Ариен подошёл ближе и обнял Уилла. Мальчик дрожал так сильно, что это чувствовалось даже через одежду.
— Давай сначала позволим Крефту осмотреть следы, — тихо сказал он. — Остальные могут быть живы.
Уилл никак не показал, что услышал его.
— Возможно, твой отец задержал нападавших достаточно надолго, чтобы остальные успели бежать. — Ариен сглотнул и крепче прижал его к себе. — Ты должен держаться, хорошо? Будь сильным. Как сэр Сэмвелл. Как рыцарь.
— Да, — наконец прошептал Уилл. Слово прозвучало ровно, без убеждённости. — Я должен быть сильным.
Крефт странно посмотрел на Ариена, но лишь кивнул и спустился с повозки.
Первым делом он снял с окровавленного кола отрубленную голову своего господина и осторожно завернул её в одеяло. Затем обошёл здание по кругу, то и дело останавливаясь, чтобы осмотреть тела или изучить следы на земле.
— Сэмвелл убил пятерых, — сказал Крефт, вернувшись. — Кто бы ни напал на поместье, он сумел одолеть его даже после этого. Вряд ли это были обычные разбойники.
Он посмотрел на Уилла.
— Маленьких тел я не нашёл. Это хорошо. Больше ничего сказать не могу. Я не следопыт. Нужно добраться до деревни и найти того, кто знает, что произошло.
— Слышал, Уилл? Крефт их не нашёл. Они могут быть живы.
— Да, да… Отец защитил их. Он самый сильный. То есть… — голос Уилла сорвался. — Был.
Он опустил голову и закрыл лицо ладонями. Плечи затряслись, но ни звука не вырвалось.
Когда они направились к деревне, солнце уже скрылось за горизонтом. Раньше дорога не тревожила Ариена, но теперь каждый шорох в темнеющих рощах заставлял его напрягаться. Всю дорогу он ждал беды, пока вдали наконец не показалась деревня.
В нескольких окнах на холме мерцали огни. Не доезжая до деревни, Крефт свернул в придорожную буковую рощу.
— Ждите у повозки. Тихо. Я проверю, безопасно ли там, — приказал он. — На дорогу не выходите. Если я не вернусь в течение часа, бросайте повозку и пробирайтесь в Рибенну. Дорогами не пользуйтесь.
Он дождался, пока оба кивнут, и исчез во тьме.
Они сидели, съёжившись, и молчали. Уилл совсем замкнулся и неподвижно смотрел на противоположное сиденье. Ариен думал, не сказать ли что-нибудь, но понимал, о чём думает друг. Сейчас до него не дошли бы никакие слова.
В темноте тянулись минуты. Ариен всё пытался понять, что произошло и что делать дальше, а отодвинутые чувства угрожали снова захлестнуть его. Он боялся, что стоит ему хоть на мгновение потерять концентрацию — и он лишится остатков самообладания.
— В деревне безопасно. — Голос Крефта внезапно раздался всего в нескольких шагах. Ариен вздрогнул и обернулся. Он не услышал ни единого шага.
— Налётчики ушли ещё до рассвета. Они увели пленников и много скота. — Крефт помолчал и посмотрел прямо на Ариена. — Алия добралась до деревни. Она ранена, но, по словам Варикса, должна поправиться.
Ариен вцепился в край сиденья.
— Она жива? Ты уверен?
— Варикс сам её видел. Я вернулся, как только узнал. Поехали. Чем скорее доберёмся до храма, тем лучше.
Крефт забрался на повозку, затем посмотрел на Уилла.
— Как он?
Ариен взглянул на друга. С тех пор, как Крефт ушёл, Уилл не шевельнулся; руки всё так же были сжаты на коленях.
— Почти ничего не сказал.
Крефт присел перед ним и положил руку ему на плечо.
— Уилл? Ты меня слышишь?
Мальчик едва заметно кивнул, не поднимая головы. Крефт ещё немного смотрел на него, сжав челюсти.
— Ладно. Держись рядом с Ариеном. Едем в деревню.
Повозка покатилась сквозь ночь. Крефт гнал лошадь так быстро, как позволяла дорога. Ариен молчал, и Уилл тоже. Минуты тянулись, пока впереди наконец не показались первые разрушенные дома.
Они проехали через обугленные остатки деревенских ворот. Впереди виднелись огни, между домами сновали люди; от этого напряжение в плечах Ариена немного ослабло. Но сама деревня была едва узнаваема. Между домами всё ещё висел дым. Одни строения сгорели дотла, другие обрушились грудами брёвен и камня. Уцелел лишь храм впереди — он стоял нетронутым среди развалин. Вокруг толпились люди, спешившие входить и выходить через открытые двери.
