Следующие несколько дней Ариен проводил большую часть времени в каюте капитана рядом с Санреем. Как только мальчик смог бодрствовать дольше нескольких минут, начались вопросы.
Как ощущается мана Жизни? Может ли Ариен отрастить пальцы? А глаза? Вылечить болезни? Сделать человека сильнее? Вернуть мёртвого?
Единственное, что удерживало Ариена от того, чтобы выбросить его за борт, — первые дни плавания он сам с таким же энтузиазмом донимал Санрея.
Кроме того, лечение Санрея давало шанс проверить то, чего Ариен раньше не мог. Ничего опасного: разные способы чувствовать повреждённые ткани, контролировать объём высвобождаемой маны и наблюдать за реакцией организма Санрея.
Санрей тоже восстанавливался быстрее, чем ожидал Ариен. Связано ли это с его магией, Живучестью Санрея или просто природной крепостью мальчика, сказать было трудно.
К пятому дню Ариен разобрался со всеми травмами, которые могли привести к необратимым последствиям. Костям всё ещё требовалось время, чтобы срастись, а некоторые глубокие раны полностью затянутся лишь через несколько недель. Но с большей частью оставшейся работы тело Санрея могло справиться самостоятельно.
До Утала оставалась почти неделя. Ариен собирался продолжать осматривать Санрея и при необходимости применять небольшие порции маны Жизни. Оставшиеся дни заодно дадут ему больше практики с Аспектом.
— Если бы я сломал шею, как думаешь, ты бы меня спас?
— Если не замолчишь, могу устроить эксперимент.
— Эй! Нельзя так говорить с пациентом.
— Я работаю. Хочешь, чтобы кости срослись криво?
— Врёшь. Когда ты меня лечишь, лицо у тебя другое.
Ариен остановился.
Санрей торжествующе улыбнулся.
— Ха! Я так и знал.
— Я проверял кое-что.
— Что именно?
— Ничего важного.
— Что ты проверял?
Ариен вздохнул. Санрей ему нравился, но заточение, похоже, сконцентрировало всю обычную энергию мальчика в его языке.
Когда он снова сможет ходить? Какая погода? Где они находятся? Уже прошли тот мыс, о котором говорил его отец? Можно ли ускорить заживление? Куда дует ветер? Сможет ли он встать завтра? А сегодня после обеда?
— По понятным причинам у меня было мало возможностей открыто применять магию Жизни, — сказал Ариен. — Вот и проверяю кое-что.
Санрей прищурился.
— На мне?
— Замечательный ты друг: так сильно покалечился. Благодаря тебе Аспект Жизни получил пять уровней.
Санрей тут же изобразил оскорблённого аристократа.
— Тогда ты должен мне заплатить.
— Боюсь, твои расценки мне не по карману. — Ариен поднялся. — И всё же спасибо за вклад в магические исследования. Скажу Майли, что закончил. Кажется, он приготовил ещё той мази.
Улыбка Санрея исчезла.
— Нет. Подожди.
Ариен сделал ещё шаг к двери.
— Ариен, я пошутил! — Санрей попытался ухватить его за рукав и тут же поморщился. — Только не мазь. Вчера меня чуть не вырвало.
— Майли говорит, она творит чудеса с ранами и инфекциями.
— Майли лжец.
Ариен театрально задумался.
— Он намного опытнее меня.
— Он купил рецепт у какого-то подозрительного торговца после того, как шторм покалечил половину команды! Она ничего не лечит. Просто воняет так, что люди от страха вскакивают с постели раньше, чем им требуется следующая порция.
— Народные средства часто работают лучше, чем принято думать.
Ариен снова пошёл к двери.
— Я больше не буду задавать вопросы!
Ариен остановился, положив руку на дверь.
— Правда?
— Да! И… погоди. Я знаю, что тебе интересно.
Ариен оглянулся.
Санрей слабо улыбнулся.
— Моя Черта. Тебе ведь хочется узнать, что я получил за шторм?
Ариен почти забыл об этом признании. Между попытками спасти Санрея и изучением возможностей Навыка «Целитель» находились дела поважнее. Но всё новое о Системе было слишком интересно, чтобы отказаться, поэтому он вернулся к койке.
— Мне интересна не только Черта. Я примерно понимаю, как работает Система, но кое-что пока могу лишь предполагать.