Когда они подъехали, толпа у входа расступилась, и над общим шумом раздался женский крик. Двое мужчин вышли, неся ребёнка на широкой доске; маленькое тело было обмотано окровавленными бинтами. Женщина шла рядом, сжимая детскую руку и безудержно рыдая. Большинство отвело глаза.
В нескольких шагах от входа мужчины опустили тело у храмовой стены. Лишь тогда Ариен заметил остальных. Десятки силуэтов лежали под одеялами, плащами и запасной одеждой. Мать опустилась рядом с ребёнком, всё ещё держа его за маленькую руку. Другая женщина стояла поблизости, не зная, чем помочь.
Ариен отвернулся, пока чужое горе не прорвало остатки его самообладания.
Когда повозка остановилась у храма, он спрыгнул и направился ко входу. Ещё на пороге его ударил запах: дым, въевшийся в одежду, пот, кровь и горький аромат растолчённых трав. Внутри на полу рядами лежали раненые, большинство — женщины и дети. Одни кричали от боли, другие тихо плакали, а измученные или потерявшие сознание неподвижно лежали под одеялами. Все скамьи отодвинули, и только статуя Сула осталась на месте, сияя магией в глазах Ариена. Женщины ухаживали за ранеными: меняли промокшие повязки, наносили мази на ожоги, давали воду и зелья. Дети бегали с поручениями или спали у стен.
— Крефт, можно тебя на минуту? — сквозь шум прорвался хриплый голос.
Ариен увидел, как жрец поднялся рядом с раненым. Варикс выглядел ужасно. Роба свободно висела на его истощённом теле, под глазами залегли тёмные круги; казалось, он вот-вот рухнет. И всё же серые глаза оставались ясными.
— Ариен, побудь пока с Уиллом, ладно? — Крефт не стал ждать ответа и отошёл, тихо разговаривая со жрецом.
— Идём, Уилл. Помоги найти сестру.
Ариен взял его за руку и осторожно повёл между рядами раненых, пока не заметил Алию под одеялом у дальней стены. Рядом на коленях сидела женщина и помогала ей пить из глиняной чашки.
К его удивлению, это была Несси.
— Алия! Слава богам! — Ариен бросился к ней.
Сначала она испугалась, но вскоре в усталых глазах появилось облегчение.
— Ты ранена? Больно? Мы можем помочь? — Ариен осторожно взял её за маленькую руку.
Несси наклонилась к нему.
— Ариен, я рада, что ты цел. Алия сказала, что ты уехал в Рибенну, но мы не были уверены. С твоей сестрой всё будет хорошо, — заверила она, хотя голос звучал немного натянуто. — Небольшая рана в боку. Несколько дней покоя — и заживёт.
Ариен сжал тёплую ладонь Алии и посмотрел на Несси. От её одежды пахло растолчёнными травами и кровью, на рукавах темнели пятна. Всё, что произошло между их семьями после исчезновения Сари, теперь не имело значения. Несси, как и большинство людей, которых он видел с приезда, словно постарела за один день на несколько лет.
— Спасибо, тётя Несси. За то, что заботилась о ней. — Ариен сглотнул. — Теперь я побуду с ней. Тебе нужно отдохнуть.
Несси покачала головой.
— Раненых слишком много.
Ариен оглядел храм. С момента входа он увидел несколько знакомых лиц, но Зеда среди них не было.
— Ты знаешь, где Зед?
— Жрец отправил его искать выживших среди развалин, — ответила Несси. Она задержала на Ариене взгляд, будто собиралась на этом закончить.
Но затем повернулась к Алии.
— Побудь минутку с Уиллом. Мне нужно поговорить с твоим братом.
Ариен слегка кивнул Уиллу. Тот молча сел рядом с Алией, опустив глаза и крепко сжав руки на коленях.
Ариен последовал за Несси к стене храма. Едва она повернулась к нему, у него сжался живот.
— Ариен, ты ещё молод, но я знаю, что ты не глупый. Ты был на своей ферме?
— Да, — тихо ответил он.
— Значит, ты знаешь. Я не стану тебе лгать.
Она тяжело вздохнула и положила ему руку на плечо.
— Мари много лет была мне как сестра. Наши последние ссоры теперь не важны. Твой отец и Вод погибли на ферме. А Зед… — Она замолчала. — Я не хотела расстраивать Алию ещё сильнее. Зед погиб, защищая деревню, вместе с моим мужем Ютером и многими другими мужчинами.