— Ладно. — Санрей похлопал по полу рядом со своей импровизированной кроватью. — Садись.
Ариен опустился рядом, а Санрей устроился на подушке.
— Ну, что хочешь знать?
— Твою Черту?
— «Героический», — гордо сказал Санрей. — «Ради общего блага ты готов рисковать жизнью. Пока сохраняется твоя воля защищать других, за каждый уровень получаешь: +0,5 к Силе, +0,5 к Выносливости, +0,5 к Живучести».
Ариен моргнул.
— Ничего себе. Хорошая Черта.
Санрей насколько позволяли травмы выпятил грудь.
— Знаю.
— И заслуженная.
Удовлетворение Санрея исчезло.
— О нет.
— Что?
— Не надо было зачитывать всё целиком.
Ариен сразу понял. Многие верили, что если узнать слишком много о требованиях к Черте, получить её станет сложнее. Преднамеренно стремиться выполнить условия якобы лишало поступок смысла. Ариен никогда не видел этому доказательств. Система тоже ничего подобного не утверждала.
— Не переживай, — сказал он. — Я бы всё равно, наверное, не подошёл. Я не особо похож на героя.
Санрей недоверчиво взглянул на него. Ариен проигнорировал взгляд.
— Лучше расскажи о повышении Профессии.
— Всё просто. Я начинал как Палубный мальчик. Чтобы стать Мореходом, мне понадобилось несколько Навыков нужного уровня. — Санрей почесал щёку. — Ты, наверное, Новичок-маг или вроде того? Не знаю, что надо сделать, чтобы стать Магом.
— Я тоже. Наверное, для этого и нужна Академия. — Ариен замялся. — А эволюция Навыка всегда так сильно его меняет, как мой?
Санрей уставился на него.
— Не говори, что ты уже эволюционировал Навык.
Ариен промолчал.
— Когда мы познакомились, я хвастался Навыком двадцать восьмого уровня. — Санрей закрыл лицо рукой. — Просто выбрось меня за борт.
— Если бы я не эволюционировал свой Аспект, ты, возможно, был бы мёртв.
Санрей опустил руку.
— Ладно. Пожалуй, прощу тебе хвастовство.
— Как великодушно.
— Но да, эволюции — это серьёзно. — Санрей осторожно пошевелился на подушке. — Недостаточно довести Навык до двадцать четвёртого уровня. После этого упираешься в стену. Нужно применить его по-новому. Развить в другом направлении.
— В каком?
— Зависит от Навыка. В этом и смысл. — Санрей пожал плечами. — Я уже четыре эволюционировал. Каждый сильно изменился.
Это вызвало новую лавину вопросов.
К сожалению, стоило Ариену перейти от мореплавания и личного развития Санрея к другим темам, как знания мальчика становились куда менее впечатляющими. Он знал, что сработало у него, чему научил отец и как обычно поступали другие моряки. Но стоило спросить, почему Система устроена именно так, ответ обычно сводился к фразе «потому что так».
Ариен давно заметил, что большинство людей воспринимали Систему почти так же, как восход солнца или силу тяжести. Она существовала всегда. Она измеряла их, награждала, назначала Профессии и Черты — и никого это особенно не удивляло. Ариена удивляло. Он надеялся, что в Академии тоже задавались вопросами.
Должны же быть люди, которые изучают её всерьёз: сравнивают эволюции Навыков, записывают условия Профессий, проверяют, какие сочетания работают, а какие ведут в тупик.
Опыт с «Целителем» как минимум избавил Ариена от части тревог. Годами он боялся, что неверно выбранный Навык навсегда затормозит его развитие. Но «Чувство маны», «Управление маной» и Аспект достаточно хорошо сработались, чтобы спасти ногу Санрея.
Это не означало, что теперь можно бездумно выбирать Навыки, но, возможно, Ариен слишком боялся ошибиться. Он слабо улыбнулся. Вейхолд вдруг показался очень далёким.
Приближаясь к Уталу, «Золотая мидия» вошла в более спокойные воды Виндорианского залива. Лёгкие волны накатывали на длинные полосы жёлтого песка, а прибрежные леса уже начинали зеленеть.
Здесь было заметно теплее, чем возле Рибенна. А поскольку Санрей больше не нуждался в постоянном уходе, Ариен проводил большую часть дня на палубе.
Мальчик уже достаточно окреп, чтобы сидеть рядом с ним у носа, хотя стоять ему пока было нельзя. Команда, казалось, восприняла его выздоровление как добрый знак. Несколько моряков всё ещё с любопытством поглядывали на Ариена, но вопросов никто не задавал. Рядом, опершись на борт, стоял и Фенрей.
— Завтра утром будем в Утале, — сказал он. — Вчера я отправил вперёд почтовую птицу. В порту тебя должен кто-нибудь встретить.
Ариен нахмурился.
— Я думал, мы плывём прямо в Вейхолд.
— А. — Фенрей прочистил горло. — Сухопутные крысы.
Санрей фыркнул.
— Вейхолд находится примерно в шести лигах от берега, вглубь материка, — продолжил Фенрей. — Небольшие суда могут пройти туда по реке, если ветер благоприятный или если найдётся достаточно дураков, готовых грести. Наши корабли останавливаются в Утале.
— Значит, это порт Вейхолда?
— Вроде того. Через него проходит большая часть заморской торговли столицы. У всех крупных Гильдий и торговых компаний здесь есть склады. Я могу продать груз почти за те же деньги и не терять несколько дней на подъём по реке.
Фенрей почесал бороду.
— А команда получает дешёвые бордели.
Санрей ухмыльнулся.
— Таверны, — торжественно поправился Фенрей. — Я хотел сказать таверны.
Ариен решил промолчать.
— А что насчёт моей просьбы?
Весёлое выражение Фенрея исчезло.
— В Утале никто не сходит на берег. Пополним запасы льда и припасов, а потом сразу отправимся во Внутреннее море.
Глаза Санрея загорелись.
— Торговля льдом?
— Именно.
— Месяцы в море без захода в порты. — Санрей счастливо вздохнул. — Идеально.
Ариен рассмеялся.
— Я всё-таки хотел бы увидеть те чужие земли, о которых ты рассказываешь. Плавание звучит намного лучше, чем недели в повозке.
Фенрей хлопнул его по плечу.
— Из тебя ещё выйдет настоящий моряк. На «Золотой мидии» для тебя всегда найдётся место.
— И на моём корабле, — добавил Санрей.
— Целитель с Аспектом Жизни не захочет иметь дело с будущей кучей гнилых досок.
— Мой корабль будет вдвое быстрее твоего.
— Ты едва можешь стоять.
— Временно.
Их спор продолжился у него за спиной, но Ариен уже повернулся к горизонту.
Годами целью был Вейхолд: Академия, магия, ответы. Но чем дольше длилось путешествие, тем чаще Ариен думал о том, что лежит за его пределами.
Замёрзший Север, где племена орков охотятся на тюленей и китов среди дрейфующих льдов. Островные города сири, чьи деревянные здания, как говорят, поднимаются высоко над морем. Пограничье Старой и Новой Империй, где поколения набегов и стычек превратили ненависть в традицию.
И это лишь самые известные места. Были ещё Кос, пустыня Бари, курганы Эуроса, Вихри Сенета и болота Гата. А за ними на картах по-прежнему оставались белые пятна.
Ариен улыбнулся. Сперва Вейхолд. Остальной Эрадор подождёт.
Утро выдалось пасмурным, дул холодный северный ветер. Ариен всё равно стоял у борта и смотрел, как тёмный силуэт Утала медленно вырастает на горизонте. Заключительный отрезок пути к столице вот-вот должен был начаться. Он должен был радоваться, но вместо этого у него сжался желудок.
А вдруг его никто не ждёт? Вдруг приглашение значит меньше, чем он думал? Вдруг после всего, что пришлось пережить, он просто окажется недостаточно хорош?
За спиной кто-то кашлянул. Ариен обернулся и увидел Фенрея в нескольких шагах от себя. Капитан выглядел непривычно неловко.
— Парень, хотел ещё раз поблагодарить тебя.
— Вы уже благодарили.
— Знаю. — Фенрей бросил взгляд на палубу. — Но Санрей с каждым днём всё лучше. Если бы не ты…
— Он мой друг. Я не мог позволить ему потерять ногу, если мог это предотвратить.
— Вот именно.
Фенрей положил обе руки на борт рядом с ним.