Несси на мгновение отвела взгляд.
— Младшие дети помогают раненым. Я тоже не собираюсь отдыхать. Состояние твоей сестры плохое. Будь она постарше, с большей Живучестью… может, она бы выжила. Я говорю это, потому что ты заслуживаешь знать правду, но Алии ничего не рассказывай. Она и так слишком многое пережила.
— А Лиза? Моя мать? — спросил он.
— Алия говорит, они живы. Их захватили. Пойдём обратно, пока она не начала волноваться.
Отец и два брата Ариена погибли; мать и Лизу увели в плен; Алия могла не пережить эту ночь. Он всё ещё не знал, кто напал на них и зачем. Его руки сжались в кулаки, ногти впились в ладони, но перед ним не было врага, с которым можно сразиться, и ничего, чем можно было бы остановить происходящее.
— Ариен, я знаю, как тебе тяжело, и понимаю, что это может казаться несправедливым, но постарайся держаться ради Алии. Она очень слаба. Ей нужно сосредоточиться на том, чтобы выжить. Не будем добавлять ей горя.
Ариен посмотрел на неё. Несси потеряла мужа и сына, но всё равно ухаживала за ранеными и беспокоилась об Алии. Он не понимал, откуда она брала силы.
— Да… Ты права. Я должен держаться ради Алии, — тихо произнёс он.
Когда Ариен вернулся, Алия улыбнулась ему. Он сел рядом и нежно погладил её по волосам; Уилл остался с другой стороны. Некоторое время никто не говорил. Алия прислонилась к Ариену, и даже Уилл будто немного успокоился, когда рядом кто-то был. Несси посмотрела на них и отошла помочь другому раненому ребёнку.
Через какое-то время их нашёл Крефт. Варикс попросил его отправиться в Рибенну за помощью на случай, если налётчики вернутся. Перед отъездом Крефт попросил Ариена присмотреть за Уиллом.
Прошло несколько часов, и состояние Алии заметно ухудшилось. Лоб и руки горели. Когда Несси меняла ей повязки, Ариену пришлось собрать всю волю, чтобы сохранить спокойное лицо. Длинный неглубокий порез тянулся от места под рёбрами к бедру. Ариен не знал, кто это сделал, но мысль найти виновного уже начинала разгораться где-то в глубине сознания. Рана была неглубокой, однако кровь всё ещё сочилась из швов, а края покраснели и распухли. Он не был специалистом, но провёл достаточно времени в больницах, чтобы узнать признаки. Рана воспалилась.
Ариен отказался сидеть сложа руки. Он вспоминал всё, что видел у целителей на турнире, каждый жест и каждое движение маны. Теперь он знал, как выглядит мана Жизни, и даже здесь, среди смерти и болезней, видел в воздухе мерцающие тусклые искорки. Он не знал заклинаний, но, если сумеет постичь сам Аспект, возможно, ещё сможет помочь Алии.
Он вспомнил другие Аспекты, которые уже открыл. Вода стала понятна, когда он осознал её движение. Огонь пришёл, когда он понял, чего тот стремится достичь; буря открыла ему Молнию и Ветер. Может, с Жизнью всё устроено так же.
Что такое Жизнь?
Он думал о растениях, животных, смене времён года, бесконечной борьбе за рост и выживание. Ни один ответ не казался полным.
Он вспомнил радость в глазах Мари, когда впервые назвал её мамой, гордость Терри из-за богатого урожая, улыбку Алии во время вечерних историй. Потом оглядел храм: плач, боль и смерть окружали его со всех сторон.
Неужели жизнь — это только всё перечисленное? Если так, то в чём смысл?
Жизнь и Смерть неразделимы. Каждое живое существо выживает потому, что умирает что-то другое; всё это — части одного бесконечного цикла роста и увядания. Исцеление лишь укрепляет то, к чему Жизнь и так стремится. Кости срастаются, плоть затягивается, тело каждое мгновение борется, чтобы остаться живым. Смерть — часть того же цикла. Каждое живое существо рано или поздно встречает её, как бы отчаянно ни сопротивлялось.
Время движется только вперёд.
По телу прокатилась электрическая дрожь.
**Аспект Жизни:** для одних — дар, для других — проклятие. Ты можешь отсрочить смерть, а возможно, даже избежать её. При назначении навыком увеличивает понимание, контроль и эффективность магии жизни.
**Аспект Смерти:** рано или поздно всё должно умереть. Ты можешь лишь ускорить этот процесс. При назначении навыком увеличивает понимание, контроль и эффективность магии смерти.
Он глубоко вдохнул и **назначил** Навык.