— Есть такие люди, как я: торговцы, капитаны, ремесленники. Мы неплохо зарабатываем, заводим семьи, жалуемся на налоги и в основном не мешаем друг другу.
— Звучит приятно.
— Так и есть. — Фенрей взглянул на него искоса. — А есть те, кто выше нас. — Он помедлил. — Этот корабль принадлежит мне. У меня хорошие связи, доли в нескольких предприятиях, столько отложенных денег, что я мог бы завтра всё продать и больше никогда не работать.
Ариен ждал.
Фенрей тоже ждал.
— Поздравляю?
— Что? Нет. — Капитан нахмурился. — Сул меня спаси, парень, я пытаюсь объяснить мысль.
— Я понял.
Фенрей выдохнул через нос.
— Ладно. Ты говоришь как взрослый, поэтому скажу прямо. Среди этих людей всё, что я перечислил, делает меня мелкой рыбёшкой. Есть мужчины и женщины, которые могут разорить меня, даже не узнав моего имени.
Ариен перестал улыбаться.
— Ты сообразительный, — продолжил Фенрей. — Но одной сообразительности не всегда хватит. Научись всему, чему сможешь, в Академии. Если получится — заведи друзей. Только не торопись показывать всем, что умеешь. — Он посмотрел на руки Ариена. — И помни: нет ничего дурного в том, чтобы вернуться в обычный мир, когда устанешь от их мира.
Ариен слабо улыбнулся.
— Примерно таков и был план.
— Хорошо. Ты намного менее глуп, чем мой сын.
— Планка невысока.
Фенрей хмыкнул и полез за пазуху.
— Держи.
На ладонь Ариена лёг серебряный перстень.
Ариен повертел его в пальцах. На лицевой стороне была вырезана маленькая раковина, а из-под металла пробивался слабый отблеск маны.
Артефакт?
Первая мысль — хранилище. Может быть…
— Не продавай.
Ариен поднял глаза.
— Я и не собирался.
— Серебро само по себе почти ничего не стоит. Важна метка. — Фенрей коснулся раковины. — Большинство опытных капитанов Виндора и Внутреннего моря её узнают. Она означает, что тебя считают другом моряков.
Ариен снова посмотрел на перстень, теперь с куда большим интересом.
— И что это даёт?
— Более справедливые цены. Проще найти попутное судно. Помощь, если застрянешь в неудобном месте. И люди, готовые выслушать тебя, прежде чем выбросить с корабля.
Вот тебе и магическое хранилище.
— Полезно.
— И ещё кое-что. Несколько капитанов договорились между собой. В основном те, кто давно на плаву. Мы обмениваемся сведениями, иногда помогаем друг другу, следим за тем, что не попадает в отчёты Гильдий.
Ариен заинтересованно прищурился.
— Тайное общество?
— Нет.
— Неформальное братство?
— Нет.
— Подпольная сеть влиятельных морских капитанов?
Фенрей посмотрел на него.
— Это просто компания людей, которые вместе выпивают и разговаривают.
— Тайно.
— Иногда в частной обстановке.
— Понятно.
— Ты ничего не понял.
Ариен поднял руки, сдаваясь.
Фенрей указал на перстень.
— Если один из капитанов узнает его и предложит услугу, можешь попросить о многом. О проходе в труднодоступное место. Перевозке груза без лишних вопросов. Может, даже о помощи попасть туда, куда тебе нельзя, или выбраться оттуда.
Это звучало куда ценнее скидки на перевозку.
— А потом?
— Они заберут перстень.
Ариен медленно кивнул. Одна серьёзная услуга — и перстня больше нет. Хорошо знать.
Фенрей замялся.
— Хотя если встретишь Верицу с «Белого пегаса»… ей его не отдавай.
— Почему?
— Потому что я не хочу быть ей чем-то обязан.
Фенрей отвернулся к горизонту. Ариен немного понаблюдал за ним, а потом решил не расспрашивать.
Далёкий силуэт впереди уже превратился в причалы, крыши, мачты и склады, теснящиеся у речного устья. На воде перед ними стояли корабли — от небольших рыбацких лодок до пузатых торговых судов, ожидавших своей очереди у пристаней.
За ними Утал растянулся по обоим берегам.
После недель дорог, повозок, барж и открытого моря Ариен наконец добрался до ворот Вейхолда.